Глава 31

В последнее время гости меня не очень-то радовали. Один Тамаш со своим отрядом чего стоил. И сейчас я тоже напряглась, ожидая очередной беды, когда из белоснежного сияющего портала в столовую шагнула женщина в белом.

Светло-русые волосы заплетены в косу и уложены зигзагом на затылке, длинные рукава прячут руки, на лице безмятежность.

– Ваше святейшество, – леди Маргмери поклонилась незнакомке, а потом повернулась к нам. – Леди, позвольте представить вам верховную храмовницу Лиранию.

Лирания… Лирания… слишком знакомое имя. Вторая по важности или третья? Ого! Вот это гости.

– Приятно познакомиться, ваше святейшество, – я кивнула, не отреагировав на высокий пост. Все же Священный град отрекся от герцогства, так что я не обязана бить лбом об пол. – Буду честна, я не ждала сегодня гостей.

Шарлин бросила на меня испуганный взгляд, выпрямившись после реверанса.

– Понимаю вашу озабоченность, леди Этьен, – спокойно отозвалась храмовница. – И приношу свои извинения за визит без предупреждения. Однако должна отметить, что дело срочное и я не могла тянуть время.

– Что ж, в таком случае проходите, – я кивнула. – Что привело вас сюда?

Лирания повернулась к вдовствующей графине:

– Леди Маргмери, я так понимаю, что вы не рассказали герцогине обо мне.

– Нет, я сохранила вашу личность в тайне, – сжав в руках трость, произнесла женщина. – Не хотела этим испортить план.

План?

Я переводила взгляд с одной женщины на другую. Что могло связывать этих двоих? Какие общие интересы?

А потом что-то щелкнуло и встало на свои места.

– Вы участвуете в заговоре против Тэйрена Флемура.

Лирания повернулась ко мне, стянула губы в трубочку и кивнула. А в глазах храмовницы я прочитала какую-то сухую печаль.

– Леди Этьен, могу ли я надеяться на полную секретность? Дело еще не завершено. Потому я здесь. И я бы желала обсудить с вами кое-какие детали. Со всеми вами.

Мне потребовалось несколько мгновений, чтобы принять решение, утвердительно кивнуть, а потом крутануть рукой, призывая магию. Замки на дверях столовой одновременно щелкнули, запирая нас четверых в помещении.

– Благодарю, – храмовница прошла к накрытому столу, обогнула один из стульев, положила на него руки и повернулась к нам. – Я постараюсь занять не слишком много вашего времени. Потому первым делом я хочу выразить свои соболезнования. Мне жаль, что нам пришлось пойти на такой шаг, но принц был непреклонен.

– Принц? – Шарлин шагнула вперед. – О чем вы, ваше святейшество? Что-то с Калетом?

Лирания покосилась на графиню, а потом перевела взгляд на Шарлин:

– Ваш брат пожертвовал собой, ваше высочество. Калет был казнен насколько дней назад на городской площади Урела по обвинению в измене.

Мне показалось, что у меня из легких выбили воздух. А вот Шарлин… Принцесса запнулась, охнула и прижала ладони ко рту. В полнейшей тишине по ее щекам заструились слезы.

Я протянула ей руку и помогла найти ближайший стул.

– Вы сказали, пожертвовал, – произнесла я, остановившись за спиной старшей принцессы и сжимая ее руку в своих. Плечи Шарлин мелко дрожали. Но она не издала ни звука. Опять. – Что это значит, ваше святейшество?

Лирания послала Шарлин взгляд полный сожаления и заговорила:

– Я встречалась с Калетом, после того как Тэйрен поместил принца под стражу. Принц был настойчив в своем желании лишить отца трона за все ужасы, которые тот сотворил. К сожалению, Священному граду не было известно и половины. Об обстоятельствах смерти королевы я и вовсе молчу. Признаю, что у нас тоже были свои причины принять участие в этом заговоре. Тэйрен перестал быть тем союзником, которым казался ранее и…

– Тэйрен убил своего брата и захватил власть, какого союзника еще ожидал получить в его лице Священный град? – сухо спросила я, глядя прямо на храмовницу.

– Леди Этьен, меня в то время еще не возвели в чин. К сожалению, я не могу сказать, на что рассчитывал круг и храмовники, принимая решение о коронации Тэйрена Флемура. Я могу говорить только о настоящем времени. И сейчас нас не устраивает человек, который носит корону.

Я хмыкнула. Это были закулисные игры. И что-то мне подсказывало, что многие решения Тэйрена, которые злили меня, Священный град даже не рассматривал как причину.

– Ваш брат, – Лирания вернулась к теме, – не имел прямых доказательств против Тэйрена. Священный град не мог вмешаться на основе косвенных улик, как тот же перехват писем…

Я глянула на леди Маргмери. Значит, отправленные мною сообщения все же сыграли свою роль. Хоть и не стали ключевыми. И не смогли спасти жизнь принцу.

– …Калет это понимал. Ваш брат стал инициатором плана, который должен был сработать. Мы знали, что Тэйрен раздумывает над указом, решает, приговаривать сына к смерти или нет. Мы рассказали об этом Калету, предложили помочь организовать побег, но ваш брат отказался. Он предложил поймать вашего отца на этом. Убийство ребенка, имя которому дали боги, – это страшное преступление. Главное – доказать, что это преступление имело место быть. Публичная казнь оказалась одним из лучших доказательств.

– И король убил сына, зная о том, что это может быть воспринято как преступление? – вскинула я бровь.

– Сестра, ты плохо знаешь нашего отца, – Шарлин отпустила мою руку, оглянулась. Слезы просохли, но держалась девушка явно из последних сил. – Он обезумел в своем желании что-то им доказать. Возомнил, что он выше богов. Что ему все по плечу. И что он неуязвим.

– Боюсь, что последнее не так и далеко от истины, – кашлянула храмовница, – но это сейчас не самое важное. Я просто хочу объяснить то, что сказал мне ваш брат. Чтобы вы поняли его решение и приняли его.

– Я понимаю его решение! – старшая принцесса рывком встала со стула. – Он решил уничтожить отца. И нашел, как это сделать. Он говорил мне, что готов убить его. Что готов на все! Но я… Но это невозможно, верно? Наш отец бессмертен. По непонятной мне причине.

– Бессмертен? – я недоверчиво покосилась на сестру Адель.

Это еще что за приколы? Как это бессмертен?!

– Ваш брат поступил храбро, – никак не отреагировала на реплику принцессы Лирания. – Он решил изменить порядок и смог добиться того, что у Священного града теперь есть все необходимое, чтобы воззвать к суду богов. Тэйрен Флемур предстанет на божественном суде через десять дней. Ему будет выдвинуто обвинение в смерти сына и жены. Последнее только в том случае, если на призыв круга и храмовников ответит Рамет. Я не знаю, какое наказание изберут для него боги, особенно если учесть, что слухи о бессмертии Тэйрена правдивы.

Лирания кивнула Шарлин и продолжила говорить:

– Но я знаю точно, что после божественного суда Тэйрен лишится короны и власти. В Уреле сейчас начинаются беспорядки и попытки разделить власть среди министров и советников. Священный град должен избрать следующего короля… или королеву. Это тот долг, который возложили на нас боги. И сейчас я здесь, как представитель, который предлагает принцессе Шарлин задуматься о праве на трон, как старшей из Флемур.

Девушка вздрогнула, недоверчиво посмотрела на храмовницу:

– Вы хотите сделать меня королевой? А что потом? Будете дергать за ниточки, как планировали делать с моим отцом? А когда я тоже решу ослушаться, устраните, как устранили его?!

– Ваше высочество?..

– Нет! – Шарлин вскочила с места. – Я не идиотка! Я никогда не желала примерить корону и взойти на трон! Если Священном граду нужна послушная марионетка, то я не слишком хороший выбор. У меня тяжелый характер, ваше святейшество. Намучаетесь вы со мной!

– Ваше высочество, Священный град никогда не вмешивался в политику других стран, – покачала головой храмовница. – Советовать мы могли, но не управлять. И советы наши шли от богов, а не от нас.

– Вы сами-то себе верите? – фыркнула принцесса. – Я сказала, что не стану претендовать на власть. Это место должно было достаться Калету, а вы допустили его смерть!

– Калет желал защитить вас и вашу сестру, ваше высочество. Мне тоже тяжело принять выбор принца, но это его решение. И будем честны, он смог добиться желаемого.

Я кашлянула, намекая на то, что Лирания сейчас перегибает палку. Нельзя давить на Шарлин, после того как минуту назад сообщила о смерти ее старшего брата. Уж я-то прекрасно понимала, какие чувства она сейчас испытывает. Я проходила это на одном из советов.

– Ваше святейшество, задержитесь в герцогстве, – предложила я. – Дайте нам время подумать и принять все новости, которые вы нам принесли. Завтра обсудим все то, к чему мы пришли.

– Я сказала нет! – Шарлин прожгла меня таким взглядом, что мне с трудом удалось выдержать его.

– Вы очень любезны, ваша светлость, – Лирания склонила голову в знак благодарности, – но время у меня ограничено…

– Да, до суда богов целых десять суток, – заметила я. – Я же прошу у вас день. Задержитесь, как моя гостья, а завтра на рассвете мы придем к решению, которое удовлетворит всех. Что скажете?

Храмовница поджала губы. Похоже, она в самом деле рассчитывала, что придет сюда, все расскажет, а потом заберет с собой Шарлин, чтобы нацепить ей на голову корону.

Я понимала, к чему такая спешка. Если в Уреле сейчас начались волнения, а Тэйрен уже лишен каких-либо надежд на возвращение к власти, Священному граду нужно спешить.

– Хорошо, ваша светлость, – храмовница сдалась спустя несколько минут молчания. – Но воспользоваться вашим гостеприимством я не могу. Навещу вас завтра утром, чтобы узнать решение.

– Понимаю, – я подарила ей натянутую улыбку, – тогда хотя бы позвольте пригласить вас отобедать с нами. При одном условии: темы, с которой вы к нам пришли, мы не коснемся за трапезой.

Шарлин явно не была рада моим действиям. Но с ней я поговорю позже, а пока не мешает узнать, насколько Священный град до этого влиял на Флемур. И как сильно планирует влиять в будущем. От этого будет зависеть, какой ответ они получат.

* * *

– Не понимаю, что тут можно обсуждать?! – Шарлин было уже не остановить.

Леди Маргмери приняла правильное решение и как можно скорее удалилась, оставив нас с сестрой Адель наедине. Вообще, вдовствующая графиня уже давно должна была покинуть замок, но из-за последних событий я была не против ее присутствия. Храмовница ушла порталом, поблагодарив за обед и вновь выразив надежду получить ответ завтра.

Теперь мы с Шарлин остались наедине. И принцесса перестала себя сдерживать.

– Ты слышала их, Адель?! Они позволили Калету умереть! А теперь хотят убрать отца от власти и поставить меня. Я уже молчу о том, что я в этом совершенно ничего не понимаю!

Я меряла шагами гостиную и думала, думала, думала…

– Я понимаю твое негодование, – наконец произнесла я и столкнулась с шоком, написанным на лице принцессы.

– Ты это называешь негодованием? – опять вспыхнула она. – Да это ярость! Ненависть! Обещаю, если мне нацепят на голову корону, первым делом я объявлю Священному граду войну! Так и знай, сестра. За то, что они сделали, я… я… я…

– Вдохни и выдохни, – попросила я ее. – И давай обсудим все, что произошло. Если взглянуть на ситуацию здраво, то ты и в самом деле следующий человек в престолонаследии. Но если принять во внимание все, то никто из Флемур на самом деле не имеет права на трон этой страны.

– Да, наш отец монстр! – с готовностью подтвердила старшая принцесса. – Но Роналд погиб!.. Прости.

Я проглотила ту боль, которая прострелила меня от ее слов. И кивнула:

– Да. Ты права. Все говорят, что он мертв.

– Ты в это не веришь? – вскинула брови Шарлин.

– Не поверю, пока не увижу его тело или душу, – покачала я головой, приняв позицию отрицания. – Это мой выбор, но весь мир уверен, что его больше нет в живых. От этого мы и будем отталкиваться.

– О чем ты? – я вогнала Шарлин своими словами в ступор.

– Я сейчас тебе кое-что предложу, а ты выслушаешь меня и не будешь перебивать. Завтра утром нам нужно будет что-то ответить Священному граду. Подумай о том, что я скажу, до завтра. А утром ответишь мне или согласием, или отказом. Договорились?

Шарлин несколько мгновений тупо смотрела на меня, а потом усмехнулась:

– Знаешь, иногда мне кажется, что это не я старшая сестра, а ты.

Ну, дорогая, ты не так уж и далека от правды. От клейма старшей сестры не избавляет даже другой мир и другое тело. Так что смирись с этим.

Я заговорила и сама не верила в то, что предлагаю. Но это было не для меня. Совершенно не для меня. Я предлагала план, прижимая ладонь к животу, и, кажется, начинала понимать и леди Маргмери, и Вивьен Флемур. И всех тех женщин, что стали или готовились стать матерями.

Шарлин слушала меня, распахнув глаза и рот, но молчала. А когда я договорила, вздохнула и ушла, пообещав подумать до завтра.

Я не знала, какое решение примет Шарлин. Не представляла. И, честно говоря, мне совершенно не хотелось думать об этом до завтрашнего утра.

Первым делом я заглянула в кабинет и написала письмо Адель. Да, девушка могла его не получить, ведь все еще скрывалась от целого пантеона. А если уж боги не в состоянии ее отыскать, то письму и подавно не удастся. Но я обязана была сообщить ей о гибели старшего брата. И о том, что ее отец приговорен к божественному суду. И о том… что она в некотором роде станет тетей.

Последнее было не таким уж и важным событием для младшей Флемур, но мне почему-то захотелось поделиться этой новостью с ней.

А потом, отправив письмо, я долго стояла у окна, время от времени отпивая из чашки уже давно остывший чай, и просто наслаждалась тишиной и природой. Холодный ветер то и дело проникал через открытое окно, превращался в сквозняк и заставлял шелестеть документы на письменном столе. А я вдыхала полной грудью и почему-то улыбалась.

Потом во дворе появились направляющиеся куда-то лорд Фингар и Азокх. Эти двое о чем-то разговаривали, но до меня долетали только обрывки фраз. Кажется, советник пытался втолковать циклопу что-то о важности фундамента.

Улыбка вновь коснулась губ. Я не ошиблась. Эти двое нашли общий язык, пусть и не сразу.

До самой ночи я пробыла в одиночестве, впервые за долгое время наслаждаясь им. Хотя… кому я лгу? Теперь я уже была не одна. Теперь нас было как минимум двое.

А утром следующего дня наступило время принимать решения. Для меня было уже все решено, оставалось дождаться только слова Шарлин. Я, к сожалению, не могла предугадать, к какому выводу придет эта Флемур. Вчера она узнала многое из того, что могло как подтолкнуть ее к положительному ответу, так и, наоборот, отвернуть от него. Так что, стараясь не загадывать, я кивнула сестре Адель, которая дожидалась меня перед дверью в небольшую гостиную на втором этаже, и первой шагнула внутрь.

Лирания появилась спустя несколько минут в ярком сиянии портала.

Шарлин шагнула за мной следом, прикрыла дверь и остановилась, будто планируя сбежать в любой момент.

– Ваша светлость, ваше высочество, – храмовница обратилась ко мне первой, будто специально унижая принцессу этим.

– Ваше святейшество, – учтиво отозвалась я, проходя к окну и поворачиваясь к нему спиной.

– Если вы приняли решение, я бы хотела его узнать, – Лирания смотрела на принцессу. – От меня ждут отчета в Священном граде.

Принцесса вдохнула и с высоко поднятым подбородком шагнула вперед:

– Я приняла решение, ваше святейшество. Но говорить от моего лица будет сестра. Адель, прошу, объясни ее святейшеству, как с этого дня будут обстоять дела в королевстве.

Вскинув бровь, я недоверчиво посмотрела на принцессу.

Она согласна со всем, что я вчера на нее вывалила? Даже не станет качать права или выдвигать ультиматумы? Очень странно. Но… ладно.

– Хорошо, – я сложила руки на груди, повернувшись к храмовнице. – В таком случае я рада сообщить Священному граду, что Шарлин займет место на троне после своего отца. Но с некоторыми условиями.

– Какими условиями?

Деловой тон и прищур показали, что от простых бесед мы перешли к серьезному обсуждению. И теперь, вероятно, придется биться за каждый пункт.

– Начнем с того, что принцесса будет вольна сама выбирать себе супруга. И сама будет решать, получит ли он титул короля-консорта или же нет. Священный град не будет иметь никакого влияния на этот аспект.

– Разумно, – храмовница кивнула. – Против этого Священный град противиться не станет.

Шарлин еле заметно выдохнула. Видимо, после того как отец силой пытался выдать ее за смифца, у нее осталась своего рода травма на этой почве.

– Путь в Мертвые земли будет перекрыт. Больше ни одна живая душа не посмеет пересечь границу. Как только проблема с нападениями монстров будет решена, никто и никогда не нарушит границу.

На эту реплику храмовница просто кивнула, не оспаривая.

– Теперь перейдем к основному, – произнесла я, стараясь успокоить нервы. С каждой секундой они все сильнее мешали мне дышать, в шее начала пульсировать вена. Мне пришлось несколько раз выдохнуть, прежде чем произнести: – Трон и корона будет принадлежать моей сестре, но как регенту. И ровно до того момента, пока наш с лордом Этьеном ребенок не подрастет и не сможет занять это место.

– Ваш ребенок? – Лирания нахмурилась.

– Все так. Я ношу под сердцем ребенка. И этот трон будет принадлежать ему или ей по праву крови.

– Но…

– Священный град будет спорить с тем, что трон должен вернуться к роду Этьен? Или с тем, что боги явно проявили свое недовольство действиями Флемур? Или вам не известно, ваше святейшество, что все Флемур были прокляты богами за действия Тэйрена?

Я напирала бульдозером, не давая возможности что-то мне противопоставить.

Женщина поджала губы, окинула меня недовольным взглядом и произнесла:

– Я слышала о проклятии от Калета. Принц был уверен, что он не доживет до старости. Да и детей ему никогда не видать, ведь так решили боги.

Шарлин побледнела. До вчерашнего вечера она не подозревала, что за действия своего отца была в немилости у богов. Не представляла, что именно те ей уготовили. Да и я, честно говоря, только общую картину знала. Но даже это до икоты напугало принцессу. И, похоже, она была готова на все, чтобы боги изменили ее судьбу.

– Флемур добровольно передадут трон обратно семье Этьен, когда это будет возможно, – повторила я. – Тем самым будет решена… кхм… ссора между двумя семьями. Это может устроить богов. Они увидят, что дети Тэйрена совершенно не похожи на своего отца.

– А если вы не сможете родить, ваша светлость? – сухо поинтересовалась храмовница. – Или ребенок не доживет… не принимайте близко к сердцу, может быть всякое.

– Тогда трон останется за Флемур.

Шарлин бросила на меня испуганный взгляд.

– Но думаю, что до этого не дойдет. Поверьте, я сделаю все, чтобы мой ребенок прожил долгую и счастливую жизнь.

– Даже не сомневаюсь, ваша светлость, – слегка наклонила голову храмовница. – Но обсудить все лучше заранее.

– Согласна. И последнее… королевству будет возвращено его название. Никакого королевства Флемур. Королевство Ориент будет возрождено.

– Что?..

Шарлин постаралась подавить усмешку, пока храмовница переводила удивленный взгляд с меня на старшую принцессу.

– Мы возвращаемся к тем порядкам, которые устраивали богов и Священный град. Вас что-то не устраивает, ваше святейшество? Королевство было буквально захвачено и силой переименовано. Названием стала фамилия рода. Раз мы хотим показать богам, что выжившие Флемур не поддерживают решения Тэйрена, не лучшим ли решением будем вернуть стране настоящее имя?

Женщина хмыкнула и посмотрела на меня совершенно иначе:

– Ваши условия я услышала, ваша светлость.

Кажется, кукловод только что признал во мне соперника. Занятно.

– Я обсужу все ваши условия с кругом и святейшествами. Мы дадим вам знать о нашем решении в ближайшее время. С этим стоит расквитаться до божественного суда. Пока королевство не превратилось в руины.

Я кивнула:

– Будем ждать от вас ответа, ваше святейшество. Хорошего вам пути.

Лирания удержала лицо, кивнула нам обеим и открыла портал, чтобы через секунду раствориться в нем.

Шарлин охнула и… рассмеялась.

– Боги, Адель, ты чудовищная женщина! И так была похожа на нашу матушку, что у меня дыхание перехватило.

На это я ничего ответить не смогла. Даже не смогла решить, комплимент это или все же оскорбление.

* * *

В Мертвых землях

Башня была видна людям уже пятый день, а, по ощущениям, армия под командованием лорда Иэйтена не приблизилась ни на шаг. Они шли, но оставались на месте. И все сильнее теряли боевое дух. На одном из привалов этот вопрос был поднят на совете.

– Это нереально, – капитан Ол топтался у выхода из палатки, стараясь совладать со своими эмоции. Но те впервые за долгую воинскую службу переполняли мужчину.

– Мы идем в правильном направлении, – Хоран склонился над картой, которую развернули на хлипком раскладном столе. – Маги это подтверждают. Подтверждают и монстры, которые, получив ранения, летят туда.

– Но мы ни на шаг не приблизились за эти дни к ней, – качнул головой тасье Зантирис. – Это может быть очередное видение?

Лорд Иэйтен выпрямился, посмотрел на смифца:

– Если это так, то какой же силы оно должно быть? Все мы это видим.

Капитан Артен перед совещанием разослал своих людей в разведку и сейчас пока не мог ничего сказать о ситуации вокруг лагеря.

– Но мы не можем отрицать того, что видения участились, – произнес мужчина, подходя к карте. – С каждым днем их все больше. И они все страшнее.

– И мы до сих пор не нашли, как с ними бороться, – поддержал капитана змеелюд. – Если так и дальше продолжится, наши воины поубивают друг друга, пока мы доберемся до проклятой башни.

– Вы правильно отметили, что с каждым днем видения, которые насылает на нас эта земля, все сильнее и страшнее. И это только подтверждает, что мы приближаемся, а не стоим на месте, – хлопнув ладонями по столу, произнес главнокомандующий и окинул взглядом всех собравшихся.

– Хотите сказать, что причина видений, от которых страдают наши люди, – башня? – вскинул бровь капитан Ол.

– Я не могу ничего утверждать, но предполагаю, что это именно так. И если я прав, то даже не представляю, с чем мы столкнемся, когда наконец увидим ее ступени.

– Если увидим, – капитан Ол продолжал пребывать в дурном расположении духа. – По времени мы должны были уже добраться. Воздух скрипит от мороза. Еще несколько дней – и ночевать под открытым небом будет невозможно даже с помощью магии.

– Двое суток, – произнес Хоран, свернув карту, на которой было не так и много отмечено из территорий Мертвых земель. – Если через двое суток мы не доберемся, будем голосовать за возвращение в герцогство.

Лорд Иэйтен понимал, что должен сделать все, чтобы это возвращение отложилось. Он должен решить проблему и отдать этим дань Роналду Этьену. Но вместе с тем военный советник, занимающий место главнокомандующего, прекрасно понимал, что выше головы не прыгнет.

Эта мысль угнетала его весь следующий день. Этот день был на удивление спокойным. Люди не встретили на своем пути монстров, не столкнулись с кошмарами, которые то и дело нападали на них, унося последние капли рассудка.

Некоторые из пострадавших возвращались в нормальное состояние, справляясь с видениями. Некоторые нет. Последних было уже больше десятка. Они ехали в конце колонны на телегах с провизией и под наблюдением лекарей.

Вторые сутки начались с холодного ветра, дующего воинам в лицо. Дрожа от холода, они упрямо продолжали движение, стараясь не поднимать глаза к горизонту. Потому что видение все такой же далекой башни сильно било по нервам.

– Остановиться! – Хоран Иэйтен вскинул руку, натягивая поводья своей лошади.

– Тормози! Тормози! – крики прокатились по колонне, заставив ту медленно замереть.

– Что такое? – тасье Зантирис выехал в начало колонны, поравнявшись с главнокомандующим.

– Хочу кое-что проверить, – произнес мужчина, спрыгивая с лошади. Смифец последовал за ним.

– Лорд Иэйтен, объясните, пожалуйста…

– Поверните голову, тасье Зантирис, – произнес Хоран, прищуриваясь и слегка отворачиваясь от башни. – Что вы видите?

Змеелюд напряженно следил за главнокомандующим, опасаясь, что того накрыло таким же видением, как и многих воинов. И что тот сейчас схватится за меч или бросится в панике бежать.

Прищурившись, смифец повторил движение головой и охнул:

– Не может быть.

– Мне не показалось?

– Как мы этого раньше не заметили? – змеелюд повернул голову в другую сторону, краем глаза отмечая, как темная башня начинает расплываться. Дрожать. Менять форму.

– Потому что раньше мы были далеко, – почувствовав, как внутри вспыхивает уверенность, ответил Хоран и шагнул к лошади. – Вы были правы, это видение, которое коснулось всех. Башня будто бы все время далеко, но это не так. Вы видели, как она искажается, когда отводишь взгляд? Становится больше и ближе?

– Видел, – подтвердил тасье Зантирис, – то есть мы почти добрались.

– Верно, – лорд Иэйтен уже забрался в седло. – И теперь нужно быть в разы осторожнее. В прошлый раз земля разверзлась, не дав нам подойти. Будем заходить с разных сторон. Разобьемся на группы.

Решение было принято единогласно на следующем совете. Капитаны утвердительно кивали после проверки на видение. Все они отмечали то или иное изменение, подтверждающее, что башня на самом деле ближе, чем казалось все это время.

И Хоран надеялся только на то, что они верно разгадали план того существа, которое руководит монстрами.

Он не хотел сталкиваться с людьми на своей территории. Пытался отпугнуть их мороками, задурить голову искажением расстояния. Но они упрямо шли вперед. И следующим утром, по расчетам лорда Иэйтена, были уже на месте.

– Капитан Ол, ваши люди зайдут с северо-востока. Тасье Зантирис?

– Юго-восток наш. Я заберу с собой нескольких магов. Моих воинов осталось не так много.

– В лагере останется половина. На случай, если монстры попытаются зайти с тыла.

– Мои люди готовы выступать.

– Тогда пусть боги за всеми нами присматривают, – военный советник отступил на шаг. – Трубить дорогу!

Когда два коротких звука разорвали пространство, три отряда ринулись в разные стороны, чтобы вскоре сменить направление и двинуться прямиком к башне. В начале каждого отряда ехало по магу, они прощупывали почву, готовые в любой момент потратить всю доступную силу, чтобы удержать землю и дать возможность людям отступить.

Второй раз в эту ловушку они не попадутся. Им ничто не должно помешать добраться до цели. И закончить эту войну с монстрами раз и навсегда.

Первыми с преградой столкнулись люди капитана Ола. Маг охнул, схватился за сердце и на всей скорости выпал из седла. Лошади не послушались хозяев, не отреагировали на поводья, пронеслись вперед, а пыль под их копытами смешалась с кровью.

На крики никто не отреагировал. Воины пытались вернуть себе управление, но животные будто обезумели. Они толкались, пытаясь выбить из седла своих наездников. Кто-то из воинов выхватил меч, пытаясь перерезать поводья, которые впились острыми нереальными иглами ему в руки. Пробили кожу плотных перчаток. И доставляли нереальную боль.

– Это все морок! – рявкнул капитан Ол, пытаясь совладать с собственным разумом. – Остановите лошадей! Любой ценой! Спешиваемся! Я сказал, спешиваемся!

Тасье Зантрис в это время вел своих людей по устью высохшей реки. Берега поднимались небольшими холмами по обе стороны. Смифцу совершенно не нравилась эта местность, и чуйка змеелюда не подвела.

Та тишина, которая разрывалась только перестуком копыт и лязганьем металла, резко оказалась прервана воем сотни голосов. Нечеловеческих голосов.

– Обнажить оружие!

На вершинах холмов появились монстры. И черной бесконечной волной ринулись вниз, моментально взяв отряд в плотное кольцо.

Разношерстные твари шипели, рычали, пищали и скалили острые клыки. Они не нападали, а застыли живой преградой, пугая лошадей и не позволяя всадникам ни отступить, ни двинуться вперед.

– Какой будет приказ? – спросил воин, перекрикивая шум, от которого закладывало уши.

– В бой! – закричал тасье Зантирис, вскидывая изогнутую саблю к серому небу. – И пусть об этой битве слагают легенды!

Твари зарычали, приняли в себя клин всадников, как каменная стена. Старались сдержать, хватали зубами ноги лошадей и людей, выдергивали воинов из седла одного за другим.

И теряли при этом своих собратьев.

Острые клинки то и дело взлетали, выбивая брызги карминовых капель, вырезая монстров одного за другим. Земля напиталась кровью, зачавкала под копытами и подошвами сапог.

Смифец бил наотмашь и со всей силы, не обращая внимания на раны, которые наносились ему когтями и клыками. Его сабля не раз и не два забирала жизни тварей. Он вел свой отряд вперед, не оглядываясь. Пробивался с криком на устах и с яростью, которая билась огнем под сердцем.

А Хоран Иэйтен в это время ближе всех подвел свой отряд к башне. Он не подозревал с какими трудностями столкнулись остальные. Не знал, что капитан Артен сейчас удерживает лагерь, который окружили огромные студнеподобные монстры, и что два шатра уже выгорели дотла.

Он вел своих людей вперед. Маг прощупывал почву. И… видение наконец пало.

Башня резко оказалась близко. Настолько близко, что ехавшие во главе колонны вынуждены были натянуть поводья. Несколько лошадей встали на дыбы, рассекая воздух перед собой копытами, заржали.

Башня была тут. На расстоянии вытянутой руки.

А земля перед ней оказалась целой. Ничто не намекало на бездну, которая поглотила три десятка воинов.

– Гароф, проверь!

Один из воинов кивнул, спрыгнул с лошади, медленно вытащил меч и шагнул к башне. Он видел перед собой блестящие выточенные из мрамора ступени. Видел больше двустворчатые двери. Приоткрытые. Будто хозяин этого чудовищного строения издевался над ними.

Первая ступень оказалась твердой опорой под его ногой. За ней вторая. И третья.

Когда воин коснулся двери, та распахнулась настолько легко, будто ничего не весила. И открыла путь в черные недра башни.

– Зажечь факелы, – отдал приказ Хоран, спрыгивая с лошади. – Достать оружие. Двигаемся по двое.

Никто не хотел задерживаться тут дольше необходимого. Первая двойка уже зажгла факел и шагнула в кромешную тьму. За ними вторая и третья. Лорд Иэйтен шел следом, рядом с ним двигался маг.

Все они понимали, что пахнет западней. Но эта башня была их целью. Их заданием.

Тьма упала быстро. Затушила факелы, поглотила свет магических светлячков и ламп.

Послышалось рычание.

– Спина к спине! – голос Хорана эхом разнесся в пустоте. – Слушать!

– Магия не подчиняется, – в словах мага по соседству послышалось отчаяние.

Лорд Иэйтен вытащил из-за пазухи кинжал с длинным лезвием и на ощупь воткнул его в руки чародея.

– Я прикрою. Продолжать движение! Шаг! Шаг! Шаг!

Они двигались в темноте, прислушиваясь к редким рыкам и стонам, раздающимся со всех сторон. Концентрировались на голосе своего командира. И старались не поддаваться панике.

Первый крик раздался со стороны замыкающей пары. За ним еще один. И еще.

Послышались и первые нечеловеческие вопли. Воины не были готовы отдавать свою жизнь без боя.

– Шаг! Шаг!

Хоран продолжал вести своих людей вперед. Назад пути не было. Их окружили, это было понятно. Оставалось идти вперед и надеяться, что там будет свет. А вместе с ним возможность принять бой с достоинством.

Новый крик разорвал пространство.

– Шаг!

К вою примешался хохот. Простой, человеческий, но пугающий намного сильнее рычания монстров.

– Спина к спине! Приготовиться к бою!

Впереди что-то вспыхнуло. Это один из мужчин смог-таки вновь зажечь факел. Один факел, который своим светом резанул по глазам всех, кто шел сзади. Один факел, который выхватил своим светом сотню окруживших людей монстров. И одинокую фигуру прямо перед ними. Человеческую фигуру в темном балахоне с капюшоном.

Рассмеявшись, человек отступил, скинул капюшон одним движением руки, и Хоран понял, что ошибся.

Перед ними был не человек. Совершенно точно не человек. Потому что не может быть у человека таких черных глаз без зрачка и радужки.