Глава 11

Даллар вернулся из академии некромантии и демонологии, выжатый, словно лимон. Встречи с другом забирали все больше сил и, что обиднее всего, ритуал приносил все меньше пользы. Думать о том, что это начало конца совершенно не хотелось, однако скорбные мысли не покидали голову друида весь вечер.

Сев в глубокое кресло в своих покоях, мужчина постарался расслабиться. Это место было его самым любимым — запах старого дуба помогал достичь гармонии, в кресле получалось практически лежать, созерцая темный потолок. Хотя сейчас Даллару хотелось прикрыть веки, и вдыхать ароматы благовоний, что тлели в его покоях сутки напролет. Десятки терпких и дурманящих запахов помогали растворять негативные мысли, облегчали медитации, когда это требовалось.

А после сегодняшней ночи негатива было слишком много.

Начало конца….

Даллар грустно ухмыльнулся. Начало конца было положено слишком давно. То, что друиду приходилось идти против природы ради спасения лучшего друга — лишь малая плата за грехи, что они вместе совершили по молодости. Но тот факт, что любые усилия Хемина в попытках вернуть Люциана к нормальной жизни все больше теряют какой-либо смысл — угнетал. Он вкладывал все свои силы, весь свой опыт и знания, но единственное что получалось — это подарить высшему некроманту еще несколько недель отсрочки от неизбежного.

Смерть.

Смерть преследовала их обоих все эти годы.

Призраки прошлого никогда не отпускают. Может показаться, что на время они отступили, иногда они могут позволить вам спокойно прожить неделю, или даже пару месяцев. Но Даллар всегда знал — они всегда возвращаются, стараясь выбить почву из-под ног.

Профессор живых наук вновь возвращался воспоминаниями в тот роковой день. Когда они с Дэйном чуть не совершили самое тяжелое преступление. Когда Хемиан впервые прикоснулся к самой Тьме. И когда Дэйн Люциан должен был умереть.

Спустя годы, друид с мрачной грустью вспоминал, каким беспечным глупцом был в молодости. Призванный в императорские отряды зачистки горячий юнец был счастлив. Защитный корпус — так их называли. Друид верил, что борется за правое дело, помогает Свету воцариться в Империи. Не замечая, что все его братья по оружию пропитаны Тьмой не меньше, чем сектанты, на которых они охотились.

Спустя годы, став мудрее и опытнее, Даллар осознал всю наивность, которая двигала им в то время. Они слепо следовали приказам, выжигали гнездо за гнездом, истребляя последователей Тиамант.

Пока не смогли объявить о своей победе.

Ценой жизни стольких прекрасных магов, устроив кровавую резню, спасая их мир от пришествия темной богини…

И только спустя столько времени Даллар узрел: латать полотно, которое уже давно больше походит на рыбацкую сеть, чем на уютное одеяло, бесполезно. Вечный порочный круг…ушли последователи Тиамант, и их место заняли такие же фанатики Тьмы, решившие, что их учения безопасны.

Но Даллар все видел. Изо дня в день наблюдал, как нити жизни угасают в их мире.

А значит — нужно действовать.

Профессор приподнялся в кресле и запустил руку под плетеное основание. Небольшой тайник открылся, пропуская того единственного, кто смог бы его открыть — когда Хемиан хотел что-то скрыть, он умел поставить надлежащую защиту.

Из тайника мужчина извлек увесистый том, обтянутый человеческой кожей. Фолиант, который уже много лет считавшийся уничтоженным. Хранящий знания, которые Защитный Корпус обязан был выжечь вместе со всеми неугодными. Книга, что Даллар сохранил, скрыв это даже от лучшего друга.

«Учения Тиамант».

Даллару было стыдно признаться, но он не мог вспомнить, сколько магов погибло в ночь, когда книга попала ему в руки. Ведь все эти детали меркли на фоне того, что творилось в ту ночь. Сознание никак не желало смириться с тем, что все те ужасы творили две женщины.

И не просто женщины. Матери. Готовые принести своих новорожденных детей в жертву ради темной богини. Хемиан всю жизнь посвятил изучению тварей, но так и не встретил хоть кого-нибудь, кто был способен на подобный шаг.

И ради чего?

Даллар зашуршал страницами древнего фолианта, чувствуя кончиками пальцев хрупкость ветхой бумаги и шероховатые углубления текста от чрезмерного нажатия на перо при письме. Он редко открывал эту книгу, не собираясь вчитываться в опасные строки — учение слишком многих сводило с ума. Обещание богатств, силы, вечной молодости… Всё что угодно, лишь бы соблазнить человеческие души в сторону сил зла.

Временами мужчина жалел, что защитный корпус никогда не задавал вопросов. Что двигало Лорейн Ивгард, когда она решилась убить свою дочь? У женщины было все… Титул, любящий муж, расположение Императора, деньги, связи… Она могла стать императрицей, если бы захотела, но выбрала того влюбленного бедолагу Моранена себе в мужья.

В какой момент Лорейн присоединилась к сектантам? Еще будучи фавориткой императора, или уже много позже — начав строить семейное гнездо с человеком, гораздо ниже себя по статусу? И знал ли Император об опасных увлечениях своей возлюбленной? Эту мысль Хемиан иногда допускал. В конце концов «прекрасная» вырисовывалась картина — отвергнутый правитель в порыве гнева с маниакальной жаждой начинает требовать уничтожение культа и всех его последователей. С желанием погубить бывшую любовницу или, быть может, в надежде, что без влияния культа Лорейн вернется к нему… Хемиан не знал. Тут он мог только гадать, строить свои предположения.

В любом случае, все действия Лорейн Ивгард привели в конечном итоге к тому, что она решилась принести своего ребенка в жертву кровавой богини. По прихоти сумасшедшей жрицы.

После таких событий, невольно задумаешься — а стоит ли лишний раз открывать книгу, которая способна своими строчками довести людей до такого кошмара?

И, тем не менее, сейчас фолиант лежал на его коленях. И мужчина задумчиво проскальзывал взглядом по блеклым чернилам в поисках неизвестно чего.

* * *

Солнечные дни очень резко сменились облачной прохладой. Последние дни теплого лета проходили, а значит месяц остывающей звезды не за горами. Даллар понимал, что совсем скоро лекции придется переносить в здание, чтобы не заставлять магиан мерзнуть, сидя на прохладной земле. А ведь ему нравилось зачитывать учебный материал именно на открытом воздухе, где будущие лекари, звероводы и друиды максимально приближены к природе.

Но с погодой спорить не приходится. Здоровые магиане важнее прихоти Хемиана.

Все еще погруженный в собственные мысли после встречи с Дэйном, Даллар и сам не заметил, как его лекция подошла к концу. Тему занятия мужчина знал великолепно, выдавая информацию заученными фразами, а вопросы от первокурсников сегодня не мешали процессу. Хемиан даже удивился и окинул группу взглядом.

Но его предположение не оправдалось — Нимаэль Моранен присутствовала, но, видимо, сегодня или витала в облаках, или вообще не слушала, раз за всю лекцию ни разу не перебила преподавателя. Девушка аккуратно складывала свои записи в сумку, не обращая внимания на окружающих.

С их первой встречи в академии, Даллар понял, что магиана Моранен будет приносить сплошные проблемы. Но, учитывая, что друиду было известно о ее первых днях жизни — мужчина отчаянно стремился узнать девушку лучше, обратить ее к свету. Ведь потенциал у Нимаэль был не слабым, что удивительно — ведь ее касалась Тьма.

Да и в любом случае, Хемиан не мог отделаться от ощущения, что несет некую ответственность за то, какой магиана Моранен станет. Ведь это он настоял на том, что младенцев, участвовавших в ритуале, оставили в живых. И в стенах своей академии Даллар имел все шансы отследить, чтобы его решение не стало губительным для всей империи.

— Господин Даллар! — голос Нимаэль, раздавшийся за спиной, отвлек мужчину от его раздумий.

— Что такое, магиана Моранен? — с изрядной долей раздражения поинтересовался ректор. Не хорошо так думать про своих учеников, но Нимаэль Моранен была настоящей занозой в лапе мантикоры.

— Я хотела поговорить с вами об участии в играх, — мягко произнесла девушка, и Хемиан едва не закатил глаза к небу. Его подопечная, казалось, собрала всю удачу мира, умудряясь испытывать ее раз за разом, не боясь последствий. Иначе, как эта юная особа без труда получала все необходимое, стоит ей всего лишь попросить?

— Мне казалось, что мы уже всё обсудили.

— Да, но я все-таки хотела уточнить. Скоро начнутся тренировки…, и я волнуюсь. Выступать с семирогом неразумно. Он еще слишком мал и слаб, для того, чтобы дать отпор демонам или нежити. Я не хочу, чтобы он пострадал. Может я, все-таки, могу выбрать другое создание для игр… Более мощное…

— Магиана Моранен, я уже говорил вам. Зверям требуется дрессура. Вы не можете просто взять любое существо и…

— Но я могу! Это же элементарное управление, я проходила его в прошлой академии. Мантикора прекрасно меня слушается, — Нимаэль затараторила с такой скоростью, что Даллар едва улавливал ее мысль. А уловив — опешил.

— Магиана Моранен, — устало перебил мужчина. — Управление, которое вы изучали, работает только на сумеречных тварях, а никак не на живых существах…

— Нет, я понимаю, что мне еще учится, я бы могла почитать об этом больше, — согласилась девушка и затем снова продолжила гнуть свою линию. — Но у меня, правда, неплохо получается. С простейшими животными, конечно легче. Но и на полу-разумных расах я уже тренировалась. Да, двух существ я не берусь подчинить, но…

Хемиан застыл на месте и посмотрел на магиану с прищуром.

— Вы говорите о полном магическом контроле живого существа? — уточнил он на всякий случай.

— Ну да, — кивнула Нимаэль. Настороженность мужчины по этому поводу заставила ее задуматься и неуверенно добавить: — Разве не все друиды справляются с тварями именно так?

«Нет», — промолчал ректор.

Живых не подчиняет никто.

В голове мужчины навязчиво застучала мысль, что он ошибается. Хемиан уже читал где-то, что бывают исключения… Но никак не мог вспомнить — где именно.

— Моранен, — Хемиан почесал лоб, отгоняя навязчивое желание вернуться в свой кабинет, чтобы проверить — откуда появились сомнения в постулате, который он знал всю свою жизнь. — Вы выступаете с семирогом. Начнутся тренировки — узнаете, как действовать, чтобы зверь не пострадал. И больше не беспокойте меня по этому вопросу.

Нимаэль попыталась что-то возразить, но ректор развернулся к ней спиной и поспешно удалялся в сторону главного корпуса. Он не станет отвечать на бесконечные вопросы, сейчас его гораздо больше интересовали свои догадки.

Нет, все знают, что живых подчинять невозможно. Все, кроме глупых магиан, которые плохо изучают теорию.

От волнения, Даллар не заметил, что в собственный кабинет практически вбежал. Мужчина обходил полку за полкой, выглядывая что-то. Он выхватывал книги одну за другой, казалось без какой-либо системы. Когда стопка в руках достигла таких размеров, что очередной том просто полетел на пол, Хемиан направился к своему столу.

Вечный аккуратист, сейчас он скинул все набранное на столешницу. Чернильница перевернулась, темная тушь потекла по дереву и закапала на пол. Бумаги разлетелись в стороны, но мужчина не обращал на это никакого внимания. Он рывками открывал книгу, перелистывая страницы в поисках нужных глав и абзацев. И, не находя нужного, просто откидывал учебники в сторону.

— Господин Даллар?

Друид не услышал, продолжая поспешно перебирать страницы. Нужная информация никак не желала искаться, но мужчина точно помнил, что совсем недавно читал о подобном…

— Господин Даллар? — прокашлявшись, чтобы привлечь внимание, повторил гость в кабинете.

— Да? А? Что такое? — Хемиан оторвался от последней книги, только сейчас замечая, что к нему пришел посетитель.

Леонар Альвис, наследный принц Туманной Империи. Если бы Даллар не был занят своими делами, он бы удивился — с чего это вдруг молодой человек решил уделить ему время. Но сейчас присутствие некроманта в кабинете лишь отвлекало.

— Господин Даллар, — принц, не дождавшись приглашения, присел в кресло, расстегнув пуговицы на своем красном камзоле. Украшенный золотой оборкой и черными камнями, предмет одежды походил больше на парадно-выходной, чем на дорожный. И возникал вопрос — зачем наследник пожаловал? — Я хотел обсудить вопрос моего наказания и пребывания на территории вашей академии.

— Насколько я помню, — Даллар продолжал обводить свои полки взглядом, одновременно стараясь поддерживать беседу. — Ваше наказание было на прошлой неделе. И вы его благополучно проигнорировали…

— Виноват, — кивнул Леонар. — Хочу отработать.

— Не стоит беспокоиться, — ответил друид, махнув рукой. Его взгляд устремился под самый потолок.

«Может там?»

— Вашему ректору я отправлю отчет, что у вас все закрыто. А теперь — прошу меня извинить. Я занят…

— Тем не менее, я настаиваю, что, для моей же пользы, стоит позволить мне отработать наказание. Понятно, что весь день я не смогу посвятить этому. Но если бы вы позволили приезжать по вечерам…

Опять же, не будь Даллар столь занят, он бы задался вопросом — откуда в принце столько рвения. Но в данным момент мужчина думал совсем о другом. В памяти всплывали пожелтевшие страницы, которые еще вчера вечером он перелистывал. И свою догадку друид хотел проверить как можно скорее.

— Хорошо, магиан Альвис, — кивнул ректор. — Как пожелаете. А теперь — мне действительно нужно идти.

С этими словами Хемиан Даллар вышел из кабинета, оставляя Леонара гадать — что напало на друида, раз уважаемый человек вел себя, как перевозбужденный мальчишка. А пока принц довольствовался легкой победой, получив желаемый допуск на территорию, ректор академии сорвался на бег, лишь бы достичь своих покоев побыстрее.

Ворвавшись в спальню, мужчина перевернул любимое кресло, собираясь вскрыть тайник.

Теплая кожа старого фолианта грела ладони, в душе разливалось удивительное спокойствие, словно он уже нашел то, что ему так хотелось.

Открыв книгу на случайной странице, друид наткнулся на ту самую строчку, что запала в подсознание совершенно случайно.

«Золотая кровь подчиняет живых существ».

— Не может быть…, - выдохнул Даллар, проводя указательным пальцем по строчке.

Видать, темная богиня была куда коварнее, чем можно было предположить. Она действительно умела соблазнять, пусть действовала через какую-то старую книгу. Медленно перелистывая страницы до оглавления, Даллар с дрожью в руках прикасался к бумаге, собираясь открыть главу, к которой тайно мечтал однажды вернуться. Если ему, конечно, хватит смелости.

Золотая кровь. Ритуалы призыва Тиамант.