Глава 16

Принцесса Вер Нея ждет в гостиной и сразу же заявляет в свое оправдание, что, услышав об отъезде генерала, решила составить мне компанию, дабы я не скучала в одиночестве в новом доме. Когда же узнала, что господин Жернеу тоже едет к нам, так и вообще отбросила всякие сомнения.

Я робко решаю уточнить про подругу, с которой на свадьбе она была неразлучна, не явится ли та позднее, на что получаю успокаивающий ответ:

– Мал Френа приболела и решила не ехать, – но по хитрому взгляду видно, что это явно уступка мне. Каким-то образом принцесса догадалась, что общество ее подруги будет мне неприятно, и избавила меня от него.

Пока не знаю, как у нее получается, но оно определенно вызывает симпатию. Возможно, в ней просто хорошо развита природная наблюдательность… или интуиция… а может, тут что-то большее? Девушка хоть и молода, но гораздо мудрее других, например, той же Кат. В общем, рано делать выводы, но любопытство уже проснулось и насторожилось.

Господин Томас Жернеу так же производит на меня двоякое впечатление. С одной стороны в нем чувствуется некоторый гонор, он явно высокого мнения и о себе, и о своих нарядах, но перед принцессой пасует и не смеет выпячивать свое я. Вер Нея же ведет себя с ним не как с равным, что чувствуется, если сравнить обращение ко мне, а как с подчиненным.

Я же совершенно не привыкла с костюмерами и стилистами обращаться как с рабами, обслуживающими актеров, поэтому стараюсь сохранить нейтралитет. Не знаю, оценят ли мои старания. Может быть, здесь совершенно не в чести подобное. Но мне, все же кажется, что доброе отношение приятно в любых обстоятельствах.

Тем более что модист и правда оказывается неплох. Все что он мне предлагает примерить, вытаскивая из привезенного с собой огромного сундука, в разы лучше того, что имелось у Кат Рины.

Мне очень нравятся богатые разноцветные ткани, как на вид, так и наощупь. Балдею, прикладывая их к груди и глядя в зеркало. Но самое непонятное и обидное, что подобного на своей свадьбе я почти не видела. Тихо спрашиваю об этом у Вер Неи, пока Томас отворачивается, доставая новый наряд.

– А у вас на Севере разве красивые ткани не ценятся на вес золота? – удивляется девушка. – Терриан очень щедрый муж, раз вызвал господина Жернеу. Не каждый готов отдать целое состояние за гардероб супруги. Большинство довольствуется услугами модисток попроще. Работа женщин у нас намного дешевле обходится мужьям, как и отцам… но видели бы вы, что они шьют! Ах да, вы видели на свадьбе… и это высшее общество, представляете? – У меня не укладывается в голове то, что она говорит. Похоже, женщинам на Марне совсем тяжко живется. – Ваша мама одета была просто великолепно, как и сестра. У вас на родине наверняка все иначе!

Голубые глаза Вер Неи светятся восторгом, но я вынуждена ее разочаровать. Память Кат преподносит противоположные воспоминания – отец заказывал вещи для жены и ее дочери не в своей стране, а в Империи. Но те умело втирали ему, что и мой гардероб оттуда же, а если он не так шикарно смотрится, как их, так то дело во мне – несуразную и невзрачную внешность никакими платьями не исправить. Вот ведь гадюки мерзкие! А папочка лопух.

– Ваше Высочество, прошу, не называйте эту женщину моей матерью, – произношу отстраненно и тут же меняю тему, обащаясь уже к модисту, – вам не кажется, господин Жернеу, что если вот здесь немного заузить, – я зажимаю ткань на талии и ослабляю у плеча, чуть приспуская рукав, – то будет интереснее?

Он несколько секунд ошеломленно смотрит на мое отражение в зеркале. Я задерживаю дыхание. Сейчас как скажет, что мне лучше не лезть в мужскую профессию… да ещё обидится…

– Это великолепно, мадам, просто потрясающе! – вскрикивает он, всплеснув руками в лучших традициях земных метросексуалов. Я невольно улыбаюсь – ощущение, будто вернулась в свой мир. – Как я сам до этого не додумался? А есть еще похожие идеи?

Меня безумно радует его реакция – никакого отторжения, только восторг, вызванный искренней любовью к своему делу. Дальше мы забываем обо всем, внося небольшие штрихи в уже готовые изделия. Кое-что я предлагаю, кое-что он делает на волне вдохновения, иногда просто намекаю, а он уже доводит до ума.

Разумеется, ни о каких категоричных изменениях в моде речь не идет. Длина юбок в пол еще пару столетий никуда не денется, и не мне организовывать сексуальную революцию в этом обществе, но сделать обычную одежду чуть более изящной я могла бы. Еще бы ввести новые идеи повсеместно, а не только среди самых богатых и щедрых аристократов.

Сегодня меня снабжают тремя платьями для повседневной носки. Бальные Томас решает довести до идеала в своем салоне. Его глаза блестят, он то и дело называет меня своей музеллой. Его помощница, дама в возрасте, с именем, совершенно ему не соответствующим – Тамаша, снимает с меня все мерки. Мне клятвенно обещают еще до возвращения супруга привезти большую часть нового гардероба. Предоставляют выбрать любимые и наоборот нежелательные цвета.

К внешности Кат точно не пойдет серый. То есть не так. Серый нужно выбирать опытным путем, прикладывая разные оттенки непосредственно к лицу. Наугад тут не получится. А вот изумруд будет шикарно подчеркивать цвет глаз. Голубой и синий тоже желательны, а вот от фуксии я отказываюсь, вспоминая, что мачеха безумно любит этот цвет.

– Как на счет белья? – спрашиваю, позволяя своим щекам немного порозоветь.

– Мы привезли кое-что. Тамаша покажет вам, мадам.

Так, похоже, тема закрытая, а тут еще и принцесса сидит на диванчике, с открытым ртом наблюдая за вашим общением. Ох, мне предстоят объяснения после отъезда модиста, я совсем о ней забыла.

Тамаша… так и хочется добавить какое-то отчество, типа Ивановна, – дама-то уже не молодая, раза в два старше меня, приносит небольшой сундучок и мы удаляемся в соседнюю комнатку.

Увидев содержимое, я с трудом сдерживаю гримасу. Ну нет. Я в таком перед мужем не появлюсь. Моя свадебная белая хлопчатобумажная сорочка была не айс, а тут и того хуже. Неужели нельзя было сделать из такой же ткани, что и платья, среди них имеются очень даже мягкие и приятные, и красивые, что немаловажно.

Вытягиваю нечто плотное, опять же из простого материала. Панталоны! Мамочки! Неужели это носят дамы? Я за эти дни уже смирилась с данным предметом гардероба, но очень, очень надеялась, что у Кат просто не было другого выбора. А тут…

И что делать? Я понимаю, что трикотажа мне не видать и нормальных труселей тоже, но хотя бы на приличные шелковые панталоны имею право надеятся?

Прошу Тамашу выйти, оставляю Зиту и Гиту.

Девочки ошеломлены происходящим почти наравне с принцессой. Но мне нужна их помощь. О чем и заявляю. Мне не обходимо, чтобы они отвлекли Вер Нею и Тамашу, оставив меня с Жернеу наедине.

– Не подумайте ничего плохого. Я потом все объясню.

Но моя личная прислуга безукоризненно вышколена. Они без споров выполняют просьбу. Одна уводит выпить чаю Ее Высочество, вторая – помощницу.

Я начинаю очень важный для себя разговор издалека. Господин Жернеу весь в своих фантазиях, поэтому даже не замечает, что мы остались вдвоем.

– Господин Томас, буду честной, то что мне показала Тамаша не вдохновляет. – Мои слова заставляют-таки его вернуться в реальность и с интересом оглядеться. – Понимаете, в чем дело. Мой муж он… немного странный… – да, с этим, вряд ли кто-то поспорит. А я, кажется, нашла, на кого перевести стрелки. Это не я извращенка по местным меркам, а мой муженек. Проверить-то никто не сможет. Не представляю, чтобы кто-нибудь осмелился спросить у генерала, правда ли ему нравятся шелковые панталоны на жене. – Так вот, увидев это белье он… боюсь, он страшно разочаруется.

– Эээ… – модист явно не знает, что ответить. Несколько секунд открывает и закрывает рот, почесывая затылок. – Мадам Кат Рина… вы меня ввели в замешательство.

Понимаю, но делаю невинные глаза и моргаю, вызывая в нем еще больше непонимания.

– Господин Жернеу, вы сами-то пробовали надевать это на голое тело? Это же неприятно как минимум!

– Нууу… да. Мужское белье почти не отличается от женского. И оно гораздо приятнее, чем сукно, которое носят простолюдины.

Я едва сдерживаю смех, глядя на его сконфуженный вид. Тема дается ему тяжело.

– А вы никогда не задумывались, что панталоны можно сшить из… да вот хотя бы из шелка? – я хватаю самую мягкую ткань из тех, что мне показывали. – Отделать их вот таким кружевом?

Я снова беру сразу приглянувшуюся мне мягкую, плетеную явно вручную, вещицу и прикладываю к шелку.

– Гениально! – выдает мужчина. – Вы это сами придумали?

Так, теперь главное – не спугнуть.

– Меня надоумил муж. Ему очень не понравилась моя ночная рубашка, а глядя на эту прелесть, – показываю на свои руки, – я вдруг поняла, что генералу оно пришлось бы по вкусу. Раньше, я бы и не подумала о таком, но для мужа готова и ещё что-нибудь придумать.

Моя ложь хорошо усваивается, особенно, когда мужчина понимает, на пороге какого открытия мы сейчас стоим и каким спросом будут пользоваться подобные вещички. Это вам не платье нелепое, это революция в интимной жизни.

– Еще что-нибудь? – улавливает он главную мысль, и я продолжаю играть свою роль.

– Да! Вот скажем, сорочка для брачной ночи! Это же ужас. Генерал даже не взглянул на нее. А если бы это выглядело вот так? – я хватаю отрез белого шелка и оборачиваю вокруг себя, позволяя ткани самой лечь красивыми волнами вдоль тела. Снова прикладываю кружево. – Смотрите! Это же очень красиво! Я даже не думала, что так красиво. Как вам кажется, генерал бы оценил?

Томас глотает ком в горле. Мне начинает казаться, что он сейчас покраснеет и пасанет. Но он вдруг озаряется улыбкой.

– Мадам! Это же невероятно! Это так просто и так гениально, что я не понимаю, почему до сих пор никому не пришло в голову!

А я понимаю – женщин у них тут вообще не ценят. Их комфорт – последнее, о чем заботятся мужчины. Купить такую красоту слишком дорого, а значит, можно и обойтись без нее. А жена и голая хороша. Чего уж о дочерях говорить. Вот и стоит мода на месте, двигателя никакого.

Если мужики узнают, кому обязаны новой идеей и разорением, прибьют меня не смотря на пугающего мужа.

– Ну что, господин Жернеу, вы уже оценили перспективы? Сколько денег это нам принесет? – добиваю я. Не просто же так подкидывала ему идеи. Мне нужны крепкие тылы в этом мире, если с Террианом что-то пойдет не так, и вот первый мой ход. Дело за малым – согласие придворного модиста.

– А вы, мадам, хитры. У вас есть ещё идеи?

– Пока нет, но думаю, такими темпами появятся в скором времени. Предлагаю партнерство. Прибыль пополам. С вас ткань, исполнение, с меня больше оригинальных идей и право первооткрывателя. Ах да, еще гарантия, что другие модисты от меня ничего не получат. Со временем они, конечно, сами узнают и повторят, но увы тут ничего не поделаешь.

Наш разговор приобретает совсем другие интонации – деловые, без тени скромности.

– Нет, мадам, тут вы не правы. В столице при дворе есть специальный человек, к которому обращаются, изобретая нечто новое. Если раньше ничего подобного не производилось, он выдает патент. Чтобы потом делать аналоги, нужно выкупить данное право у владельца.

Я сжимаю зубы, чтоб не запрыгать от радости. Это замечательная новость. У нас будет свой бизнес, и это просто клёво! А уж идей у меня вагон. Жаль, не все выполнимы в связи с дефицитом материалов, пригодных для белья, но я еще не изучала данный вопрос, может, мы найдем выход. Мне уже не терпится начать.