Господин Эйджин Кейм

— Ваша дочь жива. Цела и невредима — уверенно произнесла Юни, глядя в лицо предателю Миджину Кьёну, даря тому так необходимую ему сейчас надежду — Это главное, что вам нужно знать. И я уверена, что вырвать её из лап преступников удастся в самое ближайшее время.

— Спасибо — совершенно открыто улыбнулся ей в ответ уже бывший следователь. Улыбнулся так, словно Юни была ему не случайной незнакомкой, которую он и увидел-то впервые в жизни, а родным близким человеком.

Если раньше Нолан Лим ревновал зеленоглазую красотку-оракула только к её фиктивному мужу, то сейчас это чувство переместилось ещё и на Миджина. Умом Нолан, конечно же, понимал, что зеленоглазку и бывшего следователя ничего не связывает, но смотреть на то, как девушка пытается подбодрить и утешить другого мужчину, а тот тепло ей улыбается, было… неприятно.

«А она ещё и про девочку из своих снов рассказывает! Миджин хоть и предатель, но в управлении он работает уже давно. Наверняка, уже успел сопоставить всю известную информацию и догадался, что Юни и есть тот самый свидетель — досадовал Нолан — Ильсон Монг тоже с заметным любопытством на зеленоглазку поглядывает. И кто знает, может, злоумышленники и Монга чем-нибудь шантажировать начнут, а тот им всё и выложит? Так что теперь? Попросить Юни, чтобы вышла из комнаты, ведь здесь проходит очень важный и конфиденциальный разговор?»

Именно так Нолан и поступил бы, будь Юни обычной девушкой. Но она оракул. Оракул, видящий злодеяния преступника во снах. А потому её присутствие в этой комнате хоть и не обязательно, но и нежелательным его назвать нельзя. Возможно, во время признаний Миджина, она вспомнит ещё какие-нибудь подробности своих видений, на которые раньше и внимания не обращала. А это, в свою очередь, поможет поскорее обезвредить маньяка.

Ещё раз мысленно отругав себя за то, что решил провести допрос в своём доме, да ещё и в комнате, что на одном этаже со спальней Юни расположена, глава управления вернулся к допросу. И первое, что он сделал, так это поднялся из-за стола и усадил на своё место зеленоглазку, подальше от остальных присутствующих здесь мужчин, велев внимательно слушать и, по возможности, не вмешиваться в разговор. После чего повернулся к допрашиваемому:

— Я всё ещё жду ответа на вопрос, как злоумышленникам удалось на тебя выйти — произнёс он.

А Миджин всё также не спешил отвечать, хмурился только, напряжённо обдумывая все возможные варианты дальнейшего развития событий. Наконец, он заговорил:

— Вы велели нам с Ильсоном объехать все придорожные деревни и порасспрашивать, не видел ли там кто подозреваемых: высокого худого со странным голосом и лысого толстяка.

— Мы тогда разделились — вспомнил следователь Монг — Я отправился к дому госпожи Хейи, а в деревни ты поехал один. Только потом ты заявил, что никого из подозреваемых в деревнях не видели. Выходит, ты нас обманул?

— Мне пришлось. На тот момент моя дочь уже была у них.

— Если я правильно помню — вступил Нолан — С момента, как я отправил вас опрашивать жителей деревень, и до того, как ты пришёл в мой кабинет и доложил, что в деревнях подозреваемых не видели, прошло не больше двух-трёх дней — мужчина невесело усмехнулся — Быстро они тебя нашли, очень быстро — головой тряхнул — Так что же тебе удалось узнать у деревенских?

— В одной из деревень я встретил паренька — произнёс Миджин — Как оказалось, он работает на конюшне в одном из ближайших поместий. И паренёк сказал, что по описанию высокий со странным голосом похож на бывшего личного секретаря хозяина поместья, а лысый толстяк до сих пор при хозяине работает и какие-то его личные поручения исполняет.

— Значит, наши подозреваемые работают на хозяина поместья — задумчиво пробормотал Нолан, потирая подбородок — Мне докладывали, что ты заглядывал в городской архив. Я так понимаю, там ты узнавал имя господина, который является владельцем поместья?

Миджин Кьён кивнул, но в его лице появился ещё больший страх и настороженность. Так кому же принадлежит это злосчастное поместье?

— По всем документам хозяином поместья является… — сбился, нервно сглотнул и тихо выдохнул — Господин Хеджим Морейм.

— Губернатор? — недоверчиво переспросил Нолан — Поместье, где работают подозреваемые, принадлежит губернатору?

А вот такого поворота глава управления точно не ожидал. Он, конечно же, давно знал, что преступник — человек непростой, но чтобы сам губернатор?

Так… а вот тут что-то не сходится. Губернатор человек уже немолодой, а мать Юни описывала «молодого красавчика». Или же тот негодяй, что когда-то чуть не убил зеленоглазку, и маньяк — это всё же

два разных человека?

— Да, поместье принадлежит губернатору — подтвердил свои прежние слова Миджин, а потом добавил — Но самого губернатора там никто и никогда не видел. И деревенский паренёк, что на конюшне работает, хозяином назвал совсем другого человека.

— Его имя? — настойчиво потребовал Нолан, а сам дыхание затаил. И все остальные, кто был в кабинете напряжённо застыли.

— Господин Эйджин — тихо произнёс допрашиваемый — Эйджин Кейм. Он родной племянник губернатора, сын его сестры…

— Не стоит — обронил хозяин, недовольно скрипнув зубами — Кем этот человек приходится губернатору, я знаю… — и недовольно прошипел, отводя взгляд в сторону — Дьявол… только этого нам не хватало…

— Господин Нолан — встревоженно вступил следователь Монг — Предъявить какие-то обвинения племяннику самого губернатора мы сможем лишь в том случае, если у нас будут неоспоримые доказательства… И то не факт, что господин губернатор нас послушает…

— Мне это прекрасно известно, Ильсон — хмыкнул Нолан — Ладно, с этим разберёмся — снова развернулся к допрашиваемому — Ты поговорил с пареньком из деревни, что было дальше?

— Был уже поздний вечер, я вернулся домой. На следующее утро отправился в архив, чтобы узнать, кому принадлежит поместье, а также узнать, кто числится в том поместье слугами… после этого я направился сразу в управление, хотел вам обо всём доложить… Вот только вас в управлении уже не было. Мне сказали, что вы уехали по делам в одно из районных отделений — сокрушённо головой качнул — А я не стал дожидаться вашего возвращения. Решил, что время ещё есть, и я вполне могу поговорить с вами на следующий день…

— А к следующему дню твоя дочь уже была в руках негодяев, и ты, конечно же, ничего рассказать мне не смог — подвёл итог Нолан Лим.

— Да — подтвердил Миджин — Тем вечером я вернулся домой поздно… и преступники уже были в моём доме. Их было трое. Двоих я не разглядел, а вот третий — поморщился, вспоминая тот ужасный вечер — Всё, как и рассказывали свидетели. Низкорослый, лысый и толстый. Те двое, которых я не разглядел, схватили мою дочь, а лысый толстяк рассказывал, что я должен делать, чтобы дочку нам с женой вернули в целости и сохранности.

— Поэтому, на следующее утро ты не рассказал о том, что узнал, начал саботировать продвижение расследования, а ещё пытался выяснить, от кого я узнал, где искать логово преступника — покивал Нолан, обдумывая услышанное — Я знаю, что с лысым толстяком за прошедшие дни ты встречался.

— Да, он время от времени приходит, чтобы узнать, как идёт расследование. И не узнал ли я имя вашего свидетеля… А заодно сообщает мне, что с моей дочкой всё в порядке.

— А высокого и худого со странным голосом ты видел?

Миджин отрицательно покачал головой.

— Нет, его я не встречал. Только толстяка. Кстати, имя толстяка Ченд. Он работает на господина Эйджина Кейма уже много лет. И, собственно, это всё, что я о нём знаю.

На этом допрос Миджина Кьёна можно было прекратить. Основную информацию он выдал, а выведывание деталей можно перепоручить другим следователям.

— Отвезите его в загородную тюрьму — велел Нолан стражникам. Допрашиваемый после этого приказа еле вздрогнул, но ничего не сказал — И смотрите, чтобы по пути за город вас никто не увидел. Закройте его в самой дальней камере и никого к нему не подпускайте. До тех пор, пока мы не завершим расследование и не посадим маньяка за решётку, Миджин Кьён должен находиться там.

Стражники слаженно кивнули, ухватили допрашиваемого с двух сторон под локти и вывели из кабинета.

Нолан проводил взглядом своего бывшего подчинённого. Тяжело вздохнул.

А ведь Миджина было даже жаль: дочь похитили, держат в заложниках, жене и сыну тоже, возможно, опасность угрожает, да и карьера окончательно загублена. Конечно, всё сказанное Миджином ещё предстоит перепроверить, но если он, и правда, ничего критичного сделать не успел, из тюрьмы его можно будет выпустить, но на работу в системе защиты населения вернуться он не сможет уже никогда.

— Что прикажете делать дальше, господин Нолан? — спросил оставшийся в кабинете Ильсон Монг.

Глава управления развернулся, взглянул на следователя.

— Завтра с самого утра поедешь в тюрьму и ещё раз допросишь Миджина. Запротоколируешь все его слова, как полагается — ответил коротко.

— Будет сделано — согласно кивнул Монг.

— Потом приезжай в управление, будем решать, что делать дальше. Надеюсь, никто не видел, как вы доставляли Миджина ко мне в дом?

— Нет, мы со стражами очень зорко следили за тем, чтобы никакой слежки за нами не было.

— Хорошо. Значит, никто посторонний, и тем более преступники, не знают, что их информатор Миджин Кьён уже в тюрьме — подумал пару мгновений — Думаю, официально о его аресте мы никому не сообщим. Скажем, к примеру, что Миджин отправился в соседний городок вместе с группой других следователей помогать в расследовании произошедшего там тройного убийства. Таким образом, первые дни преступники не будут его сильно искать… — головой покачал — И с его дочерью за это время сделать ничего не успеют. А мы тем временем установим круглосуточную слежку за господином Эйджином Кеймом. Выясним имена и места проживания его бывшего секретаря и его слуги-толстяка, за ними тоже постоянную слежку установим. Возможно, даже сможем разузнать, где именно дочку Миджина прячут.

— А что делать с разрешением на арест племянника господина губернатора? — уточнил Ильсон.

— С этим сложнее — согласился Нолан Лим — На данный момент у нас нет никаких серьёзных доказательств его вины. Значит, придётся эти доказательства найти. А уже потом отправимся к губернатору.

Ильсон Монг кивнул, коротко распрощался, бросил на молча сидящую в кресле хозяина девушку последний прищуренный любопытный взгляд и удалился. Оставив Нолана Лима и его гостью наедине.

А стоило следователю закрыть дверь с обратной стороны, Юни подскочила на ноги, к Нолану подошла.

— Сейчас ведь шла речь о том самом маньяке, да? — спросила она, в глаза мужчине заглядывая.

— Да — не стал отрицать Нолан — Поэтому я позволил тебе остаться здесь во время допроса, надеялся, что ты услышишь что-то важное.

— Когда я случайно прикоснулась к нему — произнесла девушка, говоря о Миджине — Я вдруг увидела ту самую девочку, которую видела во снах. Помнишь, я тебе рассказывала?

— Помню — кивнул мужчина.

— А ведь раньше я не понимала, почему я девочку начала видеть — печально усмехнулась — Даже понадеялась, что мои сны меняются, и маньяка я в них видеть больше не буду. А оказывается, девочка из моих снов оказалась связана с его преступлениями, вот я её и вижу — и спросила с надеждой — Её ведь удастся спасти?

Нолан заглянул Юни в глаза, руку приподнял и легко провёл костяшками пальцев по её щеке, потом к себе девушку притянул и крепко обнял. Да и она тоже обхватила его своими ладошками, голову на грудь доверчиво положила.

— Я не знаю. Но очень надеюсь, что мы её всё же спасём — ответил мужчина предельно честно — Что конкретно ты видела во снах про девочку?

— Ничего особенного. Она всегда одна, сидит в какой-то закрытой комнате. Спит или в окно смотрит — и вдруг резко отстранилась, словно вспомнила что-то…

— Что? — спросил Нолан, неохотно выпуская девушку из объятий.

— В одном из снов, когда девочка смотрела в окно, я видела, что на улице происходит — ответила она — Там, напротив её окна, какой-то не то кабак, не то трактир. А на вывеске у трактира клыкастый кабан нарисован. В ту ночь у кабака драка началась, и пока драчунов не разогнали, девочка за всем происходящим в окно наблюдала.

— Хм… Всё же не зря ты на допросе осталась. Разузнать местоположение кабака с нарисованным на вывеске кабаном будет несложно. А значит, и дом, в котором девочку держат мы найдём — Нолан улыбнулся и снова притянул девушку в свои объятия, провёл ладонью по её распущенным волосам.

— А этот… племянник губернатора… — продолжила расспрашивать Юни, больше не отстраняясь — Он есть в списке тех, кто был на приёме в доме Маили Кьято?

— Да, есть — не стал скрывать мужчина — Кстати, приглашение на приём ему не присылали.

— А он всё равно пришёл — вздохнула зеленоглазка — Специально, чтобы поближе к жертве подобраться.

— Да, так и есть.

— Это правда, что его нельзя будет арестовать без разрешения губернатора?

— К сожалению, это так — отрицать Нолан не стал — И сейчас наша задача найти неоспоримые доказательства его вины… Но, боюсь, даже в этом случае губернатор может запретить выдвигать в отношении племянничка официальные обвинения.

— Да уж, племянник всё-таки… А на губернаторском приёме он был?

— Был, конечно. Я даже пообщаться с ним немного успел — при воспоминании о том вечере и о разговоре с Эйджином Кеймом, на лице Нолана проступила гримаса брезгливости — Он доказывал мне, что жители рабочих районов люди неприличные, а женщины с острова Тио и не люди вовсе… Хм… а ведь он и убитую Хейю Собонг в разговоре упоминал. Интересовался, как продвигается расследование её убийства. Он ведь сидел рядом со мной во время банкета.

— Сидел рядом с тобой? — Юни снова отстранилась — Лет тридцать на вид, волосы тёмно-каштановые, серые глаза…

— Ты его видела?

— Видела, конечно. Я когда взглянула на него, мне сразу показалось, что он излучает какую-то опасность. Но мне и в голову не пришло, что это и есть тот самый маньяк.

— Вот и мне не пришло — мужчина бросил быстрый взгляд в сторону окна — Уже полночь. А у тебя был тяжёлый день. Пойдём… — сжал ладонь девушки покрепче — Провожу тебя до твоей спальни.

Юни согласно кивнула и покорно последовала за хозяином дома. А когда они в спальне очутились, зеленоглазка обернулась, улыбнулась неуверенно.

— А ты… ты останешься со мной? — спросила едва слышно.

Нолан Лим нервно сглотнул и неосознанно сжал ладонь девушки ещё крепче, в глаза ей заглянул.

— Только если ты этого хочешь — произнёс он и дыхание затаил.

Когда мужчина принял решение временно поселить зеленоглазку в своём доме, о том, что ночевать они будут под одной крышей, он даже не задумывался, его больше заботила безопасность девушки. И, кроме того, его гостья, как это ни прискорбно, всё ещё жена другого мужчины. А слуги в доме главы центрального управления хоть и не отличаются излишней болтливостью, но о том факте, что хозяин проводит ночи в одной спальне со своей замужней гостьей, молчать точно не будут. А это такой удар по репутации зеленоглазки!

Но устоять против призывно-потемневшего взгляда девушки невероятно тяжело.

Юни больше не произнесла ни слова. Свою ладонь из крепкой хватки мужчины высвободила, потом провела кончиками пальцев по его щекам. На цыпочки приподнялась, чуть коснулась губами его губ. И Нолан сдался. Подхватил девушку на руки, понёс к кровати.

— Никогда от себя не отпущу — шепнул он, опуская зеленоглазку на постель, нависая сверху. Секунду полюбовался ответной полуулыбкой Юни. И поцеловал.