Глава 22
Беременна.
Я всё-таки беременна.
Эта новость обрушилась на меня вместе с первой утренней тошнотой. Такой знакомой, что и тест не нужно было делать. Да и задержка в три дня это подтверждала.
Я беременна.
Чтоб моего коварного мужа подбросило и выбросило. Желательно куда-нибудь подальше от меня.
Хотя нет, не надо подальше. У меня идея получше. Рожу и скину на него всю заботу о младенце. Пусть наслаждается бессонными ночами, перепачканными подгузниками и прочими радостями отцовства. Он ведь так хотел!
Вот да! Так и сделаю!
Воображение в красках нарисовало всё это, и я невольно улыбнулась.
Пожалуй, на один денёчек точно стоит устроить ему такой марафон в будущем. Только сперва скрытые камеры во всём доме установлю, чтобы воочию наблюдать за его страданиями.
О да, будет весело!
Мне, конечно же.
Ну а что, не всё одному мужу коварствовать. И если что, он знал, с кем не разводился. Особо примерной я никогда не была. Разве что с сыном, но это не считается. С ним по статусу положено быть мудрой и правильной мамой. С Ниязом же себя сдерживать не обязательно. Так что… мне точно скоро будет весело.
Если конечно переживу ближайшие три месяца беспрерывной тошноты, что с каждым мгновением только усиливалась.
— И тебе привет, — положила ладонь на живот, стараясь дышать как можно ровнее и спокойнее.
Губы против воли разъехались в довольной улыбке.
Я буду дважды мамой.
Эта мысль согревала.
И пусть я не простила Нияза, но это и не важно. Я точно не собиралась из-за этого страдать.
В конце концов, мне не обязательно его прощать, чтобы счастливо жить с ним в одном доме.
Такая ерунда!
В отличие от той же тошноты, которая никак не желала утихать.
Я продолжала лежать, дожидаясь, когда приступ утихнет, но он словно в отместку лишь рос. Уже почти невыносимо. Кажется, пора бежать в уборную.
Или не кажется…
В этот момент щёлкнул замок, впуская внутрь Нияза с подносом. По комнате поплыл отвратительный аромат яичницы с беконом и гадкого какао.
Я всё-таки не выдержала. Под удивлённый взгляд мужа сорвалась с кровати и бросилась в сторону ванной комнаты. Едва успела добежать.
Последующие пять минут я стонала, плакала и плевалась, ненавидя эту жизнь. Застывший на пороге Нияз тоже взирал на меня хмуро и с долей растерянности.
— Алия? — позвал, когда я из-за накатившей слабости уселась на пол, облокотившись спиной о стеклянную перегородку душа.
Даже не посмотрела на него. По щекам продолжали течь слёзы усталости.
Убейте меня кто-нибудь.
А то я даже руку поднять не в состоянии.
— Я беременна, — просветила Нияза, кое-как шевельнув пальцами. — И я тебя ненавижу, — добавила следом.
А нечего так счастливо улыбаться от уха до уха, когда мне так плохо!
Ещё бы мужа проняло. Он заулыбался только шире, а следом и вовсе накинулся на меня с объятиями. Зря. Только успокоившийся желудок снова взбунтовался, из-за чего пришлось ещё пять минут потратить на общение с белым другом.
— Прости, — повинился Нияз, когда мне полегчало. — Хочешь отнесу тебя в постель?
Я бы мотнула головой, но боялась вновь шевелиться.
— Хочу умыться. Поможешь встать?
Не только помог. Поднял на руки и сам поднёс к раковине, усадив на столешницу рядом с ней. Сам же и умыл. Спасибо, зубы позволил самой почистить. Уже потом отнёс в кровать.
В комнате по-прежнему витали ароматы еды, но Нияз, словно предвидя мою реакцию, открыл окно и под мой изумленный вскрик выбросил поднос с тарелками прямо в него.
— Нияз! Ты что творишь? — обескураженно посмотрела на него.
Потом снова на окно. И снова на него.
— Ты зачем еду выбросил?
— Не хочу, чтобы тебя снова тошнило. И уходить не хочу, — пояснил, возвращаясь ко мне на кровать.
Уселся в её изголовье и аккуратно перетащил меня к себе. Через минуту я удобно полулежала на нём. Щекой прижалась к его крепкой груди, слушая как внутри бьётся сильное сердце. В итоге поймала себя на том, что мне нравится быть в этом моменте. Стук его сердца и объятия успокаивали и расслабляли.
— С Фархатом тоже так было? — спросил он тихонько, приглаживая мои растрепанные волосы.
— Да. На ближайшие три месяца я по утрам овощ, — призналась со вздохом.
Нияз помолчал, только рука в волосах на миг сжалась в кулак.
— Прости, — произнёс он виноватым тоном, — что меня не было рядом, когда ты так нуждалась.
Поморщилась. Но врать не стала.
— Не прощу, — сказала, как есть. — Я никогда тебе не прощу, как ты со мной обошёлся в прошлом. Но я дам тебе шанс не облажаться в будущем. Один. Первый и последний. Другого не будет, Нияз.
Муж с шумом втянул в себя воздух и крепче обнял за плечи, прижимаясь губами к макушке.
— Ты не пожалеешь, вот увидишь, — отозвался приглушённо из этой же позы.
На это я промолчала. Потому что слова — это всего лишь слова. А я с некоторых пор предпочитаю им действия. Время покажет, насколько твёрдо его обещание. Пока же я, прикрыв глаза, позволила себе замереть в этом моменте, раствориться в тепле его объятий. И сама не заметила, как снова заснула.
А проснулась от ощущения дикого голода. Словно мой организм сам себя уже есть начал.
Что ж…
Добро пожаловать во вторую стадию моего нового распорядка дня.
Еда. Вся. Любая. Главное, чтобы была.
На первый этаж не спустилась, сбежала. Так спешила, что едва вписалась в нужный поворот. Но вписалась.
— Сейчас я буду кушать, сейчас меня покорм…
Не договорила. Через шаг и вовсе застыла на месте. А все потому, что на кухне уже был Нияз. С заваленным лимонами столом.
— …мят — закончила запоздало, осматриваясь в непонимании и шоке. — Это что? — всё-таки выдавила из себя закономерный вопрос.
Нияз почесал затылок.
— Я позвонил знакомому, изучил интернет, везде говорят, что для снятия тошноты полезно кислое питьё и сухари.
Сухарей, хвала Аллаху, не было, но на соседнем столе, куда я сразу не посмотрела, высилась гора хлеба.
— Поэтому ты скупил в магазине все лимоны и хлеб? — хмыкнула нервно.
Представила, как на него смотрели другие покупатели и продавцы…
— Ну не то чтобы все… — протянул муж, но вышло уж очень неуверенно.
— А, то есть другим всё же чуточку оставил? — улыбнулась, подходя ближе.
Нияз пожал плечами, а я всё-таки рассмеялась.
— Отбой тревоги, — похлопала его по плечу, а на вопросительный взгляд пояснила: — Тошнота прошла. Теперь я наоборот очень хочу есть. Согласна даже на запечённого угря.
И тут же снова рассмеялась, когда Нияз растерянно уставился на холодильник.
Такими темпами я доведу его до ручки ещё до следующего триместра. А ведь это только первый день…
— Хинкал есть, будешь? — предложил он, запоздало взяв себя в руки.
— Буду, — кивнула. — А что ещё есть?
— Ещё есть шурпа. И хачапури. И…
Отлично!
— Давай всё, — перебила я его, усаживаясь за стол.
— Всё? — опять растерялся муж.
— Всё, — повторно кивнула. — Я жутко голодная. Аж руки дрожат, — протянула к нему эти самые руки.
Они и правда дрожали.
Нияз качнул головой, сжал на мгновение мои ладошки, коснулся каждой в поцелуе, а затем принялся исполнять мою просьбу. Вскоре передо мной на столе находилось всё, что он перечислил.
— Ты точно это всё съешь? — уточнил, прищурившись.
Вопрос актуальный, учитывая, что еды много, а я маленькая и одна. Но он просто не знал, что наш ребёнок хоть пока ещё и совсем крошечный, но питательных веществ ему нужно не меньше, чем мне. Поэтому да, всё не съем, но многое. И то потому, что это лишь начало беременности.
Вот дальше…
Там я начну тазиками есть.
Конечно оставалась вероятность, что вторая беременность будет протекать иначе, но судя по сегодняшнему утру и текущему моменту — вряд ли.
Так что ближайший год будет ну очень весёлым.
А пока я как раз ела. Нияз всё это время сидел рядом и внимательно за мной следил. Я честно пыталась игнорировать. Спокойно доела шурпу, закинула в себя четыре хинкала, затем принялась за хачапури.
— Тебе, кстати, не обязательно постоянно быть при мне, — заметила, отламывая кусочек выпечки и макая её в яйцо посерёдке. — Самый сложный период дня — это утро. Потом я просто ем, ем и ем. Так что, если тебе куда-то надо, самое время сходить.
Нияз одарил меня скептическим взглядом.
— А если тебе плохо станет? — нахмурился. — Опять затошнит, голова закружится, или ещё что-то?
— То я сама со всем справлюсь, — закончила за него, отламывая новый кусочек хачапури. — Это же не впервые. Я знаю, что надо делать в такие моменты. На крайний случай попрошу Зулейху или Саиду помочь.
И видимо, я что-то не то сказала, потому что Нияз поджал губы в недовольстве.
— Нет, — сообщил твёрдо, сложив руки на груди. — Я никуда не уйду.
— И что, теперь все девять месяцев при мне двадцать четыре на семь будешь? — хмыкнула, продолжая уничтожать выпечку. — Не глупи, я беременна, а не больна. И я уже сказала, что отлично справлюсь со всем сама. Фархата же выносила и родила без тебя.
И это я тоже сказала очень зря.
— Вот именно, — вконец разозлился супруг. — А должна была вынашивать и рожать под моим присмотром.
— Нияз… — попыталась урезонить я его.
Но куда там, он уже разошёлся, не остановить.
— Доела? Иди отдыхай, я сам здесь приберусь, — повелел.
М-да… кажется, всё-таки не я его доведу заскоками, а он меня своими.
— Я не хочу отдыхать. Я выспалась. Хочу гулять.
Я отодвинула от себя недоеденное хачапури и поднялась на ноги.
Лучше уйти, пока в самом деле не поссорились. Я понимала, что он беспокоился, но ещё знала, если сейчас не отстою своё право на самостоятельность, дальше только хуже станет.
— Ладно, сейчас переоденусь и пойдём, — сдался муж на свой лад.
Но в этом я спорить не стала. Уступил, уже хорошо.
Он ушёл. Я проводила его задумчивым взглядом и усмехнулась тому, что сделаю дальше.
А дальше я стала прибирать на кухне, заранее предвкушая реакцию своего гиперопекающего супруга.
Так и оказалось.
— Алия! Я же сказал, что сам приберу. На крайний случай, скоро вернётся Саида с Фархатом…
— А до этого времени всё будет вот так валяться на столе? Нет уж, — отказалась. — К тому же, мне полезна активность. Нельзя постоянно лежать и ничего не делать. Мышцы атрофируются, рожать сложнее будет, и больнее. А помыть посуду — дело совсем несложное. И быстрое. К тому же, нам всё равно ждать сына. Я без него гулять не пойду.
Нияз поджал губы в недовольстве, но спорить не стал. Молча принялся помогать мне. И таким милым он был в своём беспокойстве, что я не выдержала и обняла его по окончанию уборки.
— Со мной правда всё хорошо, — заверила, успокаивающе проводя ладонью по напряжённой спине. — Когда мне действительно будет плохо, я обязательно скажу, обещаю. Но сейчас мне правда хорошо. Даже очень.
Нияз с шумом вздохнул, обнимая в ответ.
— Ты едва руку могла поднять этим утром. Это не похоже на хорошо, — произнёс негромко.
И я испытала капельку стыда, что отреагировала так резко на его заботу.
— Из-за тошноты, — тоже вздохнула. — Ей всегда сопутствует сильная слабость. Но потом она проходит. К тому же тебе придётся привыкнуть. В ближайшие три месяца всё только так и будет. Иногда даже хуже.
— Куда уж хуже, — проворчал он.
— Поверь, есть куда, — хмыкнула, поморщившись. — Но я буду надеяться, что до этого всё же не дойдёт, — посмурнела.
— До чего?
Вот тут я ответила не сразу. И не правду. А то его точно удар хватил бы, узнай он, как в прошлом я попала в больницу с обезвоживанием из-за долго непроходящей тошноты.
— Бывает, что тошнота длится дольше. В такие дни я с постели не встаю. Но возможно в этот раз повезёт, — отозвалась обтекаемо, как смогла.
Объятия мужа усилились.
— Очень на это надеюсь, — хмуро кивнул он.
И, по-моему, собирался ещё что-то сказать, но в этот момент хлопнула входная дверь и послышался голос сына. Я тут же поспешила отстраниться от него и встретить Фархата, используя как предлог в закрытии опасного разговора.
— Мама, ты проснулась, — кинулся обниматься мой малыш. — А мы с Саидой ходили в магазин, купили мороженое. Ты будешь?
— Буду, — согласилась конечно же. — А ещё гулять с папой сейчас буду. Пойдёшь с нами? — спросила, хоть и знала ответ.
Конечно…
— Да!
И мы пошли. Но сперва, само собой, съели мороженое.
Нияз то ли успокоился, то ли решил при сыне не показывать своих эмоций, но стал привычно весел и расслаблен. Даже позволил мне сесть за руль. Ненадолго и на более-менее пустой дороге, но всё же.
Мы съездили в пацху, навестили дядюшку Турсуна, обрадовали его новостью о пополнении в семье, заехали покататься на качелях над пропастью. Нияза чуть удар не хватил, но он стойко вытерпел этот мой каприз, но взамен я пообещала ему до конца беременности больше туда не лезть.
Смешной такой.
Окончанием нашей общей поездки стали термальные источники. Вот там мужу понравилось. Я лежала, балдела и ничего не делала в течении получаса, что радовало его самого.
Возможно, что и дольше бы пробыли, но Фархату надоело. Он захотел домой, есть и смотреть кино.
Пришлось возвращаться.
На фильме я и заснула. А проснулась уже следующим утром от очередного приступа тошноты, будь она неладна.
Не удивлюсь, если реально будет ещё один мальчик. Уж очень схожие симптомы беременности.
И с каждым днём они всё усиливались и усиливались.
Нияз по возможности был рядом, но и работа саму себя не сделает, а потому он часто уходил. Но всегда был на связи. Или присылал мне с курьером что-нибудь вкусное и сладкое. Каждый раз новое. Мороженое, пирожное и прочие сладости.
Это стало почти ритуалом.
Утром во время тошноты он был рядом, потом, как я засыпала, уходил. К моменту как я снова просыпалась и ела, приезжал курьер.
Таким образом, вместо меланхолии из-за плохого самочувствия, я испытывала воодушевление от ожидания очередного сюрприза.
Правда сегодня он вышел несколько странным. Вместо сладостей я получила записку.
«Увидимся в полдень в гостевом домике номер пять», — гласило в ней.
Ух, ты! Любопытненько.
Что он задумал?
Решил устроить свидание-сюрприз? Или квест с записками, где в конце меня ждал как раз тот самый сюрприз? Раньше мы постоянно так делали, это было нашей любимой игрой. Думала, больше не будет. А Нияз тоже похоже вспомнил и воплотил.
Ох, как интересно!
Воодушевление так захватило, что я даже не смогла сразу определиться, что же мне надеть на нашу встречу. Я перебирала вешалки, но всё казалось неподходящим. Либо слишком простым, либо вычурным. Я даже мамино платье, которое та сшила для никаха Нияза и Азры, примерила. Полюбовалась на своё королевское отражение, красиво мерцающее серебром, и сняла. Оно совершенно не подходило для простого свидания. Скорее для свадьбы, где я та самая невеста.
На мгновение даже жаль стало, что Нияз расторг помолвку. Я бы очень хотела посмотреть на лицо Азры и остальных, когда бы они увидели меня в этом элегантном наряде с длинным шлейфом. Ещё больше было интересно посмотреть на Нияза в тот момент. Он бы точно дар речи потерял и о второй жене позабыл.
Эх… так и быть, надену на годовщину нашей с ним свадьбы. Негоже такой красоте пропадать. Сейчас же я вернула его на место и продолжила дальше искать что-то более подходящее случаю.
В приоткрытое окно доносился смех сына, играющего с Мурадом в саду под присмотром Саиды, а я всё крутилась и крутилась у зеркала, никак не могла определиться.
Потратила не меньше полутора часов, прежде чем остановила свой выбор на простеньком ярко-бирюзовом платье длиной в пол, с короткими рукавами фонариками, закрытым декольте и широким поясом. Благодаря тонкой хлопковой ткани, в нём было комфортно даже в жару.
В общем, самое то для моего случая.
С причёской я тоже мудрить не стала, собрала в мальвину и завила кончики, придав образу романтичности. Его дополнил естественный макияж без стрелок.
Ну вот, вроде миленько.
Ещё немного покружившись перед зеркалом, я схватила сумочку, затолкала в неё всё нужное, начиная с помады и заканчивая телефоном, и направилась по указанному в записке адресу.
Любопытство зашкаливало.
Ну что, малыш, давай посмотрим, что нам приготовил твой папочка-затейник на этот раз.
Надеюсь, он связан с едой. А то я за эти три часа кажется снова успела проголодаться.
Нужный домик отыскался легко. Закрытая территория, небольшой дворик с мангалом и шезлонгами, уютное внутреннее убранство, что было видно через стеклянную стену и раскрытые шторы.
Я вошла внутрь осторожно, с любопытством оглядываясь вокруг. Стол у окна, диван у стены, мини-кухня в дальнем углу, коридор, уводящий вглубь, в спальню. Очень похоже на обстановку домика в горах, только этот одноэтажный.
— Нияз? Ты здесь? — позвала.
Мне никто не ответил. И записки не нашлось никакой. Значит, всё-таки свидание? И я немного поспешила прийти на него, так как самого Нияза ещё не было. Хотя до нужного времени оставалось всего десять минут. То есть не так уж я и рано.
Да и вокруг всё выглядело, как обычно. В смысле ни намёка на сюрприз.
Может всё-таки домом ошиблась?
Я обернулась на вход, скользнула взглядом по номеру на стене со стороны улицы. Вроде всё верно.
Что ж, подождём.
Так даже интереснее.
Я прошла дальше, бросила сумочку на диван у стены, сходила, помыла руки, вернулась.
По итогу часы отсчитали пятнадцать минут от полудня, но Нияза как не было, так и не предвиделось будто.
— А вот это уже странно, — произнесла в пустоту.
И решительно полезла в сумочку за телефоном.
Не собиралась звонить, чтобы не портить момент с сюрпризом, но такая задержка начала напрягать.
Вдруг что-то случилось? Очень надеялась, что нет, но мало ли? Мой муж не из тех людей, кто забывал предупредить, если встреча срывалась. Тем более в моём положении. А раз не предупредил и не пришёл, значит точно что-то произошло.
Вот только по факту я даже разблокировать телефон не успела. Входная дверь отъехала в сторону и на пороге показался… нет, не Нияз. Но тоже мужчина. Совершенно незнакомый и совершенно неодетый, плавки не в счёт.
Мокрая массивная фигура застыла в проёме, заслонив собой солнечный свет, отчего его и без того тёмная внешность и смуглая кожа стали казаться ещё темнее. Широкую грудь покрывала густая растительность, а приспущенные плавки подчёркивали возрастной животик.
Я настолько растерялась, что не сразу сообразила отвести взгляд.
— Вы кто? — поинтересовалась, сосредотачивая внимание на так и неиспользованном телефоне в руках.
— Я Назар, — представился мужчина. — А ты Алия?
Он шагнул за порог дома, и я невольно напряглась. Не только из-за того, что он стал ближе ко мне в маленьком замкнутом пространстве, но и потому, что знал моё имя. Откуда?!
— Вас Нияз прислал? — спросила настороженно, неуверенная в том, как лучше действовать в подобной ситуации.
То есть я знала, что должна делать. Уходить. Но вдруг его и правда прислал Нияз?
«Ага, мужика в плавках прислал. Ты серьёзно, Алия?» — одёрнула себя тут же.
Мой муж скорее удавился бы, чем позволил какому-то другому мужчине приблизиться ко мне, да ещё в подобном виде. Я бы и сама отказалась с таким встречаться, даже будь Нияз рядом.
— Вроде того, — ответил тем временем незнакомец, шагнув ближе.
Сердце дрогнуло, нервы натянулись, мышцы напряглись.
— Тогда передайте ему, что я приходила, но не дождалась его. А теперь мне пора, — протараторила скороговоркой.
Схватив сумочку, я поспешила уйти. Внутри отчётливо билось беспокойство.
Что-то было не так.
Я не верила, что Нияз мог это подстроить. Скорее поверю, что он ошибся номером дома в записке.
В любом случае, надо уходить.
Вот только по факту я едва шагнуть успела к выходу, мужчина тут же преградил собой путь.
— Уже уходишь? Почему? Ты же сама хотела встретиться.
Я как смотрела на свои руки так и продолжила. Только отшагнула от него назад.
— Простите, но вы меня с кем-то путаете, — произнесла как можно ровнее.
А у самой внутри всё дрожало от страха. И чем дольше я стояла перед ним, тем страшнее становилось.
— Да нет, красавица, я точно тебя не путаю. Такую, как ты, не перепутать. Я две недели мечтал об этой встрече. О том, как прикоснусь к тебе. Как ты коснёшься меня в ответ.
Он говорил ужасные вещи. Просто кошмарные. По-настоящему пугающие.
Я попятилась от него, когда он протянул ко мне руку, чтобы дотронуться до лица.
— Вы точно ошиблись. Я не та, что вам нужна, — произнесла дрожащим голосом.
На мужских губах расплылась понимающая усмешка.
— Всё-таки хочешь поиграть в недотрогу? Хорошо. Давай поиграем. Так мне даже больше нравится.
А затем я только пискнуть смогла, когда он резко подался вперёд и схватил меня за руку.
Я завизжала. Попыталась вырвать руку, но незнакомец держал крепко.
— Отпустите меня! Пустите! Что вы делаете!
А делал он ужасные вещи. Сперва вырвал из рук сумочку с телефоном, откинув в сторону. Я бегло проследила за ними взглядом, как они закатились под стол неподалёку, а затем задёргалась сильнее, когда его вторая рука легла на талию, вжимая в его мокрое после плавания тело.
— Это не я! Вы путаете! Я замужем! У меня ребёнок! Я бы никогда не согласилась на эту встречу! Я мужа люблю!
Но мужчину мои крики только больше раззадоривали.
— Да, я помню. Ничего. Скоро ты и меня любить будешь. Ух, какая ты сочная!
Всевышний…
Кто-нибудь спасите меня!
Его руки грубо прошлись по телу, породив в нём дрожь отвращения. Я забилась в его объятиях с новыми силами.
— Нет! Не трогайте меня! Я запрещаю! Отпустите!
— Как скажешь, маленькая дрянь.
Он и правда меня отпустил. Но только чтобы развернуть к себе спиной и толкнуть на диван. По инерции я, спотыкаясь, дошла до него и упала. Тихо всхлипнув, попыталась встать и убежать, но он и в этот раз оказался быстрее. И сильнее. Навалился сверху всем телом, пригвоздив к мебели. Грудь сдавило от того с какой силой он вжал меня в спинку.
— Нет, пустите. Пустите меня.
Он не слушал. Наглые руки скользнули на шею, а через миг я задохнулась от ужаса, когда он потянул молнию на платье вниз.
— О, кружева, а ты готовилась, да?
— Нет. Отпустите меня. Пустите!
Но мужчина как не слушал до этого, так и сейчас не стал. Дёрнул за расстёгнутые половины платья в разные стороны, спуская их с плеч. Вышло слишком резко, ткань не выдержала, затрещала по швам. Я вновь протестующе вскрикнула. Попыталась ударить его, но из-за спущенных рукавов даже махнуть рукой толком не получилось. Попыталась сбросить его с себя, изворачиваясь телом, но тоже не помогло.
— А ты умеешь завести мужика, девочка. Одобряю. Продолжай.
А я не стала. Тяжело дыша, наоборот замерла.
— Отпустите меня. Пожалуйста. Вы правда ошиблись.
— Попроси ещё, меня это вставляет, — шепнул он на ухо, кусая за мочку.
С губ сорвался жалобный всхлип. А затем я вовсе забыла как дышать. Его руки принялись задирать подол. И в этот же момент дверь в дом снова открылась. И на этот раз это уже и правда был Нияз. Застыл на пороге, с хмурым видом уставившись на полураздетую меня под другим мужчиной.
Всевышний, за что ты так со мной?!