Глава 11

По правилам Аланты, чтобы отправиться в гости или на прогулку, ты должна взять дуэнью или кого-то из родственников-мужчин.

Теперь же передо мной стоит новый вопрос: кому довериться настолько, чтобы взять с собой в район, где проживают куртизанки? Ведь это не только мой секрет, но и секрет Бэла. Меньше всего на свете хочу подставить главного жреца. А, возможно, в скором будущем и верховного.

— Вы так задумчивы сегодня, сати, — Мина расчесывает мои волосы на ночь и занимает разговором. — Это из-за того, что поругались с дядей?

— Вовсе нет, — бормочу я. Задумчиво рассматриваю профиль служанки в серебряное зеркало. — Скажи, что ты знаешь об Анри? Он тебе нравится?

— Ваш лекарь?.. — Мина нервно покусывает нижнюю губу. — Он с вами почти с самого детства. Точнее, с того момента, как…

— Продолжай, — разрешаю я. — Родители погибли давно, мне уже не так больно. Так что там с Анри?

— После вашего падения со скалы он стал вашим другом, — замечает служанка. — Вы подолгу общаетесь, часто ходите в библиотеку. По-моему, Анри слишком рьяно о вас заботится. Всюду следует за вами, а ведь вы уже достаточно оправились после магического сна.

Улыбаюсь: кажется, в Мине говорит обычная ревность. Наверняка прежняя Тамани не так часто обращалась к лекарю за советами. Тем более не училась письму и чтению. Она и так все умела. Мне же приходится по крупицам собирать нужную информацию.

— Спасибо тебе за честность, Мина, — благодарю служанку. Она очень преданная и честная девушка. Но прежде чем решиться, мне нужно посмотреть других кандидатов. — Можешь идти спать. До утра ты мне не понадобишься.

Едва светает, как я ищу встречи с Анри. Он многое для меня сделал, но все же хочу его попытать. Перед завтраком приглашаю в библиотеку (ставшую чуть ли не моим личным кабинетом).

— Расскажите мне, рейн Анри, что вы думаете о Мине? — веду себя как на допросе. Говорю мягко, спокойно, но настойчиво. — Она кажется вам надежной?

Подобную тактику часто использую в беседах с учениками. Вместе они перебивают друг друга, а наедине с учителем не упускают случая поябедничать. И иногда в ответ на, казалось бы, простенькие вопросы выкладывают всю правду. Порой очень неожиданную.

— Милая, но слишком взбалмошная, — признается Анри. — К чему этот вопрос, сати Тамани?

Лекарю в проницательности не откажешь. Сразу понимает, что такие вопросы сыплются неспроста.

— Думаю, стоит ли ей доверять, — говорю правду. — Скоро мне предстоит отправиться на отбор в главную пирамиду. Хочется видеть рядом друзей и надежных помощников.

Такое объяснение Анри более чем устраивает. И он старается всячески очернить бедную Мину. Что ж, учитель он неплохой, а вот ябеда — знатный. Мина, по крайней мере, ограничилась парой фраз.

— Мы с Киро — то, что вам нужно, — продолжает набивать цену Анри. — Станем в пирамиде вашими ушами и глазами. И за здоровьем присмотрим, и в обиду не дадим.

— Спасибо, Анри, — благодарю искренне.

Но для сегодняшней встречи все же выбираю Мину. Ни разу не видела, чтобы она сплетничала с подружками. Да и Лии будет приятнее, если на встречу я явлюсь с другой девушкой. А не с долговязым лекарем и его хищной птицей.

В гости с Бэлом решаем отправиться сразу после занятий с Хэлом. Сегодня мне впервые позволяют подняться на Мурзике в воздух. И пусть полет длится лишь несколько минут, это оставляет неизгладимое впечатление.

— Неплохо, для сати, — заявляет Хэл. — Но приземления стоит отработать лучше. Боевой кот садится плавно, а вот твоя спина теряет гибкость. Уши наверняка заложило.

— Так и есть, — сознаюсь я. — В следующий раз буду осмотрительнее.

Хэл непонимающе хлопает глазами. Прищуривается и задает самый дурацкий вопрос, который можно придумать:

— С тобой все в порядке? Точно не ушиблась при падении?

— С чего бы вдруг? — искренне не понимаю.

С тех пор, как Хэл стал меня тренировать, наши отношения немного наладились. Скорее всего, потому, что я признала его авторитет. Но ведь дело касается только верховой езды.

— Сегодня ты похожа на настоящую сати, — довольно улыбается Хэл (он умеет улыбаться?!), — даже не верится, что в тебе все же есть мягкость и покорность. Я так удивлен, что готов отвезти тебя до дома лично.

Боже ты мой, какие почести. Мягкой я быть умею, а вот покорной?.. Разве что с тем, кому всецело доверяю. А это никак не относится к Хэлу.

А он, похоже, настроен вполне серьезно. Кто бы мог подумать, что совместное времяпрепровождение заставит его изменить мнение. Даже Анки, этот черный летучий кошак, стал относиться ко мне благосклоннее. А Мурзика и вовсе стал опекать, как младшего брата и ученика.

— Как насчет еще одного полета? — намекает Хэл. — Можем добраться до особняка Ферино. Потом я заберу кота обратно.

— Его зовут Мурзик, — напоминаю я.

Хэл, вот упрямец, ни в какую не хочет называть боевого кота придуманным мной именем. Каждый раз делает вид, будто забывает. Вот и сейчас смотрит в другую сторону и не собирается исправляться.

— Простите, рейн Хэл, но на сегодня у меня другие планы, — говорю с улыбкой.

Кланяюсь, увожу Мурзика обратно в загон. Не забываю на прощание поцеловать в нос и пообещать приехать завтра.

Все это время Хэл наблюдает за мной. Но впервые в жизни не решается настоять, потребовать, чтобы приняла его предложение. И злится. Это видно по сведенным над переносицей бровям и острому, что кинжал, взгляду.

Когда же мы с Миной садимся в карету Бэла, вслед раздается рычание. И принадлежит оно вовсе не боевому коту. А разъяренному Хэлу.

— Лишь бы не рассердился настолько, чтобы отказать в уроках, — замечаю я. Приподнимаю кружевную, тонкую, как паутинка, занавесь и подсматриваю за Хэлом.

Он еще стоит посреди кошатни и смотрит нам вслед. Наконец, запрыгивает на Анки и улетает в противоположном направлении.

— Вы раззадорили его интерес, сати Тамани, — замечает Бэл. — Но и рассердили. Коварная, я бы сказал, взрывоопасная смесь.

Соглашаюсь с ним и замечаю, что сделала это не нарочно. Но, если честно, эти совпадения начинают раздражать. Слишком часто Хэл появляется там, где я никак не ожидаю его увидеть. Чего стоит первое знакомство.

— Простите, рейн Бэл, но мне кажется, сати Тамани и главный жрец Хэл отлично смотрятся вместе, — замечает Мина. — Особенно верхом на боевых котах.

Отпустив замечание, служанка зажимает рот ладонью. Испуганно смотрит на Бэла. Боится, что тот устроит ей отповедь. Кланяется, шепчет слова извинения.

— Иметь собственное мнение не стыдно, — возражает Бэл. — Я уверен, что когда-нибудь мы придем к тому, что сати Аланты смогут встать на один пьедестал с рейнами. Будут не только растить детей и вести хозяйство, но и управлять общими с мужем делами. Именно поэтому я так рад знакомству с сати Тамани. Она рушит устоявшиеся стандарты так же ловко, как плавает в море.

Его замечание очень льстит. Благодарю Бэла за оказанное доверие и замечаю:

— Я уж было начала переживать, что веду себя совсем скверно. Даже боялась, что меня отчислят с отбора. К тому же, такое поведение даст лишний повод для ненависти недругов.

Не говорю, что главным врагом является собственный дядя. Ох, сколько же помоев он вылил в мой адрес, узнав, что я занялась делом отца. И все же мне удалось сохранить за собой это право.

— Наличие недругов всегда можно компенсировать могущественными друзьями, — многозначительно произносит Бэл. — Если будут проблемы, обращайтесь. Я всегда помогу вам, в любом деле.

Карета не слишком плавно вписывается в поворот, пересекает невидимую черту, отделяющую «приличную» часть Аланты от «неприличной». В район, где живут куртизанки, мы въезжаем не со стороны базара, а со стороны цветущего сада. Вроде бы, все та же нежно-салатовая зелень, все тот же сладкий, даже чуть приторный аромат цветов. И все же что-то незримо меняется.

— Такое ощущение, что мы пробираемся сквозь паутину, — признаюсь я. — Липкую и густую. И в ушах шумит, точно взрываются пузырьки шампанского.

— Вот что значит кровь магов, — замечает Бэл. — Мы действительно только что преодолели специальную защиту. Она установлена выдающимися мастерами-магами с целью не допустить сюда любопытных зевак. Только рейны, достигшие половой зрелости, могут войти на эту территорию. Сати, как вы уже догадались, только в сопровождении.

Вот это я понимаю, возрастной ценз. Подергиваю плечами, точно сбрасываю с них прилипшую паутину.

— Кому рассказать, не поверят, — замечает Мина.

— Вот и не болтай, — предупреждаю я. — Все, что увидишь и услышишь сегодня, должно остаться тайной для других.

Мина живо соглашается и продолжает таращиться по сторонам. Впрочем, как и я. Мы как раз подъезжаем к одному из отдельно стоящих трехэтажных домиков. Крытый красной черепицей, он напоминает огромный гриб на плотной ножке, скрывшийся в густых зарослях деревьев. По одной его стороне ползет оранжево-желтый плющ, обвивает белый резной балкончик. Там-то и разместилась светловолосая девушка в лиловом платье.

При виде нас она вскакивает с кресла. Устремляет взгляд вдаль, приложив маленькую ладонь козырьком ко лбу. Узнает Бэла и приветливо машет.

— Это моя Лия, — замечает Бэл, не скрывая восхищения в голосе.

Возле ворот нас уже встречают слуги. Помогают выйти их кареты, приглашают нас с Бэлом в дом. Мину потихоньку уводят на кухню.

Вхожу в просторную, шикарно обставленную гостиную.

— Какая красота…

Словно погружаюсь в сокровищницу падишаха: всюду серебро, мрамор, драгоценный хрусталь. Даже к шелку штор добавлена серебряная нитка. Каменные изваяния, изображающие застывших в эротичных позах любовников. Будто вот-вот оживут и продолжат игрища. В камине овальной формы приветливо потрескивает огнь. Над всем этим великолепием плывет аромат благовоний: сандала и амбры.

Вся обстановка словно призвана пробудить тайные желания, заставить расслабиться, позабыть обо всем на свете.

— Направится? — улыбается Бэл. Дожидается моего кивка и замечает: — Это Лия сама придумала.

И я даже догадываюсь, на чьи деньги воплотила мечты в жизнь. Даже по меркам Алатны гостиная обставлена дорого. Но и во вкусе хозяйке не откажешь.

— Из нее бы получился отличный дизайнер, — замечаю восхищенно. — Клянусь, если надумаю затеять ремонт, обязательно приглашу Лию.

В гостиную вплывает и сама хозяйка. Внешне она напоминает лилию, не даром ее имя созвучно с названием этого цветка. Лия такая же хрупкая, изящная, со светлыми с пепельным оттенком волосами. Голосок у нее тоненький, кожа бледная, а глаза — непропорционально большие для узкого личика. Кажется, теперь я знаю, с кого рисуют японцы свои анимэ.

— Не знаю, кто такие дизайнеры, — замечает Бэл. Целует Лию в подставленную щеку. — Но наверняка это что-то прекрасное.

— Не что-то, а кто-то, — улыбаюсь я. — Дизайнеры ― своего рода художники, которые помогают создавать интерьер помещений. Подобрать тона, стиль мебели, материалы. У Лии определенно талант.

От моего замечания высокие скулы Лии покрываются румянцем.

— Мне так редко доводится общаться со сверстницами, — замечет она. — Для меня это честь, познакомиться с вами, сати Тамани. Бэл много рассказывал о вас.

— А вот мне про вас ничтожно мало, сати Лия, — признаюсь в ответ.

— О!.. — восклицает она. — Я всего лишь куртизанка, ко мне не обращаются «сати». Ведь у меня нет ни родового имени, ни магии, ни способностей к механике.

Боже, как все запущено. И в то же время очень знакомо.

— Мне кажется неверным подобное разделение, — замечаю и улыбаюсь Лие. — Вы кажетесь мне истиной сати. В то время как многие богатые и одаренные знакомые таковыми не являются. Кто захочет поспорить, тот просто не знаком с моей сестричкой Алией.

Бэл заключает куртизанку в объятия и смотрит на меня с восхищением. В его глазах я вижу отражение собственных чувств.

— Видишь, Лия, я же говорил: сати Тамани особенная! — восклицает и тут же кличет слуг: — Предлагаю отметить успешно начатое знакомство бутылкой домашнего вина.

К отменному ягодному вину подают холодное мясо, печеные овощи, фрукты, сыры. На отдельном блюде вносят пирог — по запаху напоминающий рыбный.

— Я сама готовила, — признается Лия и мило румянится. — Для особого гостя особое угощение.

— Знает, что я люблю, — подмигивает Бэл. — У Лии много талантов.

— Полагаю, вы имеете в виду не только пироги, — смеюсь я. — Но и угощения другого рода.

Бэл удивленно кашляет и кивает. Смотрит на Лию с обожанием. Потом вспоминает, что порядочной сати, то есть мне, как бы не положено вести подобные разговоры.

— Простите мою дерзость, — кланяется Бэл все в той же дурашливой манере, модной в этом удивительном мире. — Мне не стоило затрагивать темы, способные смутить незамужнюю сати.

Да черта с два меня смутишь упоминанием о сексе. И то обстоятельство, что я неожиданно вновь оказалась девственницей, ничего не меняет.

— Бросьте, рейн Бэл, мы же с вами договорились, что я необычная сати, — заверяю друга. — При мне можно спокойно обсуждать любые темы. В том числе все то, что происходит между супругами в спальне. И не только.

— Не только между супругами или не только в спальне? — шутит Лия.

После двух бокалов вина она смелеет и перестает притворяться чопорной и холодной. Дерзкой и острой на язычок она мне нравится больше.

— И то, и другое, — хохочу я. Даю служанке знак откупорить новую бутылку. — Я еще никогда не бывала в этом районе и очень хочу узнать, как и чем живут здесь. Полагаю, у вас, Лия, есть чем поделиться с неопытной сати?

Если мне не изменяет память, куртизанки моего мира обладали массой талантов и секретов, как завлечь мужчину в свои сети. Очаровать, заставить желать их одних. Полагаю, в Аланте дело обстоит так же.

— Вы прекрасны настолько, что получите любого рейна себе в мужья, — уверенно заявляет Лия.

Горестно вздыхает и косится на Бэла. Разумеется, она знает, что вскоре тому предстоит жениться. Хорошо, если он станет верховным жрецом, тогда получит возможность заиметь больше одной жены. Но первое время ему придется довольствоваться одной, которую получит на отборе. И я не уверена, что его избраннице захочется делить мужа с какой-то там куртизанкой.

— Красоты мало, чтобы удержать рейна, — замечаю я. — Привлечь внимание, это можно. Но выйти замуж и жить долго и счастливо — тут нужно постараться. И немаловажную роль в этом играют любовные утехи. Куртизанки знают, как обострить свои чувства и чувства партнера, правда ведь? Да так, что каждая новая ночь будет казаться первой.

Лия заливисто смеется и легонько кивает. Бэл, напротив, бледнеет и смущено кашляет. Будто я не понимаю, чем его так влечет куртизанка. Как опытная женщина, вполне догадываюсь.

— Вы сокровище, сати Тамани, — замечает он. — Вашему избраннику несказанно повезет. К сожалению, многие родовитые сати Аланты предпочитают светские развлечения развлечениям между супругами. И это очень портит отношения.

Сгораю от желания расспросить Лию о ее жизни, попросить поделиться тайнами соблазнения. Но боюсь, что Бэл придет в ужас. Потому решаю отложить подобную тему до лучших времен. А в том, что я еще раз навещу Лию, нет никаких сомнений. С нею мне куда комфортнее, чем со всеми остальными знакомыми в Аланте. Нет нужды притворяться и казаться не той, кто я есть на самом деле.

Только бы найти предлог, чтобы выбраться в район куртизанок. И остаться незамеченной.

Но это после. Пока можно наслаждаться обществом, отменной едой и вином. Хотя, последнее немного подкачало.

— Я больше люблю игристое вино, — замечаю, перекатывая на языке сладковатую с яблочным привкусом каплю. — Как говорил Марк Твен, слишком много чего-либо — плохо, но слишком много шампанского — в самый раз.

— Не знаю, кто такой Марк, — подумав пару секунд, выдает Бэл. — Но про шампанское вы уже упоминали. Что же это такое?

— Божественный напиток! — восклицаю я. — Вино, но не простое, а игристое. Это точно фейерверк аромата у тебя во рту. Вся радость праздника в одном флаконе.

— Интересно было бы попробовать… — замечает Лия.

А что, это вполне вероятно. Помнится, мама делала шампанское в домашних условиях из столового вина, даже из покупного. Пожалуй, «сырье», поданное Лией, вполне сгодится. Только надо найти подходящую бутылку и винные дрожжи.

С первым, думаю, труда не возникнет. Со вторым — сложнее. Хотя, и на этот случай есть один семейный рецептик. Винные дрожжи можно приготовить из кожицы ягод, покрытых характерным беловатым налетом. Надо будет побродить по саду и повнимательнее присмотреться к плодам. Вдруг получится?

— Результат не обещаю, но попробую приготовить, — заверяю я. — Думаю, этот напиток придется вам по вкусу. Сати Лия, позволите взять у вас несколько бутылок вина для экспериментов? Обещаю удачный эксперимент привезти на пробу.

Куртизанка не отказывает и обещает целый ящик лучшего вина. Три последующих часа мы занимаемся тем, что выбираем то самое — лучшее. И так рьяно экспериментируем, что у Бэла едва ворочается язык. Зато все остальное явно работает, это видно по жарким взглядам, которые он бросает на Лию.

— Ребят, если вам надо уединиться, я не против, — предлагаю, наплевав на формальности. — Пока с удовольствием прогуляюсь по саду. Голова немного кружится, свежий воздух не повредит.

А им не повредит сбросить напряжение. Иначе воздух между ними накалится настолько, что взорвется. Еще и меня зацепит ненароком.

— Мне так неудобно… — краснеет главный жрец.

Но предложение принимает. Уводит Лию в спальню и возвращается лишь через час. За это время я успеваю протрезветь и многое обдумать.

— У меня есть к вам деловое предложение, — начинаю серьезный разговор, не дав влюбленным остыть. — По поводу предстоящего отбора.

Лия и Бэл усаживаются за стол, удивленно переглядываются.

— Больше чем уверена, что Бэл станет следующим верховным жрецом, — выдаю я. — И очень хочу стать его женой. Чтобы когда-нибудь добиться чести и посетить главное святилище Великой Матери, портал между мирами и временами.

Решение пришло ко мне не сразу. Оно зрело, точно дивный плод, в моей голове многие дни. Но чем больше думала, тем больше убеждалась, что это будет верным выходом. Виллину не получить всю власть, это ясно, как день. Есть еще Хэл, но он больше воин, чем правитель. А Бэл — тот правитель, что нужен Аланте. И муж, который нужен мне.

— Вы ранили меня в самое сердце, — всхлипывает Лия. Прячет лицо в ладонях и всхлипывает. — Я знала, что когда-нибудь мне придется остаться без Бэла… И это время настало.

— Подожди, я же еще не договорила, — останавливаю поток ее излияний. — Это будет фиктивный брак, фальшивка. Мы станем мужем и женой лишь по документам. А на деле Бэл продолжит встречаться с тобой, Лия.

— Вы, правда, сделаете это для нас?.. — спрашивает Лия, не тая радости во взгляде.

— Не только для вас, но и для себя самой, — возражаю я. — Это станет выгодным решением для всех нас.

Бэл предлагает выпить за решение, кликает слуг, которых я предварительно отправила из зала.

Тут за окном раздается подозрительный шум, точно кто-то запустил камнем. Или тюкнулся лбом о раму.

— Нас кто-то подслушал! — сердится Бэл.

Спешит посмотреть, но никого не замечает. Даже отправленные на поиски слуги не находят следов посторонних. Сами же уверяют, будто и близко не подходили ни к дверям, ни к окнам.

— Им можно верить, — заверяет Лия. — Мои слуги не раз доказывали верность. Если и слышали лишнее, не расскажут и не предадут.

— Будем надеяться на это, — сдаюсь я. — Или на то, что нам показалось. Всем разом.

Сделку обмываем новой порцией вина. Так рьяно, что домой я еду с гудящей, точно развороченный улей, головой.

— Вот бы сейчас рассола, — замечаю Мине. Ловлю ее удивленный взгляд и поясняю. — Это соленая пряная жидкость, в которой хранятся зимой овощи.

— Фу, какая гадость… — замечает служанка. — Лучше приготовлю вам дома бульон из кинолпи и зелени. Очень помогает при несварении.

— Много ты понимаешь, — отмахиваюсь я. — И конопли мне не надо. А если честно, то пусть это будет первый и последний раз, когда я так расслабилась. Впереди ждет серьезный труд и основательная подготовка. Я выиграю этот отбор так, что никто не будет сомневаться в честности победы.