Глава 56

Яна

Подъезжаю к садику, строя в голове планы: забрать Рози, сделать быстрый забег в магазин и провести тихий вечер дома. Но все рушится, когда вижу у входа знакомый автомобиль Тамерлана. А рядом — и его самого. Прислонился к дверце, и на лице — непривычно беззаботная улыбка.

— Что ты здесь делаешь? — не могу скрыть удивления. — У тебя же рабочий день.

— Сократил, — он ловит меня за талию и легко притягивает к себе. — Подумал, что вечер должен начаться пораньше. У меня много нерастраченной энергии.

Чувствую, как мои щеки предательски начинают гореть. Забавно, я вроде бы достаточно раскрепостилась, отпускаю тормоза, но все равно время от времени краснею от прямых намеков.

— Энергию можно направить в мирное русло, — парирую, глядя ему прямо в глаза. — Если, конечно, хватит сил после такого трудового дня.

Его глаза весело блестят. Я и не думала, что так могу играть с ним. Оказывается, это может быть очень даже весело.

— О, еще как хватит. Я, можно сказать, только разогрелся.

Вырываюсь из его объятий и иду в садик. Рози быстро влилась в группу и никак не хотела уходить, но стоило сказать, что её папа ждет, как она сразу же согласилась.

— Папа! — едва мы оказываемся на улице, как она влетает в крепкие объятия Тама.

Она сама стала звать его отцом, и это получилось как-то само собой.

— Как прошел день, принцесса?

Она весело смеется, начиная рассказывать ему все в деталях, жестикулируя и размахивая руками. Там слушает ее внимательно, а потом его улыбка резко меняется. Я прослеживаю направление его взгляда.

— Что такое, Там?

— Ты знаешь её?

— Да. Это Марина. Они с дочкой новенькие в группе. Мы сталкивались пару раз в коридоре.

Я снова оборачиваюсь и моментально напрягаюсь. Здоровый, спортивного телосложения мужчина надвигается на хрупкую блондинку. Он что-то резко и отрывисто говорит ей, но и она не отступает.

— Там, нам надо помочь. Что-то не так, — я уже делаю шаг, когда муж меня останавливает.

— Это Тимур – мой бизнес-партнер и друг. Его жену звали Мариной. Она из детского дома. Все думали, она умерла… или исчезла после того, как у неё случился выкидыш на седьмом месяце. После этого он сломался, стал жестким в бизнесе, холодным и расчетливым в жизни. В наших кругах его прозвали «Палачом».

С ужасом наблюдаю, как Тимур садится на корточки перед Катей. Его лицо совсем иное, чем было несколькими минутами ранее, когда он разговаривал с Мариной. Сейчас оно мягкое, спокойное. Он даже улыбается.

— Здесь что-то не так. Что-то очень серьезное. Видимо, все же его ребенок жив.

— Там, — говорю тихо, но очень четко, глядя на то, как он усаживает их в свой джип. — Просто так женщина не станет скрывать ребенка. И уж тем более не станет врать о его смерти. Значит, была причина. Очень, очень веская причина. Я знаю, о чем говорю, — к мужу оборачиваюсь. — По себе знаю.

Мои слова висят в воздухе, тяжелые и полные горького понимания. Я сама когда-то бежала и скрывалась, руководствуясь тем самым «веским страхом».