ГЛАВА 25. Ремонт – три пожара и пять переездов!

– Ну что, соколики, каким опытом работы располагаете? – Римма Федоровна прищуренным взором окинула пришедших к ней на встречу граждан. Честно говоря, половина из них выглядела как сброд. Всего же в бригаде состояла дюжина работников, как можно догадаться, из разных волшебных рас. Все-таки это другой мир, и порой напоминания об этом случаются вполне очевидные. Один из подрядчиков напоминал Шрека из одноименного мультфильма, и цветом кожи и статью, другой выглядел как настоящий гном, и ростом был по пояс гоблину. – Эдери, а хозяин где? – густым утробным голосом вопросил, по видимости, старший из ремонтников. Высокий мускулистый мужчина, отдаленно напомнивший ей Левена, отца Мелдиора. Столь же смуглый и лысый. – Нам бы с ним потолковать, чтоб понять, что тут у вас делать. – Как зовут вас, уважаемый? – смело взглянула на него снизу вверх Римма Федоровна. – Фелипонт Жах, – неуверенно ответил мужчина. – Вот что, Филипп, – спокойно сказала Римма Федоровна, – под моим непосредственным руководством прошел ремонт многоквартирного здания, в котором три таких дворца поместится. Это муж мой человек благородный, гипс от алебастра вряд ли отличит. А я про ваши хитрости много чего знаю. В рядах строителей послышались шепотки и неприличное ржание. – Отставить неуместную иронию! – грозно возвысила голос хрупкая рыжеловолосая дамочка. И на какое-то мгновение мужикам привиделся поверх ее исполненной изящества фигурки другой силуэт. Мощный, почти квадратный. Ремонтники невольно попятились. – Вот ваше поле деятельности! – Римма Федоровна указала рукой на обветшавшее здание. – Три этажа, два подъезда, черный вход и подвал. Всего семнадцать помещений внутри. Площадь около пятисот квадратов, но могу ошибаться, это на глазок. Работяги переглянулись. – Пытаться подсунуть мне ветхие материалы и менять дорогие комплектующие на неликвид бесполезно. Увижу сразу, и мало не покажется никому. Во взглядах, направленных на Римму Федоровну, появилось что-то новое, осмысленное. До работников начинало доходить, что эта красотка не так проста и безобидна, как могло им показаться. – Итак, повторяю вопрос, – медленно произнесла хозяйка, пристально и панорамно оглядев бригаду, – каков у вас опыт работы, можете ли предъявить самые удачные проекты? Может, вас к приличным домам и подпускать нельзя. Фелипонт почесал в затылке, пожевал губами, думая, что ответить этой требовательной особе. – Так это… мы ярмарку построили, – подал вдруг голос гном. Говорил он гудящим басом, – в самой столице, Эмхольме. – И сколько она уже стоит? – зыркнула Римма Федоровна на недорослика. – Столица-то? Да лет тысячу точно. – Ярмарка, – фыркнула красавица, – столицу явно до вас еще основали. – Почти два года, – горделиво приосанился Фелипонт, – я сам помогал архитектору план чертить. Римма Федоровна задумчиво покивала, хотела сказать что-то еще, но тут вдруг ее работнички чуть расслабились и завздыхали с облегчением, глядя ей за спину. Обернувшись, она увидела высокую, зловещую фигуру в черном. Плащ развевается, как крылья ворона, глаза горят таинственным блеском. Чернокнижник во всей красе явился. – Приветствую! – Мелдиор чуть наклонил голову. – Все ли в порядке? Не обижали тебя эти люди, дражайшая Аримея Теодора? – Такую, пожалуй, обидишь! – неожиданно дрожащим голосом проронил зеленый гоблин. Сейчас цвет его лица был ближе к землистому. – Мелдиор, ты уверен в квалификации всех этих… господ? – Аримея строго посмотрела на мужа. – У меня были отзывы на их бригадира, Жаха, – медленно ответил Мел, – он помогал реставрации храма при дворце короля Эмихара. – С этого и стоило начать знакомство, – Римма Федоровна с легкой укоризной глянула на трудягу, – что ж ты, Филя, совсем себя представить не умеешь? Так ты хорошую работу упустишь запросто. Чернокнижник медленно прошел вдоль шеренги строителей, словно прислушиваясь к чему-то. Римма Федоровна поняла, что так муж проверяет пришельцев на темное колдунство. Убедившись, что ни у кого из присутствующих не было других нечистых намерений, кроме как схалтурить по возможности, Мелдиор повернулся к жене. – Если решила поручить им работу, можешь вести внутрь. – А как же контракт заключить? – удивилась Римма Федоровна. – Без этого к работе никак приступать нельзя. Еще испытательный срок определить надо бы, скажем, две недели. И промежуточный результат к этому времени. Ребятки сбились кучкой и испуганно переглядывались. – Что ж, – согласился Мел, – ты права. Мы заключим сейчас клятвенное соглашение. Подойди. Последнее относилось к Фелипонту Жаху. Встревоженный детина бочком-бочком добрался до чернокнижника. – Вытяни правую руку, – велел Мелдиор, – повторяй за мной. Я и бригада моя обязуемся исполнить волю семейства Адорс в полном объеме. И произвести качественный ремонт вверенного нам здания. Фелипонт послушно проговаривал текст за Мелдиором. Римма Федоровна внимательно слушала и кивала, когда прозвучали сроки исполнения и требования по качеству. В воздухе вспыхнула огненная закорючка, опустилась на ладонь Фелипонта, кожа зашипела, бригадир ремонтников поморщился от резкой боли. Рука стала алой, а потом снова приняла прежний цвет. – Если ты или твои люди нарушите взятые обязательства, на коже появится черная печать, – сказал герцог, – вот теперь все, можно браться за дело. Римме Федоровне показалось, что подрядчики уже не уверены, нужен ли им такой ответственный заказ, но деваться уже некуда было. – Осмотрите помещения, потом согласуем общую стоимость работы, – сказал Мелдиор. Процессия отправилась внутрь, пробираясь через коробки со строительными материалами, банками с краской и прочими атрибутами ремонта. – Нечисть! – взвизгнул гоблин, и Римма Федоровна догадалась, что их вновь посетила Констанция. Надо бы заняться воспитанием этой кошки. Хотя бы приучить не появляться так внезапно. Призрачный зверь неестественно мяукнул, бросаясь в ноги хозяйке. – Не пугайтесь, товарищи, привидение ручное, – приободрила работников Римма Федоровна, – оно не кусается. – Говорили люди, что здесь странности происходят, – прогудел гном, – за нечисть доплату бы положено. – Договоримся, – пообещал герцог. Следующие три часа они провели за осмотром каждого из помещений заброшенного здания. Муторно согласовывали характер работ, количество требуемого материала, график и размер вознаграждения. Фелипонт пытался выторговать послабления для бригады и повышенную оплату. Римма Федоровна же умело сбивала цену. Наконец, договорились, что через три дня встретятся и согласуют окончательную смету, тогда же и начнутся первые работы. Римма Федоровна чувствовала себя довольной и немного уставшей. Но это была хорошая усталость. Она как бы возрождалась к привычной и понятной жизни. – Где ты научилась так разговаривать с исполнителями? – спросил Мелдиор, когда присмиревшие ремонтники удалилились. – В ТСЖ “Богатырь”, где же еще? – пожала плечами Римма Федоровна. – Управдом – это призвание. Без управленческого дара ремонт не пережить. Знаешь, как у нас говорят? Один ремонт равен трем пожарам и пяти переездам. – Какая глубокая мысль! – поразился Мелдиор. На этом они и расстались, договорившись увидеться за обедом. Римма Федоровна поднялась в свои покои, подошла к вещему синему зеркалу, в котором отражалась в истинном облике. – Надо же, не показалось, – сказала она сама себе. Ее настоящая ипостась, дородная и властная управдомша ТСЖ “Богатырь”, совершенно точно выглядела моложе, чем была двумя неделями назад. Более того – ее русые волосы отсвечивали легкой рыжиной.