Глава 26

— Господи, Наумов! — восклицаю я. — Он у тебя хоть когда — нибудь отдыхает?

— Отдыхает. После того, как ты поработаешь ртом. — отвечает этот пошляк.

— Не наглей. Я работала ртом час назад. — изобличаю его я. — Сядь прямо…

Я нахожусь между его разведённых коленей. Лежу на его голой груди спиной и пытаюсь сделать наше совместное селфи. Эта фотка мне нужна для новогоднего подарка. Я планирую поместить наши подбитые лица на набор полотенец, кружек и возможно на пару футболок. Просто мы выглядим былинно. Такое специально не придумаешь. У меня фиолетовый ореол вокруг левого глаза, а у него вокруг правого.

Завтра свадьба у Вики и там будут её родители. Мне даже неловко за свою «ячейку общества». Они решат, что я связалась с наркоманом и тунеядцем, который меня поколачивает.

Ржу.

— Антон! — пищу я, когда он разворачивает меня и усаживает на себя сверху, прижав свой стояк к самому горяченькому месту между моих ног.

Мнёт мою голую задницу, прижимая меня к себе. Обхватывает спину руками и целует мои губы.

— У тебя там уже пятьдесят фоток… — бормочет он, покусывая моё ухо.

— Там половина смазанных!.. — бормочу в ответ, потому что уши — это моя эрогенная зона.

— Ну, возьми мой телефон… — говорит он, возвращаясь к моим губам.

— Точно!.. — осеняет меня.

Перегибаюсь через его плечо и тянусь за десятым айфоном Наумова…когда возвращаюсь, он пытается опустить меня на свой член.

— Антон! — возмущаюсь я. — У меня уже всё болит!

У меня, и правда, там всё очень чувствительное.

— Ладно… — ворчит он и оставляет меня в покое.

Снимает блокировку и возвращает мне свой телефон.

— Ого! — возмущаюсь, видя огромное количество непрочитанных сообщений В Контакте, в Инстаграмме, в Майле и разных мессенжерах. — Как можно жить, когда у тебя столько всего непрочитанного?!

— Я замахиваюсь всё это читать. — устало отвечает он. — Разбираю раз в неделю, иногда Вадик разбирает.

— Ну и ну… — цокаю я языком.

Я уже неделю живу у Наумова. В том смысле, что я перевезла сюда кое — какие свои вещи, чтобы оставаться пару раз в неделю, на самом же деле, я не была дома уже четыре дня. Мы не расстовались после примирения ни на одну ночь.

Палкаша тоже здесь, сидит на своём любимом окне.

Его величество «Бес» часа три как вернулся домой из Питера. У него там был нереально крутой концерт. Я смотрела его на ютубе онлайн и жалела о том, что отказалась поехать с ним, когда он предложил. Но, мне пришлось бы взять отгул на работе, а я, итак, пропустила понедельник из — за низкой работоспособности. Кроме того, я не хотела всех пугать своим лицом.

Мы с Палкашей все глаза проглядели, ожидая возвращения «хозяина». Сегодня был апокалиптический снегопад и весь город в пробках, поэтому Антон так задержался. Я приготовила ему веганский ужин, следуя точным инструкциям одного ютуб — канала. Это оказалось не так уж и сложно. Выглядело очень даже аппетитно, но сама я поужинала куриными биточками.

Сейчас лицо современного российского панк — рока лежит подо мной, терпеливо дожидаясь, пока я сделаю подходящее мне селфи. Мой мужчина устал, я пыталась отправить его спать, но он ни в какую. Всё это время мы занимались сексом, причём Антон был вдумчив и основателен как никогда. А его член как будто недавно сменил батарейки.

Скатываюсь в ямку между ним и диваном и просматриваю полученные фотки. Он натягивает на нас одеяло, когда я ёжусь.

— Нужно прикрыть окно… — замечает он, подтягивая меня выше, чтобы посмотреть, что там вышло.

Я заливаюсь смехом. Антон тоже не выдерживает и хмыкает, потираясь носом о мой лоб.

Это даже не Бони и Клайд. Это совершенно новый уровень.

— Вот эта убойная… — ржу я. — Да?

— Да. — соглашается он, потом неожиданно спрашивает. — Можно я выкину её в свою инсту?

Я смотрю на него. Он смотрит на меня.

Хлопаю ресницами и немного краснею.

Я никогда не видела в его инсте фото с женщинами. Даже СНЕЖИНКА Вера никогда не мелькала в его ленте. Я не уверена, что это должно означать. Может ничего? Он всё — таки немного медийная личность, у него несколько десятков тысяч подписчиков.

Смотрю на фотку. Совершенно очевидно, что на нас нет одежды, хоть ничего и не видно. Но мы просто до невозможности крутые с этими фингалами и искренними улыбками, и всё это сдобрено моими цветными волосами.

— Ладно… — шепчу я.

Я нравлюсь себе на этом фото, а Антон всегда классно выходит, потому что он красавчик.

Он берёт телефон и занимается фоткой. Я перелезаю через него и иду закрывать окно. У него квартира на девятнадцатом этаже, поэтому на окнах нет штор. Первое время я боялась выйти на балкон, у меня подгибались ноги. Сейчас я чувствую себя увереннее, но всё равно у меня ощущение, что за нами подглядывают инопланетяне. Особенно сейчас, когда там темно и холодно.

Когда возвращаюсь, его пост уже готов.

Он протягивает мне телефон, чтобы я заценила.

Я начинаю гоготать, сложившись пополам.

BesPanyky_bf: #на_тебе_как_на_войнe

Там уже появилось несколько комментариев в тему, не менее ржачных, чем его собственная подпись.

— Господи, Наумов! — лыблюсь я. — Как же я тебя л…

Я вовремя одумываюсь. Слова застревают у меня в горле, и улыбка сползает с лица. «Бес» сужает глаза и сжимает губы.

Отвожу взгляд.

Кажется, у меня появился новый психологический барьер.

— Эмм… — бормочу я, поднимая с пола свои трусики. — Уже девять часов…

Антон откидывает одеяло и встаёт с дивана, потягивается и разминает шею, делая махи руками. Продолжаю одеваться, бросая на него липкие взгляды.

— Обязательно тебе ехать? — спрашивает он, наблюдая за моими «сборами».

Я в прямом смысле собираю свою разбросанную по полу одежду.

— Обязательно. — говорю я, застёгивая лифчик.

Разумеется, мне ехать никуда не хочется. Я была бы счастлива свернуться калачиком у него под боком и уснуть. В последнее время спать с ним в обнимку стало моим любимым занятием. Но, я обещала Вике, что переночую сегодня у неё, чтобы завтра с утра помочь с приготовлениями.

Праздник будет очень скромный. Роспись в ЗАГСе, а потом обед в ресторане узким кругом. Антон пойдёт со мной, я настояла, хоть он и сопротивлялся немного. Круто, когда у тебя на свадьбе гостит Антон «Бес» Наумов. Это мой подарок Вике и Юре. Они будут показывать фотки детям и те будут офигевать.

Ржу.

— …отвезу… — слышу я.

Кажется, я опять подвисла в своих мыслях, потому что Антон пощёлкал пальцами перед моим носом и хлопнул меня по заднице.

— Ааа? — тряхнув головой, спрашиваю я.

— Отвезу тебя… — повторяет он, направляясь в комнату.

— Не надо, — кричу ему в след. — Ты же спать хочешь!..

Он возвращается полностью одетый и идёт к холодильнику. Достаёт кувшин с соком и делает большой глоток из горлышка. Я морщусь от таких повадок. Ставит графин на место и говорит:

— Ты на этой колымаге встанешь на первом же светофоре.

— Не встану! — возмущаюсь я. — Я на прошлой неделе заменила аккумулятор!

«Бес» уже надевает свои зимние кросы, накидывает пуховик Stone Island, игнорируя мои попытки защитить старый семейный автомобиль. Очевидно, в своей голове он уже вынес ему приговор.

В шкафу на вешалке в чехле висит мой завтрашний наряд. Заметив его, Антон тянется, чтобы взглянуть.

— Нееееет! — ору я и оттесняю его, закрывая чехол руками.

Он изумлённо вскидывает брови, поражённый такой бурной реакцией.

— Это сюрприз… — улыбаясь, говорю я.

Антон качает головой, как бы говоря «Мл*, один абсурд кругом» и берёт ключи из стеклянной чаши.

— Пойду чистить машину. — говорит он, включая автозапуск, и добавляет, кивая на небольшую сумку с моими вещами. — Это я могу взять?

— Это можешь. — отвечаю я.

Он бросает на меня прощальный взгляд и выходит за дверь. Я улыбаюсь и достаю чехол. Там у меня нежно — розовый костюм в мелкий рубчик а — ля Джеки Кеннеди. Короткий жакет и юбка карандаш. Похоже, розовый — мой официальный цвет этой зимой. Думаю, что в тандеме с моим фонарём этот костюм составит чудесную пару.

На дорогах и правда чёрт — те что творится. Я рада, что мой сексуальный адепт подвёз меня, а то бы я точно в кого — нибудь впилилась. Разумеется, я ему об этом не скажу. Хотя, он, скорее всего, и сам всё понял.

У дома Вики мы целуемся пятнадцать минут, как будто я провожаю его в армию и впереди целый год ожидания. На самом деле, мы встретимся завтра в ЗАГСе в 14.00. по Московскому времени. Но я так люблю чувствовать его губы на своих, что просто оторваться не могу. А когда нахожу его язык своим, чувствую, как мурашки бегут по спине, перекидываются на грудь и вот я уже вся — вся в мурашках. Кладу руку на его колено и шагаю пальчиками вверх по бедру, в надежде перед долгой разлукой подержаться за «Беса» — младшего, но он перехватывает мою руку на полдороги.

— Не трогай. Не хочу до завтра ходить с колом в штанах. — говорит мой герой.

— А ты поработай кулаком… — хихикаю я.

— Если только твоим. — парирует он и снова целует меня, кладя мою руку себе на грудь.

— Ну, всё, пойду… — бормочу я, очертив пальчиками его грудную мышцу, отчего она дрогнула.

— Ага… — отзывается Наумов, обнимая рукой мой затылок и прихватывает мои губы своими, возвращая наш поцелуй в зону DANGER.

Когда я уже начинаю ёрзать по сидению, он разрывает поцелуй, и я интуитивно тянусь в поисках его губ.

— Иди, давай. — хрипловато говорит он, возвращаясь на своё место. — А то поедем назад домой…

Моё внутренне «я» кричит от возмущения, сражённое его хладнокровием.

— До завтра, — ворчу я, бросив ему хмурый взгляд.

Он откинул голову на подголовник и устало наблюдает за мной. Сохраняю этот чувственный образ в своей голове, вместе с другими образами непостижимого «Беса» Наумова.

Чувствую в своём нижнем белье привычную влагу. Когда он перестанет так на меня влиять? Надеюсь, что не раньше пятидесяти пяти лет.

Прежде чем уснуть, пишу ему в вайбер и спрашиваю как дела. В ответ получаю фотку, которая заставляется меня улыбнуться. Тело Антона, прикрытое одеялом, лежит на одной половине кровати, а тело Палкаши на другой. «Бес» выстроил между ними баррикаду из подушек и прицепил к фотке зелёный блюющий смайлик.

АНТОШКА: «Уродец передаёт, что мы скучаем по твоим сиськам».

Я: «Они тоже скучают, поэтому я просунула руку под майку и хорошенько их приласкала…».

АНТОШКА: «Ты ответишь за эту провокацию, Алёнушка.».

Хихихи.

Очень надеюсь.

Нет, я не стала этого писать, обойдётся.

Перевернулась на бок и тяжко вздохнула. Опустила веки, а за ними он. Смотрит на меня исподлобья и раздевает глазами. Никогда я не чувствовала раньше, чтобы мужчина так меня хотел. Будто я тридцать лет ждала его одного. Я вообще до него не понимала, зачем мне моё тело. Оказывается для того, чтобы Наумов с голодом и страстью его употреблял.

Люблю его. Люблю. Люблю. Люблю.

Свадебное утро можно коротко обозвать свадебным водоворотом. Скажу только, что моя подруга — невеста выглядит ШИКАРНО. На ней белый брючный костюм, незатейливая прическа и стильный макияж. Её жених — счастливчик. Я тоже смогла ненадолго ангажировать выписанного визажиста. Девочку звали Ксюша, и она впервые столкнулась с потребностью замаскировать фиолетовый синяк в пол — лица. Я предложила ей рассматривать это как вызов и пообещала разместить пост в своём инстаграмме до/после.

Разумеется, Ксюша не волшебница, но она сделала, что смогла.

Юра заехал за нами точно в срок. Он был крайне серьёзен и представителен в своём малиновом костюме, что вызывало у меня искреннее веселье. Возможно, его новый респектабельный образ объясняется вовсе не предстоящей женитьбой, а тем, что офис его фирмы переехал в Москва Сити?

Почему никто не объяснил мне после школы, что юристы современной российской экономике ни к чему? Почему никто не сказал, что нужно забить на всё и программировать день и ночь, чтобы потом, когда вырастешь, работать в Москва Сити или где — нибудь в Европе?

В ЗАГСе толпятся всевозможные свадьбы. Народу приличненько. Я нигде не вижу своего Наумова. Хочу чтобы он немедленно заценил мой розово — ангельский образ! Мне кстати и причёску сделали. Всё — таки, мы будем фоткаться и эти фотки, возможно, достанутся их внукам. Когда у Вики уже будет вставная челюсть, милые мальчики и девочки спросят, что это за великолепная леди в розовом рядом с ней.

Ах, да. Моя причёска.

Волосы на макушке собраны в два объёмных разделённых зигзагом колоска, которые заканчиваются очаровательными фуксочками. Остальные волосы свободно спускаются по плечам, волнистые и разноцветные. Фуксы тоже разноцветные и похожи на два ангельских рога. Хихи. Кажется, это оксюморон.

Ну, где же мой «Бес»?

С надеждой всматриваюсь в толпу. Нам уже скоро заходить. Падаю духом.

Он что, передумал?

Почему не написал?

Сжимаю в руке свой букетик подружки невесты и достаю из клатча телефон.

Ничего.

Вика знаком велит мне тащиться сюда. Нас здесь семеро, учитывая меня. Фотограф, Вика и Юра, Кристина и Марина, а также Максим, тот самый друг Юры, который хотел сводить меня на свидание по осени. Он галантно предлагает мне свой локоть, потому что мы стоим рядом. Я натянуто улыбаюсь и принимаю его.

— Она со мной… — раздаётся над моим ухом низкий пьянящий голос.

Максим тут же отступает, а Наумов кладёт руки мне на живот и прижимает к себе, целуя мою макушку. Я откидываюсь на его грудь и жмурюсь от кайфа.

— Где ты был? — ворчу, поворачивая голову и вскидывая на него глаза.

— Опять снег пошёл. Весь город стоит… — отвечает он, рассматривая моё подкрашенное лицо и причёску. Уголок его губ ползёт вверх, и я вся загораюсь.

Моему мужчине нравится…

— Ого! Ты же солист F.M.G.?! — восклицает Макс, вторгаясь в наш мирок.

Антон переводит на него глаза и говорит:

— Он самый. Антон. — протягивая руку, представляется он.

— Ага, «Бес». Я в курсе. — улыбается Макс, пожимая её. — У меня билет на ваш концерт двадцать девятого. Можно с тобой сфоткаться?

— Конечно. — говорит Антон и отпускает меня.

Мой вчерашний ухажер суёт мне свой телефон, позабыв о том, что я личность. Тем временем, я ловлю в кадре Наумова и растекаюсь розовой лужей на полу. «Бес» сегодня примерил на себя стиль кежуал, и я официально заявляю — он самый сексуальный мужчина на свете. На нём строгие тёмно — синие джинсы, белая рубашка и пиджак. На запястье дорогущие часы, под глазом протестный синяк. Мне хочется облепить его, словно лиане и тереться, тереться…

Фоткаю и принимаюсь пожирать его глазами, не таясь. Медленно пробираюсь по его груди вверх, облизываю губы, когда вижу выступающий над воротом рубашки кадык, обвожу взглядом его губы и впиваюсь в голубые смеющиеся глаза.

Он шагает ко мне и обнимает сзади, положив руки на мои бёдра. Я немного поглупевшая.

— Топай, давай… — понукает меня мой герой, толкая вперёд, потому что нас уже пригласили. — Или ты в этой юбке нормально идти не можешь?

Юбка и в самом деле узковата, но красота требует жертв.

Прежде чем идти, я хотела бы задать ему примерно такой вопрос: «Ты охренел быть таким офигенным, Наумов?».

Он склоняется к моему уху и шепчет:

— Хватит пялиться на меня…

— Не могу перестать… — шепчу я в ответ, потёршись носом о его гладкую щёку.

Грейпфрут и крем для бритья. Обожаю, как он пахнет. Обожаю своего «Беса».

Слава Богу, женщина с гундявым голосом вернула меня на землю. Церемония бракосочетания оказалась довольно короткой. Это даже немного удивило меня. Но, фотограф успел сделать кадров двести, не меньше. Очень классные фотки получились на улице. Мы разливали бурлящее шампанское, весело хохоча, всё это происходило на фоне безумного снегопада и пестроты в нашей одежде.

Отличный день.

После этого, Наумову пришлось закинуть меня себе на плечо, чтобы отнести к нашей машине, потому что я не могла самостоятельно передвигаться по свеженанесённым сугробам на шпильках и в этой узкой юбке.

К слову, Юра тоже отнёс свою женщину к машине, но сделал это в десять раз галантнее.

Обед прошёл замечательно. Весело и не напряжно. Как по мне, отличная свадьба. Сегодня наши молодожёны улетают на две недели купаться в океане. Счастливцы.

Когда мы уже едем домой, Кристина скидывает мне одну из этих фоток. Ту, на которой Антон тащит меня на плече. Она вышла супер — пупер весёлой и милой. Особенно, рука «Беса» на моей розовой заднице.

Я показываю её Антону, и он замечает:

— Не хочешь развить свой инстаграмм?

— Я? — изумляюсь в ответ.

— Ты. — улыбается он, глядя на дорогу. — Наша вчерашняя фотка взорвала инсту, ты в курсе?

Моя челюсть падает. Нет, я не в курсе. Разве фотка может за один день взорвать инсту?

— То есть? — уточняю я, глядя на него во все глаза. Он смотрит на меня и мягко улыбается.

— Мои фаны уже лепят её себе на футболки. Я могу отметить тебя на фотке, и к тебе повалят подписчики.

Ого…и что мне с ними делать?

— И что?.. — неуверенно спрашиваю я. — Мне стать блогершей?

Антон осматривается по сторонам и начинает поворачивать во двор.

— Можно попробовать. — отвечает он.

Я хмурю и смотрю в окно. Снег всё ещё идёт. Хочется новый год и ёлку.

— И…что я буду постить? — спрашиваю у нас обоих.

— Всё что угодно. Себя, своего мерзкого кота, группу или меня.

Я беру его свободную руку в свою и начинаю чертить узоры на тёплой ладони.

— То есть…я буду фоткать нас…может быть, то, что происходит за сценой на концертах?.. — рассуждаю вслух.

— К примеру. — кивает Антон, забирая свою руку, чтобы припарковаться.

— Я смогу этим зарабатывать?

— Думаю, да. — отвечает он.

Прикусываю губу и беру телефон. Рассматриваю ту фотку, где вишу на плече у Антона в распахнутой розовой шубе и розовом костюме. Я никогда особо не выставляла свою жизнь напоказ. Не уверена, что готова к этому. Но, это может быть интересно…и прибыльно.

Смотрю на гордый профиль своего гения. Он регулярно мелькает в сети, ну и что. Жив, здоров и не давится.

Снова смотрю на фотку.

Я выгляжу отлично. Честно это признаю. Лица Антона не видно, зато видна потрясная задница.

— Я могу отметить тебя на своей фотке? — спрашиваю я.

— Да. — говорит мой «Бес», глуша машину.

Долго не раздумывая гружу фотку и делаю подпись «Джеки уже не та…», отмечаю Антона и убираю телефон, вспомнив о более важных вещах.

— Тебе понравился мой костюм? — спрашиваю его, сиротливо разглаживая юбку на коленях.

Он оглядывает меня с головы до ног, прежде чем выйти из машины. 1250c08

— Планирую трахать тебя, пока не начнётся баскетбол. — сообщает мой джентельмен.

Я лыблюсь так, что щёки трещат.

— А когда он начнётся?

— В полпервого.

Смотрю на часы.

Хм…

Сейчас восемь вечера.

Неплохо…неплохо…