Глава 24
Оказавшись дома, первым делом нахожу новую девушку согласную завтра приехать в Краснодар на свидание. Она чем-то похожа на Наташу внешне, да и характер у нее вроде бы покладистый. Но точно утверждать не могу: мы особо не переписываемся, договариваемся отложить знакомство до личной встречи.
Сначала я подумываю о том, чтобы скинуть фотографии новой знакомой Василию, но быстро от этой мысли отказываюсь. Он ведь может забраковать эту девушку, и мне придется впопыхах искать новую кандидатку в невесты. Ну уж нет! Сегодня я высплюсь. А Василий пусть томится в неизвестности, гадает, кого я ему нашла. Покажу ему фото прямо перед свиданием.
Злобно хихикая, я ложусь спать и почти мгновенно засыпаю. Но выспаться не удается, потому что (вот сюрприз!) около семи утра меня будит дверной звонок.
И кого опять принесло? В состоянии зомби я сползаю с дивана, накидываю халат и чапаю в прихожую. За входной дверью обнаруживается Сонька, почему-то в разгневанном виде.
– Таня, я все знаю! – кричит она, вваливаясь в квартиру. – Мила мне все рассказала!
От ее визгливой интонации я мгновенно просыпаюсь, хлопаю ресницами.
– Что она тебе рассказала?
– Про мужика твоего. Про то, что он тебе жену заказал, – тараторит Сонька. – И я на тебя, Таня, обиделась. Почему ты Миле этого мужика предложила, а мне нет?
– Сонь, ты же замужем, у тебя Федя.
– Так мне не для себя надо, – бурчит Соня. – Для племянниц – Вики и Марго.
– Но они же еще школьницы.
Она хмыкает:
– Тань, ты чего, они школу уже два года как окончили. Здоровые кобылы, одной восемнадцать, другой девятнадцать на днях стукнуло.
– Серьезно?
Я напрягаю память. Кажется, последний раз я видела Сониных племянниц лет пять назад – на Пашкиных крестинах. Они показались мне совсем маленькими. У одной, помню, волосы были розовые, а у другой голубые. А еще они обе были странно одеты: в красные платья с кружевными фартуками и зеленые колготки. У одной из девочек было сразу десять сережек в ухе, а у другой что-то на языке болталось. Брр!
Интересно, Вика и Марго поменяли стиль после окончания школы?
– Знаешь, Сонь, я могу, конечно, и твоим племянницам организовать свидание, – вкрадчиво произношу я. – Но сначала мне нужно на них взглянуть. Есть у тебя в телефоне фото?
– Я тебе их сейчас живьем покажу! – радостно сообщает Соня. Она выглядывает в коридор и вопит: – Девчонки, сюда идите: я договорилась.
В мою прихожую вплывают две упитанные девицы в леопардовых лосинах. У одной волосы по-прежнему розовые, а у другой уже русые. Но у русоволосой голова выбрита по бокам какими-то зигзагами, а еще у нее из носа торчит что-то вроде подковы.
– Здрасьте! – говорят девицы одновременно.
– Это Вика, старшая сестра, – напоминает Соня, показывая на девушку с розовыми волосами. – А это Марго, младшенькая. – Соня хлопает по бедру русоволосую, которая выглядит крупней сестры и килограммов на двадцать тяжелей.
Я окидываю девушек взглядом: да, они повзрослели, но со стилем все те же проблемы. Сейчас семь утра, а обе девушки размалеваны как матрешки. На обеих какие-то уродские обтягивающие майки, из-под которых торчат бретельки ярко-красных лифчиков.
Вика поправляет розовую шевелюру, а Марго с отсутствующим видом жует жвачку. Пока я ее разглядываю, она без всякого стеснения надувает огромный пузырь, тот лопается. Чпок!
– Так, младшую сразу вычеркиваем, – говорю я.
Она аж подпрыгивает, а потом орет утробным голосом:
– Что? Почему это вы меня хотите вычеркнуть?
– Да, почему? – хмурится Соня. – У Вики так-то еще ухажер есть, а Марго у нас совершенно одинока.
– Марго по возрасту не подходит, – с грустным видом сообщаю я. – К сожалению.
У младшенькой тут же, как по щелчку, на глаза наворачиваются слезы. Соня бросается ее обнимать, приговаривает:
– Марго, ну не расстраивайся ты так, не надо. Вот, смотри, сейчас Вика замуж выйдет, а там она и тебе жениха найдет. Подберет из деловых партнеров мужа. Правда, Вик?
– Базара нет! – кивает та. – Сто пудов, надыбаю ей потом зачетного кренделя.
Она собирает розовые волосы в хвост, и я вижу, что десяток сережек с ее левого уха никуда не делся. Да уж! Вика нам с Кузнецовым тоже совсем не подходит. Но как сказать об этом Соне? Никак.
– У моего заказчика есть определенные требования к невесте, – предупреждаю я. – Вика, ты готова полностью изменить свой внешний вид, чтобы ему угодить?
Она задумывается, морщит лоб.
– Конечно, она готова! – поспешно отвечает за племянницу Соня. – Ради любимого мужчины каждая из нас готова меняться. Какие там у твоего заказчика требования, рассказывай!
– В первую очередь, нужно смыть весь макияж и перекрасить волосы, – говорю я. – В их естественный цвет.
Вика смотрит на меня с легкой тревогой.
– Еще нужно снять все сережки и кольца, – продолжаю я. – И сменить наряд на длинное закрытое платье без вызывающих принтов. Сланцы следует сменить на туфли или закрытые босоножки.
– Зашквар какой! – хмыкает Вика. – Ваш заказчик тот еще душнила.
Сонька смотрит на нее угрожающе, потом поворачивается ко мне.
– Мы все сделаем, Танюш. Прямо сейчас поедем в салон красоты и за покупками.
– Ногти тоже приведите в порядок, – бурчу я, косясь на желтый лак на руках Вики. – Сделайте маникюр, покрасьте ногти в светло-розовый цвет.
– Ага, я запомнила, – кивает Соня.
– Как закончите работать над образом, скинь мне фото. Если все будет в порядке, я в ответ пришлю вам название кафе, куда нужно подъехать к семи часам.
Девушки разворачиваются, чтобы покинуть квартиру, и моему взору открывается просто огромная татуировка на спине Вики. Я чуть не вскрикиваю от неожиданности.
Нет, Кузнецов меня все-таки убьет за такую кандидатуру.
– Стойте, девочки!
– Что-то еще вспомнила? – Соня смотрит на меня с щенячьей преданностью. Вот уж не думала, что ей так не терпится выдать племянниц замуж.
– Платье должно быть полностью закрытым, – даю еще одно распоряжение я. – Оно должно скрыть все татуировки.
Вика смотрит на меня с ужасом. Зато Марго гнусно хихикает:
– Кажется, у тебя траблы, сеструха! Не катишь ты этому токсику.
– Викусь, у тебя же еще и на голени тату, да? – вспоминает Соня. – Ну ничего, подберем тебе что-нибудь длинное, до щиколоток.
– А может, все-таки меня вместо нее возьмете? – бурчит Марго. – У меня ни одной татуировки.
– Слышь, систер, уймись уже, – шипит Вика. – Олды ясно сказали: ты по возрасту не канаешь.
Мне хочется схватиться за голову.
– Девочки, вы почему так ужасно разговариваете?
– В смысле? – переспрашивают они хором. У обеих в глазах недоумение.
– Вы используете слишком много сленга, – поясняю я. – Моему заказчику такое не нравится.
Они переглядываются, Вика высовывает язык и закатывает глаза. Видимо, показывает этим, как достали ее уже мои рекомендации. Но тут опять вмешивается Соня.
– Мы и над речью поработаем, – заверяет она. – Даже не сомневайся.
Она уводит девочек, а я возвращаюсь в комнату, падаю на диван. Боже, что я опять творю? Василия кондрашка хватит от такой невесты, как Вика.
Впрочем, так ему и надо.
***
После двух часов Соня присылает мне несколько фото преображенной Вики. Девушку не узнать. У нее теперь красивые каштановые волосы, которые закрывают лопатки, а с ними и тату. Косметики на лице Вики почти незаметно, но ее кожа прямо светится. Ресницы стали гуще, брови изящней. Скромное платье персикового оттенка, пришедшее на смену уродливым лосинам и майке, делает Вику похожей на какую-нибудь речную нимфу.
«Классная!» – пишу я Соне и сбрасываю адрес «Шоколадки».
Потом я пересылаю Викины фото Василию. В этот раз мне не хочется врать, потому я сразу предупреждаю его, что Вика не из станицы, а наша, краснодарская.
«Это не должно вас смущать, – убеждаю я. – Девушка о вас точно ничего не слышала. Она из простой семьи, с бизнесменами не якшается».
Василий не спорит.
«Где встретимся?» – уточняю я.
«Давай у «Шоколадки». Тебя подкинет Веня, а я подскочу из другого места».
«Хорошо!»
Я откладываю телефон и мысленно убеждаю себя, что мне плевать, куда он там перед свиданием намылился. Если все опять пройдет плохо, я просто свалю и забуду Кузнецова как страшный сон. Возьму и устроюсь к Тарасову, и, может, у нас с ним даже что-нибудь получится.
Чтобы отвлечься от мыслей о свидании, я затеваю небольшую уборку. Она как бы давно требовалась, да все руки не доходили. Я протираю подоконники и шкаф, отмываю до блеска зеркало в прихожей. Настроение само собой налаживается, я даже немного напеваю, пока орудую тряпкой.
В распахнутое окно дует ветер, приносит с собой ароматы свежести и трав.
Отчистив еще и плиту с раковиной, я решаю вымыть пол. Я не спеша набираю в ведро воды, загибаюсь над ним с тряпкой, и вдруг меня осеняет: я не отменила встречу с той девушкой, с которой переписывалась вчера. А-а-а!
Отшвырнув тряпку и едва не запнувшись о ведро, я бегу к ноутбуку и лезу в «Контактик». По-быстрому сочиняю слезное письмо.
«Милая Оля, к сожалению, я вынужден перенести нашу встречу. Видимо, я немного простыл: сейчас я в постели с температурой и ужасной головной болью. Прости, что так вышло. Как поправлюсь, я тебе сразу напишу, и мы отметим мое выздоровление в каком-нибудь милом ресторанчике».
Я отправляю письмо и проверяю, когда Оля была онлайн. Оказывается, последний раз она выходила в интернет около полуночи. Вот черт! А вдруг она не увидит мое письмо до семи часов?
Я чувствую, как под ложечкой разливается противный холодок. Не хватало только, чтобы и Оля притащилась сегодня в «Шоколадку». Но ведь этого не случится, правда? Оля обязательно заглянет в «Контактик» перед свиданием. До него, в принципе, еще куча времени.
***
Без десяти семь Веня высаживает меня у крыльца «Шоколадки». Я оглядываюсь по сторонам: ни Василия, ни Вики пока не видно, но это не страшно, подожду.
Я присаживаюсь на скамью у входа и лезу через телефон в интернет. Дрожащими руками открываю страничку Оли и тут же беззвучно матерюсь. Оля все еще не была в сети! Ну как так-то?
Я снова озираюсь. Оли не видно, но ведь она могла прийти раньше и зайти в «Шоколадку». На улице еще жарко, все вокруг стремятся под кондиционер.
Подскочив со скамьи, я влетаю на крыльцо и тяну на себя дверь.
Сегодня в «Шоколадке» довольно людно, отовсюду слышатся громкие веселые разговоры и смех. Я скольжу взглядом по головам. Так-так… у окна не Оля? Нет, не она. И за столиками у стены ее тоже не видно.
Для собственного успокоения, я заглядываю даже в туалет. Там пусто.
Через минуту я возвращаюсь на улицу и тут же налетаю на Василия. Он стоит на крыльце с красивым маленьким букетом в руках, глазеет по сторонам. На Василии стильная белоснежная рубашка и модные светло-бежевые брюки. Лицо его гладко выбрито, волосы уложены гелем. В общем, выглядит Василий на десять из десяти, мне даже немного непривычно.
– Добрый вечер, – говорю я с улыбкой. – Уж не в барбершоп ли вы наведывались перед свиданием?
– Что? – Василий хмурится, скользит по мне неприязненным взглядом. – Я прямо с совещания.
– Тем не менее отлично выглядите.
– Спасибо.
Я замираю в ожидании ответного комплимента, но его нет. Странно! Мне казалось, я тоже неплохо выгляжу: надела свое лучшее платье, завила волосы.
Василий некоторое время смотрит сквозь меня, но потом спохватывается:
– Танчик, ты чего молчишь-то? Рассказывай давай по-быстрому, что я должен знать о девушке, которую жду.
Его голос невероятно серьезен, лицо излучает собранность и решимость. Я чувствую укол странного неприятного чувства, похожего на досаду.
С чего Василий такой? Фотографии впечатлили?
Впрочем, какое мне до этого дела?
– Девушку зовут Виктория, – понизив голос, сообщаю я. – Вы с ней договорились отложить все разговоры до встречи вживую, так что можете не бояться сболтнуть лишнего. Она о вас совсем ничего не знает.
– Чудесно! – кивает он. – А вон, кажется, и она.
Василий тут же отшатывается, потом спускается с крыльца.
К «Шоколадке» и правда плывет Вика. В жизни она выглядит еще лучше, чем на фото. Ее волосы развиваются при ходьбе, длинное шелковое платье красиво облегает фигуру.
Вика подходит к Василию и замирает, опустив ресницы. Прямо как настоящая скромница, истинная леди.
Василий, как и я, поражен. Он молча любуется Викой секунд пятнадцать. Потом все же спохватывается, вручает ей букет и сыплет комплиментами. Вика красиво смущается, ее щеки чуть розовеют. Василий не отрывает от Вики восторженного взгляда.
Вот уж не думала, что она ему понравится. Неужели мужчины и правда так падки на молодость и свежесть?
Василий и Вика перекидываются парой фраз о погоде, а потом идут к крыльцу. Вика, забыв о тату на голени, приподнимает подол рукой, чтобы подняться по ступеням. Но нам везет: Василий не смотрит на ее ноги. Он поддерживает Вику под руку и уже увлеченно рассказывает ей какую-то веселую историю. Вика заливисто смеется, смех у нее красивый, нежный, как колокольчики.
Василий открывает для Вики дверь. Когда она проходит в зал, он чуть мешкает, смотрит на меня вопросительно.
– Я потом, – одними губами шепчу я.
Василий едва заметно кивает и следует за своей спутницей.
Оставшись одна, я еще раз проверяю переписку с Олей. Мое последнее письмо так и не прочитано. Чертова Оля может заявиться в любой момент.
Я стою на крыльце и нервно озираюсь. Нет, ну угораздило же вляпаться!