Глава 12

Сказать, что разговор с ректором Далларом меня несколько озадачил — ничего не сказать. Я, конечно, замечала, что друиды странные, но, чтобы настолько… Видимо, для этого человека отстаивать честь собственной академии на Играх Превосходства — не является чем-то важным. А жаль. Я всегда мечтала участвовать именно для того, чтобы побороться за победу. Только, как можно добиться победы с моим Демоном?

Я еще раз посмотрела на семирога, который мирно спал на моих коленях. Пушистый, милый и совершенно безобидный. Сколько я прочитала про его сородичей — кроме способности переваривать что угодно, талантами семироги не отличались. Я бы, конечно, добавила, что они еще умеют есть без остановки и устали… Только как использовать это на играх? Заставить моего Демона сожрать всю нечисть, что призовет Леонар?

Почесав зверька за ухом, грустно вздохнула. Нечего моему Демоненку всякую дрянь кушать. Эти дурацкие мертвяки неизвестно сколько в земле гнили, чем при жизни болели. Демон, конечно, все переварит, но после — он же ко мне целоваться полезет! Ему-то будет все нипочем, если верить учебникам, не отравится, а вот я после таких нежностей точно аппетит потеряю до конца жизни.

Сегодня мне совсем не хотелось рано возвращаться в свой сарай. Чувствовала, что теплые дни скоро закончатся, так что ловила последние лучики солнца и порывы летнего ветра. Ночи становились все прохладнее, и я радовалась, что у меня есть питомец, который своим дыханием прогревал все наше скромное жилище. Дракон, который, в конечном итоге, принял меня достаточно дружелюбно, позволял ложиться рядом с собой, класть голову на его горячее брюхо и спать в такой позе. Тут друиды правы, конечно — полу-разумные расы прекрасны. Все понимают, только сказать ничего не могут.

В метре от моих ног лениво потрескивал костер. Вернее — его остатки. Горячие красные угли медленно тлели, последние всполохи пламени лишь изредка неожиданно вновь возникали над кострищем. Я в очередной раз наловила мидий, чтобы подкормить Демона, но и себе оставила. Лука говорил, что их можно поджарить и есть. Вот мне и хотелось попробовать.

— Я могу присоединиться?

Я вздрогнула. Настолько погрузилась в собственные мысли, что совершенно выпала из реальности и не заметила появления Леонара рядом с собой. Окинула его быстрым взглядом.

Ну, хоть одет.

Даже при параде — красный камзол, черная шелковая рубашка с золотыми пуговицами, красные брюки… Странно видеть его таким. Красный — цвет не только демонологов, но и императорской семьи. А о Леонаре я привыкла думать, как о некроманте. Хотя, что это я? Думать о Леонаре Альвисе я вообще не привыкла.

Больно надо.

— Ты разве не должен был вернуться в свою академию? — если честно, я за сегодня достаточно сильно устала и начинать очередную перепалку с навязчивым некромантом не хотелось.

— Меня оставили еще ненадолго, — ответил Леонар, после чего присел на землю, рядом со мной. Если бы он раскинул ноги еще чуть-чуть шире, наши бедра бы соприкоснулись. Но будущий император держался на расстоянии. Пусть и совсем небольшом. — Угостишь?

Юноша показал на угли, где у меня уже шипели готовые мидии. Или сгоревшие мидии. Кто ж их знает-то?

— Мне не жалко, — пожала плечами. — Тем более, я первый раз это готовлю, так что будет надежнее, если кто-то попробует, вместо меня.

Леонар без труда заменил палку, которую я использовала как кочергу и некое подобие ухвата. Ветка, толщиной с большой палец, на одном конце имела раздвоение, так что им можно было подцепить раковины и доставать их из раскаленных углей. Леонар потянулся за ней, на несколько мгновений нависнув надо мной своей широкой грудью. И от этой близости я задержала дыхание. Он по-прежнему не дотронулся до меня, между нами оставались несколько миллиметров. А по ощущениям… даже не знаю, во мне бушевали две крайности: то ли это настоящая пропасть, которую осмелится перепрыгнуть лишь сумасшедший, то ли это совершенно незначительный кусочек воздуха, и можно с легкостью представить, что этого пространства между нами нет.

Но это лишь мгновения. Леонар отстранился, чтобы ловко снять несколько мидий, одну за другой переложив их к себе в свободную ладонь. Мне оставалось только удивляться — как он не обжигался?

— Выглядит аппетитно, — произнес Леонар, принюхиваясь к скромной трапезе. Я настороженно смотрела на молодого человека, ожидая подвоха. Некромант же смело разломил одну из раковин, подцепил двумя пальцами мясо и отправил в рот. Капелька сока упала ему на подбородок, но Леонара это не смутило — он попросту вытер ее большим пальцем и облизал. — Не слишком изящно, — признался юноша, — зато вкусно. Попробуй.

С этими словами он протянул мне первый в жизни ужин, который я приготовила сама. Я слабо верила в то, что это может быть вообще съедобно, но проверить была просто обязана. В конце концов, не может какой-то некромант быть смелее меня…

А глаза я все-таки зажмурила, прежде чем отправить в рот… это.

Хм, а мидии — это действительно вкусно. Понятно, чего Демон сходит по ним с ума. Осознав, что Леонар искренне сделал мне комплимент, я совсем слегка покраснела.

— Не хватает чего-то, — призналась я, стараясь не смотреть на принца. Не знаю почему, просто… не могла. Спокойствие и уют, что я испытывала этим вечером, совершенно не хотелось обрывать, увидев очередную смешинку в глазах, или откровенно-наглую ухмылку.

— У меня дома их подают с лимонным соком и травами, — ответил юноша, угощаясь еще одной раковиной. — Тебя учили готовить?

— Тут поживешь — научишься, — смущенно отозвалась я. — Но, если честно, я первый раз попробовала сделать сама.

Мы молчали некоторое время. И отчего-то именно эта тишина была приятной. Можно было закрыть глаза и представить, что со мной рядом сидит по-настоящему близкий человек. Который понимает меня без слов, который готов разделить со мной это молчание, чтобы случайно не задеть в моей душе то, что трогать не хотелось.

— Скажи, ты счастлива?

И легкость испаряется, будто ее и не было вовсе. Спасибо, дорогой Леонар!

Почему я подумала «дорогой»? Мотнула головой, стремясь вытрясти из нее эти ненужные мысли.

Я шумно выдохнула. Вот, собственно, и оно.

— Слушай, не порть мне вечер своими приставаниями.

— Приставаниями? — возмущенно переспросил Леонар. — Да я в жизни не стал бы приставать к девушке, которая вот-вот вступит в брак по большой, светлой и безграничной любви.

«Заткнись!» — так и хотелось крикнуть. Но стоило открыть рот, как из меня вышел лишь жалобный писк.

— Так все-таки, — спокойно продолжил Леонар без тени издевки. — Ты счастлива?

«Нет».

Но я опять промолчала. У нас с некромантом не те отношения, чтобы просто взять и излить душу.

Нет, я не счастлива. Я не счастлива, потому что не хочу выходить замуж за Ивейна. Я не счастлива, потому что должна день и ночь трудиться, чтобы заработать денег. Я не счастлива, потому что даже обсудить этого ни с кем не смогу. Хиль не поймет, подруг у меня не осталось. Лука? Я пробовала с ним поговорить, но он ответил мне лишь одно — бросить отца с его проблемами. Как будто это так просто…

Сказать Леонару? И что тогда?

Начнет шутить про то, как он «поможет» снять мне мою боль, и пригласит в свои покои. Или жалеть… Не знаю что хуже.

Или сделает невероятно широкий жест, предложив решить проблему… Но такие подарки просто так не делаются. Да и вряд ли он такое вообще предложит, а я все равно не соглашусь. Так что лучше промолчу.

Леонар посмотрел на меня со слабым прищуром и легкой улыбкой. А после подскочил на ноги и протянул руку.

— Пойдем, — позвал юноша.

— Куда?

— Сюрприз.

Леонар уверенно потащил меня в сторону главного корпуса. Да настолько поспешно, что я чуть ли не сбивалась с шага и путалась в юбках. Настроение у принца было явно на подъеме, и его легкое веселье передалось и мне. Совершенно незаметно для себя, я начала улыбаться, и даже ворчать не особо хотелось.

Вообще не хотелось.

— Куда мы идем? — не выдержала я этого томительного молчания. Любопытство брало верх над разумом. Внутри разгорался настоящий азарт, хотя я понимала — мы же не соревнуемся. Да и вообще непонятно — чем мы занимаемся? Но ощущения были такие, словно я опять собиралась залезть в кабинет ректора. Хотя, это же Альвис — может он и тянет меня на нечто подобное, как и остальных своих девиц. И если он думает, что этим сможет меня удивить — то сильно ошибается.

— Я уже смог тебя заинтересовать? — Леонар на секунду повернулся в мою сторону, чтобы одарить своей лучезарной улыбкой. Неправильный он некромант — такой светлый, теплый. Удивительные капризы судьбы — встретились неправильные некромант и демонолог. Прямо анекдот какой-то…

— Ты уже смог меня утомить, — пожурила я юношу. — Ты же попросту тратишь и свое и мое время.

— Я хочу завязать тебе глаза, — признался Леонар, останавливаясь возле кухни.

Началось…. Отец Тьмы, я все больше веду себя, как наивная деревенщина. Если соглашусь на такое…

— Давай уже закончим, — обняла себя руками и растерла плечи, чтобы немного согреться. Одна ладонь все еще хранила жар от прикосновения некроманта. Из огня он родился, что ли? Почему каждое его прикосновение отзывалось на моей коже таким жаром? Словно сам Сумрак разъедал каждую клеточку своим нещадным пламенем.

— Закончим, — пообещал Леонар. — Но сначала я верну долг. Ты накормила меня ужином, я хочу отплатить тем же.

— Ты готовишь?

— А ты уже удивлена?

— Ничуть, — упрямо возразила я.

Леонар вытащил из своего кармана мою шелковую ленту для волос. И это действительно удивило — неужели он все еще хранит ее?

— Пожалуйста? — попросил искуситель, намереваясь на время лишить меня зрения.

— В чем подвох? — не могла я просто смириться с его условиями. Что же он задумал?

— Ни в чем… Просто. Так тебе больше понравится.

— Мидии тебе не понравились, и теперь ты накормишь меня какой-нибудь дрянью?

— Нет.

Я прищурилась, стараясь сообразить, что еще может выкинуть некромант, и от чего стоит себя заранее уберечь.

— Будешь раздеваться?

Улыбка на губах Леонара откровенно ответила — насколько понравилось мое предположение юноше.

— А смысл? Ты же все равно не увидишь. Но если хочешь, то я могу. Даже дам себя потрогать.

— Ты невыносим!

— И, тем не менее, ты все еще стоишь рядом, а не убегаешь.

— А следовало бы…

— Тебе нравятся мои глупости, сладкая.

Неужели он прав?

Я закусила нижнюю губу и позволила завязать себе глаза.

— И все-таки, зачем тебе это все? — продолжила я расспрос, когда меня повели на кухню. — Ведь опять полезешь целоваться…

Надеюсь, в моем голосе принц не разглядит надежды на сие действо. Фантазия же у него богатая. Леонар вновь остановился, и я почувствовала, что его лицо оказалось совсем близко от моего.

— Сладкая Ним, — прошептал некромант. — Я больше никогда тебя не поцелую.

Даже так?

Сердце разочарованно ухнуло в груди. Хотя… разве не об этом я все время просила? Мне радоваться надо, а не испытывать какую-то мрачную горесть по этому поводу. Смысл тогда устраивать все это?!

Отец Тьмы, неужели я правда хочу, чтобы Леонар Альвис меня поцеловал?

Особенно сейчас, когда я чувствую, что его губы совсем рядом, ощущаю его дыхание на своем лице…

— … Если ты сама не захочешь поцеловать меня, — добавил принц. — По доброй воле, без игр и принуждения.

Я? Первая?

Пфффф.

Да ни за что….

Как минимум — я леди! Леди не целуют первыми.

Как максимум…. Отец Тьмы, да больно надо!

Да я лучше…

— Ой! — вскрикнула от неожиданности, так как Леонар подхватил меня на руки. — Что ты делаешь?

— Не будешь же ты стоять, — пояснил молодой человек, усаживая меня прямо на кухонный стол. — Не шевелись, я быстро.

А дальше мне оставалось только гадать, что происходит. Такое чувство, что на кухне начался ураган. Гремела посуда, Леонар точно что-то резал — я слышала, как нож стучит по доске. Принц несколько раз что-то ронял, и даже дважды выругался. Тихонько, но я все равно услышала.

А затем кухня наполнилась приятным ароматом сладости. Я точно улавливала запах яблок, корицы, ванили и лимона. Рот моментально наполнился слюной. Не знаю, что там готовил Леонар, но пахло это аппетитно. И намного лучше, чем мои моллюски на углях.

— А вот и я, — голос некроманта прозвучал совсем близко, так что я вздрогнула. — Та-ак, глаза у тебя уже закрыты. Так что тебе стоит только открыть рот…

— Лео…

Меня перебили.

— Вот именно так меня и зови, — я почувствовала, что к моим губам поднесли что-то горячее, и сразу же прохладное дуновение коснулось кожи. — Не обожгись, — предупредил Леонар.

Я невольно облизала нижнюю губу и только после этого подалась вперед, чтобы попробовать сюрприз от принца. Юноша все продолжал дуть, его дыхание оказалось чуть ли не приятнее, чем ароматы, царящие на кухне.

Когда кончика языка коснулся тягучий теплый мед со специями, я ощутила настоящий взрыв приятной сладости с легкими кислыми нотками и мятной прохладой. Леонар явно держал ложку в руках, так как металл оказался на моей губе, юноша чуть надавил, заставляя раскрыть рот шире и попробовать остальное.

Горячая яблочная мякоть практически таяла на языке и единственное, что я знала этот момент — я точно хочу добавки.

— Светлые силы! — выдохнула я с блаженством. — Что это?

Попыталась стянуть повязку со своих глаз, но Леонар меня остановил.

— Яблоки в меде по-некромантски.

— По-некромантски? — удивилась я.

— Личный рецепт.

— Дай еще, пожалуйста, — пришлось попросить. Слишком вкусно, чтобы остановиться после одного маленького кусочка. — Так почему по-некромантски?

— Ну, для начала, нужен один очаровательный некромант, чтобы их приготовить, — признался принц, угощая меня еще одной ложкой чудесного десерта. — Буду честен, я понятия не имею, как пользоваться плитой, так что пришлось вызвать сумеречный огонь, чтобы разогреть сковородку…

— Вообще странно, что ты умеешь готовить, — призналась я, прикрыв рот ладонью, потому что все еще продолжала жевать.

— Просто я очень люблю сладкое, — прошептал Леонар, обжигая своим дыханием шею, чуть ниже уха. У меня все внутри сжалось от этих слов.

Время словно остановилось для меня. Я медленно стянула с глаз шелковую ленту, чтобы обнаружить — Леонар оперся одной рукой на стол, и облизывал свою ложку с десертом. А дальше…

Это был какой-то безумный порыв. Мы смотрели друг другу в глаза, и мое сердце забилось так, будто я убегала от разъяренного дракона. Воздуха не хватало, наверное, поэтому я не понимала, что творю.

Но мне так хотелось… Податься вперед. Медленно, словно решение еще не было принято.

Леонар убрал ложку в сторону, на его губах осталась крошечная капелька меда, в которой блеснул огонек сумрака, что принц развел на кухне и так и не погасил. Мы оба замерли, словно в трансе. Не зная, что будет теперь или потом. Почему-то я была уверена, что Леонар пребывает в таком же смятении, что и я. Понимала, что я его поцелую. Прямо сейчас.

Мне было страшно.

Ведь это мой первый поцелуй. Когда я сама этого, кажется, хочу. А не когда меня хватают без моего желания. Или на спор…

Сколько первых поцелуев может быть у одного человека?

Больше, чем можно представить. Как оказывается.

Но вот мы здесь… Он смотрит на меня, я на его губы. И в следующее мгновение я уже почувствовала вкус меда.

Как последняя трусиха зажмурилась, и не сразу поняла, что это я… Все-таки приблизилась, все-таки дотянулась, все-таки коснулась его губ. И теперь неуверенно дотрагивалась языком до теплых мягких губ некроманта.

Кажется, я больше ничего не знаю. Ни кто я, ни во что я верю, ни чего хочу… Минуту назад я клялась себе, что никогда не сделаю этого. И вот… Я целую некроманта… И до дрожи в коленках хочу, чтобы он ответил.

Его реакции не пришлось долго ждать. Леонар готов был праздновать свою победу. Одной рукой обвил мою талию и прижал к себе, так что я чуть не соскользнула со стола. Нетерпеливо, но совершенно не жадно, он ответил на поцелуй, мягко обхватывая мою нижнюю губу своими. В таком положении мы застыли на несколько секунд, будто оба давали друг другу шанс отступить, признаться, что это только ошибка, или шутка, или что-то еще… Что угодно, лишь бы не…

Правда пугала.

Во всяком случае, меня.

Я не знала этого чувства, я боялась его, как огня. Невыносимо, чтобы сердце билось чаще не для того человека. Больно, если это будет не взаимно. И страшно, когда при всем прочем вам может помешать быть вместе слишком большая разница в положении.

Но прямо сейчас…

Я не хотела отступать. Не хотела, чтобы мы не были вместе на этой кухне. Не хотела, чтобы он уходил. Не хотела, чтобы этот волшебный момент вообще закачивался.

И пусть это тот самый Леонар, от которого я убегала с визгами из озера, тот самый некромант, с которым я обещала себе не связываться. Сегодня он был совершенно другим. Такого Леонара я не знала, с таким я хотела быть рядом. Прямо сейчас.

Мы целовались до бесконечности долго. Наши губы сливались в самом естественном природном танце, будто две реки наконец встретились, образуя единое русло. Леонар овладевал моим ртом, после чего уступал мне инициативу, позволяя несмело проводить языком по его небу, выпивая последние нотки ванили и меда после сладкого десерта.

Никакой пошлости или грязи, только нежные прикосновения… Его пальцы зарывались в мои волосы — и от этого жеста я готова была расплавиться в руках некроманта. Я не знала, что могла предложить ему взамен, чтобы наша близость принесла ему столь волнительные мгновения, как и мне… Запустила руку в его светлые волосы. перебирала пальцами золотые кудри, а затем опустилась ниже, проведя ноготками по шее.

Леонар низко заурчал, с новым напором обрушиваясь на меня, будто я сделала что-то не так. Сквозь полуприкрытые веки я видела, что сумеречный огонь разгорается все сильнее, зелеными вспышками освещая кухню. К этому некромантскому волшебству не хватало только чего-то живого, так что я позволила и своим способностям немного пошалить — выпустила столб золотых искр (вернее — они получились золотыми, я-то была уверена, что они будут красными, как у любого демонолога).

Они опадали вниз, словно снег, совсем слегка кусая оголенные участки кожи.

Мы на секунду отстранились друг от друга, чтобы посмотреть вверх на эту красоту, и оба засмеялись. Как-то беззвучно, наслаждаясь праздничной красотой, что мы случайно развели вокруг: зеленые всполохи сумеречного огня, золотые снежинки-искорки и яблочно-медовый аромат от потрясающего десерта.

Ну а потом… наши взгляды вновь встретились, улыбки на наших губах чуть померкли, и мы вернулись к тому, с чего начали — Леонар целовал меня, убирая волосы с плеч и проводя пальцами по коже. Я обвила его шею руками, будто боялась, что некромант от меня сбежит.

Я слышала, как сильно бьется сердце принца, отзываясь во мне горячей пульсацией внизу живота. Это все было так сладко, тягуче-медленно и бесконечно прекрасно.

Только в бедра все упиралось что-то твердое, постоянно отвлекая меня от великолепных ощущений. Меч у Леонара там, что ли…. Я протянула руку, чтобы убрать мешающий предмет, но стоило дотронуться до этой твердости, как Леонар низко застонал, немного отстраняясь.

— Сладкая, еще одно такое движение, и из кухни я выпущу тебя только под утро, и только глубоко опороченной женщиной….

Кажется, я поняла, до чего дотронулась, и резко отдернула руку в сторону, краснея с головы до пят.

— Знаешь, — протянул Леонар, глядя на меня. Его зеленые глаза стали темнее, и теперь больше напоминали два изумруда. Голос юноши был тихим и серьезным. — Тебе никак нельзя выходить замуж…

Некромант резко замолчал, прикусив язык. Интересно, и к чему это было вообще сказано?

Губы болели от долгих поцелуев. То, что мы прервались — шло на пользу нашим мозгам. Мы оба брали контроль над своими способностями, убирая следы нашего волшебства из помещения.

— Почему это? — я все пыталась скрыть свой растерянный взгляд, и спрятать куда-нибудь руки. Отец Тьмы, почему они так мешают и куда их нормальные люди девают?! Я просто места им не нахожу… Или Леонар слишком близко, и я его задеваю, или начинаю как деревенская простушка юбку сминать.

Альвис еще раз убрал прядь волос с моего лица, заправив ее за ухо, после чего заставил поднять взгляд на себя.

— Если бы ты была моей, я бы не отпускал тебя ни на секунду, — прошептал юноша.

«Если бы я была твоей»… — очередной удар сердца провалился, сбивая дыхание. Это болезнь какая-то, не может здоровый человек терять дыхание, услышав одну фразу. Из-за которой одновременно хочется взлететь до небес, и заплакать. Потому что это «если бы» говорит само за себя.

— Рядом с тобой я теряю рассудок, — Леонар зарылся носом в мои волосы, а я обвила его шею крепче, потому что еще не была готова отпускать. И это было чуть ли не лучше, чем безумный поцелуй, что нас соединял всего несколько секунд назад. Не знаю, как долго мы стояли, не отпуская друг друга. Но в конечном итоге, и это закончилось. Леонар тихо произнес:

— Кажется, нам пора возвращаться, — и всё. Остатки ночного волшебства и идиллии окончательно испарились.

— Я могу тебя проводить? — попросил он, а я не могла отказать. Как дура, честное слово. Разве я могу позволить, чтобы наследный принц повел меня к сараю? Узнал, что я живу в хлеву…. Пришлось вести его в сторону общежития, надеясь, что Леонар не станет настаивать и проводить до самой комнаты. Хиль, может, меня и пустит для вида, но потом придется объяснять слишком многое, чего я сама еще не понимаю.

— Итак… — протянула я, не желая и дальше заниматься самокопанием. Для этого у меня будет целая ночь, когда я, наконец, останусь одна. А пока — можно же насладиться последними мгновениями спокойствия рядом с принцем. — Ты расскажешь, зачем завязывал мне глаза?

Леонар пожал плечами. Он шел рядом, и иногда наши плечи вроде как случайно соприкасались. Мы вроде оба были трезвыми, но нас пошатывало при ходьбе, как будто земля под ногами провалилась, лишь бы заставить нас снова оказаться рядом.

— Захотелось, — произнес некромант в ответ. — Хотя нет… Если честно — я никогда ни при ком не готовил. Дома, еще мелким, часто бегал на кухню, чтобы что-нибудь выпросить у кухарок, и наблюдал, как они готовят что-нибудь. Ты бы видела, какие у меня щеки были в детстве!

Я засмеялась, когда Леонар надул щеки и руками показал, насколько они были огромными.

— Не верю…

— О, поверь, — настоял парень. — Отец нанял десяток военных, чтобы они гоняли меня, лишь бы я похудел. А как узнал, что вся кухня усиленно меня подкармливает — уволил персонал. Новой прислуге запретили меня баловать, а я начал пробираться на кухню по ночам, чтобы хоть немного подкрепиться.

Неожиданное откровение заставило в душе что-то дрогнуть. Никогда не думала о Леонаре в таком ключе — как об обычном ребенке, со своими проблемами и желаниями. Он всегда оставался для меня избалованным наследником.

— Странно слышать, что наследник империи голодал. И был толстым, — сдержать смешок было трудно.

— Тебе смешно? — наигранно обиделся принц. — Меня гоняли, как лиса на охоте, по десять часов, каждый день. Пока я не падал без сил, а потом еще немного, чтобы закрепить результат.

Из крайности в крайность, не иначе… Зато еще раз посмотрела на крепкое тело Леонара и поняла — работа этих преподавателей не пропала даром.

— Тобой хотя бы занимались, — заметила я со вздохом. Уж не знаю, с чего и меня потянуло на откровенность, но хотелось поделиться. — Отец почти всегда пропадал, играя в карты.

— Ты говоришь это мне? — Леонар решил меня подбодрить. — Я отца вообще не видел. У него же целая империя на плечах, куда там заниматься сыном…

— У тебя хотя бы няньки были, — возразила я, продолжая наш нелепый спор — у кого детство выдалось тяжелее. — Меня оставляли на библиотеку…

Я смутно помню себя совсем маленькой… Когда отец еще почти не пил, и приходил по вечерам прочитать сказку или рассказать о том, как любил маму. Неудивительно, что мои представления о мире были несколько искаженные. Сидеть в изолированном особняке, читать истории о храбрых принцах и благородных девах. Ц.И.А.Н.И.Д. ничуть не испортил этой картины — богатые дамы в роскошных одеяниях, добрые отношения на факультете. Я жила в сказочном и, увы, выдуманном мире. Настолько, что понятия не имею, как вести себя с человеком, который вызывает столь противоречивые чувства.

— В конечном итоге, нам обоим это пошло только на пользу, — усмехнулся Леонар. — У меня есть сила и здоровье, у тебя — бесценные знания и очаровательная непорочность. Не представляешь, как я устаю от постоянного лизоблюдства и подхалимажа. Никогда не знаешь, где искать искренности.

— Пришли, — я остановилась у дверей в общежитие.

— Спасибо за прекрасный вечер, Ним, — Леонар наклонился и поцеловал мою руку. — Надеюсь, мы еще повторим?

— Все может быть, — улыбнулась я. Конечно же хотелось подпрыгнуть от восторга, и сказать, что скорее бы. Такие вечера как этот — я готова встречать каждый день. Вот только все равно оставались сомнения — вдруг принцу надоест, и он решит вернутся к своим легкодоступным девицам?

— Будем спорить на победу в играх? — перед прощанием, поинтересовался юноша.

— О-о-о… нет, — протянула я категорически. — С вами, Леонар Альвис, я спорить больше не собираюсь. Никогда.

— Тогда с тебя еще один поцелуй, — прошептал он в ответ, приближаясь.

— Нет….

— А кто только что обещал не спорить? — улыбнулся принц, прежде чем вновь накрыть мои губы.