Глава 56

Ярослава

– Отойди от окна, – просит тетя Люба.

Я послушно делаю несколько шагов назад.

Теперь меня не видно, а вот я пространство за окном все еще просматривать могу.

Из тачек выбираются бородатые качки. Почти такие же, как у Сабира. Вот только конкретно их я не узнаю. Хотя, быть может, просто не обращала внимая, ведь все они были похожи для меня.

У каждого есть оружие, и они даже не стесняются демонстрировать его на всю деревню.

Меня охватывает дикий ужас. Но не за себя. За тетю Любу.

– В шкафу спрячься! – командует она мне.

– Я вас не оставлю! – отзываюсь тут же.

– Быстро в шкаф! – прикрикивает на меня женщина, и я делаю вид, что исполняю ее приказ.

На самом деле, я понятия не имею, что делать. Мне страшно до такой степени, что ладоши потеют, а по спине прокалывается колючий холодок.

Дыхание становится болезненным, и я едва держу себя в руках.

Возвращаюсь к окну и вижу, как тетя Люба открывает калитку.

Она загораживает собой проход. Мужики что-то у нее спрашивают, она, наверное, отвечает, но мне не слышно. К тому же, в ушах стоит сильный гул.

Я изо всех сил сдерживаю себя, чтобы не впасть в панику.

Но в какой-то момент один из мужчин, что стоял ближе всего, грубо отталкивает тетю Любу, и та валится на землю.

Бородачи бесцеремонно перешагивают через нее и направляются к дому.

Только теперь я исполняю ее приказ. Забираюсь в шкаф, трясясь от страха.

Когда Сабир впервые напал на нас, когда его головорезы пробрались в нашу квартиру, я не была так напугана, потому что тогда еще не знала, чем все может обернуться. Верила в чудо, что ли?!

Сейчас же я знаю, что с каждым днем может стать только хуже. Более того, любой из них способен стать для меня последним.

В шкафу тесно, но мне удается кое-как уместиться там.

Я стараюсь даже не дышать, чтобы не выдать меня, но, что-то подсказывает, спастись не удастся. Лишь бы тетя Люба была жива. Не прощу себе, если эта милая женщина пострадает.

Близкий топот мужских ботинок заставляет мое сердце ускориться. Зажимаю себе рот, чтобы не закричать.

– Все углы обыскать! – грубо командует кто-то, и шаги рассредотачиваются.

Мне остается только ждать. Меня найдут.

Найдут и убьют, наверное.

Не знаю, сколько проходит прежде, чем дверца старенького гардероба тети Любы распахивается.

– Нашел! – реагирует на меня мужчина.

Я же, пользуясь эффектом неожиданности, отталкиваю его. Мне даже удается выпрыгнуть из шкафа, но меня тут же ловят. Хватают сзади и, несмотря на все сопротивление, выносят из дома, заталкивая в тачку.

Я даже не успеваю разглядеть, что там с тетей Любой. Просто кричу изо всех сил и толкаюсь, пока меня в тачке не прижимают с обеих сторон два громилы.

– Отпустите меня, ублюдки! – ору я. – Сабир вас прикончит!

Те лишь усмехаются.

Я сама не понимаю, почему я так решила. Быть может, ему срать на меня. Ведь всегда было срать!

Я кричу что-то еще, пока кто-то не дает команду: «Выруби ее», и острая боль не отправляет меня в темноту.

Когда я прихожу в себя, понимаю, что меня заперли в подвале. Здесь есть тусклый свет, потому я не у Сабира, ведь там было совсем темно, а где-то еще.

У его отца?

Хотя, зачем его отцу похищать меня? Это бред какой-то!

Когда сознание окончательно проясняется, могу разглядеть перед собой решетку. Я в клетке. В камере, если быть точнее. Фактически в подземной тюрьме, как в каком-то боевике или фильме ужасов.

Лежу прямо на ледяном бетонном полу, и все мое тело померзло. А еще сильно болит голова. Видимо, меня прилично по ней приложили, чтобы заткнуть.

Оглянувшись, понимаю, что по обе стороны от меня есть еще две такие же клетки. Отделены они лишь решетками. Видимо, хозяин этого места любитель подержать кого-то в плену.

В голове не укладывается. Еще пару недель назад я бы сказала, что такое только в фильмах бывает, но сейчас я не удивляюсь. Только ледяной холодок разрастается в моей груди. И от страха подташнивает.

В соседней камере замечаю цепи, свисающие с потолка. А еще кровь. Много крови. Огромное пятно прямо под цепями. И она свежая. Похоже, кого-то тут мучили буквально сегодня.

От паники тошнота усиливается, и меня рвет прямо на бетонный пол. А когда замечаю такие же цепи в своей камере, только не спущенные, рвет снова.

Кое-как оклемавшись, снова пытаюсь подняться с бетонного пола. В голове разные мысли. Я даже вспоминаю, что с Сабиром ощущала себя в безопасности, даже несмотря на все, что он делал. Теперь в сравнении я вижу эту разницу. Я могу в полной мере оценить, в чем она заключается.

Я жду. Долго жду. Стою, вцепившись в металлические прутья обеими руками. А потом просто начинаю орать:

– Отпустите меня, ублюдки! Выпустите меня!

Бьюсь в неподдающуюся решетку какое-то время, пока не отчаиваюсь совсем, и силы не покидают меня.

Понятия не имею, сколько времени провожу здесь. Кажется, вечность.

А еще я сильно хочу есть и пить. Желудок воет и вот-вот начнет сжирать сам себя.

Но вскоре я слышу звук открывающегося замка и голоса вдалеке. Они приближаются какое-то время, пока не оказываются рядом, и двое крупных мужчин не входят в помещение с камерами.