\/– Глава 25 –

Алина Невская/Леди Этьен

Я села рывком, не понимая, где нахожусь и что происходит. Перед глазами все еще стояла разгромленная столовая, искры магии, подсвечивающийся чарами Сетер. И…

– Ваша светлость! – Лана оказалась возле меня в ту же секунду, даруя спокойствие.

Несколько долгих мгновений я цеплялась взглядом за ее лицо, стараясь отдышаться. Отбросить тот ужас, который меня сковал.

– Как вы себя чувствуете? – девушка потянулась к прикроватной тумбе, и только тогда я осознала, что нахожусь в своих покоях. За окнами темно, под потолком горят магические сферы.

Лана воткнула мне в руки флакончик с индовиром.

– Лекарь сказал обязательно выпить.

– Он был тут? – я тряхнула головой, стараясь избавиться от противного звона в ушах. – Лих.

– Да, миледи. Как только вас сюда принесли. Мне сказали, что вы потеряли сознание. Лекарь убежал… что-то случилось. Да?

Лана выглядела такой же растерянной, какой я ощущала себя.

Последним, что я помнила, было свечение вокруг Сетера. Дрожь от осознания, что его магию я уже чувствовала. У меня не было никаких сомнений в том, что той ночью, когда погибла Пифаль, он был в замке. И то… что я сделала.

Тряхнув головой, отогнала это видение, выхватила из руки Ланы флакон с драгоценной жидкостью и залпом выпила. Закашлялась от сладости, из глаз брызнули слезы.

– Где герцог? И его гость?

– Говорят, что все они в темнице сейчас, – шепотом отозвалась Лана, бросив взгляд на дверь. – Лекарь тоже туда поспешил. Что-то случилось.

Что могло случиться? Роналда ранили?

Я откинула одеяло, которым меня заботливо укрыли, и попыталась спрыгнуть с кровати, но Лана меня остановила.

– Лекарь приказал вам лежать, миледи. Он сказал, что не знает, по какой причине вы потеряли сознание. Вам лучше отдыхать.

– Но…

– Ваша светлость, пожалуйста, – Лана обратилась ко мне умоляющим голосом. – Вы обо всем узнаете завтра утром. Пожалуйста, послушайтесь лекаря. Я так за вас испугалась.

Под умоляющим взглядом камеристки я вернулась в кровать, только для вида накинула на ноги одеяло и опустилась на подушку.

– Вы чего-то хотите? Может, приказать подать еды? Или набрать вам ванну? Давайте снимем с вас это платье? Я подготовила ночную сорочку.

Лана металась, пытаясь хоть куда-то себя деть. А я видела, что в ее глазах блестят слезы.

– Нет, ничего не нужно, – я опять села, – все со мной хорошо. Успокойся.

Девушка замерла, посмотрела на меня и медленно рвано выдохнула.

– Я останусь с вами на эту ночь, можно? – Лана бросила взгляд на тахту у окна. – Я не помешаю. Но если вам что-то будет нужно, буду рядом.

– Лана, пойди отдохни хорошенько, – я говорила мягким успокаивающим голосом. – Если опасность миновала, всем надо отдохнуть.

– Но, ваша светлость…

– Иди.

Собственный голос показался мне чужим. По коже побежали мурашки.

Лана дернулась, ее взгляд на мгновение стал стеклянным. А потом девушка кивнула и, не проронив больше ни слова, направилась к двери. Я с ужасом наблюдала за тем, как за ней закрывается дверь. И не понимала, что я сделала. Опять.

Мой голос… был будто бы не моим. Звучал иначе. И подчинял себе волю людей?.. Да так же не бывает!

Я дернулась, глядя в сторону зеркала.

Сейчас свет падал так, что казалось, будто вместо отражающей поверхности в середине трельяжа темнеет бездонный омут. Черный. Затягивающий. Опасный.

И вспомнила разговоры с Адель. Вспомнила, что она говорила. И как колдовала.

Ей не нужны были заклинания. Не нужны были ритуалы. Магия выполняла все желания по мановению мысли. По взмаху руки. По изгибу брови. По… слову.

– Нет! – я рывком вскочила, запутавшись в одеяле, чуть не рухнула на пол. Устояла, взлохматила пальцами спутавшиеся волосы.

Видимо, Лана разобрала прическу, пока я была без сознания.

Я подскочила к зеркалу, глядя на собственное отражение. Мое. Да! Теперь уже по-настоящему мое. Из отражения смотрела я – Алина Невская. Не Адель Флемур. Не Адель Этьен. Это можно было понять по взгляду, по мимике, по жестам.

А значит, и сделала все я.

И это, похоже, было еще одним сигналом. Наши души сливаются. Силы становятся общими.

Черт!

Мне стало не хватать воздуха. На негнущихся ногах я добралась до окна, распахнула его и высунулась по пояс, стараясь угомонить бьющееся о ребра сердце. Воздух проникал в легкие прохладой, насыщал кислородом. Но мне этого было мало. Голова кружилась, стены, казалось, давили, хотелось еще больше воздуха. Больше…

Я дотянулась до шнурков корсета и рванула их. Хватка ткани чуть ослабла, но это не помогало. Я продолжала задыхаться. Мне нужно было выбраться из этого каменного мешка. Стены давили, давило и осознание. Становилось плохо.

Как выбралась в коридор, не помнила. Стражники, кажется, пытались меня остановить, я что-то сказала… Опять! Опять сказала. И они застыли. Отвернулись. Упустили меня.

Истерика подбила волной.

Со мной происходило что-то ужасное. Я не контролировала силу. Не могла понять, когда просто говорю, а когда с моих губ срываются магические приказы.

Хотелось зажать ладонью рот, не произносить больше ни слова. А еще дышать… Дышать!

Прохладный воздух вновь коснулся лица, когда я оказалась на улице. Парк подсвечивался только далекими звездами и тонким серпом луны. Я не очень понимала, куда иду. Сделала несколько шагов вперед и… просто опустилась на траву.

Вокруг жила ночь.

Пели сверчки, звенела шумом листва, ухал филин.

Я цеплялась за эти звуки, стараясь успокоиться. Вдох за выдохом. Вдох за выдохом…

Мелькнула даже мысль найти Лиха. Но я быстро от нее отказалась. Мне было плохо не телесно, а душевно. Мысленно.

Обхватив руками плечи, я запрокинула голову, стараясь сосредоточиться на звездах. Одна, вторая. Они складывались в причудливый драгоценный узор. В нем можно было найти фигуры, символы, знаки… Я же искала только успокоения.

Шорох в кустах раздался совсем рядом. Я уже дышала ровно. Сердцебиение успокаивалось. Я начинала замерзать. Осень приближалась, несла с собой холодные циклоны.

Опустив взгляд, я уставилась на темные пугающие заросли. Шорох повторился.

Я хотела было позвать. Потребовать, чтобы незнакомец вышел. Но вовремя закрыла рот, чтобы не повторилось то, что случилось уже трижды. И если в случае Сетера это было оправдано, но с Ланой и стражниками…

Шорох раздался в третий раз. Еще ближе. В свете звезд мелькнула фигура. Невысокая. Нечеловеческая. А потом… я увидела его.

Не собаку, как думала изначально. А волка.

Серого, мохнатого волка. Он стоял на границе света и тени, смотрел прямо на меня и не двигался. Казалось, что в этом молчании скрывается что-то, чего я не понимала. Хотя… животным ведь свойственно молчать, разве нет?

Моргнув, я попыталась встать.

Волки все же дикие животные. Стоит рассказать стражникам о том, что он так близко к дому. Что псарь не ошибся, по территории замка действительно гуляет…

Я поднялась и застыла, не веря тому, что вижу.

Волк не сдвинулся с места. Не пошевелился, когда заметил, что я встаю. Он все так же стоял и смотрел на меня. Смотрел серо-голубыми глазами, а темная окантовка радужки пульсировала.

* * *

В замке

Роналд злился. На себя. На ситуацию. На… На все.

Случившееся в темнице оказалась неожиданностью. Герцог забылся, потерял голову, не предположил, что человек короля будет готов на такой поступок. И это его тоже привело в замешательство. Сетер был или ужасно запуган, что внушало раздражение, или же слишком предан, что могло отозваться только восхищением.

С другой стороны… сподвижник Рамет наконец встретился с той, кому приносил дары всю свою жизнь. И пусть он был уверен, что оставил герцога с еще большим количеством вопросов, чем раньше. Это было не так.

Роналд осознал это, когда злость немного схлынула. Когда холодная вода смыла с лица и рук чужую кровь. А сам он отмахнулся от посыльного, попросив подождать с другими вестями, и вышел в парк, остудить голову.

Несколько глубоких вдохов полной грудью прогнали последние касания ненужных сейчас эмоций. Роналд прикрыл глаза, успокаиваясь. Чувствовал, что за спиной еще стоит слуга, дожидаясь разрешения господина.

– Что там? – глухо поинтересовался он.

– Волк, – осипшим голосом раздалось из-за спины.

– Что? – герцог оглянулся. Слуга округлившимися от удивления глазами уставился куда-то за плечо лорда Этьена. – Ее светлость?

Вряд ли именно об этом он собирался сообщить Роналду еще мгновение назад. Но стоило проследить за взглядом слуги, как герцог сорвался с места и кинулся вперед.

А все потому, что в тени деревьев он разглядел фигуру своей супруги. Она стояла в метре от большого косматого зверя. И не шевелилась.

– Адель? – Роналд на бегу сплетал заклинание, способное отпугнуть волка. Он слышал разговоры о том, что псарь, кажется, видел дикое животное на территории замка. Но и мысли не мог допустить, что какой-то волк в самом деле преодолел стены и оказался тут.

Герцогиня рывком обернулась.

Бледная. С опухшими красными глазами. Придерживающая руками сползающий топ платья.

– Боги! – Герцог отвлекся всего на мгновение, оценивая состояние своей жены. А волк уже исчез – скрылся за кустами. – Леди Этьен, вы целы?!

Она кивнула и отвернулась. Будто тоже пыталась найти взглядом дикое животное, которое своим приближением спугнул Роналд.

– Что случилось? Почему вы здесь? Одна, – лорд Этьен стянул с себя легкий плащ и накинул на хрупкие женские плечи.

Адель не ответила. Только тряхнула головой и тихо рвано вздохнула, будто борясь с истерикой.

– Адель, посмотрите на меня, – требовательно попросил Роналд, запахивая плащ на груди жены. – Почему вы тут без сопровождения?

Она неуверенно подняла взгляд и опять покачала головой, не открывая рта.

– Вас обидели?

Опять отрицание без слов.

– Вы хорошо себя чувствуете?

Девушка неуверенно пожала плечами, а потом резко и утвердительно кивнула.

– Боги, давайте я позову лекаря и…

Она вцепилась в его руку с силой, которой от этой хрупкой девушки сложно было ожидать. Посмотрела Роналду в глаза и выразительно покачала головой.

– Почему вы молчите?

Герцог не мог понять, что происходит. Он чувствовал необходимость помочь Адель, но из-за ее молчания попросту не знал, что может сделать.

– Давайте я проведу вас в покои, – наконец предложил он. – Здесь прохладно и… волки. Надо позвать охотников.

– Прошу, не надо, – она впервые что-то произнесла.

Роналд нахмурился:

– Почему? Вы же видели. У нас по территории гуляет дикий зверь и…

Она опять плотно сжала губы и умоляюще посмотрела на мужа. Именно этот взгляд что-то изменил. Внутри герцога что-то громко щелкнуло.

Нет, он не поменял своего мнения. Не согласился с тем, что дикому зверю стоит позволить безнаказанно блуждать по жилым территориям. Но вопрос с охотником герцог решил отложить до утра. Сейчас были дела куда важнее.

– Вы можете идти?

Адель кивнула. И сама коснулась локтя мужа.

– Вы пугаете меня, – честно признался герцог. – Что-то случилось, ваша светлость?

Она не ответила, шагнула вперед, глядя только под ноги. Ее поведение сбивало Роналда с толку. Ввергало в непонимание. Такой Адель он еще не видел. Такой разбитой. Такой угнетенной. И чувствовал свое бессилие, потому что жена даже не говорила с ним.

Он довел девушку до ее покоев. Воины, которые везде должны были сопровождать герцогиню, были на своих постах. И при виде Адель непонимающе друг на друга посмотрели. Это тоже встревожило Роналда.

– Я все же позову Лиха, – настойчиво произнес мужчина, открывая перед женой двери. – А как только вам станет лучше, мы поговорим. Хорошо?

Она не ответила. Шагнула внутрь, вздрогнула, запоздало вспомнив, что кутается в чужой плащ. Сняла его и так же молча протянула Роналду.

И только когда дверь за его женой закрылась, лорд Этьен вернул себе холодность и рассудительность. Все еще сжимая в руках теплую накидку, ткань которой пропиталась тонким женским парфюмом, он обратился к стражникам:

– Ты, за лекарем. Быстро. А ты, – взгляд герцога Этьенского ожесточился, – сейчас же объяснишь мне, по какой причине герцогиня оказалась без сопровождения в парке.

Роналд ожидал получить внятный доклад. Но вместо этого услышал невнятный лепет перепуганного и сбитого с толку мужчины. Он не понимал, как леди Этьен оказалась в парке. Он знал, что покои герцогини покидала только ее камеристка. А вот что был дальше, объяснить не мог.

– Прошу прощения, ваша светлость, – склонив голову, добавил он.

– Еще раз такое повторится, и ты лишишься звания.

Угроза была лишней. Роналд буквально нутром ощущал, что тут произошло что-то, чему у него пока не было объяснений. Хотя… странное началось с момента, когда Сетер послушался приказа его жены.

– Ваша светлость! – генерала королевской армии нагнал слуга, который пытался ему что-то сказать еще до выхода в парк.

– Говори.

– С вами желает говорить лорд Монуа. И лорд Фингар. А еще лекарь Лих вас искал и…

– Лорда Монуа пригласить в мой кабинет. Сейчас же. Лорду Фингару передай, что аудиенция назначена на утро. А лекарь Лих… – Роналд покосился в сторону покоев Адель, – пусть пока занимается своими обязанностями. С ним я поговорю, после того как он будет уверен, что герцогине ничего не угрожает.

– Да, ваша светлость, – парнишка поклонился и, сорвавшись с места, поспешил выполнять приказ.

Тамаш явился к кабинету герцога раньше самого Роналда. Дожидался того у окна и, заметив в коридоре, склонил голову.

– Входи, – лорд Этьен открыл дверь несколькими касаниями, прошел внутрь. – Что ты хотел обсудить?

– То, что произошло за ужином, – бывший первый советник прикрыл за собой двери. – Меня не предупредили, что такое случится. Роналд, да, я больше не твой советник, но о таких вещах хотел бы знать заранее. Хотя бы пару намеков получить.

– Я бы тоже кое-что хотел знать, – никак не отреагировал на обвинение герцог, жестом подозвав к себе Тамаша. – Скажи мне, что это?

Лорд Монуа нахмурился, глядя на медную печать, которую протягивал ему Роналд. Дождался разрешения прикоснуться, взял в руки, покрутил в пальцах.

– Она похожа…

– На что она похожа, лорд Монуа? – Роналд прислонился к столу.

– Вот этот рисунок, – не сводя взгляда с печати, пробормотал Тамаш. – Мне кажется, или она похожа на тот осколок печати, который мы нашли в тайнике леди Мелани?

– Это ты мне скажи. Все же этот осколок пробыл у тебя довольно долго. Похожи?

– Без сверки сложно сказать, – пробормотал Тамаш, прокручивая целую печать в пальцах. – Если позволите, ваша светлость, я бы хотел их сверить. Возможно, это даст нам хотя бы часть ответов.

Роналд молчал. Те ответы, который он нашел самостоятельно, ему пока не очень нравились. И не все они, к сожалению, были подкреплены фактами.

– Осколок все еще у тебя?

– Да, ваша светлость.

– Жду завтра его на своем столе.

Тамаш дернулся, как от удара, посмотрел на герцога и спустя несколько долгих секунд кивнул.

– Хорошо, я принесу… Правильно ли я понимаю, что эта печать была найдена в вещах вашего гостя, милорд?

– Да, – прищурившись, отозвался Роналд. Он рассматривал отвлеченного на печать Тамаша с подозрением, которое неприятно точило душу.

– А что он говорит? По поводу этой печати?

– Он мертв, лорд Монуа.

Слова герцога прозвучали как удар плетью. Рассекли воздух со свистом.

Тамаш поднял удивленный взгляд на герцога:

– Но как? Его ведь уводили в темницу…

– Зато мы успели поболтать, – жестко произнес генерал королевской армии, внимательно наблюдая за Тамашем. – Удалось узнать кое-что интересное. Хочешь послушать?

– Конечно, ваша светлость, – мужчина не выражал никаких эмоций. Даже интерес прозвучал только в словах.

– Он сделал твою работу, Тамаш.

Лорд Монуа наконец-то нахмурился:

– Кажется, я не понимаю, милорд.

Роналд выдержал еще одну короткую паузу, после чего ответил:

– Он совершил самоубийство. Тем самым уничтожив человека, который убил Пифаль.

– Что?! – лорд Монуа удивленно вскинул брови. – Вы хотите сказать, ваша светлость, что именно Сетер был в вашем замке и убил камеристку герцогини?

– А еще хотел убить саму герцогиню, – сухо отметил Роналд. – Интересно, а убийца Мелани тоже сам на себя руки наложит? За тебя делают всю работу, Тамаш. У тебя все меньше шансов вновь добиться моего расположения.

Лорд Монуа поджал губы, но не нашел, что ответить на эти слова.

* * *

Алина Невская/Леди Этьен

Лекарь пришел ночью. Замученный, уставший. Я видела, что под его глазами залегли глубокие тени. Мне хотелось и расспросить его о том, что произошло, после того как я отключилась. И просто выставить за дверь.

Он не мог бы мне помочь. Не смог бы объяснить, что со мной произошло. Но… кажется, я знала, кто мог. Вот только для этого нужно было дождаться утра и убедить Лиха, что со мной все в порядке.

И я знала, как это сделать. Надо просто сказать. Вот только я не хотела больше прибегать к этой силе. Не хотела внушать свое желание другому человеку.

– Ваша светлость, у вас что-то болит? Что-то тревожит? Герцог просил побыть с вами, помочь.

Лих убедил меня лечь в постель. Убедил позволить ему проверить мое состояние своей магией и артефактами. Даже воткнул в руки еще один флакон с индовиром. И я сделала несколько глотков.

Сегодня на меня израсходовали слишком много из запасов. Чересчур много!

– Ваша светлость, вам лучше провести следующий день в постели, – со вздохом поставил диагноз лекарь. – Ваше состояние меня беспокоит. А то, что вы сделали в столовой… мне нужно собрать больше информации, чтобы понять, что это было.

– Не нужно! – я резко села, не выдержав. И тут же застыла, стараясь прислушаться к себе. Понять, повлияла я на Лиха или нет.

– Ваша светлость, – на губах лекаря появилась мягкая улыбка. – Прошу вас, отдыхайте. Мне нужно понять, что с вами происходит, чтобы помочь.

– Прошу вас, лекарь, – я не стала слушаться. – Ничего серьезного со мной не происходит. И я знаю, где искать ответы.

Их мне может дать Адель. А вот всяким лекарям лучше не знать о том, что мои обычные слова теперь превращаются в заклинания. Или это добром не кончится.

– Ваша светлость, это мой долг, – пытался уболтать меня Лих. – Вы…

И я решилась. Последний раз прибегнуть к этой силе. Просто, чтобы обезопасить себя.

– Не ищите ничего. Я чувствую себя хорошо.

У меня сердце защемило от того, как остекленел на миг взгляд Лиха. Будто сознание покинуло тело. На короткий миг.

– Идите, лекарь, я хочу отдохнуть, – добавила я.

В тот момент ко мне пришло осознание, как именно использовать эту внезапно проклюнувшуюся силу. И я пошла у него на поводу.

Лих оставил меня. Кивнув напоследок и погрузив помещение в полумрак щелчком пальцев. Я провалялась в кровати, сминая простыни, до утра. Уснуть так и не смогла. Дождалась Лану, которая не помнила о том, что я вчера отослала ее не простой просьбой, а магическим приказом. И, наскоро позавтракав, поспешила на занятие по магии.

Чародей из Гулкена ждал меня. Он не отменил урок. Не опоздал. Он ждал. И это придало уверенности.

– Орек, – я вошла в гостиную уверенной походкой, улыбнулась магу. – Доброе утро.

– Доброе утро, ваша светлость. – В серо-голубых глазах заплясали хитринки. – Готовы к занятию?

– Предположу, что оно вновь будет устным, чтобы не тратить запасы индовира, – я опустилась в кресло, не спуская с мужчины взгляда. – Или что-то изменилось?

– К сожалению, ваша светлость, насколько мне известно, Священный град пока не возобновлял поставок, – пожал плечами седой мужчина, поднимаясь на ноги. – Так что да. Или вы против?

Я пыталась придумать, как начать этот разговор, все то время, что шла сюда. Но даже сейчас слова не находились. И потому я рискнула.

– Почему вы открылись мне, Орек? – в лоб задала я вопрос, разрушая всякую видимость того, что ничего не происходит.

Тот, кого у меня не поворачивался язык назвать стариком, усмехнулся:

– А почему не должен был, ваша светлость?

Он не стал отрицать. Только задал вопрос в ответ.

– Потому что своими тайнами я с вами не делилась, – расплывчато отозвалась в ответ.

Чародей из Гулкена прищурился:

– Мы многого не знаем друг о друге, миледи, но разве это повод отказываться от доверия. Я посчитал вас достойной и достаточно умной, чтобы показать то, что вы видели. И к тому же… вчера вам была нужна помощь. Это я тоже почувствовал. И не мог бросить в беде. Уж простите меня за это.

Безумная мысль, которая посетила меня вчера, при свете дня казалась еще более нереальной. Но я все же спросила.

– Вы оборотень, Орек?

Маг продолжал усмехаться, когда покачал головой:

– Нет, миледи. Я не оборотень.

– Но… – я нахмурилась.

Тот волк, о котором ходили слухи, появился сразу после появления в замке Орека. Этого же волка вчера видела и я. Видела его глаза. Такие же, как у мага, когда он творил заклинание в столовой. Это не могло быть ошибкой.

– Но вы видели волка, – закончил за меня маг. – Верно. Однако я не оборотень, миледи. О таких, как я, вы вряд ли слышали. Здесь я таких больше не встречал.

– Расскажете? – осторожно спросила я. – Тот волк… это ведь вы, Орек.

– И да, и нет. Тот волк, с которым вы вчера встретились в парке, лишь часть меня. Одна из моих душ.

– Душ? – я вцепилась в это слово, как в спасительную ниточку.

– Верно, миледи. Таких, как я, называют двоедушниками. Там. Откуда я родом.

– А… откуда вы?

Каждый новый вопрос звучал все менее уверенно.

– Боюсь, на тех картах, что здесь в ходу, этих земель не изображено, – покачал головой мужчина.

А я буквально подпрыгнула.

Так и знала, что есть еще материки! А Пифаль мне твердила «нету-нету, ничего больше нету!»

– То есть, – я нахмурилась, стараясь понять, верно ли до меня дошло, – вы из-за океана?

– Ну, раз у нас с вами такая откровенная беседа завязалась, – кивнул он. – Да. В свои шестнадцать я пробрался на отбывающий корабль. Не знаю, куда он шел. Я сбегал. Мы попали в шторм. Я выжил только благодаря магии… ну и обломкам корабля. Меня вынесло к берегу. А берег оказался чужим. Там, откуда я родом, об этих землях тоже ничего не знали.

– И вы не хотели вернуться? – полюбопытствовала я.

– Я нашел свой дом тут, миледи, – осторожно отозвался мужчина. – Путешествовал, потом осел в деревушке. Стал сумасшедшим магом из башни. Как-то так.

– Я бы очень хотела послушать вашу историю жизни, – зачарованно прошептала я. – Мне кажется, она очень и очень увлекательна.

– Возможно, как-нибудь в другой раз, ваша светлость. Все же… сейчас мы говорим о вас.

– И да, и нет, – встрепенулась я. Стараясь вернуться к нужной теме. – Вы сказали, что вы… двоедушник. Как это?

Название, произнесенное чародеем из Гулкена, отозвалось внутри меня. Я тоже была в некотором роде двоедушником. Вмещала в теле две души. Но… соизмеримо ли это с тем значением, которое вложил в название Орек?

– Верно, миледи. В моем теле две души. Человеческая и звериная. Но я не меняю личину, как оборотни. Я… просто могу стать волком. Освободиться от оков человеческого тела, оставить его спать. И стать волком, бороздить просторы, охотиться, наблюдать. Это невероятное чувство. И я даже не знаю, как вам описать это словами. У меня нет таких слов, чтобы объяснить это состояние.

Я приуныла.

Это было не совсем то, о чем я подумала. Многое из сказанного было непонятно.

– А еще, кажется, вы заметили, мне не нужен индовир.

Я растерянно кивнула. На всех занятиях до бунта в Священном граде на столе стоял только один флакон. Для меня. Но до сегодняшнего дня я была уверена, что причина кроется только в том, что Орек принимает его заранее. А тут…

– Но откуда тогда вы черпаете силу? – нахмурилась я.

– Из связи двух душ. А индовир… для меня это как наркотик. Я пробовал. Да, он дает силу. Но для меня она губительна. Не знаю, в чем разница между нами. Мое тело не воспринимает этот источник энергии. Но хватит обо мне, право, – произнес Орек. – Давайте о вас… Я вижу, что ваша душа тоже не в целости. Но вы ведь здешняя. Вы не можете быть такой же, как я. И та сила, которую вы применили в столовой, тоже была не вашей. Я это почувствовал. Все помещение было укрыто моей силой, я дерзко надеялся на то, что смогу удержать гостя герцога.

Глубокий вдох, Алина, сейчас понадобится все сила воли, которая только есть.

А Орек тем временем продолжил:

– Думаю, вы уже поняли, что произошло. Мы обсуждали это с вами на одном из занятий.

– Эмоционально нестабильный маг более уязвим, – кивнула в ответ. Вот только поняла я это только сейчас. Вчера же поведение Орека показалось мне просто игрой. Я была слепа.

– Верно. Но я подвел его светлость, потому что моих сил оказалось недостаточно для удержания. Зато достаточно для того, чтобы ощутить в вас присутствие другой сущности, – осторожно проговорил мужчина. – И… возможно, вам нужна моя помощь, миледи. Если не сочтете это за дерзость, конечно.

Сейчас!

– Я… – голос осип, – я тоже нездешняя.

Это признание звоном ударило по ушам.

– Но не в том смысле, как вы, Орек, – выдохнула, добавив: – И… я бы не хотела говорить об этом. Но… да, мне нужна ваша помощь. Вы правды, у меня тоже есть… тоже можно… кхм…

– Ваша светлость, – Орек поджал губы, вздохнул, – я знаю, насколько сложно довериться кому-то. Рассказать секреты. Но я не прошу об этом. Скажите только, знаете ли вы, как вам помочь и что с вами происходит. Я ощутил лишь другую сущность в вас. Другую силу.

– Знаю. И то, и другое. Но мне для этого нужна магия… некромантии.

Чародей из Гулкена прищурился, глядя на меня с сомнением.

А я только сейчас осознала, что разболтала этому человеку куда больше, чем говорила хоть кому-то в этом мире. Никто, кроме Адель, не знал обо всем этом. И так страшно внезапно стало. Так… до дрожи в руках.

Если Орек шпион герцога. Если он попытается мне навредить… Что я смогу? Заставить их всех остановиться? Опять прибегнуть к этой проклятой силе, с которой родилась Адель?

Боги, нет! Я не хочу ею пользоваться. Она мне противна. Она ужасна. И она пугает меня той властью, которую может подарить.

– Некромантия не самый сильный мой поток, миледи, – тем временем произнес чародей, будто обдумав услышанное и найдя решение. – Но я могу постараться научить вас тому, что могу. Какая цель должна быть у этих чар?

– Вы правы, Орек. То, что вы почувствовали… во мне две души, – отрешенным голосом произнесла я, будто наблюдая за собой со стороны. – И вторую нужно отселить. Найти тело и… освободить.

Маг смотрел на меня несколько долгих секунд, перед тем как кивнуть:

– Я вас понял, ваша светлость. Не думаю, что это невозможно. Но опасно. Для начала нужно охватить хотя бы азы. Время у нас есть?

– Боюсь, Орек, оно заканчивается.