Эпизод девять. Сабля Дельрини

Форт Вайсфель

В офицерской столовой было шумно. После дневных учений старые служаки, и молодые лейтенанты коротали время за кружками чая и неспешными разговорами.

Нарушение субординации не поощрял ни генерал, ни старшие офицеры. Но сегодня повод был особенным! Подумать только! Позавчера лейтенанты Дельрини спасли самого генерала и участвовали в ликвидации знаменитого Фернуха!

Роуди, как всегда, был в центре внимания. Он сидел на краю стола, свесив ноги и активно жестикулировал. Эдвин расположился рядом и с невозмутимым видом пил чай, изредка вставляя короткие, точные замечания.

— … и тут этот боров выпускает ледяное прямо в генерала! — Роуди ткнул кружкой в воздух, изображая заклинание. — А Эд, не глядя, сбивает его щитом! Я сам видел! Заклятие в волоске от генеральского виска прошло!

— Было дело, — спокойно подтвердил Эдвин, не поднимая глаз.

Собравшиеся офицеры слушали раскрыв рты. Капитан Торвальд, забыв о своей кружке, подался вперёд. На его щеке багровел недавно полученный шрам. Ему в сражении поучаствовать не довелось. Эта странная баба, что спасла остатки генеральского эскорта, сразу открыла портал до форта, велев им убираться. Почти все выжившие были ранены, но дело было даже не в этом. Что-то в ее взгляде было такого, что спорить с ней никто не решился.

— А как вы его накрыли? — спросил молодой лейтенант из артиллерийского дивизиона. — Говорят, у Фернуха была целая армия мекешей!

— Армия — громко сказано, — усмехнулся Роуди, делая глоток чая. — Но человек сорок точно было. А армия была как раз у нас.

— А говорят, что вас троих баба спасла! Правда?

— Правда. — протянул он лениво. — Дамочка, скажу я вам, товарищи офицеры, была та ещё… боевая единица.

— Ууу… А еще лейтенанты! Если Фернуха баба победить смогла, то байки это все, что он такой сильный! А вы к нему в плен угодили!

— Эта дамочка… — тихо проговорил Торвальд. — Шестерых одна уложила. Четверых мекешей, да двух магов. Кабы не она, померли бы мы там, на лесной дорожке. А лейтенанты вон, похоже, неплохо с ней знакомы.

В столовой стало тише. Взгляды обратились к Роуди. Тот на мгновение замер, переглянулся с братом, и по его губам скользнула гордая, чуть озорная усмешка.

Эдвин поставил кружку на стол.

— Это была наша мать, — сказал он ровно.

В офицерской столовой повисла тишина. Капитан Торвальд, открывший рот, чтобы сделать глоток, замер с кружкой на полпути. Ветераны переглядывались, не зная, что сказать.

— Это вообще долгая история. Но у нее с Фернухом свои счеты имелись. И да, травить байки о собственной матери мы не станем.

Роуди довольно ухмыльнулся. А потом, потянувшись за сахарницей, небрежным, будто случайным движением сдвинул на край стола свою саблю. Та легла поперёк столешницы, и тусклый свет масляных ламп упал на ножны и рукоять.

Один из офицеров, сидевших напротив, бросил взгляд на оружие и усмехнулся.

— А это что за экспонат? — лейтенант Вальтер, щеголь и ценитель дорогого оружия, кивнул на саблю. — Ни эфеса нормального, ни гарды. Даже гравировки нет. Мать, герцогиня, видно, не очень-то жалует сыночка, раз таким барахлом одаривает.

Несколько офицеров засмеялись, но Роуди не обиделся. Напротив, довольно усмехнулся и в глазах появился… озорной, почти торжествующий блеск.

— А вот и нет, Вальтер! — Роуди хлопнул ладонью по столу. — Именно что любит.

Он одним движением выхватил клинок из ножен и, небрежно крутанув, протянул его Харрису рукоятью вперёд.

— На, попробуй. Только аккуратно. Она острая, зараза.

Харрис саблю взял. Сначала хмыкнул, оценивая, как она лежит в руке. Потом сделал пробный выпад, другой, третий. Его лицо из скептического стало задумчивым, а затем и вовсе довольным.

— Боги, вот это баланс! — он поднёс клинок к глазам, всматриваясь в ровные, без единой зазубрины линии. — И сталь отменная! Не то, что наше казённое корыто. — Он с сожалением вернул саблю Роуди. — Дорого, наверное, за такую просят?

— Десять руделов. — ответил Роуди. — Мать сама делает. Это обычная цена в её лавках. Ну, может ещё пару монет накинуть за ручную работу, но не больше.

— Десять⁈ — Вальтер присвистнул.

Цена была хорошей. Офицеры зашептались, что за такие деньги и себе прикупить можно. Не дешево, но если поужаться, то можно было купить и с первого жалования. А у «официальных» поставщиков за такие деньги можно было купить разве что украшенную побрякушку для парада.

— Как лавка называется? Я и себе купить хочу, а то с нашими ходить в бой — себя не уважать.

— Сеть оружейных лавок, «Стальной Коготь». Там и ружья артефактные, и клинки. Всё высшего качества.

Капитан Торвальд, сидевший до этого молча и лишь покручивавший ус, отставил кружку. Потом потянулся к сабле Роуди. Взял в руки, взвесил. Сделал короткий, резкий, по-армейски рубящий выпад. Клинок свистнул в воздухе, и старый служака почувствовал, как оружие само ложится в ладонь.

— Хороша, — сказал он, и в голосе прозвучало уважение. — И впрямь в разы лучше нашего казённого барахла.

Он ещё раз провёл пальцем по лезвию, проверяя заточку, и хмыкнул.

— И цены разумные. Не то, что у этих кровопийц.

Капитан положил саблю обратно на стол, не сводя с нее глаз. Брови сошлись на переносице. Потом он одним глотком допил чай и решительным шагом зашагал к выходу.

Роуди и Эдвин переглянулись.

Все знали, что Торвальд в армии давно. Субординацию уважал, но несправедливости не терпел. А дерьмовое оружие в его понимании будет именно несправедливостью, если ему есть альтернатива в качестве и по тем же ценам. А значит, он вцепится в майора Вирла и не отстанет от того до тех пор, пока Вирл не уговорит генерала поменять поставщика.

С горного синдиката на их мать.

Близнецы улыбнулись. Первая часть по сведению матери и отца прошла успешно.