Глава 74

Лёгкий ветерок прошелестел справа, потом слева и, наконец, Шорох показался на глаза, появившись передо мной прямо из воздуха. – Доброго утреца, хозяюшка, – растянув губы в улыбке, поприветствовал он. – Как настроение? Как спалось? Домовик всё больше и больше перенимал привычки драгхаров, старательно повторяя манеру поведения и речь. И этим он отличался от других доморфов, которые не торопились сближаться со своими хозяевами, общаясь с ними подчёркнуто вежливо и отстранённо. Приказы они выполняли в точности, но душевности в них не было и в помине… В отличие от Шороха. Он оказался иным. Светлым и добрым. Искренним. Хотя хитринка присутствовала тоже. – Настроение чудесное, – поделилась я, решив проигнорировать вопрос о сне. – Да и как может быть иначе, при такой-то погоде? – Да-да, погодка радует, – задумчиво оглядев горизонт, закивал он. – По крайней мере, пока. – Ты решил подкрепиться? – уточнила я, не обратив внимания на последнюю фразу, сказанную будто невзначай. – Нет, хозяюшка, я сыт, – замотал он головой, – просто заданий от хозяина не было, вот я и решил с тобой прогуляться. – Что-то ты темнишь, – погрозила ему пальцем. – Признавайся, в чём дело? – Если хозяюшка не рада появлению Шороха, я уйду, – опустив голову, проворчал он, так и не ответив на мой вопрос, при этом тревожно поглядывая по сторонам. – Но мне очень хотелось бы остаться. Решив не мучить доморфа расспросами, уверенная, что рано или поздно расскажет всё сам, я продолжила путь, тем более дел запланировано было много и тратить время понапрасну я не собиралась. Солнечные лучи ласково касались лица, словно поглаживая и успокаивая, и всколыхнувшаяся тревога отступила. Тёплый ветерок шелестел пожелтевшей листвой, напоминая о скоротечности бытия. Природа будто давала последний шанс насладиться тёплой погодой перед затяжными холодами. Ещё неделя-две и по ночам уже может опускаться на землю изморозь, сковывая тонким льдом мелкие лужицы. А там и вовсе недалеко до полноценных морозов. Хотя есть ли они тут, на побережье? Надо бы уточнить этот вопрос у Эрма, чтобы подготовить одежду и обувь. В памяти всплывали воспоминания о зиме, которую мы встречали с сёстрами в поместье. Но насколько суровая она в этих краях, мне ещё предстояло выяснить. Размышляя о бренности бытия, я не заметила, как оказалась возле зверинца. Работа здесь кипела уже вовсю. Это я могла себе позволить понежиться в постельке по утрам, а те, кто ухаживают за грифонами, приходили сюда на рассвете. Близнецы убирали в стойлах, Намирия разносила еду и воду. И всё вроде было, как и прежде, за одним единственным исключением – животные вели себя странно: беспокоились, недовольно порыкивали, крутились на месте. И их тревога тут же передалась мне, напомнив о жуткой ночи с кошмарными снами. Не к добру всё это, ох не к добру. – О, наша кормилица пришла, молока принесла, – приветливо кивнув, подмигнул Морэй, отвлекая от тревожных мыслей. – И пирожков с яблоками, – добавила я с улыбкой, решив разбираться с проблемами по мере их поступления. Кстати, хорошая позиция, с точки зрения сохранения душевного спокойствия. – На завтрак Намирии, если что. Тётушка Поллет просила передать их племяннице. О вечно голодном молодом драгхаре не было сказано ни слова. – Как она могла забыть про меня? – наигранно возмутился Рэй. – Нами, но ты же поделишься? – обернувшись к девушке и состроив жалобное выражение на лице, спросил он. – Ты же не дашь верному другу погибнуть во цвете лет от голода и жажды? У меня уже желудок серенады распевает, восхваляя тётушкину стряпню. Чуешь аромат? – О, да, чую, – фыркнула подруга, – даже глаза слезятся. – Да я не про тот, – отмахнулся он, отставив в сторону лопату, которой убирал навоз, и направляясь к умывальнику. – Хотя, напомню, сегодня твоя очередь очищать воздух. – Какие тебе пирожки? Ты же только час назад поел, – удивилась Хэйла, показавшаяся из соседнего стойла. – Лопнешь от обжорства. – Не час, а два, – исправил её брат. – Ну, два, не велика разница. – Здесь час идёт за три, – не смутился драгх. – Так что от пары пирожков я не откажусь. И вообще, пора устроить перерыв, а то и так грифоны слишком нервные, а тут ещё мы под ногами путаемся. – А почему вы не используете в работе магию? – вопрос давно крутился на языке, но всё забывала спросить. – Используем, – вымыв руки и уступив место сестре и Намирии, ответил Морэй, – но только по минимуму, для очищения воздуха от пыли и примесей, например, ну и звериного запаха. Грифоны магические животные и любой всплеск силы воспринимают как возможную угрозу. А злой грифон – опасный грифон, справиться с которым не каждому по силам. Раскатистый рёв из дальнего стойла разнёсся по зверинцу. – О, твой любимчик сегодня в ударе, – кивнув в ту сторону, усмехнулся драгхар. – Никого к себе не подпускает. Так что сегодня с ним будешь разбираться сама. – Хорошо, – спорить я даже не собиралась. После той памятной встречи, когда грифон вырвался из стойла и заснул крепким сном благодаря стихиалям в паре шагов от меня, между нами возникло хрупкое доверие, которое постепенно перерождалось в крепкую дружбу. И вот сейчас этот самый грифон, со звучной кличкой «Дикий», отражающей всю суть его характера, настойчиво выказывал своё недовольство. – Хотя сегодня со всеми творится что-то странное, – подходя, поделилась Хэйла. – Я заметила, – откликнулась, передавая ей корзинку и крынку с молоком. – Пойду, загляну к нему в гости. – Только осторожнее, – напутствовала подошедшая Намирия. – Не рискуй понапрасну. – И не собиралась. Ты же знаешь. – Знаю, – фыркнула подруга, – поэтому и прошу. Пока друзья завтракали, смеясь и по-доброму переругиваясь, я заглянула в стойло к Дику, как сокращённо звала зверя. Доморф следовал за мною тенью.