Жена с секретом — Глава 34 Камилла

Глава 34 Камилла

КАМИЛЛА

Остаток ночи я бессовестно проспала и открыла глаза, когда на востоке уже встало солнце. Костер погас, и я поежилась от холодных порывов ветра. Детей не было, няни тоже, видимо, они ушли домой.

— Собираешься и дальше нежиться или соизволишь мне помочь, — Генриетта с утра была в прекрасном расположении духа. И хоть слова ее были язвительными, она довольно улыбалась.

— Конечно, помогу, — я вскочила на ноги, запутавшись в длинной юбке и чудом не упав.

— Представляю, что это будет за помощь, — усмехнулась она. — Твоя задача сейчас научиться левитировать. За стенами невообразимый океан застывшей грязи, который нужно вернуть обратно в горы. А для этого мы должны подняться в воздух.

— Ты хочешь, чтобы я взлетела? — удивилась я.

— Не просто хочу, а ты уже умеешь летать, — уверенным голосом заявила Генриетта.

— Откуда ты знаешь? — от страха перед предстоящим полетом я нервно икнула.

— Ты похитила часть моей силы, поэтому кому как не мне знать, на что ты способна с моими возможностями.

Высоты я безумно боялась. Прыжки с тарзанок и полеты на воздушном шаре были самым страшным моим кошмаром. Я даже боялась ездить в открытом лифте, а уж о том, чтобы полететь на самолете и речи не шло. И вот теперь колдунья предлагает пересилить себя ради спасения поместья и его обитателей.

— Я хочу есть, — хмуро заявила я, страшась полета.

— Поедим после выполненной работы, — заявила Генриетта, — тебе не помешает уменьшиться в некоторых местах.

— Ты считаешь меня толстой? — я с ужасом ощупала свой живот. Он и щеки всегда увеличивались раньше остальных частей тела, стоило мне увлечься сладким.

— Заметь, не я это сказала, — рассмеялась ведьма. — Ты же не хочешь, чтобы Дэвид посчитал тебя трусихой? — подначивала она. — Когда все закончится, я ни за что не позволю отнять у меня супруга, но сейчас, бедный господин Лестер так восторженно отзывается о тебе, почти боготворит. Придется его разочаровать, что самозванка не желает помогать.

— Нет, постой! — мне показалось, что Генриетта направляется к Дэвиду, и я схватила ее за руку. Она фыркнула, отбросив мою руку. — Я согласна. Научи меня левитировать.

Мужественно стерпев насмешки, в которых колдунья называла меня никчемной слабачкой, я в точности повторила ее слова и движения и через несколько минут немного оторвалась от земли. Страшно было до жути, но я сдержалась. Надо быть сильной ради Дэвида и детей, которые, может быть, в этот момент наблюдают за мной.

Стена была высокой, поэтому мне пришлось подняться в воздухе достаточно высоко. Каждый сантиметр вверх давался с огромным трудом, но вот, наконец, я увидела бескрайнее море застывшей грязи и обомлела.

Следующие несколько часов превратились в сплошную муку. Я в точности повторяла действия Генриетты, очищая метр за метром. Мы работали до обеда, а после еды снова продолжили очищать путь. Когда пространство вокруг стены было полностью освобождено от грязи, ведьма сняла защитную стену, и нам на помощь кинулись слуги.

Работы длились несколько дней с небольшими перерывами на сон и еду. Трудились все, даже Ричард порывался нам помогать, но отец его остановил.

— Вам не стоит идти в город, — предупредил Дэвид, когда мы подошли слишком близко к городской стене. — Отношение к колдуньям там, сами знаете, какое.

— Тогда остановимся на достигнутом, — Генриетта отерла пот со лба. — Я безумно устала и желаю принять ванну.

— Ты тоже желаешь принять ванну? — с улыбкой поинтересовался Дэвид, когда колдунья отошла на достаточное расстояние, чтобы не услышать вопроса.

— Если только с тобой? — улыбнулась я.

— Заманчивое предложение, — Дэвид размял уставшие плечи и протянул мне руку.

Следующие несколько часов мы провели с Дэвидом, наслаждаясь обществом друг друга. Опасаясь гнева Генриетты мы, конечно, ванну вместе не приняли, но с удовольствием прогулялись по поместью и уединились в одной из верхних гостиных.

— Я непременно расторгну брак с нынешней супругой, — горячо пообещал Дэвид, прижимая меня к себе.

— Разве такое возможно?

Как бы сильно я не была влюблена в господина Лестера, прекрасно понимала, что соединиться узами брака в нашем положении почти невозможно.

— Все возможно, если только очень сильно захотеть, — уверенно заявил Дэвид, и так хотелось ему поверить.

— Не забывай о Генриетте. Она тебя так просто не отпустит, — напомнила, нежась в его объятиях.

— Моя нынешняя супруга могущественная ведьма, но ей придется смириться с моим выбором. Моя любовь к ней — следствие эгоистичного колдовства.

— Любовь ко мне тоже, — я улыбнулась. — Не забыл, что впервые я появилась перед тобой в облике супруги?

— Потом я увидел тебя настоящую и окончательно потерял голову, — упирался мужчина. — Согласен, Генриетта собственница, а в моем лице получила безвольную игрушку. Я безумно на нее сердит за подавление воли и обман, но не в силах полюбить. Я много думал об этом и окончательно уверился, что мои чувства к Генриетте были всего лишь дурманом.

— Мне показалось, что ты ей нравишься, — вспомнила мечтательную улыбку ведьмы, когда та смотрела на Дэвида. — Более того, думаю, она в тебя влюблена.

Сказала и замерла в ожидании приговора. Если сейчас Дэвид признается, что не догадывается об ее чувствах, начну терзаться сомнениями. Что если, узнав правду, господин Лестер начнет ей больше уделять внимания?

— Я не вижу в себе сил сделать ее счастливой, — вздохнул Дэвид, утыкаясь в мои волосы. — Ты так приятно пахнешь. Камилла, моя сладкая конфета, — прошептал он.

После разговора с мужчиной стало еще тяжелее. На сердце лег тяжкий груз переживаний, который я никак не могла скинуть. Ясное дело, Генриетта не оставит Дэвида и в случае сопротивления снова превратит мужчину в свою марионетку, продолжив издевательства. А меня вернет обратно в мой мир. Как итог, нам никогда не быть вместе.

Генриетту я нашла на улице возле стены, которую ведьма сосредоточенно уничтожала.

— Пришла помочь? — мельком посмотрев на меня, колдунья опять вернулась к работе.

— Пришла поговорить, — я скрестила пальцы, мысленно умоляя ведьму смягчиться.

— О чем хочешь поговорить? — Генриетта не смотрела на меня, но я чувствовала на себе ее недобрый взгляд.

— О Дэвиде.

При упоминании имени супруга, женщина фыркнула, но снисходительно разрешила:

— Говори, я послушаю.

Вздохнула и начала, словно окунулась в омут с головой.

— Тебе прекрасно известно, как я отношусь к Дэвиду, — после этих слов Генриетта усмехнулась, но ничего не сказала, и я продолжила. — Я очень люблю твоего мужа. Сама не пойму, когда это произошло, но я в первую встречу была очарована Дэвидом.

Слушая мои слова, колдунья не выказала на лице ни одной эмоции, но я прекрасно понимала, что любую женщину заденет подобное. В то же время я не хотела юлить и лгать. Я люблю Дэвида и эти чувства неизменны. В случае разлуки, я буду очень сильно переживать, даже не знаю, что сделаю, если вернусь в свой мир без любимого. Я даже готова остаться здесь, с Дэвидом и детьми, но, боюсь, это невозможно.

— Я выбираю лучших, — хмыкнула Генриетта, чувствуя свое преимущество.

— Знаю, Дэвид лучший, — я признала очевидное, — поэтому прошу, не подавляй его волю. Не мучай его, пожалуйста! Господин Лестер очень хорошо к тебе относится, а после неоценимой помощи, которую ты оказала поместью, вообще боготворит.

— Но не любит, — горестно заключила колдунья. — Я его за это ненавижу, — прошептала она, и ее пальцы при этом сжались в кулак.

— Пожалуйста, не стоит ненавидеть Дэвида, — взмолилась я. И когда я стала такой слабой? Прошу законную супругу не причинять господину Лестеру вреда, а втайне мечтаю, чтобы он вообще не был женат.

— Не смеши меня, — колдунья окинула меня презрительным взглядом, — ты сейчас выглядишь такой жалкой. Найди себе свободного мужчину, а Дэвид мой, поняла? Я его никогда тебе не отдам. Только восстановлю силы, отправлю тебя обратно и дело с концом.

— Твоя воля, — примирительно произнесла, понимая, что моих жалких сил не хватит, чтобы противостоять Генриетте, — но прошу, не обижай Дэвида. Он очень хороший человек, добрый, заботливый, любит детей. Не лишай его возможности прожить свою жизнь так, как он того хочет.

— Да что ты заладила: не обижай, не обижай! — пальцы колдуньи вспыхнули синим пламенем. — Буду делать с ним все, что захочу, но это не твоя забота, верно? Ты просто посторонняя настырная женщина, которая упорно лезет в нашу личную жизнь.

Разговор с Генриеттой меня расстроил. Я понимала, что она права. На ее месте я бы тоже не уступила любимого мужчину, но от этого легче не становилось. Я сидела на диване в холле, понимая. Что бессильна противостоять обстоятельствам.

— Что с тобой, милая Камилла? — Анна обняла меня за плечи и села рядом.

На девочке сегодня было то самое лимонное платье, которое я подогнала по размеру.

— Тебе нужны еще наряды, — улыбнулась я, стараясь не показывать грусть, но Анна оказалась очень проницательной.

— Ты грустишь и мне тоже грустно.

— Все будет хорошо, — я погладила девочку по мягким волосам.

— Ты поссорилась с папой?

— С чего ты это взяла? — удивилась странным выводам, сделанным этим не по годам рассудительным ребенком.

— После твоего возвращения вы с ним практически не расставались, а сейчас ты сидишь одна, а он места себе не находит в кабинете. Я видела, он ходит из угла в угол и нервничает.

Что я могла ответить? Господин Лестер прекрасно понимает, какое будущее нас ждет, когда Генриетта восстановит силы.

— Пойдем, я наколдую для тебе красивое платье, — я встала и подала Анне руку. Мне нужно было отвлечься, потому что, если постоянно думать о плохом можно сойти с ума.

В гардеробе девочки мы выбрали несколько красивых нарядом, которые я с легкостью уменьшила. Магия была способна совершать маленькие чудеса и не могла сделать большое. Например, чтобы мы все оказались в моем мире: Анна, Ричард и мой любимый Дэвид. Или чтобы Генриетта забыла о внезапно вспыхнувшей любви к супругу и оставила его в покое.

— Так почему ты грустишь? — напомнила Анна, крутясь перед зеркалом. Изумрудный цвет прекрасно гармонировал с ее кожей, превращая девочку в сказочную фею.

— Генриетта хочет вернуть мен обратно, а твоего папу снова заколдовать.

— Не бывать этому! — громкий голос Дэвида заставил нас вздрогнуть. — Я никогда не боялся трудностей и сейчас не уступлю.

— Папа! — Анна кинулась в объятия к любимому отцу. — Как мы будем без Камиллы? — едва не плакала она. — Мы ее любим и так к ней привязались.

— Не знаю дочь, не знаю, — прошептал господин Лестер, целуя ее в макушку, а в глазах застыли страх и боль.

Через несколько дней защитные укрепления были полностью сняты, рвы очищены. Лишняя земля не без помощи Генриетты была убрана с территории поместья. Неоценимая услуга, если бы только колдунья не требовала за нее такую высокую цену.

Все поместье гудело от переполнявших всех эмоций. Слуги готовились к празднеству по случаю великого избавления.

— Госпожа Генриетта вы наша героиня! — Корделия ни на шаг не отставала от своей спасительницы. Даже вечно сдержанный и подозрительный Альфред больше не поджимал губы, когда находился рядом с колдуньей. И однажды заявил во всеуслышание:

— Господи, я всю жизнь не доверял ведьмам, но перед вами, госпожа, снимаю шляпу!

Генриетта буквально на глазах расцветала от похвалы и любви слуг, которой те ее окружили. В одночасье всеми гонимая ведьма превратилась во всеобщую любимицу и спасительницу. Она щебетала и жеманничала, веселилась и кокетничала. Для Генриетты такое обожание было в новинку, и оно безумно ей льстило.

— Дорогая супруга! — вперед выступил Дэвид. За последние несколько дней он исхудал и осунулся. — Если ты так всех любишь, полюби и меня тоже. Освободи меня, молю тебя. Я не прошу тебя покинуть поместье, наоборот, ты можешь остаться здесь сколько пожелаешь. Это и твой дом тоже, просто позволь мне свободно дышать, не опасаясь, что ты снова начнешь мной манипулировать.

В гостиной воцарилась тишина. Слуги замерли и только переводили взгляды с хозяина поместья на его хозяйку.

Как же Дэвид был прекрасен в этот момент! Высокий, стройный и потрясающе красивый. Он не был уверен в успехе, наоборот, чувствовал, что Генриетта ни за что его не отпустит, но решил рискнуть. И она вдруг разом оробела перед его напором. Смутилась, сбитая с толку реакцией толпы, желающей счастья своему господину.

— Отпусти меня, Генриетта, прошу тебя, — произнес он и покорно склонил голову.

Слуги тоже склонились, поддавшись порыву господина. Колдунья несколько минут пребывала в замешательстве.

— Отпусти меня, Генриетта, прошу тебя, — произнес он и покорно склонил голову.

Слуги тоже склонились, поддавшись порыву господина. Колдунья несколько минут пребывала в замешательстве, а потом поймала мой взгляд и все изменилось. Не знаю, что она прочитала на моем лице, но в любом случае не триумф, потому что я тоже не была уверена в затее Дэвида.

— Я ни за что тебя не отпущу! — самоуверенно заявила колдунья.

На ее губах засияла усмешка, и в туже секунду тело Дэвида содрогнулось. Он упал на колени, пораженный молнией Генриетты.

— Нет, папа! — Анна кинулась к отцу, но больно ударилась о невидимую преграду. Генриетта возвела вокруг супруга прозрачный купол, внутри которого он корчился от боли, а мы ничего не могли сделать.

— Пожалуйста, Генриетта! — я кинулась на выручку любимому. — Не мучай Дэвида, умоляю тебя.

— Ты умоляешь? — ведьма рассмеялась, но не злобной улыбкой, а мягко и певуче. — Почему ты думаешь, что я тебя послушаю?

Я смотрела на мужчину. Его красивое лицо подернула судорога, он стоял на коленях и мучился от невыносимой боли. Моя любовь не должна приносить страдания. Если мне суждено расстаться с Дэвидом, то я должна быть уверена, что с ним все будет в порядке.

— Я согласна! — мой выкрик прозвучал как гром среди ясного неба, после которого в гостиной воцарилась тишина.

— На что, интересно знать? — рассмеялась колдунья.

— Я оставлю твоего супруга и никогда не потревожу, если ты обещаешь мне не причинять ему боль.

— Камилла, не надо, — прохрипел Дэвид, но силы его были на исходе. Господин Лестер страдал, и я не могла оставаться равнодушной к его боли.

— Интересное предложение.

Перестав мучить супруга, ведьма повернулась ко мне. Какая же она красивая! Даже не верится, что несколько дней назад мы сражались со стихией на одной стороне, а сейчас колдунья хочет помешать нашему счастью. И у нее это прекрасно получается.

— Самозванка решила самоликвидироваться? — удивление Генриетты было неподдельным.

И где только таких словечек нахваталась? Не иначе как в моем мире.

— Я предлагаю сделку, — я не блефовала. Впервые в жизни была уверена в правильности поступка. — Я больше не претендую на Дэвида, а ты никогда не подавляешь его волю и мучаешь.

— Что ты творишь, Камилла! — кулак Дэвида врезался в прозрачный купол. — Выпусти меня, Генриетта! Не таким способом завоевывают любовь. Клянусь богом, я любил тебя до тех пор, пока ты не заперла меня в башне.

Господин Лестер снова и снова стучал по невидимой преграде, не в силах освободиться.

— Ну что ж, я согласна, — Генриетта посмотрела на меня. — Только ты возвращаешься в свой мир, без Дэвида и детей, — уточнила она.

— А ты даешь мне зеркало, чтобы я следила за тем, как ты исполняешь обещание.

— Конечно.

Через несколько минут в гостиную доставили маленькое зеркало, которое Генриетта торжественно передала мне. Дэвид кричал и ругался, но я уже не слушала его. Моей целью было только счастье моего любимого и детей. Если оно должно быть без меня, я приму эту потерю.

— Долгие проводы, лишние слезы, — произнесла она, и над моей головой произнесла магическое заклинание.