Глава 25

Елесей

— Нет, Василиса!

Я ринулся к любимой, но едва успел коснуться кончиками пальцев её рукава. И прежде чем смог остановить свою суженую, удержав от необдуманного поступка, она исчезла. Растворилась призрачной дымкой, словно и не было Василисы в помине.

На том месте, где мгновение назад она стояла, глядя на меня, лишь кулон на полу лежал. Только он один мне на память о любимой остался. Он да охранное кольцо, ещё хранившее тепло её тела и постепенно остывающее в моей ладони.

— Проклятье! — стоя посреди комнаты, выругался я в отчаянии. — Что же ты натворила?!

Василиса поспешила сбежать, не дослушав меня и не подумав о том, как вернётся. Теперь она была от меня далеко, в знакомом и родном ей мире. И не знала, что без охранного кольца никогда не сможет вернуться в Тридесятое.

Наклонившись, я поднял с пола кулон. Наверное, Василиса выронила его.

Я дал любимой время. Но сейчас первым порывом было нарушить собственное обещание и отправиться за Василисой следом.

На мгновение я позабыл даже о том, что магия такая подвластна лишь колдунам да колдуньям. А я к их числу не принадлежал.

— Яга! Мне нужна Яга! — сообразил, бросившись в сторону спальни. Где-то там лежало Говорящее Зеркало.

Мне следовало связаться со свахой, рассказать ей обо всём произошедшем и убедить, если не вернуть Василису, то хотя бы охранное кольцо ей передать.

Стоило только оказаться у двери в спальню и руку протянуть, как отвлёк меня шум позади.

— Государь!

— Какого Лешего?! — Я невольно обернулся на знакомый голос. Очень удивился, увидев в собственных покоях перепуганную и бледную служанку Василисы. — Тебя как сюда стража пропустила?

— Как? Да вот так! — Она вскинула руку и щёлкнула пальцами.

В воздухе тотчас образовалась и поплыла в мою сторону струйка розоватого дыма.

— Ладно. Убедила! — Я машинально отмахнулся от ещё не долетевшеей до меня дымки. Однако она не рассеялась, а попросту зависла перед моим носом, будто ожидая приказа. — Убери от меня эту чертовщину!

Заклинаний колдовских, поломавших половину моей жизни, с меня было довольно!

Служанка легко взмахнула рукой, и розовая дымка тотчас растаяла.

О том, что Глаша была колдуньей, я не знал. Она ни разу ничем не проявила себя.

В другое время я был бы зол, но сейчас её колдовские способности оказались кстати.

— Отлично! Без Яги справимся. — Я поманил служанку рукой. — Твоей колдовской силы хватит, чтобы одну вещицу из Тридесятого в другой мир доставить?

— Хватит, но прежде… — Глаша покосилась на дверь спальни. — Послушай, Государь. Стража сказала, Василиса моя к тебе пришла и с тех пор не выходила. Я видеть её должна немедленно. Чую, беда ей грозит.

— Нет здесь Василисы! — зло рубанул я воздух рукой.

— А где ж она? — не поняла служанка.

— Она о заговорённом Ягой кулоне узнала. Да ещё о том, что я Змей. Подумать хотела и… Домой я отпустил. — Я мысленно обругал себя. Ведь мог… мог удержать. И должен был!

— Домой?!

Качнув головой, я отогнал злость.

— Да. Только вот кольцо охранное она забыла. А без него вернуться сама не сможет.

— Ой, головушки безрассудные, что ж вы оба натворили?! — взвыла служанка, заламывая руки так, словно стряслось непоправимое. — Не подвело меня чутьё!

— Я к Яге собирался за помощью обратиться. Ну, а тут ты.

— Не нужна нам Яга, Государь. Сами справимся и вернём твою суженую.

— Да захочет ли она?

Глаша взглянула на меня как на последнего дурака в королевстве.

— Захочет. Потому что тот мир не родной ей, Государь. Из Тридесятого королевства твоя Василиса.

— Да как такое возможно? Яга сказала, что из мира людей её привела.

— Ну, да. А ещё она сказала, что девица троллей чувствует, — язвительно напомнила мне Глаша. — Или ты думаешь, Ягу просто так Зеркало привело к Василисе?

— Я уже ничего не понимаю… — Нет, я понимал, конечно, что Глаша позволяет себе говорить со мной так, как никто из прислуги ещё не позволял. Но теперь я догадывался, что она так проста. Что она связана как-то с Василисой, со мной и с Ягой. И что колдунья она, я тоже понимал. — Кто ты, Глаша?

А ведь сейчас я только вспомнил, что когда девицы-невесты служанок себе разбирали, ни одна из них Глашу не выбрала.

Уж не потому ли, что она сама так наколдовала, зная: вскоре Яга Василису приведёт?

Служанка-колдунья вздохнула, опустив руки, а потом вскинула на меня глаза и сказала:

— Аглаей меня зовут. Помнишь тот день, Государь, когда ты девицу на реке впервые поцеловал?

— Ещё бы мне не помнить, — нехорошее предчувствие сдавило грудь. — Я с тех пор никого поцеловать не могу, чтобы в Змея не обратиться.

— Так вот знай, король Елесей. Это я тебя заколдовала. Чтобы ни царевна твоя просватанная, ни любая другая девица женой тебе стать не смогла. Потому что царевну Марью, невесту, которую батюшка тебе в жёны выбрал, в младенчестве ещё Тьма подчинила. И была Марья злой ведьмой, что собиралась стать рядом с тобой королевой Тридесятого, а после от тебя избавиться.

— А Василиса-то тут с какого боку?

— А ты не понял? — усмехнулась Глаша. — Девицей той, с которой ты тогда на реке целовался, Василиса была. Она дочь моя. И племянница Яги.

— Твоя дочь и племянница Яги? Василиса?!

Кажется, я прокричал это имя, не зная, то ли радоваться мне, то ли нет. Ведь если то, что я услышал, было правдой, значит, Василиса на самом деле была моей парой и могла снять заклятие Змея.

А ещё насколько знал, колдовские способности по материнской линии всегда передавались…

А недавняя служанка Глаша, оказавшаяся колдуньей Аглаей и, надеюсь, моей будущей тёщей, между тем продолжала:

— Царевна Марья следила за тобой в тот вечер, вот и увидела, как ты мою дочь целовал. А в планы ведьмы это не входило. Она собиралась убить Василису, только не колдовством, а так чтоб наверняка. Уж не знаю, кто Марье посоветовал к Яге обратиться. Но она обратилась. За отравленным клинком для соперницы. Видать, сама во дворце побоялась яд готовить. А может, не из чего было. — Аглая пожала плечами. — Да и теперь какая разница?

— Отчего ж Яга царевну-ведьму не остановила?

— Она хотела Марью выгнать, но та к другому колдуну пошла бы, — пояснила Аглая. — В общем, моя сестра яд начала готовить, вроде как время тянуть, а мне наказала с дочерью спрятаться подальше отсюда.

— Стало быть, ты с дочерью в мире людей спряталась? — уточнил я очевидное. Это было самым логичным объяснением того, как Василиса там оказалась. — Постой. Если мы с твоей дочерью… знакомы, почему при встрече не признали друг друга? Почему Яга собственную племянницу не узнала?

— А это потому, Государь, что я, узнав о планах царевны Марьи, спрятала дочь под чарами. Изменила ей внешность и воспоминания. Не знаю, зачем. Наверное, из-за страха. Мне всё казалось, не остановится царевна Марья, придёт за моей девочкой. — Бывшая служанка украдкой сморгнула слезу. — В том мире я нашла хорошего мужчину, и какое-то время мы жили вместе как семья. Но потом мне понадобилось вернуться в Тридесятое.

— И что же случилось? — поинтересовался я у Аглаи.

— Тайны и ложь никого ещё до добра не довели. — Она посмотрела на меня, словно бы с упрёком. — Я не могла сообщить, куда ухожу. И так вышло, что тот мужчина в мире людей решил, будто я сбежала, бросила его и дочь. Пока меня не было, он встретил другую.

— Так быстро забыл о тебе? — удивился я неверности мужчины из мира людей.

Аглая чуть заметно дёрнула плечами. Было видно, что воспоминание о том человеке до сих пор причиняло ей боль. Однако она взяла себя в руки и продолжила:

— Я видела их в Зеркале в тот момент, когда он заносил её в дом в свадебном наряде. Тогда, чтобы меня никто не узнал, я и сама скрыла внешность под чарами. А ещё наложила заклятие на Зеркало Яги, искавшее невест для отборов. С тех пор я жила во дворце как прислуга, ожидая удобного момента вернуть Василису. — Она перевела дыхание и завершила рассказ: — А дальше, Государь, ты знаешь.

— А дальше я увидел её в Малом Тронном зале. — Наша с Василисой встреча и сейчас как наяву стояла перед глазами. — Теперь я понимаю, почему душа и сердце мои к ней потянулись. С такой силой, что я метку свадебную ей поставил тогда.

— Не тогда, Государь. Ещё на реке. В тот самый день. Я своими глазами видела. И, глядя на змейку на запястье дочери, колдовство Змея на тебя напустила. Знала, что его только Василисе, твоей истинной суженой под силу разрушить.

— Хм. Почему я не помню? Ты и мне воспоминания изменила? — Сдвинув брови, я впился взглядом в Аглаю.

Она отвела глаза в сторону и чуть громче с заметным раздражением спросила:

— Ты, Государь, желаешь и дальше тут стоять да о том, что минуло, языками чесать впустую? Или всё же готов исправить прошлые ошибки?

— Готов! — шагнув к Аглае, я протянул охранное кольцо Василисы. — Передай его дочери и скажи…

— Ты сам ей скажешь.

Я не успел и глазом моргнуть, как сестра Яги вновь звонко щёлкнула пальцами. Только на этот раз розового дымка не было.

Зато было кое-что другое…