Глава 44

Изящна, как игрушечка,

Прелестная пастушечка

Плела себе венок.

И с нею рядом туточки

Наигрывал на дудочке

Прелестный пастушок.

И пели в тэт-а-тэтике

Любовные дуэтики.

Что с ними дальше станется –

Вам скажет окончаньице.

Но некая маркизочка

По имени Алисочка

Вдруг вышла на лужок.

И вот без промедленьица

Её воображеньице

Пленил сей пастушок.

«Вот мне б для адюльтерчика

Такого кавалерчика!»

Николай Агнивцев. «Пастушка и пастух»

Охоту Дарий любил практически так же страстно, как женщин и алкоголь. Каждый раз он собирался туда долго и тщательно: проверял оружие, сам, не доверяя слугам; скрупулезно взнуздывал найров, животных, выведенных специально для вольной скачки по лугам и полям; следил за тем, чтобы повар приготовил достаточно снеди; уделял внимание костюму для верховой езды.

Этот раз не стал исключением. Дарий постарался удостовериться, что неприятных сюрпризов не будет. Конечно, рядом с Ланой тяжело думать подобным образом, она сама — вечный сюрприз, далеко не всегда приятный. И все же следовало приложить как можно больше усилий, чтобы держать ситуацию под контролем.

Нарядившись в бирюзового цвета костюм для верховой езды, обув высокие черные сапоги на невысоком каблуке, натянув на руки перчатки под цвет костюма, Дарий чувствовал себя готовым практически ко всему.

— Это кто? — одетая в темно-синий костюм, очень похожий по крою на мужской, Лана стояла рядом и с любопытством рассматривала Шатора, личного найора Дария.

— Дальний собрат росса, только выведенный для охоты, — Дарий внимательно оглядел аристократов, собравшихся во дворе. Все на месте. Можно выезжать.

— Прекрасно, — фыркнула Лана. — Когда я с него свалюсь, мне будет пофигу, чей он собрат.

Дарий подавил вздох.

— Я тебя самолично приклею, заклинанием, — пообещал он, выдержав скептический взгляд обоих, и Ланы, и Тораса, ее найора.

С виду изящное животное, найор при необходимости способен был выдержать вес тролля, что уж говорить о Лане.

— Если что, я тебя и с того света достану, — проворчала Лана, но в седло все же села.

Дарий только хмыкнул, взлетел на своего найора и отдал приказ отправляться.

Перешив очередной наряд, Света щеголяла перед аристократами вполне земной моделью брючного костюма. Штанины получились чуть шире запланированного, кофта — тоже, но в общем и целом смотрелось прилично. Довольная своей работой, улыбаясь, Света вышла во двор, где уже собралась толпа придворных. Улыбка увяла, едва на глаза попалось этакое изящное создание размером чуть больше фарфоровой статуэтки. Четыре копыта, небольшой рост, доверчиво распахнутые карие глаза, опушенными густыми черными ресницами. Да как на нем вообще можно ездить?!

— Дальний собрат росса, — равнодушно сообщил Дарий, примериваясь к такой же «статуэтке», стоявшей рядом с ним.

Света представила себя верхом на этом чуде, пытающейся проехать хотя бы десяток шагов, явственно услышала хруст позвонков живности и с трудом сдержалась, чтобы прилюдно не покрутить пальцем у виска. Судя по взгляду, живность была с ней солидарна.

Дарий оказался бесчувственной сволочью, страхам супруги не внял, и Свете пришлось залезать на несчастное создание.

— Если что, я тебя и с того света достану, — пригрозила она.

В ответ — ухмылка. Зараза!

Несчастное создание повело себя как довольно выносливое животное. Вес Светы оно переносило стойко, бежало вслед за вожаком резво.

— Все так и норовят обмануть несчастную попаданку, — еле слышно проворчала Света, устраиваясь поудобней в седле.

Минут через пятнадцать мужчинам надоело тащиться со скоростью беременной черепахи, и они поскакали вперед, якобы разведать обстановку к появлению прекрасных дам. «А то вдруг в безопасном лесочке завелся питающийся всем подряд злобный хищник», — ехидно прокомментировала про себя такое бегство Света.

Женщины спешить не стали, хотя Свете так и хотелось оставить позади этот пестрый курятник, как она про себя окрестила придворных дам и собственных фрейлин. Их кудахтанье, сплетни и завистливые взгляды порядком достали Свету еще во дворце. Здесь же, на природе, она хотела любоваться цветами, растущими на лугах, а не слушать, как герцогиня моет кости родственникам графини, а та отвечает ей шпильками насчет лишнего веса.

— Милая, — к Свете подъехала мать. Невысокая, худощавая, она казалась щепкой в своем новом платье, полностью закрытом. Из-за серого цвета наряда лицо казалось землистым, а сама мать — совершенно неинтересной, — тебе следует вежливо общаться с отцом. Он твой родитель и желает тебе блага.

— То есть только желая мне блага, он сначала опаивал меня, а затем отдал в жены первому, кто попросил моей руки? — иронично уточнила Света. — Хорошее благо, что и говорить.

— Ланария! — негодующе начала было мать и сразу же сдулась, увидев котят, появившихся рядом со Светой. — Здесь, при дворе, — продолжила она гораздо спокойней, — нравы проще, но росла ты в строгости. И тебе с детства прививали приличествующие нормы поведения. Не позорь наш род.

— Вы его сами опозорили, — равнодушно пожала плечами Света, — сначала, когда опаивали меня, а потом, когда пороли Шерона. Думаешь, мы оба скажем за это вам спасибо?

Дарий прискакал на удобную опушку первым. Зеленая трава мягким ковром стелилась перед высокими столетними деревьями. В их кронах заливались птицы. Дарий осмотрелся, никаких тварей поблизости не заметил и решил, что лагерь они разобьют именно здесь, на этом самом месте. Женщины смогут насладиться природой, мужчины — побыстрей добраться с подстреленной тушкой до своих возлюбленных. В общем, одни плюсы.

Отдав приказ, Дарий спешился, кинул поводья пареньку троллю, в чьи обязанности входило смотреть за найором, сам стал неторопливо прогуливаться возле деревьев, мечтая как можно скорей отправиться на охоту.

Расторопные слуги уже заканчивали обустраивать лагерь, когда невдалеке послышались крики и визг.

— Спорим, я знаю причину? — ухмыльнулся Герман, подойдя поближе.

Дарий досадливо поморщился:

— И часу без приключений не может. Кто и чем ее снова довел?