Глава 10.

Дверь распахнулась так неожиданно, что я едва успела отпрыгнуть и заслонить лицо от ударившего в глаза света.

На пороге с недовольным лицом стояла та самая фру. За её спиной — рыжий Ульф и ещё один мужчина, такой же неопрятный и бородатый, как и все остальные. Кажется, я его видела — он был одним из тех, кто втянул меня в лодку. Оба смотрели тяжело, без всякого выражения, руки держали на поясах, у ножей.

Женщина глянула на меня так, будто я была досадной помехой — не более.

— Чего орёшь, маргигр? — бросила холодно. — Время есть ещё не пришло.

В её голосе не было злости. Скорее раздражение, что отрывают по пустякам.

Она хотела закрыть дверь, но я успела вставить ногу. Мужчины сразу напряглись, рыжий шагнул вперёд.

— Нет-нет, — быстро сказала я, поднимая ладони. — Стойте. Дро… тин! Да-да, дро-тин!

Похоже, они меня поняли, по крайней мере последнее слово. Потому что обменялись быстрыми взглядами, затем женщина посмотрела на мои руки и недовольно сдвинула брови.

— Дроттинн занят, — процедила она. — Сиди тихо.

— Но я… мне…

Я испугалась, что мне здесь опять закроют, а мне очень нужно было на воздух!

Пришлось импровизировать. Быстро сдвинув колени и обхватив руками живот, я подняла на фру умоляющий взгляд.

Женщина поджала губы. Затем обернулась ко второму мужчине и что-то быстро сказала. Ульф хотел возразить, но тот, второй, неожиданно кивнул и махнул мне рукой — мол, иди.

Не веря своему счастью, я бочком протиснулась между ними. Женщина посторонилась, а мужчины двинулись следом. Это конвой — было ясно без слов.

Меня повели не через зал, а по узкому коридору на задний двор. Когда вышли из дома, ветер ударил прямо в лицо — колкий, морозный, обжигающий горло.

Я зажмурилась на секунду, привыкая к свету. Небо было серым, низким, тяжёлым. Солнце пряталось где-то за облаками, но даже этого бледного света после клети хватало, чтобы слепить глаза.

Поселение при дневном свете выглядело хуже, чем вчера. Узкие проходы между домами были усыпаны щепой, рыбьей чешуёй и замёрзшими объедками. Я постаралась не представлять, как это всё завоняет, когда придёт оттепель. И не думать, как эти люди живут в таких ужасных условиях.

Меня привели к маленькой постройке на отшибе, возле самого частокола. Смрад там стоял такой, что я моментально зажала нос.

— Иди, — Ульф кивнул в сторону постройки.

Я заглянула за угол. Двери не было, только три хлипкие стены, а внутри — дыра, прикрытая досками, и веревка вместо поручня. Над веревкой висел пучок покрытого инеем мха. Я решила не представлять, что он там делает, хотя в голову так и лезли ассоциации с туалетной бумагой.

Нет, до такого я точно не опущусь. Нужно будет что-то придумать, раз уж мне суждено здесь задержаться.

Мужчины остались снаружи. Но в стенах оказалось столько щелей, я их прекрасно видела и слышала, как они топчутся. Это не давало расслабиться.

Хорошо, что я ещё как проснулась, сняла купальник, который начал уже натирать. Не представляю, как раздевалась бы в этом ужасном месте. Сейчас единственная вещь, которая напоминала о доме, лежала в клети, закопанная в солому. А мне, похоже, предстояло учиться жить без трусов…

Кое-как справив нужду, я заглянула в одну из щелей. С этой стороны виднелись ворота — массивные, обитые железом, закрытые наглухо. Возле них лежали несколько громадных лохматых псов, похожих на волкодавов.

Один из них поднял голову и повернул морду в мою сторону, будто почуял.

И правда, бежать мне некуда — пришла тоскливая мысль. Но осмотреться и оценить обстановку на свежую голову стоило.

— Эй, маргигр! Ты уснула? — крикнул Ульф и пнул шаткую стенку.

Всё строение вздрогнуло и закачалось, я поспешила выйти наружу, пока оно не завалило меня. Глянула зло на рыжего и не сдержалась:

— Чтоб тебя диарея скрутила!

— Опять что-то бормочет, — Ульф ответил мне таким же ненавидящим взглядом. — Слышал, Торд, небось проклятья на нас насылает.

Он сжал рукоять ножа, однако второй мужчина, Торд, остановил его, не дав обнажить клинок.

— Тише, — сказал он миролюбиво. — Не гневи ярла. Нам приказано присматривать за маргигр, но не трогать. В ней сейчас наша надежда.

Надежда?

Я фыркнула и пошла обратно к своей тюрьме.

Разве так обращаются с надеждой? Тут меня скорее держат за злую ведьму.

Пока шла, люди во дворе начали обращать на меня внимание. Сначала один из мальчишек, занятых чисткой каких-то корешков, поднял голову. За ним — другой. Они не кричали и не тыкали пальцами. Просто смотрели.

Потом подключились и взрослые. Женщина, которая проходила мимо, приостановилась. Парень, точивший топор, поднял голову. У всех на лицах читалось хмурое любопытство.

Я прибавила шаг, старалась не встречаться с ними взглядом. Когда входила в двери клетушки, Торд произнёс быстрым шёпотом, глядя мимо меня:

— Сиди тихо, маргигр. Ярл ушёл в море, если поймает хорошую рыбу, то позволит тебе выйти. А если нет, то будет держать здесь, пока ты не наполнишь его сети.

Хорошую рыбу?

Знакомое выражение. Я его уже где-то слышала, причём недавно.

Воспоминание кольнуло под рёбра. Я застыла с открытым ртом, глядя, как закрывается дверь.

Так значит, этой ночью ярл и правда ко мне приходил? Он укрыл меня, возможно, рассчитывая, что так «маргигр» станет добрее и пошлёт улов в его сети?

А если… если ему сегодня не повезёт? Страшно представить, что тогда со мной будет!

Ноги подкосились от навалившегося понимания. Моя жизнь зависела от вещей, которые мне неподвластны! В полной прострации я мешком осела на солому и уставилась в пол, не зная, как быть.