Интермедия

Заклинание стазиса сорвалось с его пальцев раньше, чем шевалье Д'Амарьяк успел подумать, что делает. Сорвалось, прошло сквозь незваного гостя и растаяло.

Гость же обернулся от раскрытого секретера и радостно улыбнулся.

– Жорж! Мальчик мой, как ты вырос! Отличное плетение, сам придумал?

– Барон Грасси?.. Вы же… – Д'Амарьяк прекрасно понимал, что несет чушь.

Шарлемань де Грасси умер, когда Жоржу было девять, то есть почти век тому назад. Один из сильнейших некромантов Франкии, уступающий разве что Мортале, просто бесследно пропал. И вот – вернулся. Призраком. Но можно было ставить командорскую цепь против мухобойки, смерть не сделала дядюшку спокойнее и покладистее. И тем более – безобиднее. Скорее наоборот. Когда Грасси был жив, его можно было убить. Теперь, когда он мертв – демона с два от него избавишься.

– Называй меня по-прежнему дядюшкой Шарлем, – подмигнул ему некромант и без малейших признаков смущения заглянул в очередной вынутый из зачарованного секретера свиток. – Я смотрю, твои дела неплохи. Но почему ты до сих пор лишь командор?

Д'Амарьяк поморщился. Грасси никогда не отличался тактом и уважением к чужим тайнам. То есть он очень уважал чужие тайны – и никогда не мог пройти мимо, чтобы не сунуть в них свой длинный нос.

– Магистр еще жив. А ты неплохо сохранился, дядюшка Шарль. Неужели твои останки кто-то перевез в Брийо?

Не то чтобы Д'Амарьяк надеялся на честный ответ, но иногда из лжи и недомолвок можно извлечь очень и очень многое.

– Да нет, что ты. Кому нужны старые кости! – Некромант бросил свиток обратно и поманил журнал, спрятанный под тремя слоями защиты. Журнал, который он даже видеть не должен был! – Просто я подумал, что моему любимому ученику скучно тут без меня. Да и магистр этот ваш… ага, ага…

Д'Амарьяк в тихом бешенстве наблюдал, как Грасси читает зашифрованный журнал. Все его заметки о магистре и командорах, императоре и принцах, маршалах и герцогах, послах и министрах, массенах и Братстве Ворона… Читает легко, словно бульварный романчик, просматривая страницы по диагонали, хмыкая и морщась.

– Ну что ты стоишь, как не дома, Жорж, – не отрываясь от журнала, укоризненно покачал головой Грасси. – Садись, наливай. Рассказывай. Я же не брошу тебя на произвол судьбы, мой мальчик.

– Я давно не мальчик, де Грасси, и не развеиваю тебя только в память о…

– Только потому, что не можешь, я знаю, – кивнул некромант, не отрываясь от журнала. – Что, вот прямо марионетка и не подобраться? Ай-ай-ай, и чему только тебя учил отец, а, Жорж? Отступать перед каким-то святошей!

Упав в свое кресло, Д'Амарьяк проклял тот час, когда его посетила «счастливая» мысль воспользоваться для заметок шифром, которому его научил покойный дядюшка. На самом деле никакой не дядюшка, а очень дальний родственник по линии матери и друг отца. Дядей он звался потому, что обожал возиться с маленьким Жоржем, учил его всяким интересностям и прочил ему блестящее будущее. Вот только все это было до того, как святоши забрали власть и вырезали почти всех некромантов и темных во Франкии. Сучьи дети, чтоб им гореть в их же пламени.

– Я не отступаю, я всего лишь проявляю осторожность. Глупо подставляться и давать Пресветлому возможность отправить меня на костер.

– А он очень этого хочет, не так ли, мальчик мой? – Некромант захлопнул журнал и щелчком пальцев отправил на место. – И он очень к этому близок, скажу я тебе по секрету. Ты в курсе, что на императора готовится покушение?

– Разумеется, в курсе.

– Так вот, это обманный финт, малыш. Настоящий удар будет совсем иным, – призрак сказал это в точности тем же тоном, что почти сто лет назад.

Малыш. Давно шевалье Д'Амарьяка, командора Ордена Лилии, так не называли. Почти сто лет. Пожалуй, это было даже приятно – и оттого особенно подозрительно.

– Грасси, какого демона тебе надо, говори прямо. Я устал, как собака. – Он достал из тумбы стола бутылку и налил себе. – Ты бы слышал, что эти маразматики несут на совете!

– Слышал, а как же, – кивнул некромант, принюхался и расплылся в улыбке. – Ты тоже пьешь сладкий мускат! Хороший урожай. Лет десять выдержки…

– Двенадцать. Как ты сам говорил, сладкое полезно для ума. Твое бессмертие, дядя Шарль! – Он отсалютовал бокалом и, отпив, покатал изысканное вино на языке.

– Вижу, терпению и риторике ты уже научился, – довольно усмехнулся некромант. – Но я слишком хорошо тебя знаю, чтобы не видеть, когда ты лопаешься от любопытства.

Д'Амарьяк лишь пожал плечами. Смысл отрицать очевидное?

– Ты сам скажешь все, что хотел.

– Ты помнишь мои уроки, это приятно. Итак… ты хочешь знать, как тебе свалить Пресветлого, а с ним Себастьена. Отвечаю: сам ты этого не сделаешь, Пресветлый был хитрым старым жуком, еще когда ты под стол пешком ходил. Помнится, мы с ним как-то надрались и поспорили… Да, веселое было время… Сукин сын не врал, святоши берут хитростью и терпением. Взяли, тысячу демонов им в зад! Так вот сунешься – и пойдешь на костер.

Сладкое вино превратилось в желчь прямо на языке, отчаянно захотелось выплюнуть его и выругаться от злости и бессилия. Д'Амарьяк подозревал, что ему несут тщательно просчитанную ложь и заманивают в ловушку, но услышать подтверждение от призрака, который впервые за сто лет выбрался в столицу?! Темные ангелы, это слишком! Ему надоело чувствовать себя глупым мальчишкой!..

– Правильно надело, – кивнул Грасси. – Но тебе повезло. Наши интересы снова совпадают. Я собираюсь возродить род Грасси, не спрашивай пока как. И мне нужна нормальная Франкия, без этих ваших костров. Добрый боже, как вы вообще могли допустить такое? Куда смотрели Мортале?!

– Последнего настоящего Мортале убили полвека назад, – устало пояснил Д'Амарьяк. – Никого из магов Смерти не осталось, дядя Шарль. Святошам хватило ума вбить клин между некромантами и темными, и после вас они принялись за нас.

– Идиоты, – поморщился призрак. – Я тебе что говорил? Вместе мы – сила, а по отдельности – тьфу, пыль. Ладно. Надо использовать то, что у нас есть. А у нас есть я! Пресветлый пока обо мне не знает, на нашей стороне внезапность. А значит, действовать будем быстро. Себастьена я беру на себя, неделя-две, и он окончательно сойдет с ума. А главное, выйдет из-под контроля святоши. Вот тогда тебе надо будет действовать быстро, Жорж. Ковать, пока горячо. Будь готов. Ты понял меня?

– Понял. Какой тебе интерес в Себастьене, Грасси?

– Я же сказал, род возрождать буду. Не хватало еще, чтобы эти постные рожи портили жизнь моим потомкам! Сам-то что до сих пор не женился? Давно пора завести полдюжины наследников! Неужели мой печальный пример тебя ничему не научил?

– Невесты подходящей не было, – буркнул Д'Амарьяк, опять желая развеять дядюшку к темным ангелам, но тут же невольно улыбнулся, вспомнив Матильду.

О прекрасная Тиль! Огонь и страсть, страсть и огонь! А как сладок ее дар! Их дети будут сильнейшими магами. Скоро она поймет, что они созданы друг для друга, и будет счастлива выйти за него замуж. Она уже чувствует это… Боже, как горели ее глаза, когда она пыталась его убить!..

– Нашел, значит?

– Нашел и женюсь еще до конца года. Великолепная женщина, редчайший дар. А какой характер!

– Да ты влюблен, Жорж!

– Да, я влюблен, представь себе. Она того стоит!

– Ну-ну. Главное, не путайся в моих планах.

И только тут до Д'Амарьяка дошло, что он собирается жениться не на ком-нибудь, а на внучке де Грасси. Не родной, а двоюродной, но какая разница. И если планы Грасси включают в себя Матильду… Проклятье, вот только не хватало нажить себе бессмертного врага. Надо жениться немедленно, пока Грасси ее не нашел сам. Как удачно, что Матильда не бывала во дворце!

– Я бы не путался, если бы ты со мной ими поделился, дядюшка. Может быть, я бы даже тебе помог.

– Разумеется, поможешь, малыш, – подмигнул ему призрак… и исчез.

Далеко ли? Надолго ли? И есть ли теперь место, где за командором Д'Амарьяком никто не подсматривает и не подслушивает?

– Нет такого места, малыш. Но не стоит расстраиваться, ведь мы с тобой друзья, – послышалось словно со всех сторон.

Призрачный голос излучал такое дружелюбие, что будь у Д'Амарьяка хоть один шанс упокоить старого негодяя, он бы немедленно им воспользовался. А потом принес бы охапку чертополоха и бочонок сладкого руанского на могилу дяди Шарля и поставил двенадцать дюжин свечей за его безмятежное посмертие. Но шанса не было, мерзавец не ошибся.

– Само собой, друзья, – вздохнул Д'Амарьяк, торжественно обещая себе изучить все материалы по упокоению особо наглых призраков и, как только Пресветлый покинет грешную твердь, отправить вслед за ним и обожаемого дядюшку.