ГЛАВА 33. Жизнь герцогини

Чистейшая вода из хрустальной горной реки подогревалась с четырех углов бассейна магией, скрученной в маленькие водоворотики. Пальцы в них лучше не совать, можно обжечься. Римма Федоровна глубоко вдохнула, с наслаждением вытянула руки и ноги, нырнула рыбкой, погружаясь в бассейн. Мелдиор сдержал свое слово, и вот уже без малого три недели каждый день она начинала с погружения в самый идеальный в ее жизни бассейн под открытым небом. Его дно выстилали морские ракушки, поверх которых был натянут прозрачный незримый тент. Маловероятно, что кто-то сможет пробежаться по дну этого глубокого бассейна, но если вдруг, то ног не поранит уж точно. Вынырнув из одного великолепия, Римма Федоровна сразу погрузилась в другое. Высокое небо цвета бирюзы, лимонный кружок Амитона покачивается в мягких облаках, как в сахарной вате. И величественные горы гордой стеной охраняют замок Эстанский. Временами птицы расчерчивают безупречный холст неба. Римма Федоровна раскинула руки и ноги, звездой качаясь на поверхности воды. Купальник на ней, разумеется, был закрытым, пошит на заказ. И молодая герцогиня отстаивала с боем каждый сантиметр открытого тела. Можно представить, какие в этом средневековье купальники. Штаны до колена с оборками и верхняя часть с длинным рукавом и пышными рюшами в области груди. – Я в этом пойду ко дну, как Титаник, – возмущалась Римма Федоровна. И портниха ее поняла, хоть и не знала ничего о легендарном земном судне. Из-за купальника спорили неделю, а пошили его за три дня. Получилась обычная земная спортивная модель, слитный верх и низ. Фиолетовый, с черной тесьмой по горловине и прочим отверстиям. А в области лифа кокетливый черный бантик. Чтобы совсем уж не пренебрегать местными традициями, Римма Федоровна согласилась на маленькую черную юбочку, больше похожую на оборочку. Смешно вышло, что бассейн привели в порядок быстрее, чем ей для него изготовили одежду, и несколько дней герцогиня изнемогала, но выстояла. Не позволила себе совсем уж нарушить этикет и совершить заплыв в исподнем. Когда она появилась на бортике в халате, больше напоминающем вечерний туалет, скинула его на удобное раскладное кресло, лицо сопровождавшего ее Мелдиора вытянулось, а глаза затуманились. Он вначале тоже вроде как собирался составить ей компанию, но извинился, сославшись на неожиданные дела. И сбежал. Римма Федоровна, посмотрев на свое отражение в водах бассейна, понимающе хмыкнула. Купальник сидел как влитой, подчеркивая все, что не стыдно подчеркнуть в хорошенькой молодой женщине с красивой фигурой. Кажется, темпераментный чернокнижник побоялся разоблачаться при ней, дабы случайно не открыть слишком личных тайн. Спустя пять дней он все же решился поплавать вместе с ней. Тем более что бассейн был немаленький. Теперь они иногда плавали вместе. Мелдиор двигался уверенно, красиво. Он будто летел в воде. Мужские купальники тут были как шорты до колена, узкие, чтобы не задирались до неприличия. А само неприличие задрапировано мешковатыми складками, чтобы дам, случившихся рядом, не смущать. Кроме того, положено было в майке плавать. Но она так облегала рельефные мускулы и плоский, накачанный живот с кубиками пресса, что больше подстегивала фантазию, чем усмиряла ее. Вода действовала на Римму Федоровну благотворно, гармонизировала и балансировала ее. Прикрыв глаза, герцогиня качалась на воде и вспоминала слишком стремительно прошедший месяц. Первое время она ведь и не вылезала из своих строящихся апартаментов, наводя ужас на ремонтников. Каждую деталь дотошно проверяла, забывая, что она выглядит как хрупкая нимфа, а не гром-баба. Римма Федоровна поглотила Аримею Теодору. Но стоило появиться иному развлечению, возможности окунуться в любое время дня в прозрачную, освежающую горную водицу, как проснулись в ней новые мысли. И звучали они голосом Мелдиора: “Тебе вовсе не нужно жить в моем дворце так, будто ты несешь на своих плечах его крышу”. А еще она собиралась на бал в честь наступления весны. Проводился он в королевском дворце. Вот к нему-то подготовка велась еще с прошлого года, поэтому у Риммы Федоровны и ее армии портных времени было меньше, чем у всех остальных. Мелдиор с некоторым смущением сказал ей, что дядя-король поручил им этот бал и открыть! Так что не просто шикарный наряд требуется, но и танец выучить надобно. Да, тут плясать с туфлями в руках, подыгрывая ими как кастаньетами, не выйдет. Поэтому трижды в неделю к ним приходила пара инструкторов по танцам. Невероятно красивые и гнущиеся во все стороны супруги Реолан. Они заставляли Мелдиора и Римму Федоровну держать друг друга в объятиях, двигаться синхронно и требовали, чтобы их сердца бились в одном темпе и ритме. Строители могли радоваться, у герцогини времени на них стало не хватать. А что самое невероятное, Римма Федоровна вдруг заинтересовалась и другими вещами. Она полюбила гулять по весенним тропинкам, наслаждаясь горными видами. Сидеть на берегу небольшого прудика, где жила пара белых лебедей. Даже чуть ли не ежедневные примерки не досаждали ей, она с удовольствием смотрела как рождается дивное платье. Такое воздушное, словно его не иглами шьют, а взбивают миксером. И танцы с Мелдиором. Это было что-то новое, необычное. Сначала оба чувствовали неловкость, прижимаясь друг к другу. Потом Римма Федоровна долго принимала необходимость быть ведомой. Нет, она знала, как танцуют мужчины и женщины. Но в любой паре до этого всегда сама вела, неожиданно для партнера и совершенно естественно для себя. Как иначе-то можно? Мало ли, партнер зазевается, руку не вовремя отпустит, и улетит Римма Федоровна, сотрясая пол своим немалым весом… Именно на этих занятиях танцами она начала учиться чувствовать свое новое тело, управлять им. Постепенно ее движения приобретали плавность и легкость, свойственную стройной молодой особе, а не возрастной даме плюс сайз. И это оказалось очень увлекательно! – Нужно довериться своему партнеру, – шептал танцор Реолан, показывая очередное движение, – прогнитесь назад так сильно, как можете, чувствуйте поддержку моей руки. Довериться? Кончики волос Риммы Федоровны коснулись пола. Доверять можно лишь самой себе! Кажется, она сказала это вслух, потому что Реолан, одним четким, красивым движением поднял ее, схватывая в техничное объятие и сказал все так же шепотом: – Для танца нужны двое. С самим собой не выйдет потанцевать. Только сильные умеют полностью довериться, поверьте, эдери Аримея Теодора. Вот как! Такие умствования ей никогда в голову не приходили. То, что она считала излишней наивностью и слабостью, оказывается, может быть свойством сильного и уверенного в себе человека. Заранее не доверяет никому тот, в ком нет силы пережить возможное будущее предательство. А в танце, допустим, если она доверится, а ее все же уронят, при должном уровне подготовки и натренированности она может сгруппироваться, чтобы не упасть безопасно и ничего себе не повредить. Но боясь того, что может случиться, партнерша будет напрягаться, танец выйдет неловким и некрасивым. Да и шансов, что танцор уронит скованную, напряженную женщину, куда больше. Вот как, целая философия получается! Следуя за этой витиеватой мыслью, Римма Федоровна и сама не заметила, как перестала сопротивляться попыткам ее вести. Тело ее двигалось свободно и уверенно. – Браво, Аримея Теодора! – негромко сказал тренер. И герцогиня поймала взгляд мужа, который отрабатывал то же движение с профессиональной партнершей. – Теперь повторите все это вместе, – велел Реолан, – не сопротивляйтесь потоку, Аримея. И отточенным движением сделал выброс в сторону Мелдиора. Тот совершил ровно то же самое, и оба они обменялись партнершами. Это было как полет. Римма Федоровна в тот момент совершенно собой не управляла, ей только и осталось, что довериться рукам, принявшим ее. И она ощутила их силу, уверенность и надежность. Стала ли она сама слабее от того, что признала чей-то другой опыт? Удивительно, но нет, совершенно нет! В тот раз они с Мелдиором впервые станцевали в полном смысле в паре. И она прислушивалась к новым своим ощущениям. – Эдери герцогиня! – послышался голос ее личной служанки. – С вами все хорошо? Вы лежите на воде без всякого движения! Римма Федоровна открыла глаза, не сразу понимая, где находится. Ведь она как раз переживала воспоминание о вчерашнем танце с мужем. Кажется, даже запах его почувствовала. – Прекрасно со мной все, Ирелла, – громко ответила она, переворачиваясь на живот. А ведь она обгореть могла запросто, носом кверху-то. – Подай полотенце, будь добренька, – попросила Римма Федоровна, направляясь к бортику. Выбравшись из бассейна, она с удовольствием растерла кожу полотенцем, завернулась в халат и отправилась к себе, по дороге слушая, как стучат и сверлят в ее будущих апартаментах. Работа двигается. А ведь она два дня уже не навещала своих подрядчиков! Эта мысль ее сначала напугала, а потом рассмешила. – Все равно что отпуск у меня! – вслух сама себе сказала бывшая управдомша. – Я ведь по сути, ни разу в нем и не была так, чтобы отдыхать. Время побыть женщиной. – Что вы сказали? – переспросила Ирелла, шедшая чуть позади. – Да ничего, это я планы на день строю, – отмахнулась Римма Федоровна. – Помочь вам переоблачиться? – спросила служанка, зная ответ заранее. – Сама справлюсь, не безрукая, – строго по своему обыкновению ответила госпожа. Поднявшись к себе и закрыв дверь на ключ, Римма Федоровна подошла к волшебному синему зеркалу, скинула с себя халат, вгляделась в отражение. В зеркале все еще была пышечка. Но прежняя Римма Федоровна не досчиталась бы уже килограммов тридцати и лет так восемнадцати.