ГЛАВА 31. Повышение комфорта

– Итого получается, вы закладываете на капитальный ремонт всего здания порядка десяти месяцев, – Римма Федоровна испытующе посмотрела на Фелипонта. Бригадир кивнул, но при этом сглотнул так, что его кадык мышкой пробежал под заросшей щетиной кожей шеи. – И как же вы это успеете? – удивилась она. – Семнадцать комнат разного размера и назначения, три этажа с коридорами и потолками, подвал, два подъезда… Я думала вы за год-то можете не справиться. Неужто халтурить собрались? Римма Федоровна приготовилась проводить допрос с пристрастием. – Вас в бригаде сколько мужичков? – Всех вместе двадцать три, – отрапортовал Жах, – но вы не извольте в нас сомневаться, хозяюшка. Четверо наших бытовой магии обучены, потому общая стоимость немного выше чем, скажем у бригады Комрика. У него-то все только руками да инструментами. А мы за счет волшебства сработаем и быстрее, и добротнее. Долго этот замок будет стоять и нарядный внешний вид не потеряет. Они вели переговоры уже больше двух часов, сидя в той самой приемной, где до этого мерзавец Тимо пытался обмануть герцога Эстанского. Фелипонт был в сопровождении четверых рабочих, наиболее толковых. И к молодой герцогине отношение было уже другое. Сумела она себя поставить на прошлой встрече, особенно когда Фелипонт подошел к ней отдельно, уже без ее мужа и своих молодцов. Согласовать образцы стройматериалов, которые собирался заказывать к тем, что уже были завезены в заброшенный корпус. Тогда она ему четко, невозмутимо глядя в глаза обозначила свое отношение к халтурной работе и попытках обвести хозяев вокруг пальца. И в том числе сообщила, что прибьет его задницу к сваям кривыми гвоздями. Нет, не со всеми Римма Федоровна позволяла себе настолько нарушать этикет и совершать прочие пердимонокли, но отлично чувствовала, когда только такое обращение и поможет. Согласовав все детали, которые можно предусмотреть загодя, позвали Мелдиора, чтобы он утвердил окончательную смету. – Приступать можете завтра же, – внушительно сказал хозяин, поочередно одарив каждого тяжелым взглядом, который может быть только у великого темного мага. Но даже он не может посмотреть как управдом ТСЖ “Богатырь”, в чем бы теле она ни находилась. Поэтому на перекрестье взоров супругов работники чувствовали себя сразу голыми и казненными. Уходили они кто бочком, кто и вообще пятясь задом, будто ожидали, что им вслед начнут кидать огненные шары или ядовитых змей. Дело наконец пошло дальше закупок и согласований, Римма Федоровна довольно улыбнулась, накинула легкий плащ и вышла на улицу. Время было далеко послеобеденное и лимонное солнце Амитон уже начало свой путь на боковую, зеленоватое небо становилось розово-фиолетовым, закатным. Римма Федоровна прошлась по двору, слушая шум фонтана, ловя ладошками отголоски брызг из большой каменной чаши. Свежо и приятно. С удивлением она поймала себя на мысли, что откройся сейчас перед ее носом лифт в земную жизнь, она бы в него не села. Здесь, в Эстансе, есть все, что ей нужно. Да, она временами скучала по дочери и внуку, но ведь и привыкла уже жить одна. Вполне хватило бы с нее того чтобы передать им весточку, что жива-здорова, пусть не волнуются. Открытием стало для нее другое. Римма Федоровна была уверена, что зачахнет без своего ТСЖ, смысла жизни лишится. А тут уже три недели как она не вела собраний, не требовала отчета у дворников, не пугала безответственных квартиросъемщиков, и нисколько не чувствовала от этого дискомфорта! Неужто она настолько преувеличивала роль управдомства в своей жизни? Получается, куда больше ей не хватает здесь бассейна. Она ощутила это, глядя сейчас на воду в чаше фонтана. Такую прозрачную, манящую. Хоть бросайся да плавай там, благо размеры и фонтана, и ее самой это позволяют. – О чем думаешь? – спросил Мелдиор, подойдя сзади. – О том, как бы я хотела прыгнуть в эту воду и поплыть, – машинально ответила Римма Федоровна. – Что? – удивился чернокнижник. – У вас принято купаться в фонтанах? На его лице появилось искреннее изумление. – Нет, такой обычай в моих землях только раз в году и то не для всех, – смеясь, ответила Римма Федоровна, – для… небесных воинов, что летают на железных драконах. – Верно, это достойные люди, – задумчиво произнес Мелдиор, – но почему ты собралась тут плавать? – Потому что у вас нет бассейна, – вздохнула Римма Федоровна. – На самом деле есть, уличный, – поразил ее тут же муженек, – но я пользуюсь им только летом. – Да на улице уже теплынь! – оживилась управдомша. – А если подогрев там сделать, так вообще красота. – Подогрев? – странно посмотрел муж. – А что, это неосуществимо? – расстроилась Римма Федоровна. – Наоборот, очень легко! – ответил Мелдиор с неожиданным энтузиазмом. – Немного магии и он не замерзнет даже зимней ночью. Я просто удивлен, что такое простое и элегантное решение мне самому не пришло в голову. – И где же у вас это чудо находится? – Римма Федоровна от нетерпения и радостного возбуждения начала подпрыгивать. – Нужно подняться по самой длинной лестнице, – Мелдиор указал направление, – пройти чуть дальше корпуса, где останавливаются мои родители, когда приезжают, пройти через двор по аллее, и увидишь спуск к беседкам и бассейну. Но сейчас он не используется. Если желаешь, я прикажу почистить его и заполнить водой. И пока это делают, продумаю как лучше всего будет прогреть там воду. Думаю, на все про все хватит трех дней. – Три дня,и я могу поплавать? Дальше с Риммой Федоровной произошло такое, чего она сама себе потом не смогла объяснить. Ее молодой сочный голос изломался в несолидный девичий визг, она захлопала в ладоши и порывисто бросилась на шею чернокнижнику. Он вначале растерянно и беспомощно расставил в стороны руки, а потом плавно свел кольцо на стройной талии юной герцогини, прижав ее к себе. – Не представляешь, как ты меня сейчас порадовал, Мелдиор! – всхлипнула Римма Федоровна, отстраняясь. – Это ж не дворец, а санаторий какой-то! Может у вас тут еще и минеральный источник есть? – Конечно, – ответил герцог неожиданно глухим голосом, – вон там, к горам ближе. Можно пить или ванны принимать. Но опять-таки, пока я туда работников не вывожу, до весны. – Она уже вот-вот настанет, – заверила мужа Римма Федоровна, – и знаешь, мне надо тут гулять больше. И подвигаться для фигуры полезно, и много чего интересного не пропущу. И ты мне ведь завтра еще и экскурсию в столицу обещал. – Обещал, – Мелдиор смотрел на жену загадочным, чуть помутневшим взором, – после завтрака берем экипаж и едем. Я распоряжусь подготовить его. – Жизнь-то налаживается, – Римма Федоровна весело похлопала муженька по плечу, а потом внезапно устыдилась столь панибратского жеста. – Пожалуй, я к себе в светелку пойду, – поспешно сказала она. И так спешно направилась к замку, так быстро поднялась по лестнице, что сердце ее стучало, как после длительной пробежки. Разумеется, исключительно по причине столь энергичной прогулки, больше не отчего. Войдя в свои покои, Римма Федоровна прикрыла дверь за собой и глянула внутрь комнаты. Тут же сердце заколотилось еще сильнее, по совершенно дурацкой причине. На туалетном столике лежал огромный, пышный букет белых роз. Крупные бутоны в идеальной стадии, лепесток к лепестку. Уж в этих цветах она толк понимала как никто в ее домохозяйстве. Первой глупой и откровенно предательской мыслью было: “Неужто это мой чернокнижник?” Хотя, собственно, у того и причин не было для подобных поступков, да и “мой” звучало неоправданно собственнически. Отругав себя за фривольные мыслишки, Римма Федоровна взяла прекраснейшие цветы в руки и увидела краешек записки, торчавший между стебельками. Вытащив послание и развернув его, она прочла: “Дражайшая Аримея! Почему вы изводите меня своим холодным молчанием? Если я был слишком напорист, разрешите мне лично вымаливать прощение у ваших идеальных ножек! Вечно ваш О.Л.” И только тогда вспомнила, что до сих пор не открывала тот толстый конверт, что ей передали после возвращения из королевского замка. Слишком уставшая была, в ванную сразу отправилась, а потом и не до того было. Да, неловко с этим Очаром вышло. Он решил, что она намеренно его маринует!