Глава 71
Ангелина Квартира Харона оказалась в старом, спальном районе города. В таком месте, куда бы я точно не сунулась по собственной инициативе. Перешагнув порог чужого жилища меня окутало запахом затхлости, старости и лекарств. Здесь все пропахло старым и больным человеком, а теперь меня запихнули сюда, видимо, подохнуть в одиночестве. Помощник Зверя, оставил мне ключ на экстренный случай и строго-настрого приказал никому не открывать дверь. Пообещал, что заедет позже и привезет еды. А мне не оставалось ничего иного, кроме как ждать. Как только закрыла дверь за Хароном, прижалась к обитой дерматином двери с мягкой прослойкой и только теперь осмотрела убогий интерьер квартиры. Признаться, подобную обстановку я видела лишь в старых фильмах. Бабушку я совсем не помнила, поэтому то как выглядел ее дом, могла судить лишь по черно-белым фотографиям. И сделаны они были либо на фоне ковра, либо где-то в фотостудии. С любопытством осмотрела старинную прихожую с коричневым лакированным шкафом, трельяжем с трехстворчатым зеркалом и побеленными стенами. Но полу лежал цветастый палас, где одна полоска цвета сменялась другим. Очень походило на то, что его вязали вручную. На крохотной кухоньке размером два на два метра гудел пузатый холодильник «Чайка». Из мебели там поместились лишь навесной шкаф над раковиной с посудой, такой же небольшой пошарпаный белый шкафчик над разделочным столом и обеденная зона, состоящая из стола с белой пошерканной столешницей, и такой же видавший виды табурет. В единственной комнате находился диван, накрытый голубым покрывалом, напротив него на тумбочке на ножках стоял огромный старинный телевизор, накрытый ажурной салфеткой, прижатой к телеку объемными часами со стрелками. Место у окна занял стол с такой же салфеткой по центру столешницы, как и на телевизоре, и вдоль стены рядом с диваном вытянулся платяной шкаф. Осмотрев убранство квартиры, я совсем впала в тоску и побоялась проверять ванную с туалетом, решив, что хватит с меня потрясений. Сложившаяся ситуация, давила на меня, а необходимость коротать время в неизвестности вот в таком месте, просто вгоняла в депрессию. Я не знала, что со мной будет дальше, успокоится ли Матвей или нет. А если нет, то куда мне идти, где жить? Я ведь осталась совершенно без средств к существованию. Мне даже не к кому напроситься, чтобы перекантоваться какое-то время. Из всех старых знакомых, возможно, только Шурочка могла бы проявить сострадание и приютить на какое-то время. Но зачем бедную девчонку втягивать в свои проблемы? Ведь где-то там в этом городе, находятся враги мужчины, так легко отказавшегося от меня. И через меня они захотят дотянуться до Елизара. Оставшись в полном одиночестве в чужом доме, я легла на диван и глядя в одну точку думала обо всем что произошло, начиная с самого начала. Масштаб злодеяний Стаса ужасал. И больше всего мне было жаль ни в чем неповинное дитя, ставшее жертвой этого больного человека. Старалась не думать о последней встрече с Матвеем. Настраиваясь на то, что скорее всего больше не увижу его. Судя по всему, он не из тех, кто способен менять свои решения и отказываться от собственных слов. Поэтому, я прощалась с ним мысленно, оплакивая вместе с ним маленькую девочку, имени которой я не знала. Поняла, что если ничего не изменится, то придется уехать из города и начать жизнь с чистого листа. Продам серьги, единственное что осталось мне в память о родителях, этих денег мне должно хватить надолго. А там, что-нибудь придумаю. Главное, остаться в живых. Вздрогнула, услышав сквозь сон непрерывный противный звук. Дернулась, сев на диване не понимая, где нахожусь и что происходит. Сквозь неплотно задернутые шторы, в комнату проникал свет от фонаря, падая желтой полоской на пол с цветными паласами и затрагивая край тумбочки с телевизором. Мерзкое звучание продолжало оглушать пространство. Не сразу сообразила, что нужно сделать, чтобы прекратить эту пытку. И лишь когда звон оборвался на мгновение, но тут же возобновился, поняла, что это дверной звонок. Напряглась, слушая непрерывную трель и думая кто это может быть? Харон? Но разве у него нет ключей? Вскочила на ноги, понимая, что закрылась изнутри и возможно снаружи у него не получается попасть в квартиру. Пока я думала, наступила тишина. Выдохнула, поднимаясь на ноги и осторожно приближаясь к двери, стараясь услышать то, что происходит на площадке. Как только приложила ухо к дермантину, раздался резкий удар по дверному полотну, сопровождаемый криками. – Открывайте, соседи! Вы нас топите! Откройте или мы вызовем службу спасения! Посмотрела в глазок и увидела мужчину в семейных трусах и растянутой футболке. – Открывайте! Последний раз предупреждаю. У нас вся квартира плывет, – заглядывала в глазок рядом с ним женщина в ночной рубашке и накинутом сверху халатом. Из соседних квартир начала выглядывать люди и ругаться сначала на пострадавших, а затем вместе с ними ждать, когда же у меня проснется совесть и я посмотрю в глаза всему подъезду. Они продолжали поочередно звонить и долбить в дверь. Не выдержав, открыла замок, толкая тяжелое полотно и осторожно выглядывая в приоткрытую щель. – Ну наконец-то! – заорал тот самый мужлан, что чуть не снес входную дверь. – Ты не охренела! Залила весь наш ремонт, – беспардонно просунул ногу в открытое пространство и отпихивая меня в сторону, вошел в квартиру. – Да она тут пряталась! – завизжала женщина. – Слышала, как мы звоним и притворялась что никого нет! – влетела за мужем. – Я правда спала. И вообще я только въехала, даже в ванной не была, – подумала, вдруг и правда там что-то прорвало, а я даже не проверила. – Пизди кому-то другому, – пролетел он прямо в ванную, а бедные соседи по площадке, разбуженные их шумом, тут же спрятались по своим норам, досматривать свои сны. Я же последовала за семейной парой, уже во всю хозяйничающих в моей ванной. – Ну я же говорила! – кричала женщина. – Иди сюда! – позвал меня мужик. Шагнула в ванную, даже не осматриваясь по сторонам. – Вот видишь, протечка? – указал под раковину. – Где? – наклонилась вниз и меня со всей силы ударили лицом об раковину, а следом ощутила, как что-то тяжелое опустилось мне на затылок. «Не соседи….», – подумала, прежде чем провалиться во тьму.