Глава 10

На второй день все было так же тихо, но к вечеру начал накрапывать дождь. Инид покрутила карту и печально сказала: – Поблизости деревень нет. Проще напрямую до поместья доехать, чем на ночь останавливаться, но тут и дороги почти нет. – Проедем, сколько сможем, – предложил Ар, – если что – заночуем прямо в фургоне, не распрягая лошадей, только мешки с овсом навесим. Однако ехали они совсем недолго – скоро начал накрапывать холодный дождь, а впереди показались развалины. – На карте ничего подобного нет! – ведьма подозрительно уставилась на приземистое круглое здание с двумя маленькими пристройками по бокам. Каменная ограда была разрушена, все изрядно заросло травой и кустами, но сохранились остатки выложенной камнем дороги, которая вела к этому зданию. – Либо старая усадьба, либо храм, – сказал Ар, прищуриваясь. – Мы в ловушке пару раз на часовни натыкались, устраивали передышку. – Если храм чист, то нечисть в него не заберется, даже в разрушенный, можем укрыться от дождя, и лошадям спокойнее. Аристид послушно повернул с проселка на каменные плиты. Храм оказался немного странным. Светлые снаружи стены, те самые, которые привлекли внимание в сумраке, были только облицовкой. Внутри стало видно, что строение очень старое – и собрано из грубых серо-зеленых камней. Осмотрев центральную часть и два пристроя, путешественники решили поставить лошадей в наиболее целый пристрой, в котором сохранились двери и ставни на окнах. Навесить им мешки с овсом, снять упряжь, вычистить и накрыть попонами, чтобы кони отдохнули перед последним рывком. А фургон пришлось закатить в центральную часть, потому что там уцелел купол, широкий проем ворот и расколотая мраморная чаша, из которой выбегал ручеек. Пока Ар занимался лошадьми, Инид привычно выбрала место для костра, зачерпнула воды, повесила на рогульки два котелка и, прихватив ведро, отнесла воды лошадям. Обиходить четверых коней – не шутка. Инид вернулась в главную часть храма и, пока грелась вода, еще раз его обошла, убеждаясь в том, что первое впечатление верно – кто-то замаскировал очень древний храм под современную постройку. Даже купол – новодел. Когда-то этот храм был открыт Небу, а пол был выложен очень красивой мозаикой, которую потом прикрыли досками. Доски износились, а некоторые кто-то сжег – ведьма и воин явно не первые путники, остановившиеся тут на ночлег. Вот и кострище есть, и чаша, пусть и расколотая, аккуратно собрана и обвязана веревкой. Полюбовавшись мозаичными узорами, Инид вернулась к огню – пора было засыпать крупу, кусочки копченого окорока, купленного пару дней назад в деревне, и травы для чая. Поежившись во влажной одежде, ведьма добавила в чай травы от простуды, мед и немного тетушкиной настойки – для профилактики. Вскоре из импровизированной конюшни пришел Ар, и Инид загнала его в фургон – переодеться в сухую одежду. Сама она к этому времени сменила платье и сидела у костра, завернувшись в одеяло. Пока мужчина возился, выбирая камзол потеплее, ведьма обошла зал, ставя защитный круг. – Все-таки ставишь защиту? – Аристид спрыгнул с подножки и сразу увидел дорожку из угля, мела и черной соли. – На всякий случай, – пояснила Инид, отбрасывая с лица рыжую прядь, – храм очень старый, не могу понять, кому он был посвящен. – А это важно? – мужчина без интереса осмотрел стены, с которых отвалилась почти вся штукатурка, открывая старую кладку. – Имя божества, которому тут поклонялись, может упростить или усложнить защиту. Тот, кто маскировал старое капище, очень старался, поэтому я ничего не нашла. Но сила тут светлая, я бы даже сказала – добрая, так что я поставила обычный круг, думаю, его хватит. Потом они сидели у костра, прислушиваясь к шелесту дождя. Ар радовался тому, что они везли с собой запас дров, и не нужно было рубить мокрые зеленые кусты, чтобы приготовить ужин. Инид же нервничала. Что-то ее беспокоило в этом храме, что-то невидимое, неосязаемое, настолько тонкое, что уловить это нечто не могло даже ее ведьмовское чутье. Наконец они решили, что пора ложиться спать. Прикрыли угли толстым слоем пепла, сдвинули котелки на самый край, умылись из ручья, текущего по полу. Вот тут это и произошло. Инид оступилась. Вскрикнула, пошатнулась, начала падать, Ар инстинктивно попытался поддержать, и они поранили руки о край чаши. Несколько капель крови, смешавшись, упали в ручей. Тотчас раздалось странное шипение, из углов пополз золотистый туман, угли вспыхнули веселым огнем и рассыпались рдяными искрами. А ведьма и воин со стонами схватились за левые запястья. – Что это? – Аристид умел терпеть, поэтому быстро пришел в себя и поднес руку с притихшему костру. Тонкая золотистая вязь оплетала его руку затейливым узором, и ровно такая же красовалась на руке ведьмы. – Я поняла, – простонала Инид, – это храм Хризы! Богини брака! Ар вздрогнул. – Вот я идиотка, – причитала ведьма, – огонь, кровь и железо! Мы разбудили алтарь! – И что теперь? – нахмурился Аристид, разглядывая туман, наполнивший храм доверху, словно опара глубокую миску. – До утра сюда вообще никто войти не сможет, – вдруг успокоилась ведьма. – Раньше брачное ложе прямо в капище устраивали, потому защищали его от всего на свете. Из неприятного… мы теперь женаты, но если в течение года брак не консуммируем, вязь пропадет. Будем считать ритуал частью фиктивной помолвки. Жить она нам не помешает, а через год все равно разбежимся. Ар угрюмо кивнул и забрался в фургон. Золотистая дымка все так же наполняла храм, а где-то вдалеке раздавался вой, похожий на волчий.