Часть 5. Преступница с Плиона. 1

Меня привели в уже знакомую камеру. Конечно, они были все одинаковые, и я мог перепутать ее с десятками других, но, заглянув под подвесную койку, я обнаружил нацарапанное неприличное слово с Земли — собственное художество с моего прошлого визита сюда. Оно символизировало: «Здесь был Нортон».

Я улегся на койку и прикрыл глаза: усталость давала о себе знать. Расслабиться до конца я не мог, не зная, что с Алисой. Но я сделал все от меня зависящее, чтобы ее отпустили, как только драконьи детки расскажут правду. Мы с Рисом договорились, что он позаботится о моей иномирянке, как только ее отпустят.

От этих мыслей напряжение окончательно схлынуло. Неудивительно, что я уснул практически сразу, а проснулся от шума в коридоре. Это означало, что либо мне принесли ужин, либо в соседнюю камеру привели соседа по криминалу, и в данную минуту ужин меня интересовал гораздо больше личности еще одного арестованного. Но ровно до того момента, как лязгнули замки на дверях моего каземата, и на пороге появилась Алиса.

Моей первой мыслью было то, что у меня видение или галлюцинация, потому что Алисы здесь просто не могло быть. И уж тем более такой растрепанной, рассерженной и в антимагическом ошейнике. Такой моей. Наши взгляды встретились, и она облегченно выдохнула. Синие глаза настолько радостно засияли при виде меня, что всего меня охватило такое теплое чувство. Я-то думал, что больше ее не увижу… Так, стоп!

Это что вообще за фигня?!

Эйфория схлынула, и я заметил отца, который собственно и втолкнул Алису в мою клетку. Перевел на него взгляд и завис повторно. Потому что я знал Гартиана Эрланда всю жизнь, но таким видел его впервые. Начиная с того, что от его густых волос и не менее густых бровей мало что осталось. Отец выглядел так, словно сунул голову в печь и неудачно ее зажег. Печь, не голову, но пострадала последняя. Гартиан лишился бровей и щеголял с залысинами на висках и макушке. Остальные волосы торчали обгоревшими пучками. Уверен, когда «случился взрыв» у него еще и морда была вся красная, но драконья регенерация с этой проблемой справилась.

— Ты упал в кратер вулкана? — поинтересовался я.

— Вулкан «Алиса», — прорычал Гартиан и повернулся к иномирянке. — У тебя пять минут.

Я мгновенно перетек с койки, оказываясь рядом с ней, а затем сделал то, что должен был сделать еще в своем особняке, привлек ее к себе и впился в желанные губы поцелуем. Алиса вздрогнула в первое мгновение, а затем со стоном-всхлипом подалась вперед, закинула руки за мою голову, зарываясь пальцами мне в волосы. Между нами будто вспыхнули не просто искры, пламя, которое побежало по всему телу, окутывая, соединяя нас. Это была самая правильная вещь во всех мирах. Мы целовались так жадно и ненасытно, будто давно были любовниками. Словно у нас было все и даже больше. И отлипли мы друг от друга лишь по причине окружающей обстановки и ограниченности обещанных отцом пяти минут.

— Что ты здесь делаешь? — Мы спросили это одновременно.

— Что я здесь делаю? — Я вскинул брови. Так и не выпустил из объятий свое сокровище. Надо сказать Гартиану спасибо за такой подарок. Понятно, что у отца на все есть собственные причины, но я даже не надеялся на то, чтобы когда-нибудь снова увидеть Алису, не говоря уже о том, чтобы украсть ее поцелуй. — Спасаю тебя!

— Ценой своей свободы?

— Это был единственный вариант, моя огненная девочка, — я нежно погладил ее по щеке, но в глазах Алисы вспыхнуло яростное пламя.

— Ты мог не приходить. У Гартиана все равно не было на меня компромата.

— Не мог, Алиса, — покачал я головой. — Твоя очередь отвечать на вопрос!

На ее щеках ярко вспыхнул румянец.

— Меня тоже арестовали. За покушение на жизнь директора Межмирового бюро.

— Ты бросила в него горелкой? — поинтересовался я, вспомнив странный вид Гартиана.

Алиса слегка отстранилась: она бы высвободилась, но я не позволил. Дракон во мне требовал никуда ее не отпускать. Она поправила антимагический ошейник и призналась:

— Я создала огненную волну и атаковала его.

— Ты? У тебя же нет магии!

— Видимо, есть.

Я снова воспроизвел в памяти образ отца и откровенно заржал.

— Когда я говорил, что ты огненная девочка, я даже не представлял, насколько, — заявил я сквозь смех.

— Теперь я твоя соседка, — пожала плечами Алиса.

От моего веселья не осталось и следа.

— Это какая-то ошибка. Он не может арестовать тебя, это несерьезно…

Алиса прижала палец к моим губам.

— Может, и я ни о чем не жалею. Потому что увиделась с тобой.

— Так, — протянул я. — За непреднамеренную эпиляцию на Плионе не сажают. Попроси аудиенцию у королевы. Катя сама иномирянка, она тебя освободит…

— Та самая Катя, которую ты пытался убить? — Алиса яростно прищурилась, а я сжал зубы.

— Сейчас не время, чтобы об этом говорить.

— У нас осталась минута. Если не сейчас, то когда?

— Я действительно ее отравил, — признался я, ощущая как в груди растекается холод. — Я подлил ей зелье, думая, что она просто уснет. А она уснула вечным сном, и только благодаря случайности ее душа перенеслась на Фейру.

— Зелье подменили?

— Да, но это ничего не меняет.

Морщинка между бровей Алисы разгладилась:

— Для меня меняет.

Дверь снова щелкнула, и она подалась вперед, запечатлев на моих губах короткий яростный и такой же огненный поцелуй.

— Требуй встречи с королевой, — напомнил я. — И прощай, Алиса-с-Земли.

— Теперь я преступница с Плиона, — хохотнула она, прежде чем выйти за дверь.