Глава 14. Когда о будущем говорят, на чердаке мыши смеются

На последний спокойный, по мнению молодой герцогини, ужин девушка надела скромное коричневое платье, полностью закрытое и широкое, по крою напомнившее Вике женские мусульманские наряды с Земли. Ада, судя по ее недовольному взгляду, такой демарш не одобрила, но вслух ничего не сказала. И то хлеб…

И снова за столом не было ни демонов, ни Арлея. Вике уже стало интересно, кто из них кого сдерживает. Ну не может быть такое совпадение!

— Вика, у вас сегодня необычный наряд! Не поделитесь, почему вы выбрали именно его?

Одна из богинь, обряженная в более чем короткое и открытое платье сиреневого цвета, видимо, просто мечтала услышать подробности выбора девушки. Ответить не дала мать.

— Это была моя личная просьба.

— Даже так? — Удивленно взлетели вверх ярко нарисованные черные брови на живыми карими глазами. — Ты всегда отличалась неожиданными решениями, Ада. Но в этот раз…

— Это спокойный семейный вечер. Смотрины уже закончились. Тебе ли, Жлона, этого не знать.

Семейный… А эти существа вокруг тогда кто? Тоже члены семьи? «Я узнал, что у меня есть огромная семья».

— Дамы, прошу вас.

Дед даже голоса не повысил, но обе женщины, уже настроившиеся получить удовольствие от взаимных упреков и ругани, мгновенно замолчали. Вот это авторитет!

— Вика наша — девочка скромная, потому и старается носить такую одежду, Ада знает и ей это позволяет, — мирно заметила сидевшая во главе стола, рядом с мужем, богиня любви.

— Вика у вас вообще состоит изо всех достоинств, — ядовито заметила одна из богинь, наряженная во все черное и, судя по воинственному выражению лица, явно настроенная поскандалить.

— Литания, тебя разве кто-то держит здесь? — Все так же спокойно поинтересовался высший демон.

Выражение лица изменилось и стало каким-то унылым. Женщина, не ответив, уставилась в свою тарелку.

Да уж, сделал ближнему ты гадость — на душе покой и радость. Так и тут — сказала что-то гадкое, и все, миссия выполнена.

— Как вы погуляли, дети? — Пытаясь разрядить обстановку, поинтересовалась Лариниса. — Мальчики, вам понравился сад?

— О, да! Ваши флоксии просто чудесны, — с энтузиазмом сразу же отозвался тот самый божок с черными вихрами, что уговаривал ее решиться на семейную жизнь.

— А уж розы — так просто великолепны! — В таком же тоне мгновенно поддерждал приятеля плечистый крепыш, заботившийся о рвении потенциальной невесты.

За столом установилась тишина, старшее поколение недоуменно переглянулось между собой. И Вика поняла, что незадачливые божки только что сдали их всех с потрохами.

— Ильтран, мальчик мой, ты, кажется, в академии учишься? — Сортран. Ласково так говорит, почти нежно. Только крепыш разом пятнами подозрительными покрылся, нежно-зелеными, круглыми. То ли от вопроса, то ли от тона.

— Д-да. Последний курс…

— Да неужто? — А это уже Ада. Ядовито интересуется. Вот у кого яд нужно сцеживать, вместо того чтобы несчастных гадюк в медицинских целях по полям отлавливать. И безнадежные больные на ноги встанут, причем мгновенно. — И чему же вас, бездельников, там учат, если ты не смог отличить иллюзию от реальности?

Упс. Большой такой упс. Толстый и неуклюжий. Парни, видимо, почувствовали то же самое, потому как ощутимо напряглись. Поздно, ребята. Отсюда уже не сбежать. Отвечать перед достопочтимыми родственниками придется всем вместе.

— Значит, по саду вы не гуляли. — Теперь уже Лариниса. Медленно, задумчиво, нараспев. Ой, как же Вике не нравится этот непонятный допрос с трех сторон…

— А чем же вы тогда, позвольте поинтересоваться, все это время занимались? Вика?

И что ответить матери? Смотрит зло и недовольно. И почему сразу Вика? Там еще куча народу была…

— Дядя Стас пришел. Забрал нас с Сандрой в город. А парни разошлись, кто куда…

Да, действительно, бог времени и пространства появился утром как нельзя вовремя и этим спас уже изрядно потрепанную нервную систему молодой герцогини. И рядом с ним в городе было намного интересней, чем с постоянно опекавшими девушек старшими родственницами. Как оказалось, у богов тоже есть и игровые автоматы, и казино, и осообый кинотеатр, позволявший зрителям участвовать в сценах фильмов, и даже скрытый от посторонних глаз бордель. Правда, в последний их не повели, но и без этого впечатлений накопилось более чем достаточно.

Мать пытливо прищурилась, бабушка недовольно поджала красивые губы, дед довольно ухмыльнулся. А вот гости, старшее поколение, выразили свое недовольство громким ропотом и довольно желчными разнообразными высказываниями в адрес одного отсутствовавшего здесь бога. Сортран, услышав это, вскинул брови:

— Все мной сейчас услышанное можно высказать Стасаниору в лицу, я без проблем вызову его сюда. Есть желающие?

На этот раз установилась полная, практически кладбищенская тишина. Да, похоже, храбрецов на такое самоубийственное действие в обеденном зале не найдется…

После неудачного завтрака практически сразу, не позволив гостям разойтись, появился лорин. Следом за ним в зале оказались демоны и бывшие женихи. Последние выглядели отвратительно и казались тенями, а не живыми существами: худые, с запавшими глазами и втянутыми щеками, с потухшим взглядом, они вызывали к себе жалость и сочувстие. У Вики дрогнуло сердце: это из-за нее все пятеро сейчас в таком бедственном положении. Это она виновата в том, что ранее полные жизни мужчины превратились в жалкие подобия живых существ.

— Вика, солнышко, пойдем со мной.

Лариниса встала и вышла из-за стола. Вздохнув про себя, девушка послушно проследовала за ней.

Уже знакомая молодой герцогине «классная комната», впитавшая в себя столько неудачных заклятий, вновь распахнула перед незадачливой колдуньей свои двери. Зайдя внутрь, богиня присела на диванчик и кивнула внучке на кресло.

— Садись, милая. Посмотри на меня. Через несколько часов тебе предстоит блистать на вечере, устраиваемом нами в твою честь. Твои бывшие женихи должны быть там, пусть и в уже новом для себя качестве. И тот, кто претендовал на твою руку у Костадона, тоже должен быть там. Расколдованным. Ты меня понимаешь? Вика… Почему ты дрожишь? Девочка моя, ты что, боишься?

Боится? Она? Да ну, глупости какие. Ничего она не боится. Она просто в ужасе. Тихом. Готова прямо сейчас сорваться и сбежать. Куда угодно. Хоть на край света. Хоть… Она не будет их расколдовывать!!! У нее не получится!!! Ничего не получится!!!

Их вводили в комнату по одному. Как на расстрел. Лариниса стояла рядом молча, и девушка не знала, успокаивало ее присутствие рядом старшей родственницы или все же нервировало. Каждый раз после чтения заклинания богиня хлопала в ладоши, давая понять, что все прошло хорошо, и через несколько минут, после повторного хлопания, девушка снова читала нужные слова, не открывая глаза. Незачем. Она не сможет смотреть на них, ни сейчас, ни на вечере, вообще никогда…

— Отлично. Всех важных ты расколдовала. Теперь открывай глаза. В коридоре тебя ждут остальные демоны.

Она? Расколдовала? Не может быть! Не с её удачей! Хотя зачем богине Любви обманывать свою внучку.

Пять часов сна. Всего пять часов. Так невообразимо мало. Вика, покорная приказам служанки, поднимала по очереди руки, передвигала ноги, поворачивалась из стороны в сторону, позволяя облачить себя в шедевр местных портных, и казалась со стороны самой себе не зомби, нет, скорее бездушным роботом, обычной техникой, не способной «вырабатывать» и выдавать вовне чувства или эмоции. Усталость, физическая и душевная, плавно перетекла в апатию, и теперь ни чириканье Сандры, ни возможное недовольство матери, ни сам вечер, после которого, вероятно, родительница нетерпеливо поинтересуется выбором дочери, — ничего не задевало душу, не будило даже малейшие отголоски эмоций, не волновало, не пугало, не заставляло задуматься… Пустота. Именно это слово, по мнению девушки, наилучшим образом могло охарактеризовать ее нынешнее состояние. Молодая герцогиня равнодушно посмотрела в зеркало. Миленькая куколка в полупрозрачном изумрудном платье, будто сотканном из невидимых нитей, взглянула на нее в упор. Хороша, да, кто спорит. И родня у нее тоже хороша. И приданое, что получит потенциальных жених. В общем, все вокруг будут радоваться. Кроме нее. Но когда это ее мать интересовало мнение родной дочери?

— Вика, ну что ты как соня! Пошли! Там только нас и ждут!

Сандра. Чересчур возбуждена. Прекрасно выглядит в светло-голубом платье в пол, с открытыми руками и глубоким декольте. Выдать бы ее замуж побыстрее, чтобы хандрить не мешала.

Медленно переставляя ноги (ходить на огроменной шпильке Вика просто не умела), поддерживаемая под руку своей роминой, молодая герцогиня якобы величественно вплыла в украшенными натуральными фруктами и цветами огромный зал. Мамочки, сколько здесь… Нет, не людей. Существ. Тысячи? Сотни тысяч? Или ей просто кажется, и у страха глаза велики?

— Вика, вы великолепно выглядите.

Знакомый демон, просивший когда-то у отца ее руки, был сегодня облачен во все черное, включая рубашку под фраком. По кому траур? Неужели по ее свободе?

— Благодарю вас.

— Вы позволите пригласить вас на танец?

Нет, не позволит. Не хочет она сегодня танцевать. А с ним — так и подавно.

— Конечно же, позволит. Вика умеет и любит танцевать.

Ада. Нарядно одетая в примелькавшиеся уже зеленые цвета. С улыбкой голодной пираньи на чувственных губах. Платье обтягивает фигуру и обнажает стройные ноги на высоком каблуке. Мать любит веселье, танцы и балы, чего нельзя сказать о ее дочери, предпочитающей уединение и тишину. Чуть поодаль — спокойный и невозмутимый дед и мило воркующая с кем-то бабушка. Они тоже пришли сюда наслаждаться вечером, им легко и хорошо здесь. А вот Вике…

Первые аккорды. Необходимость переставлять плохо приспособленные к данной обуви ноги.

Руки у её потенциального жениха холодные, как будто долго на морозе пробыл… Или в склепе…

Танец — все движения знакомые, выученные и отточенные до совершенства еще в отрочестве. Медленно и печально они плыли по залу. Демон пытался поддерживать разговор, но девушка упорно молчала. Настроение, и так нулевое, упорно стремилось куда-то в минус.

Демон-бог-демон. Опять бог. Снова очередной демон. Она как переходящее знамя. И даже не нужно запоминать лица и имена своих партнеров. Просто двигайся в такт музыке, аккуратно переставляй ноги, изображай из себя живую куклу.

Судя по голосам рядом, ни Сандра, ни Ада, ни даже Сортран с Ларинисой не скучали. И только ей, Вике, хотелось сбежать куда подальше. Желательно на полностью изолированный ото всех живых существ участок суши. И огородиться чем-нибудь высоким и убойным. Забором с проволокой под напряжением, например.

В перерывах между танцами, довольно частых и продолжительных, надо заметить, иначе несчастные ноги давно бы отвалились, молодую герцогиню настырно усаживали на одну из многочисленных мягких кушеток, ту, что стояла в тот момент поближе, вручали ей очередной хрустальный бокал с местными безалкогольными напитками и тщетно пытались разговорить. Девушка молчала. Ни комплименты, ни вопросы, ни просьбы — ничего не помогало. Даже замечание раздраженной Ады, появившейся в один из таких перерывов неподалеку от дочери, что этим вечером Вика напоминает Снежную Королеву, не спасло положение дела. Виновница торжества ушла в глухую оборону. Ей необходимо было присутствовать на этом вечере, да еще и в качестве невесты? Хорошо, пусть так. Она здесь. Её, как ценную племенную кобылу, осматривают и выбирают всевозможные потенциальные женихи. Но общаться с присутствующими ее никто не заставит.

Вдалеке, ближе к высоким, полностью задрапированным темными шторами окнам, отдельной группой выделялись бывшие женихи. Ни один из пятерки не попытался и на шаг приблизиться к ней, даже головы в ее сторону не поворачивали. И все же Вике казалось, что все пятеро пристально следят за каждым ее движением. Такое чувство откровенно нервировало. Самовнушение отказывалось помогать, так что волей-неволей девушка старалась держаться поближе к своим нынешним кавалерам. Тут, по крайней мере, ясно, что можно ожидать.

Пытка танцами в конце концов закончилась. Так и не добившиеся общения от своей упрямой пассии, потенциальные женихи наконец оставили ее в покое. Ада, недовольная незапланированным поведением дочери, самолично отконвоировала девушку в ее комнату. Сев на кровать, она силой усадила свое чадо рядом.

— Это что за бунт на корабле? Виктория, тебе все равно придется выйти замуж.

Ох, как же тяжело на сердце…

— То есть домой меня не вернут?

— Домой — это куда? На Землю? На планету без магии? В маленький провинциальный городок, в котором можно умереть от скуки? Вика, ты с ума сошла? Что ты там забыла?

Ну и как объяснить матери, что здесь, на этой шикарной магической планете, она, Вика, чувствует себя запертой в клетке?

— Ада, не мучай девочку. У нее был трудный день. Пусть отдохнет немного. Давай вернемся к гостям.

Сортран. Пришел порталом. Мать, к удивлению девушки, возражать не стала. Только недовольно фыркнула и вместе со свекром исчезла в круге зеленого огня.

Уже через пару-тройку секунд молодая герцогиня лежала на кровати, даже не пытаясь самостоятельно расшнуровать корсет у платья и расстегнуть обувь и довольствуясь полной тишиной и покоем. Даже мысли в голове, казалось, измучились настолько, что не хотели шевелиться… Мыслительная функция, видимо…

Она практически полностью провалилась в сон, когда в комнате снова вспыхнул зеленый портал. С трудом, но девушка все же продрала свои так и норовившие закрыться глаза.

Отец… Выглядит обеспокоенным. Что опять случилось?

— Вика, милая, ты спишь?

Уже нет…

— В чем дело, па?

— Скажи, солнышко, почему я не могу увидеть тебя на нашем семейном древе?

— Что? Па, ты о чем? — Как когда-то в далеком детстве, девушка сонно потерла глаза кулачками. — Какое древо?

Отец, наряженный в земные темно-синие джинсы и ярко-синюю клетчатую джинсовую рубашку, решительно уселся на постель и взлохматил дочери волосы. Ну вот, прощай прическа.

— Семейное, милая. На Земле это называется генеалогическим древом. Помнишь, ты пыталась его составлять?

Конечно, помнит. Как помнит и то, что дальше бабушки с дедом она в своих изысканиях так и не продвинулась: оба родителя хихикали, всячески юлили и наотрез отказывались давать дочери какую-либо подробную информацию о предках.

— Помню. Только все равно ничего не поняла…

— Что там понимать… Древо появляется само собой, обычно на пергаменте, когда идет зарождение нового рода… Соответственно, появляются и разнообразные родственники, как близкие, так и дальние… Ну и, само собой, дети семейной пары. Ты у нас с мамой одна. И ты не отображаешься на древе.

Молодая герцогиня недоуменно уставилась на полубога-полудемона:

— Почему не отображаюсь?

— А вот именно это я и хотел у тебя спросить. Ты лежишь платье у себя в комнате, значит, званый вечер уже закончился. Но у меня твоей руки не просили ни бог, ни демон. Получается, что не договорились. И тем не менее на древе тебя нет.

— А разве так может быть?

— Может. Когда невесту крадут из родительского дома и без ведома родителей связывают с ней свою судьбу. Но ты здесь.

Ой…

— Вика? Ты ничего мне рассказать не хочешь?

Взгляд внимательный и ожидающий.

Ой-ой…

— Па… Я не хотела, правда…

— Что именно? Вика, ты меня пугаешь. Дочь, что и когда успело произойти? Ты же ни на секунду не была без надзора, с тех пор как мы с матерью вернулись в этот мир.

Была…

— Ну… Па, я в серости побывала… Когда вы меня порталом сюда отправили…

— В серости? В каком смысле?.. Погоди… Оборотень? Брат Джордана? Он тебя туда позвал?

— Да… И сказал, что я теперь его…

Стасаниор и Сортран, не стесняясь, хохотали до слез, Лариниса и Ада громко и красочно ругались, виртуозно составляя длинные заковыристые фразы из местной и земной обсценной лексики, Костадон удрученно молчал, Сандра старательно делала вид, что она — лишь незначительная часть пёстрой обшивки дивана. А Вика сидела в кресле и грустно переводила взгляд с одного родственника на другого.

— Не ребенок, а настоящее несчастье!!! Вика, ну какой-такой оборотень??? У тебя мозги еще остались??? Или совсем всё плохо??? Зачем тебе эта огромная блохастая собака?!? У тебя же такой шикарный выбор был!!! Кос, ну вот что ты молчишь??? Это твоя дочь, между прочим!!! Ты вот так вот просто отдашь ее непонятно кому??? Ну должен же быть какой-то способ разрушить этот дурацкий сговор!!!

— Ада…

— Что??? Что, Стас??? Это оборотень!!! Не правитель, не советник — обычный оборотень!!! Ну вот что ее с ним ждет???

— Ну… Например, счастье. Или радость. Если ты, конечно, вмешиваться не будешь…

— Стас!!! Не могу поверить, что слышу это от тебя!!!

— Ада, успокойся… Нужно выпустить пар? Жоринары или грифоны в твоем полном распоряжении. На девочке отрываться не надо. Это ее выбор. Вполне сознательный, кстати.

— То есть… Ты хочешь сказать, что… Ты знал??? Ты все это время знал??? И ничего мне не сказал???

— Ты собралась замуж? Повторно? Костадон в курсе? Если нет — на все вопросы, то почему я должен был тебе что-то говорить? И с каких пор Вика стала твоей собственностью?

Тихое отчетливое шипение, очень напоминающее змеиное, и мать исчезла в портале.

— Вот так. Теперь точно будет потише. Хотя мне заранее жалко бедных животных… Они уж точно ни в чем не виноваты… Лариниса, хватит поминать всех и вся. Если вы с Адой в свое время устроили свою судьбу, не спросив никого из родных, кто мешал девочке сделать то же самое?

— Стас… Ты не понимаешь… Оборотень… Вот только оборотня нам в роду и не хватало… А дети? Ты можешь себе представить, какие дети от него родятся??? С такой смесью кровей???

— Живые и бойкие. Лариниса, у вас с Адой чересчур завышенное ожидание к вашей наследнице. Может, пора научиться слушать её и прислушиваться к ее собственным желаниям?

Неразумных девиц решением женской половины заперли в их комнате, запретив куда-нибудь и нос выказывать. Мужская половина этому решению не противилась, так как прекрасно понимала: «право оборотня», подтвержденное в серости, отменить не в силах даже боги. А значит, поругаются-подуются Ада с Ларинисой, но все же вынуждены будут признать уже заключенный союз. А пока же и Вика, и Сандра, выкупавшись, спали в постели сном праведника. Слишком много эмоций, слишком сильные чувства, слишком яркие по своим ощущениям события — все это вымотало двух красавиц, позволило им заснуть без задних ног, едва только они оказались в кровати.

— Да уж, хороша, что тут скажешь… — Лорин, как всегда элегантный, сидел в кресле и недовольно рассматривал молодую герцогиню. Ромина рядом с Викой успешно притворялась бревном.

— Арлей? — Недоуменно нахмурилась едва проснувшаяся девушка. — Что-то случилось?

— О, да. Ты, оказывается, побывала в серости. И этот оборотень предъявил там на тебя свои права.

Вот уж серкет Полишинеля.

— И ты поэтому тут?

— Не только. Ада велела передать, что у вас с Сандрой есть несколько минут. Потом вы отправить назад, во дворец твоей матери, где ты и встретишься со своим женихом.

Несколько минут растянулись в пару часов, во время которых расторопная Сида наряжала девушек и складывала их вещи. Но вот, наконец, в комнате в круге зеленого цвета появились родители, хмурые, недовольные, молчаливые, демон открыл портал, и все четверо переместились в обеденный зал уже знакомого дворца.

Тут ничего не изменилось: все те же идеально выдраенные комнаты, почтительно вытянувшиеся в струнку при виде хозяев слуги, старавшийся угодить господам колобок-дворецкий. И тишина. Даже как-то непривычно. Когда здесь находились женихи, повсюду были слышны шум и гам. Теперь же чересчур тихо.

— Три дня, девушки, — мать впервые за все время после выяснения отношений в божественных чертогах заговорила с дочерью. — У вас есть три дня на подготовку. Потом сюда пожалуют жених с семьей. И, естественно, появимся мы с отцом. До этого времени дворец будет опечатан. Никто не сможет ни выйти отсюда, ни проникнуть сюда. Отдыхайте.

Очередная яркая вспрышка зеленого света, и родители исчезли, оставив Вику с Сандрой в комнате молодой герцогини.

— Захотелось принцессе развлечься, встретилась с гоблином, — озадаченно пробормотала ромина. — Ты это слышала? Мы теперь, оказывается, узники. Радость-то какая.

— Ну, может, оно и к лучшему, — безразлично пожала плечами наследница. — Ты думаешь, богов или демонов мой статус остановил бы?

— Богов — однозначно да. Демонов — не уверена. Ты точно с них все чары сняла?

— Бабушка сказала, что вроде бы да. А что?

— А то. Мой ухажер вел себя по-прежнему.

— Был таким же озабоченным?

— Именно.

Вика растерянно моргнула.

— Не буду спрашивать, уверена ли ты… Если на них действительно остались чары… Но зачем Ларинисе мне лгать?

— Ну… Может, она надеялась, что у тебя все же что-нибудь получится.

— Угу. Получится. У меня. Нашли, блин, колдунью. Да уж. Тогда понятно, почему родители запечатали дворец… А слугам, получается, тоже не войти, не выйти?

— Да. Те, кто остался снаружи, пусть даже и на конюшне, теперь будут ждать, пока заклятие спадет.

— М-да… Дворец Спящей Красавицы. Вот только чувствую я себя злобной ведьмой.

— Ты о чем?

— Да так. Это земная сказка. Об одной молодой дуре, ослушавшейся приказа старших… Ну и о том, во что такое ослушание вылилось… Ладно. Ты как хочешь, а я голодна.

— Проглот.

— Растущий организм. Пошли вниз. Завтракать будем.

Завтрак они пропустили — время уже вплотную приближалось к обеду. Пришлось довольствоваться, вместо нескольких перемен рыбно-мясных блюд, бутербродами с мясом и сыром и клюквенным морсом. Проглотив за несколько минут предложенную снедь, молодая герцогиня откинулась на спинку кресла и лениво поинтересовалась у своей ромины:

— Ну и чем займемся?

— Сандра, у тебя совесть есть? Нет? Я так и думала… мы тут уже несколько часов торчим. Ты эти журналы от корки до корки изучила! И вредно столько кофе пить! Сандра!

Бесполезно. Кузина была потеряна для общества. С тех самых пор, как девушки переступили порог непонятно по каким принципам функционировавшей гостиной на хозяйских этажах, Её Сиятельство возжелали приобщиться к иноземной цивилизации и с охами-ахами погрузились в мир моды и сплетен о неизвестных людях. Под рукой стояла постоянно наполняемая самой же роминой кружка с кофе (благо, с кофемашиной девушка «подружилась» довольно быстро). На зефир кузина покосилась, но, вспомнив о такими трудами приобретенной талии, со вздохом отвела взгляд и вернулась к чтению прессы. Вика оказалась предоставленной самой себе.

Оранжерея и химическая лаборатория энтузиазма не вызывали. Зал перемещений не работал. В кладовку, наполненную непонятно чем, молодая герцогиня заходить побоялась. Некоторые комнаты были заперты.

Оставалась только библиотека. Но литература там была не рассчитана на юное, ничего не понимающее в магии создание, так что Вика просто слонялась без дела. Нет, она, конечно, заглянула и в оранжерею, и в лабораторию, и в библиотеку, но потянувшиеся к ней, будто к родной матери, ветви растений, самостоятельно зажегшийся под колбами огонь и непонятные иероглифы в книгах на полках порадовать свою хозяйку не смогли. Молодая герцогиня уже мстительно обдумывала возможность запереть свою ромину на этажах и пойти поплавать, например, когда кузина наконец-то перелистнула последнюю страницу глянцевого журнала и томно вздохнула:

— Ах, какая жизнь! Вика, я теперь понимаю, почему ты хочешь туда вернуться!

Первой призрака увидела Сандра. Вика медленно спускалась по каменным ступенькам дворца, погруженная в свои мысли, когда ее ромина вдруг резко остановилась, вцепилась тонкими цепкими пальцами в руку кузины и заверещала изо всех сил. Молодая герцогиня подпрыгнула на месте получше любого олимпийского призера, затем пришла в себя и попыталась понять, что, собственно, происходит вокруг и почему ее родственница стоит рядом и воет похуже пожарной сирены. Причина этих завываний на тот момент практически полностью вышла из камня. Высокий, плечистый, длиннобородый мужчина средних лет высоко поднял прозрачную руку, и Сандра застыла в мгновение ока. С раскрытым ртом. На лестнице воцарилась тишина. Вика недоуменно смотрела на необычного гостя, отвыкнув бояться кого-либо в этом непонятном ей мире, мужчина в свою очередь разглядывал ее. Неизвестно, сколько времени они играли в гляделки, потом гость кивнул и глухо произнес:

— Сильна.

После этого, так и не представившись, невежливый призрак растворился в воздухе.

И вот что это было?

— Вика…

Голос хрипит. Надсадила горло криком, видно.

— Угу.

— К…то… это… был…?

— Призрак.

— Кто?

— Призрак. Привидение. Сандра, ты что, никогда о них не слышала?

— Нет. Этой нечисти у нас не водится…

— Это не нечисть. Это душа умершего. После смерти она может вернуться в этот мир.

В ответ — совершенно безумный взгляд.

— Вика… Мы после смерти растворяемся в пространстве… Я же говорила… Мы не можем никуда вернуться…

По телу табуном проскакали мурашки. Тогда кто это был???

— Пошли в библиотеку.

Чуть успокоившись, ромина пожала плечами.

— Сомневаюсь, что ты что-нибудь там найдешь. Если что и есть, то только в хозяйских покоях.

— Рыться в книгах с характером, боясь произнести вслух любое слово?

— Ну а так просто потеряем время.

— У нас его пока много. И занять себя все равно чем-то надо.

Еще одно пожатие печами, и подруги все же направились в сторону библиотеки.

Большая широкая комната встретила их своим мягким рассеянным желтым светом. И снова перед глазами появился знакомый электронный каталог. Вика выбрала раздел «Мифология». На деревянном коричневом столе возле посетительниц тут же появились пять здоровенных томов, переплетенных в непонятно чью кожу, и маленькая тоненькая брошюрка, по способу печати явно земного происхождения.

Сандра с подозрением оглядела нужную литературу:

— Ты сейчас издеваешься, да? Нам же сутки, если не двое, надо сидеть, чтобы все это прочитать!

— Хорошо, не сиди. Чем предлагаешь заняться?

— Зараза ты, — фыркнула ромина, неохотно усаживаясь в удобное мягкое кресло у стола.

— Нет, я так больше не могу!!! Спасибо тебе, Вика, теперь я знаю о населяющих этот мир чудищах в несколько раз больше, чем раньше! А значит, буду спать гораздо лучше! У меня, между прочим, уже глаза на лоб лезут! И в голове сплошная каша!

— Мы только два тома освоили.

— Только? Ха. Ты собираешься пропустить и смотрины, и свадьбу ради желания узнать, кто именно вышел из стенки?

— Ты забыла, что сказала мама? Дворец опечатан. Никто не может ни войти, ни выйти. Вопрос: кто был тот тип с бородой? Откуда у него столько силы, чтобы пробиться сквозь чары Ады?

— Вот пусть Ада сама это и узнаёт. А мне уже надоело. Пошли отсюда. И Паучиха, и жоринары, и темные псы, и прочая местная нечисть меня уже достали!

Молодая герцогиня недоуменно пожала плечами: не так уж и долго они сидели. Вот, бывало, она вместе с Ленкой как закопается где-нибудь на форумах в Интернете…

— Вика! Ты идешь???

Ну вот и зачем так кричать? Они же не больше пары-тройки часов сидели… Ой…

— Я так понимаю, ночь наступила, а мы и не заметили, — саркастически заметила недовольная ромина, быстро шагая по магически освещенным длинным каменным коридорам. — Это сколько же мы в том добровольном заточении просидели? Часов пять-шесть точно. Ты как хочешь, а я собираюсь спать.

Хорошая идея. Хотя сама Вика была не уверена, чего ей хотелось больше: лечь в постель или плотно поесть. Лень довольно быстро победила, и, не слушая бунтовавший желудок, девушка направилась прямиком в спальню. Заснула она мгновенно, прямо в той одежде, в которой появилась во дворце утром.