Глава четвертая. Алекс
Никакой службой доставки за дверью даже не пахнет. К моей фее прилетел какой-то не шибко одаренный умом гоблин, которого явно надули в магазине, потому что роз в его букетике восемьдесят шесть, и с ними он может прийти на день рождения к бабушке (или на могилку), а не в гости к девушке.
- Давай забудем всё, что ты только что сказал, - холодно произношу я, - и ты своими ногами спустишься по ступенькам. Не хочу марать руки о человека с посмертным букетиком.
- Тут, - гневно сверкает глазами женишок, - девяносто девять роз! Мы с Инессой…
- Артем, шел бы ты, - советует фея, но её ожидаемо не слышат.
- Восемьдесят шесть, - поправляю я, второй раз бегло пересчитывая розы. - В общем, не суть. Что надо?
- Я – жених Инессы! – вскидывает голову Артем. – И…
- Бывший, - поправляю я.
- Что? – застывает он.
- Бывший, говорю, - пожимаю плечами я, наблюдая за тем, как Артем стремительно покрывается пятнами.
Неприятный субъект. Вроде бы и высокий, и подкачанный, но чего-то ему явно не хватает. Например, мозгов. Козлиная бородка, глуповатый вид, розы эти, опять-таки… И вся биография у него написана прямо на лбу, мне даже утруждаться не надо, чтобы прочесть. Этот проиграет всё за три игры.
За две, если будет пьян.
- Я не бывший, - вскипает Артем. – Инна, я пришел мириться…
- Поздно, - вздыхаю я.
- Почему?
Ну да, это очень логично – спрашивать, почему ты уже бывший, когда дверь в квартире твоей экс-невесты открывает полуголый мужик. Разумеется, я пришел устанавливать Виндовс или чинить сантехнику! Что ещё я могу делать утром, наполовину одетый, в квартире сногсшибательно красивой девушки! Но, видать, Артемчик так старательно отращивал себе пышную шевелюру и укреплял корни волос, что мозгам в этой голове места не осталось.
- Потому что я – нынешний жених Инессы, - пожимаю плечами я, хотя вообще-то собирался удалить свою особь из жизни моей феи и не морочить ей голову. – И мы как-то не планировали на троих. Так что шел бы ты отсюда, пока жив-здоров.
Вид у Артема – откровенно побитый и страшно удивленный. Я смотрю на него всё так же спокойно, предлагая наконец-то смириться, что если в доме у твоей невесты стоит посторонний полуголый мужик, то невеста уже явно бывшая, и наблюдаю за тем, как этот горе-возлюбленный трясет букетом роз, явно до конца не представляя, куда ему его засунуть.
Восемьдесят шестая роза ломается при очередном встряхивании, и теперь Артем выглядит ещё более жалко. Даже не хочется марать руки, чтобы избавиться от этого человека, спустив его по лестнице, хотя… Нет, будем смотреть правде в глаза: фея была бы довольна, если б я всё-таки удалил одно лишнее существо из её жизни.
И это лишнее существо топчется на пороге и упрямо пытается пройти первую линию обороны. Даже, размахивая своими розами, расцарапывает мне руку. А мог бы заказать услугу обрезки шипов, чтобы девушка не поцарапалась, пока будет тащить огромный букет к вазе.
- Тебе правда лучше уйти, - отмечает фея, подходя чуть ближе. – Мы же обо всем уже говорили, Артем. Я не вижу повода продолжать этот разговор. И повторять его тем более.
- Я не верю, - шипит парень. – Мы же любим друг друга!
- Ты спал с моей подругой, тебя это не смущает? – уточняет Инесса таким равнодушным голосом, что я даже не сомневаюсь: подруга просто предоставила ей очень удобный повод вытолкать из жизни лишнего человека. Инесса вообще не кажется мне слишком расстроенной, она как будто счастлива, что наконец-то избавилась от женишка, явно служившего таким себе жизненным утяжелителем.
Бывает же, однако. Некоторые даже рады изменам, такой себе способ очистить жизнь от лишних людей. В случае Инессы – сразу от двух. Сначала больно, неприятно, но зато потом испытываешь потрясающее облегчение.
- Но я же попросил прощения! – ошеломленно восклицает Артем. – А теперь хочу вернуться. Неужели я не заслужил того, чтобы ты простила мне один-единственный проступок?!
Я вздыхаю. Вижу же, что, хотя Инессе абсолютно наплевать на светлые чувства со стороны её несостоявшегося жениха, особого удовольствия от его присутствия здесь она не испытывает. И вообще, не понимает, почему он считает, что может вот так просто постучаться к ней в дверь, сунуть под нос веник с парным количеством цветов и вновь вытереть ноги о коврик под её дверью.
Ну что ж.
Как там? Кавалеры обычно защищают дам? Я, конечно, не дворянин и вообще сын свинаря, но как-то с одним мажорчиком справлюсь.
Я отрываю плечо от стены, о которую опираюсь, и заступаю собой Инессу. Мажорчик примерно моего роста, может быть, ниже на несколько сантиметров, тоже выдается сильным, но умение поднять штангу нельзя приравнивать к умению драться.
Впрочем, возможно, до рукоприкладства не дойдет.
- Предлагаю вариант просто уйти, парень, - тяну я голосом Вольного.
Разумные люди обычно принимают решение повиноваться.
Но Артем, кажется, не входит в список разумных людей, потому что он заносчиво вскидывает голову и интересуется:
- Или что?
- Иначе можешь забыть о своей спокойной жизни, - пожимаю плечами я.
- Ты даже не знаешь, с кем разговариваешь!
Вызывающее поведение никогда не гарантия успеха. Надо обладать и другими козырями, чтобы смело плевать в лицо врагу и знать, что тебе за это ничего не будет. Но Артем не знает обо мне совершено ничего, разве что догадывается, что я спал с его бывшей невестой – и это ещё не точно, по его мнению, - и, кажется, пытается притвориться бесстрашным. Если б не Инесса у меня за спиной, он наверняка уже ушел, но сейчас хочет продемонстрировать себя лучшим образом. Потому стоит, смотрит, грудь колесом, и явно намеревается отодвинуть меня в сторону и вновь обратиться к фее.
И вправду, очень предсказуем.
Артем взмахивает букетом, как будто у него в руках какая-нибудь шпага родом из эпохи Возрождения, опять оставляет у меня на руке несколько полосок-царапин от шипов роз, и собирается пробраться мимо, благо, коридор достаточно широкий, но не успевает. Я перехватываю его за запястье, легонько толкаю вперед и довольно хмыкаю, слыша тихое шипение.
Розы всё-таки очень колючие, и какая-то тонкая футболка для них не помеха.
Ну что, начнем?
- В свои двадцать пять лет, - начинаю перечислять я, надеясь, что правильно угадал возраст, потому что разброс в год-два всегда вероятен, - ты, предположительно, обладатель жалкого подобия мозгов, абсолютно лишенного извилин, но зато с высшим образованием, которое тебе купили. Поскольку на юриста ты не потянешь, и в глазах – сплошная пустота, устроили тебя на какие-нибудь международные отношения. Разумеется, на контракт. Разумеется, тебе проплачивали все сессии, и это потянуло на сумму большую, чем легальное обучение. К тому же, первые два курса твой отец ещё пытался платить репетиторам в надежде, что ты что-нибудь освоишь.
- Это не…
Я вижу, что угадал, сужу по хмыканью Инессы, явно удовлетворенному и несколько удивленному, и сканирую женишка взглядом, чтобы добыть какие-то факты поинтереснее. Портрет складывается из уже известных мне фактов, дополняется деталями мимики, и я знаю, что точно не ошибусь, если продолжу эту очень милую беседу.
- Ты живешь в родительском доме, - продолжаю я, - и тебя это бесит. У тебя есть старший брат, он хорошо зарабатывает и, скорее всего, унаследует родительские деньги и бизнес, а ты боишься, что останешься содержанцем не у дел, потому надо бы найти новую кормушку. Поскольку у Инессы брат – точно такой же паразит, как и ты, у тебя шансов больше, потому что её папа хочет хоть кому-то передать наследство и всё ещё верит в патриархальное устройство мира. Зря. Но он понимает, что Славик способен только плеваться и орать, что он "Мир-р-ро".
Артем сглатывает слюну и смотрит на меня расширившимися глазами. О, так мы удивлены, я верно понимаю? Разумеется, никто прежде не рассказывал такую развертку биографии, людям жалко тратить время на системный анализ всяких идиотов.
- А деньги ты любишь, - киваю я. – К тому же, ты хочешь свой собственный дом, чтобы всяких подружек и служанок можно было зажимать без осуждающего взгляда мамы и папы. И чтобы брат не комментировал под горячий… Под горячую руку, - я вовремя вспоминаю, что у меня за спиной стоит девушка, которую я не хочу обижать. – Потому Инесса тебе кажется идеальным вариантом. И тебе, к тому же, она нравится – потому что она молоденькая, хорошенькая и явно поприятнее других кандидатур, которым за тридцать. Ты не хочешь жениться на старых девах. Опять-таки, благодаря паразиту Миро у тебя тут неплохие шансы…
Я усмехаюсь и дополняю:
- Были.
- Что за бред? – вскидывается Артем.
- Продолжим, - не желаю умолкать я. – Ты неплохо водишь машину, но относишься к ней небрежно. Розы швырнул на заднее сидение, как следствие – там теперь листья и застряло несколько колючек, а сами цветы примяты. С математикой у тебя ещё хуже, чем с этими злополучными "международными" отношениями, и ты наверняка сбиваешься, когда надо считать до ста.
- Это уже…
- А ещё, - добиваю я, - тебя сегодня утром уже послала какая-то девушка – след от свежей пощечины на лице, и это явно была девушка.
- Я не…
- Ах да, - я щурюсь.
- На личном счету ни копейки, потому что отец сказал мириться с Инессой, иначе можно забыть обо всех развлечениях на свете, в том числе и о бесчисленных денежках. В постели выдерживаешь минут пять-десять, потому любовниц приходится задаривать дорогими подарками. Строишь из себя альфа-самца, но на самом деле на тебе несколько кредитов, потому что ты невнимателен и часто бьешь машину, а её надо быстро маскировать под свеженькую, чтобы отец ещё и это не отобрал.
Выдерживаю короткую паузу и язвительно уточняю:
- Мне продолжать?
Артем хлопает глазами, а потом наконец-то опускает этот паршивый букет роз и смотрит на Инессу, выглядывающую из-за моего плеча. Вид у него предельно растерянный, и я понимаю, что угадал практически всё. Могу ещё примерно назвать сумму, на которую он набрал кредитов, но не хочу пугать фею, а то у неё в самом деле возникнут вопросы, откуда такая осведомленность с моей стороны.
- Инесса, - шепчет пораженно её недобывший, - он что, серьёзно это всё говорит?
- Про то, что я её жених? – вклиниваюсь я, чтобы избежать всех возможных неувязок. – Абсолютно серьёзно. Или ты желаешь проверить?
Судя по напуганному взгляду, ни о каких проверках и речи быть не может, этот горе-жених хоть бы сам на ногах устоял, а не свалился в обморок от моего одного пристального взгляда. Я, впрочем, остаюсь спокойным и равнодушным.
- Это чудовище! – тычет в меня пальцем Артем. – Это чудовище меня пробило!
Даже в мыслях не было. Если у человека на лбу написано, что он придурок, пробивать его необязательно, все прекрасные факты его биографии можно навести, просто внимательно рассмотрев. Я, в принципе, примерно так и поступил, и теперь вот, пожинаю плоды, могу наблюдать за тем, как люди боятся тех, кто хоть чуточку умнее их самих.
- Артем, - вздыхает Инесса, - шел бы ты отсюда. Послушай умного человека, не путайся под ногами, а?
- Но я не могу тебя просто так оставить! Ты же моя невеста!
Девушка закатывает глаза.
- Ну ты же в самом деле мне изменил, - пожимает плечами она. – К чему вся эта манерность? Имей смелость признать, что между нами всё кончено.
Даже не успев начаться.
Потому что если этот придурок, будучи официальным женихом моей феи, даже не затащил её в постель, не представляю, что он за мужчина. Устоять перед нею невозможно; я уже сейчас, просто стоя рядом, понимаю, что мысли утекают не в ту сторону.
К тому же, она сама – такая страстная, вспыхивает, как спичка! Главное, чтобы рядом был правильный мужчина.
Но с правильными, очевидно, вышла маленькая неувязка. Этот Артем вряд ли на что-то способен, а фея, кажется, предпочитает, когда голова предназначена у мужчины не только для поедания пищи. Иногда ею положено ещё и думать.
- Инесса, - вздыхает Артем, - ну ты же… Ты… Да когда ты вообще успела?
Он упрямо пытается сделать вид, что меня нет, а Инесса явно теряется. Я ведь ей лично так и не сказал, что согласен на эту аферу с женихом и невестой, и никакую легенду мы не утверждали.
Теперь придется. Я не позволю ей оказаться в статусе дважды брошенной.
Тем более, если в первый раз причиной был вот этот бестолковый гад.
- Случайно познакомились, - усмехаюсь я, прикидывая, что Инесса вряд ли ходит по ночным клубам и прочим местам, где можно найти себе богатого кавалера. – Пришел на выставку молодых художников, а там такое произведение искусства, - притягиваю Инессу к себе. - Я был готов выложить несколько миллионов за один только ужин с этой богиней.
- Ну, - хихикает фея, - я не очень-то и сопротивлялась.
Артем бросает на неё такой взгляд, словно желает пристрелить н месте, да только нечем, закусывает губу – выглядит, между прочим, очень смешно и наигранно, и заявляет со всем возможным самодовольством, на которое только способны люди такого рода:
- Обычно меценаты, интересующиеся всякими богинями, ходят по другим мероприятиям. Там и тарифы подешевле, и богини не такие переборчивые.
- Ну, - я щурюсь, - вероятно, я могу удовлетворить запросы даже самой переброчивой богини, - обнимаю Инессу ещё крепче. – А ты это по собственному опыту, или берешь пример с родни?
Артем бессильно сжимает букет в руках, очевидно, мечтая швырнуть этой клумбой прямо мне в лицо, и заявляет:
- Когда ты захочешь ко мне вернуться, Инесса, будет уже поздно! Этот твой меценат поиграется тобой и бросит, а я… Я…
- А ты всегда будешь надеяться на деньги её папеньки, да-да, - киваю я. - Это очень надежный аргумент. Только попрошу оглашать его в другом месте… К двери провожать не буду, она прямо у тебя за спиной. Но могу придать ускорения. Надо?
Артем дергается, примерно представляя себе, что именно я собираюсь сделать, так ласково предлагая немного ускорить его вылет из этой квартиры, гордо разворачивается и мчится к ступенькам с такой скоростью, словно я уже успел швырнуть в него чем-нибудь вроде боевой гранаты. Конечно, грустить вряд ли кто будет, и я вижу, как довольно улыбается Инесса, запирая за ним дверь, но понимаю: вернется. Обязательно вернется.
Я же поворачиваюсь к Инессе и ловлю её встревоженный, полный сомнений взгляд. Девушка явно не знает, что со мной делать и настолько можно верить моим словам; кажется, она бы с удовольствием спросила бы прямо, но не решается, потому что мало ли, вдруг я уже дал каким-то образом интересующий её ответ.
Инесса пытается быть максимально внимательной. Наверное, я напугал её своей тирадой в сторону экс-жениха, по крайней мере, взгляд у неё настороженный, скользит по мне как будто в попытке отыскать какую-то зацепку, но, увы, безрезультатно. Я не настолько прост – по крайней мере, Инессе сейчас кажется, что она не способна разгадать, что таится под маской Вольного.
Она способна. Такие, как этот Артемчик – вряд ли, и я даже жалею, что не швырнул в него розами. Царапина на руке дико чешется, цветы, наверное, ещё и были сбрызнуты какой-то дрянью, и мне б теперь антигистаминное в зубы…
А ещё, как я понимаю запоздало, Артем этот курит, ещё и какую-то едкую дрянь, от которой остается мерзкий флер аромата. У меня, к сожалению, довольно чуткий нос. В горле, как всегда после контакта с любыми сигаретами, першит, и я с трудом сдерживаю кашель.
- Слушай, фея, - вздыхаю я, не позволяя Инессе задать вопрос – она просто не успевает этого сделать, - у тебя случайно антигистаминного нет? Не дай мне заработать отек Квинке, солнце.
Она вздрагивает, несколько секунд стоит на месте, а потом кивает и скрывается где-то в комнате. Спустя минуты три возвращается со стаканом воды и какими-то таблетками. В них я опознаю уже знакомое и довольно качественное средство от аллергии и с облегчением делаю несколько глотков воды и глотаю таблетку прежде, чем перед глазами начнут расползаться цветные круги, а в груди всё сожмется. Вот же.
- Что курит этот паразит? – спрашиваю я, когда становится чуть лучше. Антигистаминное, как ему и положено, действует почти так же быстро, как и противный аллерген.
Иногда я начинаю подозревать, что аллергия у меня не на сигаретный дым или что-то в этом роде, а на редкостных идиотов, с которыми приходится сталкиваться на регулярной основе, но если так, то я б тогда очень быстро умер. А так, к счастью, всё ещё как-нибудь ползаю по свету, периодически даже получаю удовольствие от мирских мелочей.
Фею вот свою нашел.
- Не знаю, - пожимает плечами Инесса. – Я не спрашивала. Какие-то вонючие сигареты. Я в этом не разбираюсь.
Я вздыхаю, упираюсь спиной в стену и улыбаюсь, рассматривая его – довольно доброжелательным, как мне кажется, взглядом. По крайней мере, не тем мерзким оценивающим, который обычно так сильно раздражает всех нормальных девушек, что они с удовольствием врезали бы… И правильно бы сделали.
Жаль только, не спешат реализовывать свои мечты. Хотя, моя фея, кажется, может.
- Так что, - нарушаю я тишину, когда понимаю, что Инесса больше ничего не скажет, - что положено делать твоему жениху?
Она смотрит на меня, хитро прищурившись, а потом уточняет:
- И ты согласен его сыграть?
- Ну если тебя устраивает моя кандидатура… Тогда, конечно, да, - пожимает плечами он.
- Уверен?
- Красивая богатая девушка предлагает мне притвориться её женихом, а я буду воротить нос? – хмыкаю я, протягивая руку и осторожно касаясь запястья Инессы, будто бы проверяя, есть ли у неё пульс… И в своем ли она уме. – Разумеется, я собираюсь принять столь щедрое предложение.
Инесса немного краснеет, как будто понимает, о чем на самом деле меня попросила, но, кажется, не собирается отступать. Я всматриваюсь в её лицо, дожидаясь, пока эта девочка наконец-то растеряет свою смелость, но она вместо этого отвечает уверенным гордым взглядом и, судя по всему, не собирается отступать от своей цели.
- Я хочу показать всем, что заслуживаю лучшего, чем Артем, - твердо заявляет Инесса. – Подругам, родителям, Славику, паршивцу этому… И самому Артему, хотя он меня, если честно, меньше всего колышет. Потому… Потому мне это нужно. Но чтобы они оценили, надо притворяться таким, как… Как это общество.
- Это богатым, распущенным и тупым? Предупреждаю сразу, тупым у меня получается плохо, - качаю головой я.
- Нет, тупым не нужно. Будешь выделяться на общем фоне. А богатым – да, придется. Но у меня тоже есть деньги и…
Она запинается.
- Я тебя не покупаю, - дополняет на всякий случай.
- У меня тоже есть деньги, - щурясь, уверенно заявляю я. – И их не так мало, как ты считаешь. Если постараюсь немного, будет больше.
- Это плохо сочетается с однушкой на Троещине.
- Я немного нелогичный, - соглашаюсь я. – И иногда веду себя странно. Но если тебе надо очень богатый мужчина, он у тебя будет. Обещаю.
На губах Инессы расцветает улыбка, и почему-то я ловлю себя на дурацкой мысли, что ей нужен я, а эта приставка в виде "богатый" – это уже так, условности.
Но ни одна уважающая себя девушка об этом не скажет.
А Инесса – уважающая себя девушка.
- Тогда, - улыбается она, - обсудим все условия?
- Конечно, - киваю я. – Загадывайте, богиня. Я у ваших ног.