33. «Условия»

Когда я улетал, Дана поехала меня провожать. Я не хотел. Напрягать ее, вытаскивать рано утром из дома. Зачем? В этом, как мне казалось, совершенно не было никакой необходимости. Я давно привык сам летать, сам прилетать. Меня не нужно провожать или встречать.

Но, черт, как же я ошибался…

Оказывается, это очень приятно, когда перед вылетом тебя кто-то крепко обнимает, не отпуская ни на секунду. И когда шепчет на ухо: пожалуйста, возвращайся быстрее. Я уже очень скучаю…

А главное. Ты веришь в эти слова, ведь они — не просто реплика в сценарии, они настоящие.

Ты чувствуешь запах. Ее запах на твоей одежде, который обнимает тебя мягко за плечи. И пусть ее рядом нет, он напоминает тебе, что есть место, где ты нужен. И где тебя ждут.

Как маньяк, я этим упиваюсь, ненароком утыкаясь носом в свое пальто, которое хранит ее запах.

Твою мать, я так по тебе скучаю…

Так хочется бросить все, вернуться, но мой самолет приземляется в Питере, а сам город встречает меня солнцем. Холодно просто дико! Мороз щипает за нос, руки леденеют, но на душе мне хорошо, и я не расстраиваюсь. Кажется, впервые смотрю на город, что так прекрасен, и вижу этот город. Я уже давно забыл, что это такое…

Обычные, человеческие радости. Ехать в обычном такси до точки назначения, слушать ненавязчивую музыку по радио и радоваться каждому дню.

Вот что делает с человеком ощущение, будто он действительно где-то нужен.

Квартира встречает меня привычным запахом цветов и ароматом парфюма Анны. Он стал мне совсем далеким и чужим, как и эта квартира. Если раньше оставалось что-то призрачное, то теперь стерлось все, и я будто пришел в гости. Стою на пороге, хмурюсь. Привычно было бы раздеться, пройти вглубь, найти жену, а может быть, сразу пойти в кабинет? Но я не решаюсь и шага сделать. Не потому, что напуган, конечно, а потому, что нельзя ходить по чужом дому, как по-своему… меня так воспитали.

Наконец, Анна выплывает при полном параде из гостиной. Я знаю, что она давно уже в курсе, что я приехал. Возможно, она знала еще с того момента, как я подходил к подъезду, потому что она не выглядит удивленной. Да и вообще никакой…

Все так же красива, но уже совершенно чужой мне человек. Я даже не помню, когда был с ней близко по-настоящему.

— Ну, и чего ты стоишь? — интересуется она, подняв брови, — Заходи, раз пришел.

Я киваю и раздеваюсь. Все это время Анна смотрит на меня пристально, но я не отвечаю. Не знаю, чего от нее ожидать, готовлюсь, наверно, в каком-то смысле, к худшему.

Анна не из тех, кто просто отпустит тебя идти дальше без нее. И дело тут не в любви, просто она ненавидит, когда кто-то идет дальше без нее…

— Поговорим? — спрашиваю, когда наконец-то остаюсь без верхней одежды.

Она кивает.

— Да, было бы неплохо.

Разворачивается и идет в гостиную.

Даже по этому жесту я читаю, что она, конечно же, ни к какому разводу не готова. Что-то подсказывает, она наотрез отказывается даже мысленно, наедине с самой собой, думать о таком повороте событий. Кажется, она рассчитывает, что я буду извиняться, ползать на коленях, но за что? За измену? Но была ли эта измена на самом деле, если от наших отношениях остался один только пепел?

Захожу в гостиную и сразу вижу, что она уселась в кресло подобно английской королеве. Понятно, значит, ты действительно думаешь, что все будет именно так…

Хмыкаю.

— Что тебя так веселит? — тут же бросает мне вызов, но я спокоен.

Тебе не удастся вывести меня на эмоции. Увы, но их тоже не осталось, как и шансов…

— Это неважно.

Прохожу и сажусь напротив.

— Да нет, поделись. Может быть, я тоже хочу посмеяться.

— Анна, давай не будем? — устало вздыхаю и откидываю голову на подлокотник, — Я дико устал.

— Твоя шлюха затрахала тебя…

Резко смотрю ей в глаза, оборвав одним взглядом на полуслове.

— Аккуратней.

— Я должна… — она повышает голос, но я тут же обрываю ее, на этот раз словами.

— Если ты собираешься устраивать истерики — это ни к чему хорошему не приведет. А еще это совершенно бессмысленно. я приехал лишь с одной целью — подать на развод.

Она резко замирает. Спина ровная, губы поджаты в тонкую линию. Анна злится… и мне жаль, наверно. Когда-то я был с ней счастлив, поэтому отношения рвать так… мне бы не хотелось.

Вздыхаю и тру лицо, потом резко опускаю руки и смотрю ей в глаза.

— Анна, послушай. Я не шутил в Альпах, все так и есть. Я тебе больше не люблю. Давай, пожалуйста, сохраним хотя бы подобие разума и признаем, что ты тоже меня не любишь.

— Откуда ты знаешь? — шепчет она, но я мотаю головой.

— Не надо. Я хочу все закончить просто: без слез и истерик. Подпиши бумаги и не держи меня. Сделаешь так? Я оставлю тебе эту квартиру и машину.

— Какое счастье...получить что-то с барского плеча!

На очередной визг, слегка жмурюсь. Голова гудит, и все, чего я хочу — спокойствия...Поэтому коротко киваю и встаю.

— Думай. Я заберу кое-какие документы и уеду, а через пару дней мы встретимся и все еще раз обсудим.

Поворачиваюсь было к выходу, но она вдруг останавливает меня.

— Я подпишу все, что захочешь.

Ого, неожиданно.

Оборачиваюсь обратно, Анна слегка хмурится, потом допивает свой мартини разом и кивает.

— Через два дня состоится один важный прием. Там будет много прессы, много нужных мне людей. Ты сходишь со мной на этот прием, а потом мы разведемся. По рукам?

— В чем подвох?

Анна тихо усмехается.

— Какой подвох, Марат? О чем ты? Я просто хочу сохранить подобие «лица» и не быть той, кого бросили из-за какой-то…

Благоразумно пропускает очередное оскорбление, кивает.

— Мы скажем всем, что решили развестись по обоюдному согласию. Наплетем какую-нибудь хрень про «мы поняли, что стали слишком разными» — я не знаю! И еще одна просьба. Пока ты не будешь выставлять свою… кхм-кхм, напоказ.

— Я не…

— Господи! Дай мне достойно выйти из этих отношений! Пожалуйста!

Для Анны ее «лицо» — самое важное в жизни. Наверно, она за репутацию продала бы кого угодно, если бы стоял такой выбор, поэтому я не вижу в этом ничего странного. Предложение кажется мне вполне… сносным. С Даной надо будет поговорить, но я верю, что она примет эти условия. Так я стану свободным достаточно быстро, чтобы свободно ходить с ней на свидания.

Да…

Я вижу здесь много возможностей, и если бы я тогда знал, что это просто отвлекающий манёвр, если бы я мог предположить, чем все кончится…

Но мы не можем. Мы живем здесь и сейчас, остальное для нас скрыто…

Киваю.

— По рукам. Скинешь мне адрес, куда надо приехать.