Глава 24

От высказанных обвинений Тайдомир сначала застыл, словно боясь расплескать переполняющее его возмущение, а потом, превратившись в маленький сгусток, принялся метаться по комнате, иногда частично проваливаясь в стены.

Барни, растявкавшись, устроила охоту на непонятный и явно опасный объект. Даже несколько раз клацнула зубами в пустоту. Но потом забилась в угол подальше от подозрительной субстанции и лишь поблескивала темными глазками—бусинками, спрятавшимися в зарослях кремовой шерстки.

Гуржен, глядя на метания друга, пододвинувшись поближе к Зине и нежно поглаживая ее по спине, укоряюще прошептал:

– Ты не права… Не он же всех убивал!

– Да, не подумавши брякнула, – со вздохом признала свою ошибку Зинаида. Поборов страх и брезгливость, она попыталась поймать сгусток, едва тот оказался рядом. Схватила ладонями как мячик. И на мгновение ей почудилось нечто похожее на ответное прикосновение. Но, естественно, удержать этот странный мячик в руках не получилось.

– Извини! Ты ни при чем! – как можно четче произнесла Зина. – Но твоя сестра или что—то знает, или подозревает. Не зря она всю эту аферу со спасением устроила. И девственность еще эту…

– Что у вас тут за шум?

Потягиваясь, в гостиную вышел Рагдрул. Оглядевшись, он недоуменно покосился на повисший под потолком серый сгусток, нахмурился и тут же широко зевнул.

В одних штанах и свободной застиранной и, наверное, когда—то белой льняной рубахе он совершенно не походил на сурового драконоборца. Правда, и пьянчугу из таверны он уже не напоминал. Взгляд был сонным, но не мутным. И ощущения сосредоточенности лишь на поиске напитка, чтобы опохмелиться, не было. Скорее всего, головной болью Рагдрул сейчас тоже не страдал.

В общем, Зина могла собой гордиться – ее муж выглядел как огурчик, пусть и не первой свежести. Но это вполне объяснимо, если он уснул лишь под утро.

Зато другой ее муж до сих пор напоминал серый колобок, не желая возвращать себе нормальный вид.

– Пытаюсь извиниться перед Тайдомиром. – Зинаида, эмоционально махнув рукой, заострила внимание Рагдрула на странном внешнем виде его друга.

Терпеливо помалкивающий Гуржен лишь передернул плечами, когда драконоборец повернулся к нему за объяснениями. Зина тоже вдаваться в подробности не собиралась: зачем обижать эльфа повтором глупых обвинений?

– Тайд, прекращай дуться и надувайся обратно. Пока ты похож на комок грязи, меня так и тянет глаза или промыть, или залить, – хохотнул Рагдрул.

Как ни странно, грубоватая шутка подействовала быстрее, чем вежливые извинения Зины. Тайдомир медленно принял человекоподобную форму и завис в воздухе с недовольным лицом.

– Я неправильно сформулировала фразу, – попыталась объясниться с надувшимся эльфом Зинаида. – Из—за тебя, но не по твоей вине. А потому, что кому—то было очень нужно избавиться именно от тебя.

– Подозреваю, что медальон Рагдрула выкрали заодно, а не продуманно. Вряд ли кто—то сумел бы предсказать, что он оставит подарок, который не снимал семь лет, – решился вступить в разговор Гуржен. – Но убийца Тайда должен был знать, что это за вещь. И создать иллюзию, способную обмануть божественную силу.

Последнюю фразу понял лишь одобрительно кивнувший Тайдомир. Зина задумалась, пытаясь уловить мысль, а Рагдрул, не став напрягаться, сразу выдал:

– Во закрутил! А теперь для обычных людей можно?

– Когда долго носишь какую—то вещь, она пропитывается твоей энергетикой, особенно если это дорогая тебе вещь, – принялся объяснять капитан. – И сильный маг или ведьма смогут через нее на тебя повлиять.

– Мозги запудрить? – упростил и сократил объяснение Рагдрул.

– Да. Причем иногда очень сильно и надолго. Но! – тут Гуржен поднял указательный палец, привлекая всеобщее внимание. – Внушить разгоряченному боем драконоборцу можно все что угодно. Но обмануть—то надо было божественную защиту от самого Моракса! И кто—то с этим справился. Создал достоверную иллюзию, что ты, – и капитан в упор посмотрел на нервно дернувшего головой Рагдрула, – свою Бержету забыл. Убедительную даже для божественной силы, понимаете?!

– С богами тягаться могут только боги, – мрачно буркнул Тайдомир. – Причем моей сестре до Моракса – как цыпленку до ястреба. Так что вряд ли она в этом замешана.

– Ну, нашу леди одарить чем—то из заготовок прежней богини Латона сумела, значит, и иллюзию создать смогла бы, если у старой богини забвения хранилось в запасах нечто подобное, – произнес Гуржен, с сочувствием глядя на друга.

– Только она бы тогда не стала мудрить со спасением Тайдомира и вызволять из бездны Рагдрула, чтобы и его тоже спасти, – как бы Зине ни хотелось как можно скорее найти во всем виноватого, следовало учитывать все нюансы. – Опять же не забываем того, что случилось в городе, когда вас буквально стравливали друг с другом. Уверена, Моракс тут ни при чем и, подозреваю, Латона тоже.

– Да, меня так и подмывало прибить Рагдрула, – признался Гуржен, кривовато ухмыльнувшись.

– По—хорошему надо бы с сестрой поговорить, – все так же мрачно пробурчал эльф. – Но пока не тянет. Захочет – сама появится.

– Да… – Зина уже начала фразу о том, что Латона все равно за ними подсматривает, так что объявится, рано или поздно, но в покои кто—то громко забарабанил.

– Наверное, завтрак, – предположил Гуржен, переглянувшись с Рагдрулом. Просто драконоборец стоял ближе всех к выходу, поэтому ему доверили впустить настойчивых гостей. Вот только в коридоре вместо лакеев с подносами стояла невысокая девушка, почти целиком спрятавшаяся за темной накидкой.

При виде нее Рагдрул застыл практически в проходе, но худенькую гостью это не смутило. Она влетела в гостиную, словно и не заметив плечистого великана.

Зато Гуржен сразу подскочил с кресла и склонился в полупоклоне:

– Ваше высочество…

Зинаида оценила, что в этот раз даже ощущения ветерка не было, однако дверь быстро захлопнулась, а драконоборец отмер, скорее всего от дружеского хлопка по спине.

– Собирайтесь! Я уже велела запрячь карету!

Голос у принцессы стал ниже и глубже, контрастируя с хрупкой внешностью девушки. Едва его услышав, Зинаида поняла, что королю было проще придумать историю с сестрами—близняшками, вместо того чтобы на время смены внешности скрывать изменения под одеждой и гримом.

Даже Барни разлаялась на вошедшую, словно впервые ее увидела. Значит, у принцессы изменился и запах.

Вопреки утверждению Рагдрула, принцесса не прихрамывала, но заметно сутулилась и одно плечо действительно было чуть выше другого. Лицо девушка тщательно прятала за капюшоном, так что с ним, наверное, тоже было не все в порядке.

– Ваше высочество, моя жена еще не завтракала. – Едва начав выпрямляться, Гуржен снова поклонился, извиняясь за подобную медлительность. – Вы же знаете, моим женам нельзя голодать…

– Найдешь еще одну… – недовольно буркнула принцесса, но все же уселась в пододвинутое ей кресло. – И? Хочешь сказать, что завтрак еще даже не подали?!

– Простите, ваше высочество…

На счастье то ли Зинаиды, уже ощущавшей, как в животе начинаются голодные демонстрации, то ли избалованной девицы, не успевшей больше ляпнуть никаких провоцирующих Зину гадостей, наконец—то появились семеро лакеев с подносами, уставленными блюдами с едой.

Рагдрул, окончательно оживившийся от приятных запахов, вспомнил, что он тоже только что проснулся и ощутимо голоден. Даже принцесса приняла участие в трапезе, затребовав себе пару булочек с каким—то сладким повидлом и стакан с травянистым напитком типа чая.

В карету все, включая Тайдомира, перелетевшего клочком тумана и распределившегося по одной из стен, уселись лишь спустя полтора часа.

Зинаиде пришлось устроиться рядом с принцессой, так как Рагдрул, даже зная, что это его же Бержета, все равно ни в какую не соглашался находиться с девушкой на одной скамейке. Да и преображенная влюбленная тоже не стремилась сближаться со своим избранником.

Вот и Зина тоже не горела желанием провести несколько часов вплотную с драконоборцем. Хотя Барни, наоборот, была за Рагдрула. Собачке откровенно не нравилась вторая версия королевской дочки, и она выражала это ворчливым порыкиванием. Поэтому, едва карета тронулась, Зинаида спустила таксу с рук, и та забилась под скамью, на которой сидели мужчины.

Вот только, не успев проехать и пары десятков метров, возница резко затормозил, лошади заржали, а в распахнувшуюся дверцу всунулась взлохмаченная кудрявая голова, явно женская:

– Эй! Привет! Я Эбетта. Меня знакомый попросил проводить принцессу к колдунье Гозинаде. Кто тут из вас принцесса?

Почему—то обладательница пышных кудрей решила, что Зинаида гораздо больше похожа на королевскую дочь, и уставилась на нее. Но потом перевела взгляд на настоящую коронованную особу:

– Вы, что ль? Вознице скажите, чтоб двигался, я с ним поеду. У вас тут тесно, я просторно сидеть люблю.

Все то время, пока кудрявая особа женского пола крутилась в окне, Рагдрул не сводил с нее глаз.

Зинаида тоже внимательно изучила все, что можно было разглядеть, и пришла к выводу, что если бы в любви подобное тянулось к подобному, то новая знакомая идеально бы подходила драконоборцу. Круглолицая, сероглазая, обычная девушка, смуглая от загара, явно не аристократка. Причем это чувствовалось не только по внешности, но и по манере поведения.

Мысленно Зина поаплодировала Мораксу, умудрившемуся за столь короткий срок найти столь идеально подходящую принцессе соперницу. Интересно, это было сделано специально или янтарному гаду просто так повезло?