ГЛАВА 39. Необратимое действие

– Скоро первая весенняя охота, – Илифад вытянул длинные ноги и чуть не упал с кресла. Вокруг послышались смешки. Молодой человек раздраженно заполз обратно. Мужская половина знати располагалась в гостиной, отделанной под пещеру или какое-нибудь подземелье с сокровищами. Стены шершавые, под камень, пуфики в виде ларцов с драгоценностями и сундуков с большими висячими замками. Большой стол в центре зала – словно грубо обработанная глыба с ровным верхом, на полу и стенах медвежьи шкуры. Одну из стен полностью скрывает огромный аквариум с хищными рыбами. Дым в этой мужской гостиной такой, что топор можно вешать. Но даже те, у кого непереносимость его, стараются не кашлять. Лорд Исмор сидит с красным лицом и выпученными глазами, но пытается держаться, чтобы не навлечь на себя грубых шуток. Эти рафинированные представители знати, оставаясь без женщин, старательно изображали бравых мужчин и лихих героев. Мелдиор улыбнулся, глядя на кузена. Он хоть и бороду отрастил, чтобы старше казаться, но такой еще мальчишка в душе. И что странно несмотря на свое высочайшее происхождение этот будущий король в себе постоянно не уверен. Возможно, сказывается слишком строгое отцовское воспитание. Эмихар давил на сына, считал, что он должен вырасти безгрешным. Если уж Мелу доставалось королевских нравоучений, можно представить, каково приходилось сыну. Король в мужских посиделках участие принимал тоже, но сидел, разумеется, в особицу, с двумя охранниками. Они стояли по бокам похожего на трон стула и хмуро оглядывали присутствующих, пытаясь ориентироваться в густом ароматном дыму. Еще и поэтому все друг перед другом соревнуются в мужественности. – Я собираюсь этот сезон открыть с размахом, – сообщил Эмихар, – открыть участок, который в прошлом году простаивал. Так что нам будет вольготно. Разумеется, все присутствующие уже приглашены. Мужчины одобрительно захлопали. – Какая радостная новость! – воскликнул Очар. – А то мы засиделись уже на месте. Надо погонять кровушку! – Кто как, – хмыкнул его отец, маркиз Леда, – тому, кто этой зимой женился на писаной красавице, на излишний покой жаловаться смысла нет. Правда, Мелдиор? Чернокнижник принужденно улыбнулся: – Совершенно так, – сказал он, глядя пристально на друга детства Очара, – моя женушка может кому угодно жару задать. Но не думаю, что это прилично обсуждать в обществе. Какой-то Очар сегодня другой. Задумчивый. Словно решает в уме сложную задачку. И кулаки то сжимает, то разжимает. Надо бы последить за ним. Прозвучало три удара гонга, пора было возвращаться в общую залу для танцев с дамами. Аримее Теодоре же вообще скоро стоило удалиться в покои. Весенний бал продолжается за полночь, нельзя пропустить момент, когда надо уйти. Оказавшись в бальном зале, Мелдиор принялся выискивать глазами жену. И увидев, испытал вдруг облегчение и даже радость! Будто Аримея Теодора была ему кем-то близким, с кем приятно встретиться даже после краткосрочной разлуки. Это все весна? – Мужики здесь такие же, как и везде. Ничего нового под вашим лимонным небом. Аримея улыбалась, говоря это. И на правой щеке показалась невероятно милая ямочка. – Смотрю, поплыл ты совсем после расслабляющей мужской беседы, – заметила Аримея Теодора, и Мелдиор понял, что слишком уж увлеченно ее рассматривает. – Да, обсуждали начало нового охотничьего сезона, – отговорился он, ведя ее к столику и усаживая. – Охота? – хмыкнула красавица-герцогиня. – Вам денег мясо купить не хватает, голодаете? – Это ваша типичная женская точка зрения, – лениво оспорил ее слова Мелдиор, любуясь супругой, покуда время суток позволяет, – мы, мужчины, добытчики, иначе воспринимаем пропитание, ради которого потрудились сами, преодолевая опасности и препятствия. Это трофей! – Вот ты меня, конечно, извини, бабу простую, – Аримея Теодора наклонилась к Мелдиору, – но если с такой точкой зрения подойти, то это вам вместо охоты можно и в поля на картошку поехать. И опасности там в виде комаров и оводов хоть отбавляй, и сложностей достаточно. Это ж лопатой махать целый день. Чем не подвиг? По мне, так каждая добытая картофелина – трофей куда почетнее куска мяса загнанного животного. А если ты еще и сам картошечку вырастил… У вас, наверное, сейчас посадки уже вовсю идут. Мелдиор пристально посмотрел на жену и вдруг понял, что она шутит с ним. В глазах искра смешливая прячется, на губах озорная улыбка играет. Хотя о загнанном звере она и всерьез говорила, кажется. – Пойдем, потанцуем? – предложил он ей. Она согласилась, как ему показалось, с удовольствием. Правда, посетовала, что музыка у них на дискотеке слишком уж скучная, но теперь она знает, как под нее положено двигаться. Запах ее волос пьянил, шелковистая кожа манила, а совершенные линии тела завораживали. И это усиливалось, когда во время танца они шли бедро к бедру, щека к щеке. В голове мелькнула шальная мысль, что может и неплохо было бы использовать время до полуночи для… нет, не стоит о таком думать. После танца к ним подошли супруги Артул. Мейнара и ее муж граф Симор. Женщины тут же зашушукались, как старые подруги, а Мелдиору пришлось уж болтать с Илором Артулом. Следом еще и Адна и Тилл Россы подтянулись, у них образовалась оживленная компания. Мелдиор с удивлением понял, что Аримея отлично сумела поладить с благородными дамами. А те, кажется, обращаются к ней за советом, смотрят уважительно и норовят оттащить в сторонку, чтобы посекретничать! Однако нужно чаще устраивать ей выходы в свет, чтобы не чувствовать, что он женат на руководителе строительной бригады. Время побежало еще быстрее, и Мелдиор не сразу опомнился, что Аримее пора уходить в опочивальню. Поняв это, герцог окинул зал взглядом, в поисках Очара Леда. И не увидел его нигде. – Простите, девчата, я устала что-то, ноги гудят. Надо отлучиться к себе. – Аримея Теодора сама поставила точку в вечере, не дожидаясь напоминания мужа. – Мелдиор, я покину вечеринку раньше, – церемонно сказала она. – Я провожу, – чернокнижник подал ей руку, – без тебя мне бал не в радость. Дамы переглянулись и умиленно вздохнули. Когда Мел вывел Аримею Теодору в коридор, та уже другим тоном ему предложила: – Да вернись, посиди еще с друзьями. Это я не могу, скоро склянки пробьют двенадцать. – Доведу тебя до твоих комнат и оставлю, – сказал Мелдиор, – мне нужно убедиться, что там все в порядке. – Да что может случиться в королевском дворце? – удивилась Аримея. – Тут никто чужой тем более не проникнет. – А чужих я и не опасаюсь, – ответил Мел, – но надо ускориться. Вот-вот полночь. – Да, неожиданно приятная вечеринка, – кивнула Аримея, – то есть бал. Я и счет времени потеряла. Они шустро взбежали по лестнице, герцогиня даже не оступилась ни разу на своих высоких каблуках. А ведь всего лишь два месяца назад передвигалась на них с трудом. Она очень изменилась, вжилась в новое тело. Слилась с ним, научилась управлять. Войдя в коридор, где гулко отражались от стен их шаги, оба услышали странные и тревожные звуки. – Тут будто где-то ремонт идет! – удивилась Аримея Теодора. – Ночью-то? – засомневался Мелдиор. Мерный, громкий стук доносился из комнат герцогини. Мел и Аримея остановились возле дверей и прислушались. Грохот, треск и ругань сквозь зубы. Не зря чернокнижник решил проводить жену. – Стой здесь! – решительно бросил Мелдиор и открыл дверь в покои. Посреди комнаты стояло то самое синее зеркало. Защитное покрывало валялось рядом с ним. Очар Леда со всклокоченными волосами, растрепанным воротом рубашки, красный и вспотевший колотил огромным молотом по центру волшебного стекла, стараясь каждый раз попасть по одному и тому же месту. – Что ты делаешь, безумец? Перестань! – закричал Мелдиор. – Остановись или ты ее погубишь! – Я все знаю! – Очар обернулся на друга через плечо, тяжело дыша. – И ты меня не обманешь. Ты ее околдовал, а я спасу. Молот снова упал на стекло, и на этот раз по волшебной поверхности побежали трещины. – Стой! – Мелдиор швырнул в спину Очара пучок магии, чтобы сковать его мышцы. Но было поздно. Последний удар разнес зеркало на куски. Осколки, серебрясь и переливаясь, полетели в разные стороны, врезаясь в предметы. Один пропорол пиджак Мелдиора, врезаясь в плечо. Парализованный на время магией Очар повалился на пол, сверху на него посыпались куски синего стекла. – Что происходит? – Аримея Теодора не смогла ждать в коридоре, вбежала в комнату, встревоженно озираясь. Увидев разбитое зеркало, она поднесла ладонь ко рту. Мелдиор ничего больше не мог сделать. Он даже не сразу удивился, что Аримея Теодора ничуть не изменилась внешне, хотя время уже было за полночь, зеркало могло разбиться только в это время. Хотя, возможно, дело и было в том, что магическое стекло уничтожено. Сейчас его волновала проблема куда серьезнее. Герцогиня поблекла. Кожа ее приобрела голубой оттенок, а затем женщина стала прозрачной. Она продолжала растерянно глядеть на мужа, и при этом растворялась в воздухе. Вскоре там, где стояла Аримея, никого уже не было.