Глава 63

Наташа

После разговора с Алиной легче почему-то не становится.

Даже как-то наоборот.

Теперь в голове вместо одной версии событий крутятся сразу три. И все одинаково дурацкие.

Я пытаюсь отвлечься сериалом — не помогает.

Потом книгой — тоже не помогает.

Потом начинаю гуглить вакансии — помогает, но ровно на семь минут.

После чего я снова думаю о Кравцове и о том, что все это значит.

Замечательно.

Ближе к ночи я решаю, что на сегодня хватит. Этот день официально объявляется худшим за последнее время.

Я иду в ванную, чтобы умыться, и вздрагиваю, когда вижу себя в зеркало.

Господи, кто это вообще?

Лицо бледное, нос красный, глаза опухшие. Такое ощущение, что меня неделю держали в заложниках и периодически били мокрым полотенцем. Поревела называется.

В дополнении к этому, на мне старый халат с котятами, который моя мама однажды назвала "позором женщины". Очень удобный, между прочим.

А волосы собраны в пучок при помощи двух карандашей, потому что резинку я куда-то засунула.

Красота, одним словом.

Та-а-ак… Тут нужна тяжелая артиллерия.

Я открываю шкафчик и начинаю перебирать баночки.

Увлажняющая… питательная… успокаивающая.

Вот. Успокаивающая.

Именно это сейчас и нужно. И коже, и мне.

Через несколько минут я уже сижу на диване с толстым слоем зеленой глины на лице.

Панда смотрит на меня с неодобрением.

— Я между прочим, старалась.

Панда явно считает, что недостаточно.

Я вздыхаю и включаю телевизор. Там что-то про природу — какие-то пингвины, им тяжело, но они справляются.

Завидую пингвинам.

И тут вдруг раздается звонок в дверь.

Я вздрагиваю. Смотрю на часы — почти десять вечера.

Потом иду открывать. Наверное, соседка. Или курьер ошибся адресом. Или… Да мало ли кто.

Я открываю дверь.

И забываю как дышать.

Потому что на площадке стоит Кравцов.

Несколько секунд мы просто смотрим друг на друга.

Он смотрит на маску. Потом на халат. Потом на карандаши в волосах. Потом снова на маску.

— Лебедева? — уточняет он не совсем уверенно.

— Нет, — говорю я.

И пытаюсь закрыть дверь.

Он успевает поставить ногу в проем.

— Даже не думай.

— Меня нет дома.

Он вновь окидывает меня взглядом с головы до ног. И задерживается на маске.

— Что у тебя с лицом?

— Ничего.

— Судя по цвету — интоксикация.

— Это маска!

— Очень на это надеюсь.

Я возмущенно фыркаю.

— Коты, — говорит он.

— Что?

Кивает на халат.

— На халате коты.

— Это подарок, — вру я. — Очень теплый халат.

И тут же злюсь на себя. Какого черта я вообще оправдываюсь?

— Ты плакала.

— Я?

— Да.

— С чего бы мне плакать?

— Я же вижу.

Я вновь фыркаю.

— Как вы вообще можете что-то видеть? У меня на лице зеленая маска.

— У тебя нос распух.

Черт.

— Ничего он не распух.

— Распух.

— Ладно, — говорю я. — Вы убедительно доказали, что я выгляжу ужасно. Дальше что?

Он несколько секунд молчит. Потом вдруг спрашивает:

— Можно войти?

Я моргаю.

— Нет.

— Нам надо поговорить.

— О! Хотите поговорить? Могли бы просто написать смс — так же проще.

— Наташа.

— Ладно, говорите.

— Разговор через дверь выглядит странно.

— А стоять ночью под дверью женщины и обсуждать ее нос — не странно?

— Нет.

Я тяжело вздыхаю.

— Ладно. Пять минут.

Он кивает, и я отступаю в сторону. Кравцов заходит в квартиру, закрывает дверь, останавливается посреди прихожей и молчит.

Ну класс! Он что, слова забыл?

Я складываю руки на груди.

— Зачем вы приехали?

Он смотрит на меня прямо.

— Ты знаешь зачем.

Я открываю рот. Закрываю. Охренеть просто!

— Нет, — раздражаюсь я. — Я не знаю. Потому что неделю назад вы очень доходчиво все объяснили. Смс. Алина. "Езжайте домой, отдыхайте." Кредит. Куда уж понятнее! Поэтому, что вы сейчас здесь забыли — я понятия не имею.

Он не оправдывается, а стоит и молчит. И это бесит еще больше.

Он зачем приехал? Просто постоять у меня в прихожей?

Злость в груди кипит.

— Нет, вы нормальный вообще? Приехали сюда на ночь глядя, стоите тут такой красивый, молчите как партизан, а я по вашему что — обрадоваться должна?

— Нет.

— Тогда что?! — я уже не сдерживаюсь. — Что вы от меня хотите, Кирилл Олегович? Я уволилась. Я ушла. У вас теперь все зашибись — тишина, порядок и никаких осложнений! Вы же этого хотели?

Он смотрит на меня.

— Я не хотел этого.

— Не хотели?! — взрываюсь я. — Как это не хотели, если вы для этого сделали все возможное?!

Я вдруг понимаю, что просто не могу сдерживать себя. Завожусь и не могу остановиться, потому что неделю держала это внутри, и теперь оно все лезет наружу.

— Вы вообще понимаете — я приехала в платье! — у меня срывается голос. — С прической! Я весь день ждала, я в салоне сидела, думала — вот сейчас, вот увижу его, у меня сердце подпрыгивало от волнения! Захожу — а там Алина! На моем диване! Та самая, которую я сама же и нашла!

Он делает шаг ко мне.

— Не подходите! — говорю я.

Он останавливается.

— А вы знаете, что я делала всю эту неделю? Нет? Я ревела! Да! Неделю! Я съела килограмм мороженого! У меня теперь от него прыщи! И уволилась, между прочим! С нормальной работы!

Я уже почти кричу. И мне плевать.

Пусть слышат соседи, весь дом. Да пусть хоть полиция приедет! Но я ему сейчас все выскажу!