Угроза для оракула

Все свои дела в Управлении Нолан постарался завершить как можно скорее: отчёты от сотрудников перенёс на другие дни, раздал кое-какие указания. И скорее к выходу направился. Очень уж хотелось поскорее к Юни вернуться.

И всё же cработой мужчине пришлось немного задержаться.

— Господин Нолан — остановил главу Управления у самого выхода знакомый голос. Голос следователя Ильсона Монга. Одного из тех, кто вёл расследование дела Хейи Собонг — Как же хорошо, что я успел вас догнать. Мне бы хотелось обсудить с вами кое-что… очень важное.

— Это важное никак не может подождать до завтра? — обернувшись, уточнил у подчинённого Нолан Лим. Но тут же приметил, насколько напряжённым, даже взволнованным выглядел опытный следователь. Значит, случилось что-то, действительно, серьёзное — Вообще-то, я очень спешу. Поэтому, поговорим в экипаже — и жестом пригласил следовать за ним.

Ильсон Монг согласно кивнул.

— Да, это даже хорошо — сказал он — В экипаже нас точно никто не сможет подслушать.

— Опасаешься, что наш разговор могут подслушать? Неужели то, что ты хочешь мне сообщить, настолько плохо? — уточнил Нолан Лим, устраиваясь на сидении — И, кстати, почему ты один, где твой напарник?

— Вот о своём напарнике я и хотел бы с вами поговорить — со вздохом произнёс Ильсон.

— И что с ним? — напрягся Нолан.

Следователь Монг снова вздохнул.

— Я очень долго сомневался, думал, что мне это лишь кажется. И я до сих пор искренне надеюсь, что я всё же ошибаюсь — расплывчато начал он и на миг замолчал, посмотрел прямо на своего начальника — Но у меня есть все основания подозревать, что мой напарник Миджин Кьён перешёл на сторону врага. Я подозреваю, что каким-то образом Миджин сам, в одиночку, узнал, кто наш маньяк. Но не говорит об этом нам, а наоборот, покрывает негодяя. А ещё, возможно, снабжает того информацией о ходе расследования.

На несколько мгновений в экипаже воцарилось напряжённое молчание, перебиваемое лишь постукиванием колёс. Нолан недовольно зубами скрипнул. Уж чего-чего, а к подобной новости он совершенно не был готов. Чтобы следователь Центрального Управления вздумал покрывать убийцу? Да подобное в голове не укладывалось! Хотя, надо признать, в последнее время Нолану и самому казалось, что следователь Кьён что-то утаивает.

Мужчина постарался вспомнить всё, что ему известно о следователе Миджине Кьёне. Вроде бы, ничего примечательного. Ему чуть больше тридцати, женат, двое детей. Проживает в неплохом доме, в хорошем районе. Происходит из семьи довольно успешного торговца. Жалование следователей в Центральном управлении превышало жалование следователей в других отделениях раза в три точно. В общем, следователь Миджин точно не бедствовал, но и богачом его назвать было нельзя. Так неужели он согласился перейти на сторону преступника, потому что тот ему очень хорошо заплатил?

Или же для предательства была иная причина?

— Рассказывай. Всё, что знаешь — коротко бросил Нолан.

— Вы помните, как поручили нам с Миджином объехать все деревни, что расположены возле дороги на столицу?

— Разумеется, помню — кивнул глава — Собственно, тогда твой напарник заверил меня, что жители тех деревень никого подозрительного никогда не видели.

— Совершенно верно, господин Нолан. И поначалу я даже не усомнился в словах Миджина, а вот потом… Мы с ним должны были выяснить, какими маршрутами лысый толстяк и высокий со странным голосом приходили к дому госпожи Хейи. Мы опрашивали всех, кого только можно — следователь недовольно поморщился — Я ещё в тот момент подумал, что с Миджином что-то не то. Он почти не слушал, что говорят ему возможные свидетели, словно… словно только делал вид, что опрашивает их и интересуется информацией. А несколько дней назад нам повезло… Портниха из ателье с одной из соседних улиц припомнила, что видела лысого толстяка, который садился в экипаж. Экипаж, запряжённый лошадью необычного бело-рыжего цвета. И сторону, в которую тот экипаж укатил, указала — Ильсон Монг снова недовольно поморщился.

— Так вам удалось узнать, куда именно экипаж отправился? — поторопил следователя Нолан Лим, и тот продолжил:

— Я задержался в ателье, чтобы ещё и с помощницей портнихи потолковать. Вдруг, и она что-то видела. В указанном портнихой направлении отправил Миджина. А он впоследствии заявил, что экипаж, в котором толстяк сидел, никто не вспомнил, а потому и путь экипажа отследить невозможно. Собственно, именно в тот момент я и начал понимать, что мой напарник что-то темнит — следователь замолчал на мгновение, в окно посмотрел — Следующим утром я сам отправился людей расспрашивать, Миджину ничего про это не сказал. Так за пару часов я встретил троих, кто вспомнил экипаж, запряжённый лошадью необычной расцветки! Полностью его путь, к сожалению, я не отследил, но мне удалось узнать, что экипаж двигался в сторону выезда из города. К той самой дороге, что ведёт на столицу.

— Ясно — буркнул Нолан. Что же, из всего повествования Ильсона Монга можно было сделать один важный вывод: его напарник просто ужасный следователь, который даже опросить свидетелей нормально не может и на улики должного внимания не обращает, а потому должен быть немедленно уволен с занимаемой должности. Или же должен быть переведён на другую менее ответственную должность. Но безответственность и безалаберность в работе вовсе не означают, что Кьён перешёл на сторону преступника. Так почему же Монг считает иначе? Нолан тут же озвучил этот вопрос.

— Я предложил Миджину снова отправиться за город, на этот раз вместе. Чтобы снова порасспрашивать жителей деревень на предмет того, видели ли они лысого толстяка или высокого со странным голосом — принялся разъяснять следователь — Так он не просто начал отказываться от этой затеи, а ещё и меня принялся отговаривать от поездки. При этом он заметно нервничал. Но знаете, господин Нолан, даже в тот момент я ещё не был готов подозревать его в сговоре с преступником. А вот вчера вечером…

— А что вчера вечером? — подобрался глава управления.

— Знаете, мы с Миджином живём буквально на соседних улицах — начал следователь как-то совсем издалека — И вчера, возвращаясь домой, я проходил мимо его дома — Ильсон заметно напрягся — Я заметил, как из дома Миджина Кьёна выходил незнакомый мне мужчина. Притом, Миджин вышел его проводить до самой калитки, а значит, был с ним знаком… Этот неизвестный мне человек был одет в длинный серый плащ, сам невысокий, полноватый, с лысиной на голове. На голову он поспешно нацепил шляпу. Затем вскочил на лошадь и скрылся. К сожалению, мне не удалось его догнать. И кстати… — добавил следователь — Лошадь толстяка имела очень необычный окрас. Рыжая, с мелкими белыми пятнами.

— Вот даже как — невесело усмехнулся Нолан — Так, ладно. Ты лучше скажи, Миджин Кьён знает о том, что ты видел его вчерашнего гостя?

— Нет — покачал головой Ильсон Монг — Вчера было уже достаточно темно, и он меня не заметил. А сегодня утром я спросил его, чем он вчера занимался.

— И что же он ответил?

— Сказал, что его жена с детьми уехала куда-то за город родственников навестить, поэтому весь вчерашний вечер он сидел дома совершенно один и читал какую-то скучную книгу. Ах, да, вот ещё что… — спохватился следователь — До вчерашнего вечера я не обращал на это внимания, но… Но все прошедшие дни Миджин периодически расспрашивал меня и всех, кто хоть как-то привлечён к расследованию убийства госпожи Хейи Собонг, о том, не знаем ли мы, кто же тот свидетель, который посоветовал вам искать следы преступника в деревнях у дороги, что ведёт на столицу.

Нолан Лим крепко сжал ладони в кулаки, глаза его гневно полыхнули. Но он тут же постарался взять себя в руки, сделал глубокий успокаивающих вдох.

— Значит так — произнёс он — Обо всём, что ты мне сейчас поведал, напиши мне подробный отчёт. Сегодня к вечеру он должен лежать у меня на столе.

— Как прикажете, господин Нолан — поспешно отозвался следователь.

— А ещё — добавил глава управления — Ты должен сделать вот что…

Высадив по пути следователя Монга, Нолан двинулся в сторону заветного адреса. Береговая улица, третий переулок, четвёртый дом с краю. Дом зеленоглазки Юни.

Как и накануне вечером, мужчину вновь одолевала тревога и беспокойство за девушку. Что немудрено. Как теперь не волноваться за Юни, если маньяк её уже вовсю разыскивает? Ведь понятно, по чьему указу предатель Миджин Кьён расспрашивает других следователей о «свидетеле». К счастью, ни Миджин, ни сам маньяк пока не знают, кто именно указал дорогу к логову преступника. Но это пока не знают… Страшно подумать, что будет, если каким-то образом правда о «свидетеле» станет им известна.

Доехав до нужной улицы и выбравшись из экипажа, Нолан строго-настрого велел кучеру на месте оставаться и ждать его возвращения, не смотря на то, что возвращение может и до вечера затянуться. А сам чуть ли не бегом к переулку бросился. Через пару минут он уже стоял возле дома, в котором провёл вчерашнюю ночь, и громко стучал в дверь. И не сдержал облегчённого выдоха, когда внутри дома послышались тихие шаги.

Щёлкнул замок, и вот на пороге появилась девушка. Черноволосая, зеленоглазая, как всегда невероятно красивая и притягательная. Завидев своего гостя, зеленоглазка улыбнулась. Нолан шагнул в дом, прикрыв за собой дверь, а в следующий миг заключил девушку в объятья, прижал к себе крепко-крепко и поцеловал. Жадно, страстно. Словно он не виделся с ней ни каких-то три-четыре часа, а несколько долгих лет!

— Как же я рад, что с тобой всё в порядке — выдохнул он с заметным облегчением.

— А что со мной могло случиться? — удивлённо откликнулась зеленоглазка, отступая на шаг — Я же дома. Никуда не выходила, как ты и просил.

— Во-первых, я не был уверен, что ты меня послушаешь — улыбнулся Нолан, но при коротком воспоминании о маньяке, в списке потенциальных жертв которого теперь числилась и Юни, улыбка его быстро померкла.

— А что во-вторых? — полюбопытствовала девушка.

И Нолан поначалу хотел отговориться какими-нибудь общими фразами. Соврать. Тревожить зеленоглазку правдой совсем не хотелось. Но, подумав, пришёл к выводу, что скрывать что-то от оракула, пусть и необученного — не самая лучшая затея. Ведь Юни всё равно всё узнает.

«Интересно, какого это? — в мыслях Нолана сам собой всплыл вопрос — Какого это, когда твоя жена настоящий оракул? Она же будет всё- всё о тебе знать, от неё ничего не скроешь, не утаишь» — и решительно мотнул головой, прогоняя прочь столь несвоевременные мысли. У них маньяк на свободе разгуливает! Вчера ночью он совершенно беспрепятственно смог проникнуть в дом намеченной жертвы! Сегодня выяснилось, что негодяй переманил на свою сторону одного из следователей! Вот о чём сейчас в первую очередь думать надо!

А вот о том, что в мыслях он уже совершенно спокойно и даже уверенно называет зеленоглазку женой, Нолан решил не задумываться.

— Как выяснилось, безликий, как ты его называешь, уже знает о том, что у следствия появился какой-то очень важный свидетель. Свидетель, который рассказал, что логово преступника недалеко от дороги, что ведёт на столицу — тихо признался мужчина — И теперь маньяк сделает всё возможное, чтобы отыскать этого свидетеля.

Девушка обхватила себя руками за плечи, зябко поёжилась. Вообще-то, Юни лучше кого бы то ни было знала, что может ожидать её, если она всё же окажется в лапах преступника. И будь на её месте любая другая, то она уже давно закатила бы истерику со слезами, стонами, заламыванием рук и выкриками «я не хочу умирать». Но зеленоглазка держалась очень стойко. Головой мотнула и спину распрямила.

— Понятно — пробормотала она куда-то в сторону — А как ты узнал, что безликий теперь охотится и за свидетелем… то есть за мной?

— Долгая история — поморщился Нолан — На самом деле, я и сам ещё не знаю всех подробностей.

Расспрашивать девушка не стала, согласно покивала, а потом в её глазах зажглось любопытство, смешанное с тревогой.

— А Маили? — вспомнила она своё ночное видение — Ты был у неё дома? Она там? Маньяк ведь не успел до неё добраться, правда? — и столько надежды в её взгляде.

— Правда — не стал томить Нолан.

И Юни снова улыбнулась ему, тепло и с благодарностью. Словно в том, что Маили Кьято жива, исключительно его заслуга.

— Ну слава Богу — выдохнула она. И по сторонам обернулась, слегка нахмурилась — А что мы всё в прихожей стоим? Пойдём на кухню. Ты ведь сегодня с самого утра убежал, даже не завтракал — за руку мужчину ухватила и настойчиво потянула за собой.

И вот Нолан уже сидит за столом в небольшой, но очень уютной кухонке. И Юни, как истинная хозяюшка, что-то суетится вокруг него. И вот перед мужчиной уже стоит тарелка горячего супа, а рядом овощи с ароматной запечённой рыбкой, выловленной в полноводной Мангане.

— Ты очень вкусно готовишь — похвалил гость хозяйку, и ведь ни капли не соврал! А та в ответ рассеянно кивнула и тоже за стол уселась, держа в руках чашку с горячим травяным чаем.

— Так что там с Маили? — вернулась к начатому разговору девушка.

— С ней всё в порядке, она дома — первым делом успокоил хозяйку гость — Когда я с самого утра пришёл к ней домой и обвинил её отца в том, что он, зная о нависшей над дочерью угрозе, позволил ей покинуть пределы дома и отправиться на какой-то очередной приём… — откладывая в сторону столовые приборы, заговорил Нолан — Отец её, мягко говоря, очень удивился. И заверил меня в том, что Маили Кьято никуда из дома не выходила.

— Так, выходит, то, что я во сне видела… — растерянно и виновато залопотала Юни, но её перебили.

— И тем не менее, вчера ночью Маили, действительно, была на приёме — Нолан хмыкнул и осуждающе головой покачал — Они решили, что раз девушке нельзя выходить из дома, то почему бы не собрать гостей у себя.

— Это что же получается… безликий вчера был в доме у намеченной жертвы? — с ходу ухватила суть зеленоглазка.

— Боюсь, что так — нехотя подтвердил глава управления — Но есть и хорошие новости. Во-первых, вчера маньяк так и не решился подойти к Маили, или же попросту не смог из-за большого количества свидетелей. А во-вторых… — мужчина сунул руку в карман и достал сложенный вчетверо листок со списком имён.

— Что это? — заинтересовалась Юни, и Нолан передал ей лист, поясняя — Это список гостей, которые были вчера на приёме в доме Маили Кьято. И один из них наш маньяк. Круг подозреваемых заметно сузился.

Девушка слегка нахмурилась, пробегая взглядом по списку.

— Кстати, все эти люди присутствовали и на губернаторском приёме — добавил мужчина — Ты ведь тоже там была. Возможно, на приёме у губернатора кто-то из них чем-то привлёк твоё внимание?

— На губернаторском приёме я никого, кроме Маили, толком не запомнила — Юни головой рассеянно покачала и печально вздохнула, вернула листок — Я даже не знаю, узнаю ли хоть кого-то из тех, с кем меня знакомили, если случайно на улице встречу.

— Жаль — обронил Нолан — Но сегодня нам ещё предстоит разговор с твоей матерью. Будем надеяться, что внешность того негодяя, который чуть не убил тебя пять лет назад, она хорошо запомнила.

— Да уж — буркнула в ответ девушка, делая последний глоток чая и отставляя чашку в сторону — Представляю, как она с порога начнёт обвинять меня во всех проблемах и бедах в её жизни, а когда поймёт, что мы к ней с важным разговором, тут же денег начнёт требовать. И это нам ещё повезёт, если она дома будет — вздохнув, зеленоглазка поднялась на ноги, легко подхватила стоящую на столе грязную посуду, отнесла в мойку — А ведь я искренне надеялась, что после того, как я увезла сестёр в школу, больше мне на острове Тио бывать не придётся.

— Постараемся сделать так, чтобы этот твой визит на остров синих огней точно стал последним — ответил ей Нолан Лим.

Несколько минут спустя парочка покинула пределы дома. Девушка дверь заперла, ключ в сумочку спрятала. А мужчина любезно придержал перед ней дверцу калитки. Нолан и Юни уверенно двинулись в сторону моста, ведущего к острову. И при этом никто из них не заметил, как за их уходом наблюдают двое мужчин, что почти одновременно подошли к дому на улице Береговой.

Надо сказать, что эти двое мужчин ранее друг с другом и знакомы-то не были. И к одному и тому же дому в одно и то же время подошли по чистой случайности.

Мужчины были примерно одного возраста, но при этом отличались друг от друга, как небо и земля. Один из них был одет в добротную одежду из хорошей ткани, явно сшитую по индивидуальному заказу, подбородок гладко выбрит, волосы аккуратно зачёсаны, ногти на идеально чистых руках ровно подстрижены. А вот второй одет был чуть ли ни в лохмотья: поношенные и грязные рубашка и штаны, до дыр стёртые ботики, на плечах видавший виды камзол явно с чужого плеча. Волосы грязные, растрёпанные, недельная щетина на подбородке, руки грязные, ещё и синяк под левым глазом.

Мужчины как-то сразу поняли, что пришли они по одному и тому же адресу и наблюдают за одной и той же удаляющейся парочкой. Сначала они лишь неуверенно переглянулись между собой. А затем тот, что побогаче, медленно приблизился ко второму, задумчиво оглядел его с ног до головы.

— Я так понимаю, ты тоже пришёл к этой выскочке Юни? Неужто, она и тебе что-то задолжала? — спросил он голосом, полным ядовитого презрения. Второй, тот, что победнее, ответил неуверенным кивком.

* * *

О том, что после её ухода, к ней гости пожаловали, Юни Хонг и не подозревала. Она стояла посреди одной из улиц острова Тио и задумчиво поглядывала на дом, в котором ей когда-то довелось пожить.

Дом в два этажа из уже порядком погнившего дерева. Окна заколочены такими же погнившими и дырявыми досками, покосившееся крыльцо, дырявая крыша. И до боли знакомый стоящий у порога синий фонарик. Мда… годы идут, а Идзи Квон не меняется: продолжает жить за счёт того, что продаёт своё тело любому, кто готов заплатить. И если когда-то желающих заплатить у женщины было столько, что Идзи могла из этих желающих выбирать, теперь же, в силу возраста, никакого выбора не осталось. Пройдёт ещё немного времени, и о клиентах женщине и вовсе придётся позабыть. А дальше… или просить милостыню у дороги, или и вовсе умереть голодной смертью.

Когда Юни начинала раздумывать над тем, какая судьба ждёт женщину, которая её родила, ей становилось её ужасно жаль. Просыпалось желание как-то поддержать, помочь. Но это желание так же быстро умирало, стоило девушке лишь начать какой-то разговор с Идзи Квон. Ведь ничего, кроме обвинений и проклятий в адрес родной дочери, от Идзи было не услышать.

— Ну что? — вывел Юни из задумчивости голос стоящего рядом Нолана — Так и будем здесь стоять, или всё же зайдём внутрь?

— Пойдём — кивнула девушка — Надеюсь, она дома.

— Думаю, если фонарь горит, то точно дома — заметил мужчина.

Юни могла бы и сама отпереть входную дверь и беспрепятственно пройти внутрь, но в этот раз всё же решила постучать. Один нерешительный стук, второй, третий…

— Открыто — раздался по ту сторону слащавый женский голос — Заходи, дорогой гость, не стесняйся.

Юни хмыкнула, но дверь, которая, и правда, была не заперта, открыла, вошла в дом. Нерешительно на Нолана обернулась, который следовал за ней, а тот в ответ ободряюще головой кивнул.

— Направо первая дверь — снова мурлыкнул голос Идзи Квон. На счастье, голос звучал бодро, уверенно. Можно даже было понадеяться, что на этот раз хозяйка дома была совершенно трезвой — Я очень жду тебя, красавчик.

Юни тяжко вздохнула и толкнула хлипкую дверцу в указанную комнатку.

Внутри царила почти полная темнота. Единственное окно мало того, что было заколочено, так ещё и какой-то тканью было завешано, свет лился лишь из щелей в стенах. В центре комнатки стояла старая деревянная кровать. Собственно, это был единственный предмет мебели в комнате. На кровати старая дырявая простынь, да такое же старое одеяло.

— Ну что ты встал на пороге? Иди скорее ко мне — раздалось из-под этого одеяла, и только тогда Юни рассмотрела на кровати очертания скрытой фигуры, да кокетливо выглядывающие лодыжки.

А это уже что-то новенькое.

— Ты теперь клиентов встречаешь не у порога, а в темноте и под одеялом? — полюбопытствовала девушка.

Фигура на кровати мгновенно села, отбрасывая одеяло в сторону.

— Юни⁈ — злобно прошипела Идзи Квон голосом, вмиг изменившимся с приторно-ласкового на гневно-обвиняющий — А ты что здесь забыла, негодяйка?

— Да вот, пришла тебя проведать — отозвалась девушка, подошла к окну и попыталась сдёрнуть с него занавесь.

— Ты что творишь? — тут же возмутилась «матушка» — А ну оставь, как есть!

— Тебе, и правда, нравится в темноте сидеть? — искренне удивилась Юни, но от окна отошла, плечами безразлично пожала.

— Причём тут нравится или не нравится — проворчала Идзи, поднялась на ноги и подвязала на поясе рваную тряпку, называемую халатом — Сама знаешь, в последние годы клиенты меня не жалуют, кого помоложе всё выискивают. А так они приходят, делают своё дело, меня не видя. Даже расплачиваются прямо так, в темноте. И только потом, когда я выхожу их до двери провожать, понимают, что мне уже давно не двадцать и даже не тридцать. Некоторые, конечно, возмущаются, что я, мол, их обманула. Даже деньги вернуть требуют! Хотя, в чём это я их обманывала? Они ведь хотели «повеселиться» в моём доме? Они повеселились. Так в чём проблема? — женщина вдруг осеклась, заметив в проёме мужскую фигуру Нолана — А ты кто-такой будешь? Ты ко мне по «делу»? — поинтересовалась она с намёком — Или ты с ней? — на дочь кивнула.

— Это со мной — ответила за мужчину Юни — Вообще-то, мы пришли с тобой поговорить.

— Ах, поговорить — усмехнулась хозяйка — Ну что же, можем и поговорить. Только лучше на кухне — и направилась прочь из комнаты.

Нолан и Юни двинулись за ней следом.

Идзи Квон остановилась посреди кухни, спиной к своим гостям. Оперлась руками на столик и голову вниз опустила.

— Ладно, рассказывай, о чём поговорить хотела? — произнесла хрипло и устало.

Отвечать Юни не спешила. С тех пор, как она была здесь в последний раз, на кухне что-то изменилось. Но поначалу девушка никак не могла понять, что же именно. Вроде бы всё то же маленькое запылённое помещение, минимум мебели. И только потом поняла…

— А куда ты всю посуду перепрятала? — спросила она у «матушки». Не было видно ни деревянных ложек, ни тарелок из керамики, даже чугунный котелок, в котором воду кипятили, и тот куда-то пропал.

— Я не перепрятала, а отдала. Обменяла — спокойно возразила женщина — Ведь на этом проклятом острове даже выпить тебе никто просто так не нальёт. Все что-то взамен требуют. Вот я и подумала, а зачем мне посуда?

— Ты обменяла посуду на выпивку? — всплеснула руками Юни. Вопрос был совершенно риторическим, и ответ на него не требовался. Девушка с виноватым видом обернулась на Нолана, словно молчаливо извинялась перед ним за то, что ему приходится смотреть на столь глупое и безответственное поведение её «матери». Но мужчина взирал на всё происходящее с совершенно безразличным видом. И терпеливо ждал, когда можно будет к расспросам приступить.

А потом Идзи Квон обернулась, и Юни еле сдержалась, чтобы не вскрикнуть, ладонь ко рту поспешно прижала. Да и Нолан за её спиной громко вздохнул и что-то тихо проворчал.

— Что? — насмешливо произнесла хозяйка дома — Не нравится вам мой внешний вид? — и на дочь злобно зыркнула — Всё ты виновата. Это из-за тебя я так выгляжу!

— Из-за меня? — недоверчиво переспросила Юни — Что за глупости? Я-то тут при чём? — и спросила с тревогой — Кто сделал это с тобой?

На лице, шее, на руках Идзи Квон красовалось множество синяков и ссадин, парочка трещин на губах, и нос, кажется, сломан.

— Арэм заходил вчера ночью — призналась женщина тихо и взгляд отвела в сторону. Выглядела так, словно до сих пор не верила, что её собственный сын мог сотворить с ней такое.

— Что⁈ Арэм? — возмутилась Юни.

— Вероятно, не получив денег от тебя, он пришёл сюда, требовать денег с матери — впервые с момента появления в доме, вставил слово Нолан. Выразительно оглянулся по сторонам и добавил — Быстро понял, что здесь поживиться тоже нечем. Вот и решил сорвать злость на том, кто рядом оказался — поморщился едва заметно — И не важно, что рядом оказалась лишь собственная мать.

— Он бы никогда не посмел меня ударить! Это всё ты его довела! — повторила Идзи своё обвинение в адрес дочери — Он говорил, что приходил к тебе вчера! Хотел, чтобы ты ему с его долгом помогла, денег дала. У тебя же сейчас есть деньги! — красноречиво в сторону Нолана кивнула — Вы же, господин, для моей дочки денег не жалеете, верно? Так почему бы её единственному брату не помочь⁈ А вы его прогнали — всхлипнула и за плечи себя обхватила — Арэм сказал, что вы его чуть ножом не убили.

— Вообще-то, он первым на меня с ножом кинулся — припомнил мужчина вчерашнюю встречу в переулке — Я лишь защищался. И защищал от него Юни.

— А её не надо было защищать! — запальчиво выкрикнула женщина — Нужно было всего лишь дать Арэму денег, и он бы ушёл.

— Вчера ушёл бы — невозмутимо согласился гость, делая шаг вперёд и вступая в разговор с хозяйкой — Закрыл бы долг деньгами, к которым он, по сути, никакого отношения не имеет, которые он не заработал. А потом, на радости, наделал бы новых долгов. Ведь почему бы не поиграть в карты в долг, если этот долг всё равно кто-то другой за тебя закроет? Сестра, мать… не важно, кто. Арэм давно уже не ребёнок. Пусть учится решать свои проблемы самостоятельно.

Юни в глаза Нолану посмотрела и печально головой покачала, давая понять, что этот разговор никакого смысла не имеет. Сколько раз она сама пыталась доказать матери, что постоянно спасая единственного сына от бесконечных долгов и проблем, она ему только хуже делает. Но ничего подобного Идзи даже слышать не хотела. «У него просто трудные времена. Ему нужно помочь» — вот её вечный ответ на любые разговоры, касающиеся бед в жизни единственного сына.

— Вообще-то, мы пришли не для того, чтобы долги Арэма обсуждать — напомнила Юни.

— Вот именно — буркнула Идзи — Уже сколько времени тут торчите, и так толком и не сказали, что вам от меня нужно — открыла нижний ящик единственной на кухне тумбочки, наклонилась и вытащила оттуда бутылку из-под какого-то крепкого напитка, встряхнула и разочарованно поморщилась, поняв, что та совершенно пуста, бутылку с силой в сторону откинула, прямо на пол. Бутылка ожидаемо разлетелась на множество мелких осколков. Юни вздрогнула от этого звука, а Идзи Квон словно и внимания не обратила. Потуже затянула пояс на своём халате и уселась за стол, на гостей посмотрела с ожиданием.

Медлить и дальше Юни не стала.

— Пять лет назад ты продала меня клиенту, который меня чуть не убил — напомнила она — Ты помнишь тот день?

Хозяйка фыркнула недовольно.

— Помнишь — скривившись, передразнила она — Что, снова решила прийти и рассказать мне, какая я нехорошая, что отдала тебя тому мужику? — снова фыркнула — Да если бы у меня был шанс прожить тот день заново, я бы точно также поступила! — заявила женщина, абсолютно ни в чём не раскаиваясь — Он нам столько денег за тебя отвалил!

— И большую часть тех денег ты, опять же, отдала Арэму, который их благополучно прогулял — иронично заметила девушка — Но нас не деньги интересуют — села напротив «матушки» и руки перед собой в замок сложила — Я совсем не помню, как тот клиент выглядел. Но, возможно, помнишь ты?

— Ну так-то помню немного — задумчиво отозвалась женщина и спросила с любопытством — А тебе это зачем? Он же тебя всё равно не убил Так только, помял немного. И за деньгами своими потом не возвращался.

— Затем, что того клиента нам нужно найти — ответил Нолан, встал за спиной Юни и в ободряющем жесте положил ладони ей на плечи.

— Зачем? — снова повторила Идзи.

— Как зачем? Чтобы убить его, разумеется — совершенно спокойно пояснил мужчина.

Юни, конечно же, поняла, что имел ввиду глава управления. Маньяк, убивший десятки девушек с острова Тио, а также одну девушку из высшего общества, однозначно, будет приговорён судом к смертной казни. Но Идзи Квон поняла слова гостя по своему. Женщина недоверчиво усмехнулась и чуть вперёд наклонилась, спрашивая:

— Неужто, господин, моя дочка вам настолько приглянулась, что вы с любым её обидчиком расправиться готовы? — и, не дожидаясь ответа, на Юни взгляд перевела, спросила, ничуть не стесняясь её спутника — Что такого ты с ним по ночам делаешь, что он ради тебя и в драки лезет, и твоих давних клиентов разыскивает?

— Так ты помнишь, как тот клиент выглядел, или нет? — проигнорировала вопрос девушка.

— Я же сказала, что помню — кивнула Идзи. Ухмыльнулась и руки скрестила на груди — И я, конечно, могла бы вам его описать… но я не думаю, что это правильно… вы ведь его убить хотите, а убийство человека, пусть и не совсем хорошего… — принялась рассуждать хозяйка дома, явно намекая на то, что за свои слова она хочет что-то получить.

Нолан Лим не стал её разочаровывать. Сунул руку в карман, вытащил несколько серебряных монет и небрежно кинул на стол.

— За подробное описание внешности того клиента дам ещё столько же — произнёс он. А Идзи принялась судорожно собирать и пересчитывать монеты, попутно рассказывая всё то, что помнит о том злосчастном дне. О том дне, когда её дочь чуть не убили.

— Да самый обычный день был — вспоминала женщина — Мэй, моя старшая дочь, как обычно, убежала неизвестно куда. А я с этими тремя… — на Юни кивнула — Дома осталась. Целый день ко мне в дом никто не захаживал… — добавила недовольно — Хотя фонарь я с самого утра выставила. А у нас уж последние монеты закончиться успели, даже чёрствого хлебы купить было не на что, и Мэй всё не возвращалась. Я уж думала тоже на улицы выйти, чтобы хоть какие-то деньги заработать. И тут, это было уже ближе к вечеру, в дверь постучали…

К этому моменту Идзи Квон уже справилась с пересчётом монет, сгребла всё в кучу и в карман своего халата, который каким-то чудом оказался не дырявым, припрятала. И вроде как вздохнула с облегчением, словно до этого боялась, что забрать деньги себе ей так и не дадут, отнимут.

— Я сказала своим девкам… — продолжила хозяйка дома, под «девками» явно имея ввиду своих дочерей — Чтобы ушли в дальнюю комнату и не высовывались, покуда клиент не уйдёт. Они и ушли, а я дверь пошла открывать. А там этот… — вздохнула и по своему карману ладонью похлопала, чуть улыбнулась — А ведь на первый взгляд он мне таким красавчиком показался. Молодой совсем, не старше тридцати, а может, и того меньше, высокий. Волосы непривычно коротко стрижено. И весь чистенький такой. Да был бы мой первый клиент именно таким, я бы только радовалась… — на дочку выразительно глянула, одним взглядом намекая, что благодарна должна быть за того клиента. И тут же брезгливо сморщилась — Мой первый был той ещё гадостью, даже вспоминать мерзко… — вздохнула тяжко — Но молодой красавчик-клиент сказал, что я ему не подхожу. Видите ли, слишком уж я для него старая. Я ведь его и так и эдак уговаривала у меня остаться, даже цену специально для него скинула. А он всё ни в какую.

— Вот и пусть бы шёл на все четыре стороны! И искал бы себе кого-то другого! — не выдержала Юни и тут же почувствовала, как пальцы Нолана на её плечах сжимаются сильнее. Не больно, нет. Но крепко-крепко. Будто через прикосновения мужчина старался передать ей свою уверенность, а ещё поддержать, утешить.

— А ели бы мы что в тот вечер⁈ — запальчиво отозвалась Идзи Квон.

— Ты так говоришь, словно для твоих детей остаться на ночь голодными это какое-то совершенно нереальное событие! Были дни, когда у меня не было возможности навестить сестёр, так они рассказывали, что иногда и по два дня почти без еды сидели — напомнила Юни, но «матушка» лишь отмахнулась.

— Нас больше интересует, как тот клиент выглядел, а не что в тот день происходило — напомнил Нолан Лим.

— Так я же уже говорила — пожала плечами Идзи — Молодой, симпатичный. Высокий.

— Цвет волос, цвет глаз? — уточнил мужчина — Как был одет? Возможно, у него какие-то особые приметы имелись? Шрам, например, или ещё что-то похожее.

Хозяйка призадумалась.

— Шрамы не помню — пробормотала тихо — А одет был во всё чёрное. Но одежда у него вся очень дорогая была, сразу видно. Волосы не каштановые, но и не совсем чёрные, что-то среднее. А глаза… тёмные какие-то, но точно не голубые и не зелёные… — и руки в стороны развела — Всё, больше я вам ничего сказать не могу. Не помню — на Нолана нерешительно зыркнула — А вы, и правда, его убить собираетесь?

В ответ мужчина лишь загадочно улыбнулся. Потом снова руку в карман засунул и вытащил ещё пригоршню серебряных монет.

— Думаю, больше нам тут делать нечего — произнёс он. Юни кивнула, на ноги поднялась и следом за Ноланом к выходу направилась. Но на пороге замешкалась, обернулась.

— Эти деньги ты тоже Арэму отдашь? — задала матери последний вопрос.

— Твоё-то какое дело — огрызнулась Идзи Квон — Я эти деньги честно заработала! Имею право тратить, куда хочу.

— Да, конечно — сокрушённо кивнула в ответ девушка.

— Жаль её — задумчиво произнёс Нолан по дороге к мосту.

— Жаль — согласилась Юни — Одно время я раздумывала над тем, как ей помочь. Но так ни какому выводу и не пришла.

— Прикупить домик в какой-нибудь далёкой деревне, где никто её не знает, отправить её туда и выплачивать ей небольшое ежемесячное содержание — предложил мужчина. Но девушка только головой покачала.

— Даже если на миг забыть о том, что у меня нет средств на домик в далёкой деревне и, тем более, на содержание, могу с уверенностью сказать, что Идзи Квон сама ни в какую деревню не поедет.

— Думаешь?

— Уверена — кивнула Юни — На моей памяти ей дважды выпадала возможность покинуть остров и перебраться в какую-нибудь деревню. Один раз, как раз после того случая… с тем самым моим клиентом, когда он большую сумму за моё почти убийство выложил. Второй раз, когда Мэй нашла себе постоянного покровителя, который ей каждую неделю некоторую сумму выделял. Где-то через год Мэй смогла накопить денег, которых на какой-нибудь совсем маленький домик в совсем далёкой деревушке, но хватило бы. Она предлагала матери всё бросить и уехать. Но Идзи Квон каждый раз находила сотню причин, чтобы не покидать остров.

— Ясно — вздохнул мужчина.

Больше по дороге до дома на улице Береговой между ними не было произнесено ни одного слова. Каждый был погружён в свои невесёлые мысли. О нелёгкой жизни на острове Тио, которая сделала Идзи Квон вот такой, о братце Арэме и о маньяке, конечно же.

А подойдя к дому Юни, оба синхронно остановились. Тревожно-недоверчиво взирая на открытую калитку и чуть приоткрытую входную дверь.

— Дверь перед уходом мы точно запирали — уверенно заявил Нолан — Да и калитку тоже.

— Воры? — прошептала девушка.

— Может быть — кивнул мужчина и строго велел — Стой здесь, в дом не заходи, пока я не разрешу — быстро пересёк расстояние от калитки до входной двери и скрылся внутри. А Юни так и осталась стоять на улице, тревожась и с трудом сдерживая в себе порывы броситься следом. Впрочем, Нолан вернулся уже через несколько минут.

— В доме никого нет — объявил он — Пойдём — взял девушку за руку и потянул её следом за тобой — Тебе нужно все комнаты обойти и посмотреть, пропало ли что-нибудь. И если пропало, то что именно?

В дом Юни входила с тревогой, ожидая увидеть внутри жуткий погром. Ведь судя по словам и поведению Нолана, к ней, воспользовавшись её недолгим отсутствием, какие-то воришки проникли. Но никакого погрома замечено не было. Во всяком случае, в немногочисленных комнатах первого этажа всё казалось таким же, как и было. Разве что в кабинете…

— Здесь все книги и бумаги переложены с места на место — заметила девушка, указывая на рабочий стол — Вот эта стопка вообще не здесь лежала. Да и книги раньше были расставлены в определённой последовательности, а сейчас всё вперемешку.

— Кто-то что-то искал — недовольно произнёс мужчина.

— И я даже не могу сообразить, пропало ли что-то из книг или из записей — а потом к столу кинулась, выдвинула самый нижний ящик — Ох, нет…

— Что такое? — тут же оказался рядом мужчина, глядя на совершенно пустой ящик — Что здесь лежало?

— Господин Вейж хранил здесь свои золотые часы, запонки, а ещё здесь небольшой мешочек с деньгами лежал, но там немного совсем было.

— Значит, золотые часы, запонки и небольшая сумма денег — подвёл итог глава управления — Пойдём теперь на верх, там ты тоже должна кое-что увидеть.

Юни послушно двинулась следом, мысленно ругая саму себя за то, что не перепрятала вещички из нижнего ящика стола в какое-нибудь другое, более надёжное место. А ещё радовалась тому, что во время визита воришек её дома не было. А если бы была? Что бы они с ней сделали? И как же хорошо, что сейчас она уже не одна, рядом с ней Нолан!

В спальных второго этажа всё было почти без изменений. Все вещи по своим местам расставлены, да и ничего ценного, что могло бы привлечь внимание воров, там не было. А вот лаборатория… Юни болезненно ахнула, стоило ей переступить порог помещения. У неё даже слёзы на глазах навернулись!

По лаборатории словно ураган пронёсся! Стулья перевёрнуты и поломаны, все склянки с различными растворами и настойками побиты, бумаги разорваны в мелкие клочья и небрежно валялись сверху всего этого безобразия. Девушка нерешительно приблизилась к центру комнаты.

— Хорошо, что последнюю партию лекарства я уже успела отправить в столицу — пробормотала растерянно — А к новой партии ещё не приступала.

Собравшись с мыслями и взяв себя в руки, Юни всё же внимательно осмотрела лабораторию. Как выяснилось, не все склянки с настойками и растворами были разбиты, некоторые бесследно исчезли. А ещё исчезли три толстых тетради с рецептами лекарств.

— Я так понимаю, воришки пришли в твой дом с определённой целью — уверенно сказал Нолан Лим — Им были нужны не столько найденные здесь небольшие суммы денег и предметы из золота, сколько книги с рецептами лекарств.

— Да, наверное — всё также растерянно кивнула Юни.

Нолан подошёл к ней поближе и притянул к себе, крепко обнял. И девушка с огромным облегчением положила голову ему на плечо, глаза закрыла.

— Всё будет хорошо — произнёс мужчина, помолчал немного — Но сегодня оставаться здесь на ночь тебе нельзя. Вдруг они вернутся? Пойдём. Пока воришек не поймали, поживёшь у меня. А заодно нужно зайти в ближайшее отделение защиты населения, заявление о краже напишешь.

Юни хотела было напомнить, что у неё, вообще-то, муж имеется, и в его доме она уже давненько не появлялась, но отчего-то промолчала и согласно кивнула в ответ.