Глава 5

Избежать встречи с загадочным Рэйнером Штрайманом стало целью моего пребывания в замке Герольда. Стоило выскочить из машины и миновать привязанных доберманов, как я пулей влетела в холл дома. Молниеносно промчалась по лестнице и… натолкнулась на Рэйнера!

Впечаталась со всей дури в этого крепкого парня, что вблизи оказался выше меня на голову. Одет он был в кожаную косуху с футболкой и рваные джинсы. Неизменные очки скрывали глаза. Но губы, искривленные в надменной и злой ухмылке, ясно вещали о том, что он не рад нашей встрече.

— Прости, — пискнула я по-мышиному и попыталась просочиться мимо Рэйнера.

— Ты кто такая и какого хера носишься по моему дому, как угорелая? — прошипел он сквозь зубы и схватил меня за шкирку, как нашкодившего котенка.

— Эй, пусти, Рэйнер. Я гостья твоего отца и живу здесь, — возмутилась я. Даже голос прорезался.

Я попыталась вывернуться. Но когда услышала, как в кулаке парня затрещал ворот блузки, перестала дергаться. Гардероб у меня не царский, а нарядные блузки по пальцам можно пересчитать. Взвесив возможные потери, я побоялась, что этот гад порвет мне выходную вещь.

— Это ведь ты была на улице с чемоданом! — медленно произнес Рэйнер, слишком пристально всматриваясь в мое раскрасневшееся лицо.

— И что с того? Допустим, я. Это не дает тебе право мне хамить, — я гордо вскинула подбородок.

Не к месту подметила, что сын Штраймана пахнет хвойным гелем для душа и от его касания к шее по позвоночнику ползет змеей дрожь.

— Какого черта ты обосновалась в моем доме? Отец благотворительностью не занимается и не устраивает нищих девок в нашем доме, — Рэйнер говорил так, словно дерьмом меня поливал.

Заносчивый ублюдок. Кажется, я переоценила его помощь в борьбе с Самсоном.

— Отпусти меня! Спросишь сам отца, чем я обязана такой чести, — прошипела я сквозь зубы и рефлекторно собрала пальцы в кулачки.

Еще одно слово, и я двину этому хаму по очкам!

— Не дерзи, мелкая! Иначе узнаешь стоимость проживания в моем доме!

Видимо, младший Штрайман от старшего получил по генам в наследство все фашистские клетки. Рэйнер прижал меня к стенке и навис сверху, практически касаясь подбородком моего лба. Несколько секунд стоял молча и начал громко дышать. Я почувствовала, что он меня больше не удерживает. Пригнулась и прошмыгнула сбоку от него. Прижимая к груди пакет с университетской формой, сломя голову побежала в свою комнату. Сердце стучало, будто я галопом по полю гнала.

— Эвелина… — услышала я в спину свое имя, сказанное Рэйнером приглушенно-задумчивым голосом.

Кажется, мечта не пересекаться с этим заносчивым мажором не исполнится. Он меня приметил, и не понятно, что ему от меня надо. Но интуитивно я чувствовала, что в доме Штраймана я теперь под прицелом холодного серого взгляда.

***

Спускаться к ужину я не решилась. Встретить одновременно и Герольда, и Рэйнера желания не было. А провести с ними время за одним столом — тем более. Моя воля — я бы с ними на одной планете не жила. Но так как ученые только осваивают космос, и простым смертным пока не переселиться на Луну или Марс, то придется мириться с образовавшейся проблемой.

Я проверила полученные учебники и переписала в конспект список ссылок на интернет‑ресурсы для программы обучения. Перечитала конспекты и повесила форму на вешалки в шкафу. Собралась уже идти в душ, как в дверь постучали.

— Миссис Эвелина, — грубый мужской голос показался знакомым.

Я распахнула дверь слишком резко. Чуть не влепила Роджеру по носу. Наемник Герольда сразу отступил на шаг.

— Добрый вечер, Роджер.

— Мистер Штрайман зовет вас в библиотеку.

Ох, я и забыла, что наобещала Герольду с три короба, лишь бы удержаться в его доме. И условие, при котором он согласился меня содержать, было чтением книг.

— Минутку. Я сама приду.

— Лучше я вас проведу. Дом большой, я не хочу, чтоб вы заблудились.

— Хорошо. Подождите тогда, я накину жакет.

Быстро переодевшись в брюки и закрытую рубашку, я дополнительно накинула трикотажный жакет. Одежда максимально скрывала мою фигуру. Меня немного напрягало то, что я наедине с Штрайманом буду проводить время. Этот мужчина не выглядел как пожилой пенсионер и мог дать фору по атлетическому телосложению многим молодым мужчинам. Поэтому провоцировать ненужные порывы с сексуальным подтекстом меня не прельщало.

Роджер провел меня в южное крыло замка, мы спустились по второй лестнице на первый этаж. Я подметила, что сама вряд ли б нашла дорогу. Для передвижения по замку Штраймана не помешает детальная карта.

Провожающий отворил передо мной дверь с арочными фресками и пропустил меня вперед. В библиотеке я оглянулась по сторонам и невольно охнула. Подобную книжную сокровищницу я видела только в мультике «Красавица и чудовище». Стеллажи и полки вдоль стен простирались под самый пятиметровый потолок. Несколько лестниц были приставлены у стен. Книги располагались коллекциями полных собраний сочинений, авторы были систематизированы по алфавитному порядку фамилий. Кроме того, учет в библиотеке велся с ноутбука и на каждой полке была вмонтирована бегущая строка. Если нужно было найти книгу, достаточно было ввести на компьютере ее название и на полке загорался маячок. Современная библиотека Штраймана поражала.

Соображая, что к чему, я даже не сразу заметила мужчину, расположившегося на кресле-качалке. Только когда оно прокатилось по полу и Герольд пошевелился, я оторвалась от разглядывания книжных стеллажей и обернулась к нему.

— Здравствуйте, мистер Штрайман, — откашлявшись, произнесла я.

— Привет, Эвелина. Проходи, я уже выбрал книгу для чтения.

Я подошла к низкому столику. Кроме увесистого романа на нем стоял еще серебряный поднос с чайником и чашками, а в блюдце были фруктовые цукаты.

— «Правда о деле Гарри Квеберта». Это детективный роман швейцарского писателя Жоэля Диккера, — проследив за моим взглядом на пузатый томик, пояснил Штрайман.

— Хм, отличный выбор, — прокомментировала я и мысленно возрадовалась, что Герольд не выбрал «Лолиту» Набокова.

— В оригинале роман написан на француском языке. Но, к сожалению, ты не знаешь его, — задумчиво потянул Штрайман и кивнул на свободное кресло. К вечеру он переоделся в домашние брюки и мягкий пуловер, выглядел не так агрессивно, как утром.

Я присела на край мягкого кресла и взяла роман. Побыстрее начнем — побыстрее закончим. Думаю, глава-две, и Герольд уснет от моего монотонного чтения. Стоило мне раскрыть твердую обложку с изображением девушки в белой сорочке и рыжим чемоданом, уж очень напоминавшем мой, как Герольд поднял руку, притормаживая мое рвение.

— Погоди, Эва. Дождемся моего сына!

Я облизнула вмиг пересохшие губы. Читать придется двоим Штрайманам! Вот так удача, сродни тому, чтоб нырнуть в Марианскую впадину без акваланга. Пальцы на странице детектива начали подрагивать, а буквы расплываться. Эва, соберись! Ты храбрая и пробивная девушка! Мысленное самовнушение дало жалкие плоды. По крайней мере, руки перестали сильно дрожать.

Рэйнер вошел в библиотеку спустя долгие пятнадцать минут напряженного молчания. В помещении не хватало назойливой мухи, как последней капли в чаше моего терпения. Ее жужжание доконало б или меня, или Герольда. Зато появился напыщенный аристократ — Рэйнер. С ухмылкой глянул в мою сторону. Плавно перевел взгляд на отца.

— А что, возраст берет свое? Сам с девкой справиться не можешь? — дерзко спросил Рэйнер.

Кровь прилила мне к щекам. Я сидела словно между двух огней. Что папочка, что сынок — плоды ядовитого дерева.

— Ты знаешь, что бы ты сейчас ни сказал, я своего решения не поменяю. За все блага, которыми ты пользуешься, обучение и несколько раз в неделю совместное времяпрепровождение — не великая плата, — хладнокровно парировал Герольд.

— Хм, а ты, что же, решил с Эвелиной заниматься… кхм… чтением здесь? — Рэйнер обвел взглядом книжные полки. — В твоей спальне вам было бы удобнее.

На лице Герольда собралось несколько глубоких морщин. Я не понимала, почему он позволяет сыну так пошло и дерзко с собой разговаривать. Я присмотрелась к реакции отца Рэйнера. Он виновато молчал. Кажется, скелетов в шкафах замка Штраймана еще больше, чем я думала. Не удивлюсь, если настоящий повод для злости Рэйнера кроется в какой-то семейной тайне — и тогда мое изначальное предположение оправдается. Будет кошмаром, если Герольд окажется любителем молоденьких девочек. А сын это узнал и теперь злится на отца за развратное малодушие. Очень надеюсь, что моя мама не была осведомлена о Герольде и не послала меня ему на корм намеренно…

Рэйнер смотрел на мое лицо долго. Затем подошел к длинному дивану и лег на него с ногами, подтолкнув себе под голову подушку.

— Начинай читать, детка. Пока от тебя требуется только это, — подмигнул мне над очками Рэйнер и заложил накаченные руки под голову.

Я вздохнула поглубже и решила: плевать на этих психов. Моя цель — удержаться в доме Герольда и окончить Рич Парамаунт. А папа с сыном могут хоть казнить друг друга на поле для гольфа. Мне нет до их обид и разборок никакого дела.

«Исчезновение»

(суббота, 30 августа 1975 года)

— Единый диспетчерский центр полиции. Что случилось?

— Алло! Меня зовут Дебора Купер, я живу на Сайд-Криклейн. По-моему, я только что видела, как какой-то мужчина гонится в лесу за девушкой.

— Опишите точно, что произошло.

— Я не знаю! Я стояла у окна, смотрела в сторону леса и увидела там эту девушку, она бежала между деревьями… И ее преследовал мужчина… По-моему, она пыталась от него спастись.

— Где они сейчас?

— Я… Я их больше не вижу. Они в лесу.

— Немедленно высылаю к вам группу, мэм.

Именно с этого звонка начались события, всколыхнувшие весь город Аврора, что в штате Нью-Гэмпшир. В тот день бесследно исчезла Нола Келлерган, местная девушка пятнадцати лет. И больше ее никто никогда не видел…» (Дж. Диккер «Правда о деле Гарри Вебера»)

Прочитав несколько страниц, я сама не заметила, как увлеклась и немного расслабилась. Мужчины, к счастью, больше не пытались испепелить друг друга уничижительными взглядами. Слушали с приятным уважением.

Вечер превратился из мучительной пытки в увлекательное времяпрепровождение. Когда бы я еще почитала вслух книгу? Сейчас, во время интернета и Ютюба, собираться в семейном кругу и завлекать детей сказками, а взрослым устраивать литературные вечера — совсем не модно. Это моветон, пережиток прошлого века.

А по факту, чтение детектива оказало благоприятное действие на всех присутствующих, включая меня. От соседства с Рэйнером у меня перестали стучать зубы и дрожать коленки. Когда я переворачивала страницы, несколько раз ловила на себе его задумчивый, заинтересованный взгляд. Сначала ждала, что он будет грубить и снова унижать меня, но он вел себя удивительно вежливо. Только поза его на диване казалась чересчур раскованной и наглой. А в целом литературный вечер прошел сносно.