Глава 14. Как обойти проклятие

Алистер Блэкден

Некромант то и дело ловил себя на мысли, что не может выкинуть из головы девушку, которая теперь была ему женой. Злило ли колдуна то, что их брак держался только на словах? Да, очень злило. Но Алистер старался держать себя в руках.

Холодная и осмотрительная, она не походила на себя до того покушения. Пусть Алистер и не был знаком лично с Хлоей, слухов было достаточно.

Но сегодня лед тронулся.

Сегодня она впервые перестала выставлять колючки, позволила себя поцеловать. Пусть говорит, что это была игра на публику. Да только некромант почувствовал в этот раз не только холод, но и эмоции. Простые, понятные и такие… которые пробуждали интерес. Требовали зайти дальше. Требовали большего.

В памяти всплыл случай в спальне его жены. Когда Хлоя холодно потребовала помочь застегнуть ей платье. Алистер согласился из чистого любопытства — было интересно наблюдать за её реакцией. До того дня он придерживался простого правила — одевать девушку только в том случае, если сам ее и раздел.

И сам же отступился от правила. 

Такая хрупкая на вид, беззащитная, безумно красивая. Но вместе с тем слишком собранная и умная для своего возраста. Это манило и заставляло задуматься.

Алистер предполагал, что найдет в этом доме ответы на свои вопросы. Пусть не сама леди де Варгас была причастна к такому количеству смертей. Но было в ней что-то, что заставляло некроманта быть настороже.

Он по-прежнему не верил в то, что, пережив смертельное заклинание, можно так сильно поднять уровень силы некроманта. После слов целителя мужчина долгое время исследовал этот вопрос.

Может лекарь не лгал. Но его слова точно нельзя было применить к феномену леди де Варгас. Алистер просто чувствовал, что тут что-то другое. Что-то, что может помочь решить проблемы. Все проблемы. И до этого он собирается докопаться.

Для этого придется отбросить все чувства, которые зарождаются наподобие снежного кома. Будто вот — упала одна снежинка, а уже в следующую секунду тебя накрывает лавина.

С этим нужно совладать. Справиться. Он не может позволить чувствам разрушить все. 

И это значит, что орешек, который носит имя Хлои Блэкден де Варгас, нужно раскусить как можно скорее. Иначе вполне может оказаться, что этот решек с такими же зубами, как и ее питомцы.

Алистер откинулся на высокую спинку кресла, взлохматил волосы пятерней, стараясь собраться с мыслями. Но стоило ему только закрыть глаза, как перед внутренним взором появилось лицо Хлои.

Слегка приоткрытые пухлые губы в алой помаде, истома в глазах, призывно поднимающаяся в дыхании грудь. Не было ничего пошлого в ее внешности, но Алистер никак не мог перестать думать о том, что могло бы быть, закончись их поцелуй не тем, что жена вывернется из объятий и вернется к гостям. Что могло бы быть, оставь они всех в зале…

Что могло бы быть, но чего не случилось.

Хлоя Варгас

Проснувшись ни свет ни заря, я до позднего утра валялась в кровати, прокручивая в голове минувший вечер и выстраивая дальнейшую линию своего поведения с собственным мужем.

Проще говоря — боялась высунуть нос из спальни. А все этот дурацкий поцелуй, чтоб его!

От Алистера я сбежала, воспользовавшись предлогом, едва осознала, что произошло нечто большее, чем супружеский поцелуй на публику. И избегала весь оставшийся вечер. Но от себя-то не убежишь! И мне совершенно не нравятся собственное смятение и душевные переживания. Такое чувство, что мне снова пятнадцать лет и все о чем я могу думать — понравился ли ему поцелуй?  Думает ли он обо мне? Что сказать ему при встрече?

Тьфу, глупости какие!

Возможно, это остаточные эмоции от Хлои? Как тогда, с её муженьком. Точно! Не могла я увлечься Алистером! Вся эта дурь от Хлои. И никак иначе. А я буду себя вести так, словно ничего особенного не произошло.

Алистер, в отличие от меня, не заморачивался по поводу вчерашнего. И чувствовал себя прекрасно. Я бы даже сказала, как у себя дома. Когда я спустилась, он сидел во главе стола, читал газету и наслаждался душистым чаем, чей аромат уже начал вырываться в коридор через распахнутые двери столовой. 

— Доброе утро, Хлоя, — приветствует Алистер, отбросив реверансы и откладывая газету в сторону. — Как спалось?

— Чудесно, — усаживаясь напротив, невольно отмечая, что в этот раз мужчина отошел от строгого делового стиля и одет попроще: черные брюки и мягкий зеленый пуловер. — Вам очень идет.

— Не так, как мой вчерашний костюм, — отвечает супруг любезностью на любезность. И словно бы невзначай, добавляет: — К слову, наше с тобой  колдо-изображение появилось в колонке моды.

Да ладно? Рюрик развалится на косточки от счастья, когда узнает! Вот правильно говорят: гениев признают после смерти!

— В связи с этим я хотел бы и впредь одеваться у Рюрика. Что ты на это скажешь? — Во взгляде Алистера плясали чертенята. — Не бесплатно, разумеется.

— Деньги меня не интересуют, а вот информация…

— Все что угодно.

— Ловлю на слове. — Мы обменялись понимающими улыбками, оба прекрасно понимая, что под «все что угодно» подразумевается лишь «все, что я сочту нужным». — Как вы могли понять, я никогда не интересовалась наследием отца, — начинаю издалека, отмечая, что Алистер внимательно меня слушает. — Более того, не желала иметь с некромантией ничего общего, полностью отдавшись дару земли. И как итог, оказалась совершенно не готова к сложившейся ситуации.

— Что ты хочешь знать?

— Все, — мужчина приподнял бровь, и я решила уточнить: — К примеру, как так вышло, что наши с вами рода уничтожены, а Тиор живет припеваючи?

Алистер постучал пальцами по столешнице, а после откинулся на спинку стула.

— Хлоя, что тебе известно о родовых артефактах некромантов? — я едва заметно отрицательно покачала головой, подтверждая его наихудшие подозрения. Подняв глаза к потолку, Алистер начал лекцию: — Их всего пять и когда-то они принадлежали сильнейшему некроманту всех времен. После его смерти, более трех тысяч лет назад, во избежание кровавой междоусобицы, было решено разделить артефакты между наследниками. Так появилось пять отдельных родов, где каждый обладает уникальной особенностью. Как ты уже успела понять, коса отвечает за поднятие и усмирение нежити. Маска, принадлежащая роду Де Лануа, позволяет общаться с духами, перчатки рода Де Каруар даруют силу воскрешения, ну а с помощью сапог лорд Тиор ходит на изнанку мира как к себе домой.

— Так почему проклятие их не коснулось? Их артефакты сильнее?

— Напротив, — в разговор вмешался Хранитель, и его голос не предполагал ничего хорошего. — Алистер хочет сказать, что нас вывели из игры, потому что мы представляли наибольшую угрозу.

— Именно, — согласился муж. — И я искренне верил, что за этим стояла ты, Хлоя. Согласись, отвергнутый всеми бастард с уникальным двойным даром — хороший мотив для того, чтобы собрать все артефакты и отомстить. Но я ошибся.

Если учитывать все то, что я знаю о предшественнице, то вывод весьма логичный.

— Что насчет семейки Тиор? — закидываю удочку. — Вы их проверяли?

— Уверен, что они непричастны, — Алистер отвечает так, словно на этом даже зацикливаться не стоит.

Серьезно?

— Ну, конечно, вы же так хорошо их знаете, — язвительно фыркаю, едва ли не прямым текстом намекая на его многолетнюю связь с Кэтрин. — Если вам, лорд Алистер, изменяет память, спешу напомнить: лорд Виен со своим сыночком едва меня не убили, чтобы завладеть артефактом, а благодаря стараниям Кэтрин меня почти запечатали.

Алистер… даже ухом не повел! и соизволил ответить только тогда, когда доел тост и запил его чаем. Ледышка! Непробиваемый кусок айсберга!

— Я действительно хорошо знаком с их семьей, — наконец, мужчина взял слово, пропустив мою тираду мимо ушей, — и поэтому мне достоверно известно, что их благополучие — это лишь видимость. Знаете почему я никого не беру в свой род? — и не дав мне даже шанса на ответ, продолжил: — Потому что проклятие в первую очередь уничтожает новых членов рода. Лорд Тиор, в отличие от меня, жалостью не обременен.

Мне потребовалось немного времени, чтобы осмыслить, при чем тут вообще это. А когда осознала — ужаснулась. Более того, стало стыдно за свои выводы.

— Он что, устроил текучку? — интересуюсь, все ещё не веря.

— Проклятие направлено на то, чтобы род постепенно угасал. Сокращается срок жизни некромантов, падает рождаемость, затем начинают умирать те, у кого связь с родом самая слабая. Попытки Виена завладеть твоим артефактом не более, чем попытка спасти свой род.

— Поэтому вы конфликтуете?

— Я не могу его остановить — он все делает так, что не подкопаешься. Но и участвовать в этом я не намерен.

Я не нашла что ответить. Да и что тут скажешь? Поэтому остаток завтрака мы провели в вязкой, неприятной тишине.

— Значит, наш враг кто-то из двух оставшихся родов? — интересуюсь, когда с едой было покончено.

— Я надеюсь на это, — Алистер встаёт из-за стола. — Потому что если это не так, то найти проклявшего будет в разы труднее. А если он завладеет пятым артефактом после моей смерти — практически невозможно.

Я хочу узнать, какую силу даёт последний артефакт, но вместо этого спрашиваю:

— И что мы будем делать?

— Не знаю, какие планы у тебя, — мужчина усмехнулся, —  а я намерен умереть.

Это заявление меня настолько повергло в шок, что я ещё минуту сидела в прострации. А потом бросилась вслед за Алистром. 

— Постойте! — догнав мужа, я запинаюсь и почти падаю к его ногам, но меня мягко, будто я ничего не вешу, ловят и ставят на ноги. — Что ты такое говоришь? — от волнения перехожу на «ты». — Умереть? С ума сошел?!

— Ты слишком сильно волнуешься за того, с кем мечтаешь развестись, — веселится этот нахал. — Но не переживай, Хлоя, так легко от меня не отделаешься.

Пренебрежительно фыркнув мол, было бы о ком волноваться, я хлопаю Алистера ладонью по груди и делаю шаг назад. А то ещё немного и мужчина надумает лишнего.

— Объясни нормально, что ты задумал, — скрещиваю руки на груди и впиваюсь в него взглядом.

— Есть шанс поймать врага на наживку. У тебя иммунитет к проклятию, а я все это время спасался, поддерживая силы с помощью дыхания смерти. Если я перестану делать это, больше нечему будет сдерживать проклятие. Но прежде, чем я умру, я смогу вычислить предателя с помощью древнего заклинания.

— Почему нельзя это сделать сейчас?

— Когда проклятие войдет в полную силу — между мной и тем, кто проклял меня, образуется связь.

— Но ты к тому времени будешь как никогда слаб! — продолжаю упираться, искренне считая план глупым. — Как ты собираешься победить врага, когда найдешь его?

— А жена мне для чего? — Алистер смотрит на меня открыто, без утайки. Так, словно несмотря на своё заявление, ждет моего решения. Готовый принять любой ответ. — Хлоя, — Алистер ловко перехватывает мои ладони и сжимает их, — ты поможешь мне? Поверь, мне больше не к кому обратиться. 

— Конечно, не к кому. — Я единственная в этом мире, кто дал клятву не вредить ему. И тут меня осеняет. — Так ты поэтому тянешь с разводом?

— Обещаю, — мужчина поднимает ладони перед собой, как бы оправдываясь, — что освобожу тебя от брачной клятвы, как только со всем этим будет покончено.

По телу пробегает неприятная холодная дрожь.

Алистер не сказал это прямо, но я уловила двойной смысл его обещания. Либо он мне даст развод, в случае, если мы сможем победить врага, либо я стану вдовой.

Внутри образовывается какая-то иррациональная вера в то, что если не Алистер, то больше с этой задачей не справится никто. Только сильнейший некромант королевства, который вопреки всему до сих пор жив.

И решение, судя по всему, я уже приняла.

— Хорошо, я помогу тебе. И попробуй только умереть! — нарочито ворчу, чтобы скрыть истинные эмоции, а именно то, что я волнуюсь за жизнь нежеланного супруга. — Не желаю, чтобы меня прозвали черной вдовой! Как я себе потом нового мужа найду?

Алистер на мою тираду лишь тихо рассмеялся.

— О, кстати, — заприметив в конце коридора Рюрика и Рудольфа, заявила: — кажется, я придумала, чем вы можете отплатить мне за услуги портного.

Брови мужчины взлетели в вопросительном жесте, а в глазах загорелся интерес.

Присмотревшись к спешащей к нам парочке, я вдруг поняла, что ошиблась. И они идут не вместе, а порознь. Даже, я бы сказала, Рудольф пытался отвязаться от портного, который бурным рукоплесканием что-то пытался ему объяснить. Парень хоть и старался выглядеть непринужденно, но некоторая нервозность выдавала его дискомфорт.

— Лорд Алистер, эти документы требуют вашего внимания, — под моим хищным взором помощник Алистера передал ему стопку бумаг и хотел уже ретироваться, но притормозил: — Леди Хлоя, — произнес робко, если не стыдливо, но, тем не менее, смотря мне в глаза, — не могли бы вы попросить вашего помощника прекратить преследование?

— Преследование?

— Он ходит за мной и ходит. Куда я, туда и он. Хватает за руки и куда-то тянет. Вот, я только вернулся из города, а ваш помощник уж встречает меня. Я не понимаю, что ему нужно!

На последних словах голос парня от волнения дал петуха.

Мы с Алистером переглянулись и, кажется, впервые подумали об одном и том же: парень вот-вот сорвется и схлопочет нервный срыв.

— Хранитель, я чего-то не знаю? — обратилась к духу, раз тот не спешил прокомментировать ситуацию. Уж он-то явно в курсе!

— Кхм… как бы это сказать, — замялся Хранитель, лишь раззадорив моё любопытство. — Понимаешь, творческие личности со своими странностями.

— И? — поторапливаю интригана. — Говори уже.

Хранитель выдержал паузу и...

— Понравился ему Рудольф, — ...сдал с потрохами скелета.

— В смысле понравился? — не сразу поняла, но после того как Алистер постарался кашлем замаскировать смех, ошарашенно протянула: — О-о-о… в том самом смысле?

Рудольф, который слышал лишь мою часть реплик, но не слышал ответы Хранителя, взирал на меня круглыми глазами, ждал вердикта и, кажется, начинал догадываться. А тут ещё Алистер похлопал его по плечу, с загадочным видом. 

— Я сам пока не знаю, как на это реагировать. Вроде и слышал о таком, но чтобы вот так… — и не совладав с эмоциями, дух рявкнул: — эти творцы все ненормальные! Может, обратно его закопаешь, а?

Не выдержав, я рассмеялась.

— Рудольф, я попрошу своего помощника, чтобы он вам не докучал, — успокаиваю юношу, отсмеявшись. — Вы, главное, не бойтесь его, хорошо? Он вам не причинит вреда, я гарантирую. Скорее, будет защищать.

Рудольф кивнул как китайский болванчик и поспешил прочь, опасливо озираясь.

— Нас прервали на самом интересном месте, — Алистер возвращает меня к прошлой теме разговора.

— Да, верно. Не расскажете мне о Рудольфе? А если быть точнее, то меня интересует ваше сотрудничество. Он ведь не входит в род Блэкден, не так ли? Но при этом вы ему доверяете.

Иначе Рудольфа в этом доме не было бы.

— Контракт на крови.

Самое обидное, что мне это ни о чем не говорит. И ведь не признаешься в подобном!

— Эта клятва подразумевает, что Рудольф будет служить Алистеру до конца дней своих, — подсказал дух. — Абсолютная верность и подчинение взамен на что-то очень ценное. Даже при моей жизни к этой клятве прибегали очень редко, что уж говорить о нынешнем времени, когда каждый трясется за свою свободу и независимость.

— Расскажете, что вы ему предложили?

— Жизнь его младшей сестры, — без удовольствия ответил муж.

Стало понятно, что на этом поток откровений иссяк. Да я и не собиралась развивать тему, понимая, что затронула что-то слишком личное. Лучше уж напрямую пообщаться с Рудольфом, чем вот так — за его спиной.

— Алистер, я хочу, чтобы вы помогли мне усовершенствовать контракт на крови. Это возможно?

— Зачем это вам? — Зелёные глаза смотрели на меня внимательно и крайне заинтересованно. — Хотите таким образом восстановить численность рода? 1439f7c

— Вы правы. Но как и у вас — у меня есть рамки дозволенного, за которые я никогда не выйду.

И никогда не подвергну людей участи умереть из-за проклятия, как лорд Тиор.

— Увы, но вы не первая, кто до этого додумался. Да только что вы можете предложить для такой жертвы?

— О, нам есть что предложить, — перебил меня Хранитель, боясь, что разболтаю лишнее. 

Об искуственно выращенном Копмортеме Алистеру известно. Но о чем он не в курсе, так это о цветке воскрешения, от которого дух пришел в неописуемый восторг. Интересно, как много ещё у Хлои было секретных разработок? И смогу ли я их повторить?

— Лорд Алистер, — дух стал максимально серьёзным, — вы должны понимать, что если ваш план провалится, Хлоя следующая на очереди. И ваша обязанность как супруга — обеспечить ей максимальную безопасность на случай вашей безвременной кончины. Она единственная кто сможет закончить ваше дело и найти врага. Если он не прикончит её раньше.

Не сказать, что я была в восторге от того, в какую сторону свернул разговор. Но Хранитель прав. И сейчас я была как никогда ему благодарна за проявленную заботу.

Когда муж, пристально глядя мне в глаза, произнёс лаконичное «согласен», я почувствовала, как в груди разлилось тепло.