Глава 11

Семен заносит Костика в абсолютно невменяемом состоянии. Тот еще что-то говорит несвязное.

Сгораю со стыда. Знаю, что это работники Романа Эдуардовича, что они и слова мне лишнего не скажут и не осудят, глядя в глаза.

Но что это меняет? Все равно стыдно перед людьми.

Дверь закрываю, пока Костя еле плетется на кухню.

Думала, он чай выпьет или сразу спать завалится, но ему продолжение нужно. Шкаф открыл, достал бутылку коньяка и прям в кружку налил.

Смотрю на него и не верю своим глазам.

Может, что-то случилось?

Почему он так напился?

Где был?

— Может, не надо больше пить? — спрашиваю с осторожностью, слегка облокотившись на дверной проем.

— Надо, Вика, надо. — Глотает жадно. Будто это не сорокаградусный напиток, а лимонад.

— Есть повод?

— Есть. Меня родной отец уволил. — Слово «родной» режет слух. Вида не подаю. Но его слова удивляют.

— Уволил? За что?

— Не знаю. Просто бесится что-то. Без повода. — А я знаю повод. Как он мог?

Пусть ему Костя и не родной, но чувства же не могут поменяться так быстро из-за этого?

Роман Эдуардович перегибает и сильно.

Что он вообще хочет? Из-за нашей с ним ситуации отыгрывается на Косте. Он подлый, мерзкий тип. Ненавижу.

— Может, помиритесь?

— Да пошел он! — злобно фыркает. Слюни во все стороны летят — неприятное зрелище.

— Не пей. Пошли спать.

— Если хочешь, иди.

— Кость, тебе хватит уже. Иди душ прими, освежись. — Хочу, как лучше, но выходит плохо.

— Вик, отстань, а. Хоть ты мне мозги не еби. Иди спать.

Смотрю на мужа. Выглядит жалко. Весь помятый. Рубашка с пятнами на груди. От еды, наверное.

Легкая небритость смотрится небрежно. Да ему в принципе не идет щетина, густоты не хватает, но Косте сейчас все равно.

И мне на него.

В комнату возвращаюсь, тыкаю «плей» и продолжаю смотреть фильм. Сон не идет.

Прошло минут пять, когда муж молча зашел в ванну. Включил душ. Быстро вымылся.

Завалился в кровать. Ко мне прижимается, а у меня странные чувства. Неприятно, что ли. От него дико пахнет перегаром, отворачиваюсь.

Я даже лечь удобно не успела, как Костя уснул. Тут же захрапел. Всегда храпит, когда выпьет.

Не переношу его храп. Не могу уснуть, когда он мне прям в ухо храпит. Десять минут страданий, и я сдаюсь.

Иду в гостевую. Часто приходится спать порознь в последнее время.

Лежу в постели. Смотрю в потолок. Не могу уснуть. Хоть и время уже три часа ночи, даже больше.

В голову лезут разные мысли. Недобрые. Не знаю… Предчувствие какое-то нехорошее. Но я же не верю в подобное…

Или это все то же чувство вины?

Скорее всего, оно.

И от этого не легче…

* * *

Время обед, а он все спит. Старалась не шуметь, но надоело бесполезно скитаться по квартире.

Захожу в ванную, а одежда Костика так и валяется посреди комнаты. Как вчера разделся, так и лежат. Трусы вместе с брюками снял, кошмар. Я несу вещи к стиральной машинке, когда взгляд падает на его сумку.

Я ведь до сих пор не разобрала вещи с командировки. Вот это я даю. Совсем голова забита чем-то не тем.

Молнию открываю, все вытаскиваю. Муж немного с собой брал. Все вытрясаю. Проверяю карманы — однажды мы нашли шоколадку, которая полгода пролежала в чемодане.

Но в этот раз неожиданная находка поставила меня в тупик.

Презерватив.

Серьезно?

Один. Во внутреннем кармане сумки.

Я год на противозачаточных таблетках. Вчера только отменили с доктором.

Ну а что? Хватит.

Последнее время мы с Костей часто говорим о детях. Почему бы и нет? Я не против. Да и возраст подходящий.

Но загвоздка в том, что Косте я еще не успела сказать об отмене таблеток. Зачем тогда презерватив? И почему один, а не упаковка?

— Вика, ты гонишь, — говорю вслух самой себе. — О чем ты вообще думаешь?

Оправдать себя хочешь?

Ну а что, было бы легче, если бы Костя мне изменил. Хм. Не то что бы легче…

Да не было бы мне легче, кому я вру? Я бы не простила его никогда. И себя не могу простить.

Что это вообще за семья, где супруги изменяют направо и налево? Лживая, прогнившая семейка.

И я такая — лживая, подлая жена. Которая подозревает мужа, потому что сама не честна.

А презерватив?

По-любому он тут давным-давно лежит. Так же, как с той шоколадкой.

Запихал и забыл.

А я уже напридумывала. Идиотка.

* * *

Костя проснулся в три часа дня. Как раз когда я пришла с тренировки.

Недавно начала ходить на растяжку. Получается пока так себе, но мне нравится. Классные девочки, классная студия.

А если честно, я просто ищу повод покататься на своей новой машинке.

Какая же она охрененная. Идеальная.

Еще одна исполненная мечта в копилку.

— Фигово тебе? — спрашиваю у Костика, пока тот шарит по ящикам в поиске таблетки.

— Очень. Так плохо мне еще не было, — голос хрипит.

— Сварить тебе суп?

— В жопу суп, мне даже вода не лезет. Еще на встречу надо ехать через два часа. — Найти не может, психовать начинает. — Вика, ну помоги мне. Что ты стоишь? — голос повысил. Зачастил он в последнее время с этим тоном.

— Вон зеленая упаковка. Две таблетки выпей сразу.

— Спасибо, — бурчит. И снова в спальню.

Отличный разговор молодоженов получился. И добавить нечего.

Но настроения нет. А значит, нужно завлечь себя готовкой.

Мне всегда помогает.

Заказала кучу продуктов из ближайшего супермаркета и решила сделать шикарный ужин — не хуже, чем в ресторане.

Готовка — мой тайный фетиш. Пока что-то режу, варю — расслабляюсь. Могу абстрагироваться, а сейчас мне это ой как нужно.

Все планы на ближайшее будущее смыты в унитаз.

Отдых, видимо, не светит, раз Костя у меня теперь безработный.

Институт я закончила. И что дальше?

Может, стоит задуматься о работе? Я бы хотела.

Бесполезно просиживать жизнь дома, таскаясь по фитнес-центрам, так себе перспектива. Недолго и в Лидию Борисовну превратиться, а мне этого не хочется.

— Я поехал! — крикнул Костик из прихожей. Я вышла в коридор.

С готовкой даже не слышала, как он собрался уезжать.

— Надолго?

— Не знаю.

— Как вчера? — спросила с надеждой в голосе. Еще один вечер одиночества я не вынесу.

— Не думаю. Мне до сих пор плохо. На пару часов и домой.

— Я буду ждать. Ужин как раз приготовлю.

— Фу, не говори о еде. Серьезно. Хреново мне. Все, помчал. Иди сюда. — Подошла, а он меня в объятиях стиснул. В губы поцеловал. — Я вернусь, и будем наверстывать брачную ночь. — Выглядит лучше. Свежее. Заигрывает со мной. Неужели мой Костик, наконец, вернулся?

— У меня месячные начались, — обламываю его планы.

— Не проблема. Твой муж знает массу других вариантов.

— Дурак, иди уже давай.

— Люблю.

— И я, — говорю и закрываю дверь в квартиру. — И я, — опять повторяю вслух уже с меньшим энтузиазмом.

Через час в дверь позвонили.

Пришла Оксана — домработница Лидии Борисовны. Она приходит к нам раз в неделю и делает уборку.

Обычно я и сама справлялась, даже хотела отказаться от помощи, но это жилье больше. Помощница не помешает.

Оксане платит Роман Эдуардович, но я всегда даю ей немного денег. Просто в благодарность.

Вот и сегодня. Залезла в кошелек, а наличных не оказалось.

И тут я вспомнила, что в сейфе полно налички со свадьбы.

Но какого было мое удивление, когда сейф оказался пуст…