Глава 22

Где-то в горах

Тупая боль, пульсирующая в виске, отдавалась эхом в каждой клеточке тела. Гарольд пришёл в себя не сразу. Сначала вернулся слух: тихий шёпот двух голосов, треск горящих поленьев в печи, старческое дыхание. Затем обоняние: запах лекарств, влажной тряпки, лежащей на лбу, собственного пота. И лишь спустя какое-то время, преодолевая тяжесть век, Гарольд смог открыть глаза.

Комната плыла перед глазами. Возле двери на табуретах сидели три плечистых разбойника-головореза.

— Наконец-то очнулся, — пробормотала Линн, убирая неприятно пахнущую ткань со лба. – Отвар, выпей укрепляющий отвар, — к его губам поднесли деревянную кружку.

— Гарольд пришёл в себя! – над ним с другой стороны склонился Кейсон. – Ой, что я тебе сейчас расскажу, — шмыгая носом, паренёк пытался рассказать, как они сходили в деревню.

— Дай ему осмотреться, неугомонный, — Линн махнула на Кейсона рукой.

— Что со мной произошло? – допивая горький отвар, хрипло спросил Гарольд. – Помню, как шли на дело к заставе, дальше темнота.

— Надышался отравой, — не без ехидства заметила Линн, убирая посуду. – Думали, не спасём.

— Да, да, думали, — радостно улыбаясь, подтвердил Кейсон. – Если бы не…

— Выйди отсюда, больному нужен покой, — бабка попыталась прогнать не в меру разговорчивого паренька.

— Постой, пусть расскажет, — Гарольд, как ни странно, с каждой минутой чувствовал себя всё лучше, будто бы какая-то магия вела обратный отсчёт до полного выздоровления. И был этот отсчёт очень быстрым, даже с невероятным ускорением.

— Мы с бабушкой Линн, она и я, — Кейсон два раза помахал рукой, тыкая пальцем то на старушку, то на себя, будто старался показать, кто был счастливым виновником выздоровления больного командира, – ходили в деревню. Страшно не было, ты не подумай. Там из ниоткуда появилась травница одна.

— Старая? Откуда прибыла? – разминая плечи, спросил Гарольд.

— В том-то и дело, главарь, что нет, — Кейсон сделал шаг к столу, но тут же вернулся к кровати, его глаза горели восторгом. – Она не старуха, молодая, лет двадцати, красивая, яркий взгляд, магия льётся через край.

— Ты там на минутку не влюбился? – хохотнула Линн, слушая паренька. – Где ты в ней увидел «магию через край»?

— Я видел то, что ты, бабушка, не заметила, — обиженно хмыкнув, рассказчик перевёл взгляд на капитана.

Гарольд медленно повернул голову, боль окончательно отступила, её место занял холодный цепкий интерес.

— Продолжай, я слушаю.

— Командир, она не просто травница, что варит микстуры от кашля, — Кейсон понизил голос, словно боялся, что его услышат из деревни. – Она сильный маг! В тот момент, когда почти все ушли и осталась лишь горстка ревущих деревенских баб, я пробрался ближе к дому и заглянул в окно. Эта девица с лёгкостью смешала и разбавила лекарство магией так, что оно не потеряло своих свойств, а уверен, стало ещё лучше! И ты этому доказательство! Пришёл в себя за час и сейчас чувствуешь себя прекрасно! Не так ли? Ну или почти прекрасно!

В доме воцарилась тишина, нарушаемая лишь треском дров да бульканьем закипевшей воды.

Гарольд сидел неподвижно, его чёрные волосы падали на заострённое болезнью лицо. Красивый, сильный, опасный – он был похож на затаившегося хищника, учуявшего вкусную добычу.

Идея родилась мгновенно, жестокая и блестящая. Лекарство – это хорошо, но сама целительная имеет большую ценность.

Он повернул голову, скользнул взглядом по подчинённым и улыбнулся. Это была не та улыбка, что сулит добро.

— Есть один интересный заказ из-за гор, — Гарольд говорил тихо, но в его голосе звенела сталь. – У Чёрных драконов последнее время рождаются слабые драконята, сколько бы они ни старались, только каждый второй может обращаться. Они готовы заплатить золотом за травника или травницу, которая сможет варить какое-то редчайшее зелье. А она сильная, я это чувствую. Слабость отступила, и это всего за несколько часов после приёма её лекарства.

— Когда выдвигаемся? – поинтересовался Кейсон.

— В этом деле не стоит торопиться. Для начала я найду покупателя, договорюсь о цене… И вот тогда случится самая величайшая сделка в нашей жизни. Драконы заплатят за неё золотом по весу. Уж я постараюсь это устроить. Ради детей они согласны пойти на многое.

— Но для начала, Гарольд, ты восстановишь силы и лишь через три дня сможешь идти через горы, — сказала своё веское слово Линн. – Не для того я рисковала своей головой, спускаясь в деревню, чтобы ты свою сложил на вершине заснеженной горы.