Глава 21

Но потом я глубоко вдохнула, медленно выдохнула и почти ровно поинтересовалась:

— А что помешает императору тебя убить, если он всё-таки пожелает заполучить меня себе?

— И всё-таки ты большая умница, — заявил Рауф, загадочно щурясь. — Зришь, как говорится, в корень. Для начала я постараюсь сделать так, чтобы он узнал об этом как можно позже. Заморочу голову проверяющему, когда он будет приезжать. Выставлю магические кордоны и ловушки. Сделаю тебе эффективный экранирующий артефакт, который не позволит обнаружить именно свет. При большом желании можно даже подстроить нашу общую смерть и скрыться в соседнем королевстве, незначительно изменив внешность.

— А дочь?

Да, я знала, что это удар ниже пояса, и видела, как моментально помрачнел Рауф, но не спросить не могла.

— Дочь… — повторил он, вздохнув, и внимательно посмотрел мне в глаза. А потом прищурился. — Любишь детей? Могу выкрасть её сюда. Раз уж у нас есть замок, то грех не воспользоваться возможностью использовать его по назначению.

— А это не опасно? — засомневалась. — Она же девочка. Вдруг разломы повлияют на неё.

Вот тут Дэймос снова задумался, причем глубоко и надолго. Было видно, что он действительно перебирает в уме все за и против, а так же прикидывает иные варианты, так что я почти не удивилась, когда он заявил:

— Ты права. Опять права. Не будем торопиться. Но всё же ответь. — Мне пристально посмотрели в глаза. — Будешь моей женой?

— Только потому, чтобы меня не забрал император?

Выразительно вздохнув, тем не менее Дэймос почти ровным тоном поинтересовался:

— Ты сейчас что хочешь от меня услышать? Красивые слова про любовь? Нет, не люблю. Слова о том, что буду беречь? Буду. Буду обучать и ворчать, буду требовать, чтобы ты носила теплые чулки в холодное время года, и постараюсь сделать твою жизнь безопасной, комфортной и просто достойной. Потому что вижу, что ты хороший человек, и мне нравится с тобой общаться.

Божечки… Да это почти признание в любви, слушайте!

— А баловать будешь? — улыбнулась, хитро щурясь.

— В пределах разумного, — кивнул с таким серьезным лицом, словно мы обсуждали годовой бюджет страны. Но глаза сверкнули ехидством. — Моего разумного.

— А целовать будешь? — прищурилась и невольно облизнула губы.

Он тут же метнулся к ним взглядом и я отчетливо заметила, как расширились его зрачки.

Медленно наклонившись ко мне так низко, что наши лица оказались на одном уровне, Дэймос отчетливо произнёс:

— Я тебе больше скажу, у нас и первая брачная ночь будет, Эржена. И дети со временем. Иначе какой же это брак?

Вот тут я, кажется, снова покраснела. Хуже того, стала пунцовой, аж щеки жаром обдало. Боже мой, мне сорок лет! Я его старше! Почему я… краснею, как малолетка?

Рауф же, насладившись моей реакцией, медленно отстранился и снова сел ровно, после чего выразительно выгнул бровь.

— Итак? Я услышу сегодня твоё «да», Эржена?

Почему-то справиться с охватившими меня эмоциями оказалось как никогда сложно и я, чувствуя, что голос может меня подвести, просто кивнула. Уверена, Дэймос всё правильно понял, потому что моментально стал похож на довольного жизнью кошака и удовлетворенно заявил:

— Не сомневался в тебе. Всё-таки ты очень большая умница. Поженимся завтра.

У меня аж голос прорезался.

— Как завтра⁈

— А чего тянуть? — пожал плечами маг. — Родню звать не надо, платье шить не надо, праздничный банкет готовить не надо… Достаточно добраться до храма и попросить жреца нас поженить — и всё.

Да уж… Цинизм аж зашкаливает!

— Или ты хочешь и родню, и платье, и банкет? — с сомнением уточнил Дэймос, изучив моё кислое лицо.

Вот тут уже задумалась я. Ну, в при-и-инципе…

А не так уж он и не прав. Смысл тянуть?

Всё, что мне надо, я о нём знаю. Он обо мне тоже. Платьев у меня целая гардеробная, выбрать будет из чего. Из гостей мне важны разве что Берта… И всё. Друзей у меня тут нет. Родные… Не особо родные. Ну а праздничный ужин, я уверена, Берта приготовит. Густав ей в помощь!

Взять пару недель на осмысление и раздумья?

Я ещё раз придирчиво изучила терпеливо ждущего моего ответа Дэймоса, особое внимание уделив мужским губам, и да закидают меня тапками поборники морали, но замуж стоило выйти даже просто ради того, чтобы иметь полное право его целовать!

Это же чистый секс!

В итоге я твердо произнесла:

— Я хочу замуж. Завтра.

И, глядя в снова удовлетворенное лицо Дэймоса, уточнила:

— А жить мы будем в твоих покоях или моих? Или каждый в своих? Будут какие-нибудь ограничения по поведению, ну или… вообще? И я сейчас не про чулки!

Фыркнув и тем самым давая понять, что шутку оценил, Рауф сходу перечислил:

— Без меня за пределы поместья не выходить, о своей светлой магии ни с кем не говорить и на людях желательно без крайней нужды не магичить. С глупостями в рабочее время не приставать, мозг по мелочам не выносить. По учебе и исследованиям делать всё, что скажу. Без нытья и отговорок. В принципе, всё. А! Жить будем в центральных покоях, на двоих они удобнее, я уже глянул. Сегодня обставлю, завтра переедем. Там две спальни с общей дверью, есть нормальная комната для прислуги. Думаю, присмотрю себе расторопного парня для поручений. Может даже ещё одну горничную для тебя. При этом официально они будут числиться при гарнизоне, не имея к тебе ни малейшего отношения.

— А платить чем будешь? — нахмурилась, потому что в целом с экономикой и домашней бухгалтерией была на ты. — Сколько у тебя вообще оклад?

— Вообще, — хмыкнул, чуть кривя губы, — шестьдесят золотых в месяц. И это довольно много для этих мест. Обычные бойцы получают двадцать. Прислуга — пять-семь, в зависимости от должности. Но ты вроде слушала, но не услышала: официально они будут числиться при гарнизоне. И платить им буду не я.

— А получится? — засомневалась.

— А получится, — мне хитро подмигнули, явно задумав очередную коварную хитрость. После чего удивили вопросом: — Особые пожелания к нашему браку будут?

Вот тут я снова задумалась. Какие у меня вообще могут быть пожелания к браку? Да самые банальные! Чтобы не изменял, не ругался, не пил, не нарушал закон… Ну, глобально. Хотя мы и так в ссылке. Но император может и казнить ведь. Ну и любви всё-таки хочется. Хотя бы капельку. Только это не то условие, о котором можно просто договориться. Тут или дано… или нет.

Но мы же вроде как симпатизируем друг другу, верно? То есть как минимум задел есть.

И уж я постараюсь, чтобы он не исчез!

— Знаешь, нет, наверное, — произнесла в итоге вслух. — Главное ты озвучил. Не знаю, что ещё добавить. Разве что возможность изредка выбираться в город. Ну, погулять там… в храм. Или если в гости кто позовет? Ты же не будешь против?

— Погулять и в храм — не против, — отчетливо кивнул Рауф. — Но только вместе. Насчет гостей будем обсуждать. Не каждые гости полезны и безопасны.

— Хорошо, тут согласна. Тогда всё.

— Вот и договорились, — снова подобрел маг, умудряясь при этом улыбаться практически одними глазами. — Сегодня пока никому ничего не говори, чтобы не успели слить информацию как минимум герцогам, которые могут быть очень даже против, а завтра утром я сообщу им всё сам. Платье только заранее выбери, хорошо? И будь готова сразу после завтрака ехать в храм.

Кивнула, давая понять, что всё прекрасно понимаю, а Дэймос указал пальцем на проволоку.

— Постарайся сделать ещё несколько образцов из разного металла. Хочу протестировать. Можно разный орнамент. К вечеру хотя бы штук пять. Получится?

— Я постараюсь, — пообещала, не став говорить, что это будет легко и просто. Всё-таки работа именно с проволокой не так уж и проста, после нескольких часов «вязания» болят пальцы, потому что приходится работать именно ими, без крючка.

— Ужинать будем у меня, — напоследок предупредил Дэймос, а потом, резко наклонившись вперед, поцеловал меня в губы, отстранившись почти сразу. — Спасибо. Ты не пожалеешь.

Не позволив мне ни насладиться нашим первым поцелуем, ни ответить что-нибудь колкое и искрометное, маг ушел, а вот я… Шумно выдохнув, растеклась по креслу.

Черт возьми, я серьезно согласилась выйти за него замуж?

А-а-а!

Я даже дома в подростковом возрасте так не чудила!

А с другой стороны… Хорошие же сапоги! Надо брать!

Ну, в смысле, не каждый день такие мужики замуж зовут. Он, конечно, злодей, все дела… Но давайте честно? Я тоже в каком-то смысле не ангел. Лилиану вон грохнуть хотела…

А он хоть и злодей, но всё равно котик.

Мой котик!

Чинно кивнув сама себе, я не стала сразу с головой погружаться ни в создание новых кружевных элементов из металла, ни в изучение своей гардеробной, а выглянула в гостиную, где Берта сосредоточенно сопела над своей шапочкой, и сначала помогла девушке её закончить, потому что видела — у неё самой не очень получается, а просить помощи она пока стесняется. Не из тех она, кто в принципе умеет просить о помощи.

После этого мы обсудили, что она хочет ещё и шарф, но такой, чтобы было удобно и не громоздко. Мне на ум моментально пришли модели по типу манишки — своего рода верхняя часть свитера с высокой горловиной, предназначение которой прежде всего закрывать именно шею и верхнюю часть груди и спины. И в ношении она невероятно удобна!

Не поленилась и даже нарисовала это на листочке, причем несколько моделей: и просто шарф-трубу, который прикрывает лишь шею, и коротенькие манишки, и длинные — с круглым краем и острым.

— Интересно ка-а-ак, — качала головой Берта, внимательно рассматривая рисунки. — Но сложно, да?

— Совсем нет, — заверила её. — Это обычное вязание, лицевые и изнаночные петли. В вязании вообще ничего сложного нет, по мне так готовка гораздо сложнее будет. Не волнуйся, я тебе помогу. Какую хочешь? Если боишься сразу большую вязать, давай начнем просто с ворота? И с пуговками по задней части шеи. А потом просто пришьем к нему дополнительные детали.

— А давайте! — воодушевилась Берта и я, рассчитав ей нужное количество петель, оставила её с новым, ничуть не менее увлекательным и полезным делом.

Сама же, добравшись до своей гардеробной, придирчиво изучила все имеющиеся там платья. Решительно отказалась от летних и чрезмерно открытых. Март на дворе! Да и не на бал я собираюсь.

При этом я крайне смутно представляла местную свадебную моду, а у Берты спрашивать было слишком рискованно, так что напрягла память, изучила ассортимент и остановила свой выбор на относительно строгом прогулочном платье из набивного шелка глубокого синего цвета с легким серебристым рисунком, словно изморозью. К нему нашла подходящие серьги с жемчугом в серебре, потому что золото сюда точно не подходило, а на шею решила сплести хлопковое колье во всё той же технике фриволите. Своего рода милый кружевной чокер. Нитки нужного цвета у меня как раз были!

Прекрасно понимая, что времени в обрез, я подхватила нужные катушки из верхнего ящика комода и перебралась снова в кабинет, где сначала нарисовала несколько эскизов, жалея, что у меня нет разноцветных карандашей, и только потом приступила к кружевоплетению.

Я сплела где-то половину, когда меня отвлекла Берта, заявив, что обед готов, а ещё из города вернулись мужчины, привезя для меня и черную пряжу, и мороженую бруснику с капустой, так что на обед у меня был не только супчик с тушеной говядиной и пюрешкой, но и мисочка с капустой, куда я накидала ягоды, которая чуть позже отправилась и в чай.

Берта, глядя на это, с сомнением уточнила:

— Вкусно? Кисло же.

— Зато полезно!

На это у неё возражений не нашлось, а после обеда я снова засела в кабинете и, наконец, доплела себе первое кружевное украшение. Получилось достаточно мило и аккуратно, чтобы я не постеснялась надеть его на собственную свадьбу, а застежки я аккуратно сделала из умеренно толстой проволоки, ловко загнув из неё крючочки и пришив к кончикам кружевного колье нитками.

Красота!

После этого пришлось поднапрячься и сосредоточиться на задании, которое мне дал Дэймос, чтобы не разочаровать его ожиданий, и тут меня то ли вдохновение посетило, то ли второе дыхание открылось: я как-то одним махом всего за три часа навязала аж семь «снежинок», чередуя медь и серебро, так что, когда ко мне заглянул сам Рауф, я уже доделывала седьмую. Пальцы ныли, но умеренно, и я точно знала, что завтра тоже будут ныть, но чувство глубокого удовлетворения от созданной красоты было сильнее.

И ка-а-ак же мне было приятно видеть горящие чистым янтарем глаза Дэймоса, когда он подошел ближе и внимательно изучил не только металлические заготовки, но и нитяное колье, которое лежало тут же — на краю стола.

— Очень нежно… необычно, — произнёс, взяв в руки в первую очередь его. — У тебя определенно есть вкус и чувство гармонии. Хм-м… Уже вплела в него силу? А зачем?

— Куда я чего вплела? — озадачилась.

— Неужели интуитивно? — в свою очередь удивился Дэймос и обошел стол, вручая мне украшение. — Надень. Хочу посмотреть, как оно будет выглядеть и ощущаться на тебе.

Снова с какой-то стати смутившись, тем не менее я послушно взяла из его рук колье и застегнула на своей шее, задрав голову, чтобы ему было лучше видно.

— Встань.

Его голос прозвучал на тон ниже обычного, а зрачки стали резко больше — я заметила это сразу, потому что смотрела Дэймосу в глаза, стараясь поймать реакцию.

Встала.

Сначала он изучал мою шею. Затем его взгляд, от которого вдруг начало печь кожу, пополз выше. Застыл на губах. Мне пришлось сглотнуть и облизнуть резко пересохшие губы, чтобы тихо спросить:

— Ну как?

И только после этого он посмотрел мне в глаза.

— Очень… — хрипло начал и тут же торопливо кашлянул, прочищая горло, — впечатляет. Это полноценный светлый оберег для… женщин.

— То есть? — заинтересовалась его словами, замерев, когда он сделал шаг ко мне и медленно поднял руку, словно позволяя успеть отстраниться. Но когда я этого не сделала, то коснулся костяшками пальцев моей щеки, проведя до скулы и к уху, под конец зарывшись пальцами в волосы на затылке. — Дэймос?

— Что?

— Что ты делаешь?

— Хочу тебя поцеловать.

О-о… Ну, конечно. Как я сама не догадалась?

— С чего бы?

— Ты красивая.

— Ты всех красивых девушек целуешь?

— Нет, — усмехнулся мимолетно, и приблизил своё лицо к моему, продолжив говорить прямо в губы, — только тех, кому предлагаю замуж. Ты первая.

И нет, я не стала язвить: «польщена».

Это действительно было слишком мило, чтобы язвить!

В итоге я не просто позволила ему поцеловать меня, приоткрыв губы, куда почти сразу скользнул его язык, но и сама закинула руки ему на плечи, прижимаясь так крепко, что одежда очень быстро показалась слишком лишней.

Внезапно я оказалась сидящей на столе с бесстыже раздвинутыми ногами, а Дэймос вклинился между них, продолжая меня целовать, а потом…

— Эр-р-ржена! — рыкнул так, что я аж подпрыгнула на столе, уставившись на него широко распахнутыми глазами. — Ты… чулки где⁈

Упс.

— То есть под юбку мне до свадьбы лезть можно… — проворчала насупившись, когда он отстранился, чтобы я впечатлилась его насупленными бровями и гневно полыхающим взором.

И сама опустила задранный подол вниз, прикрывая не только колени, но и всё остальное.

— Мы с тобой обсудили этот вопрос? — на меня посмотрели ещё суровее.

— Ну, да-а-а… — протянула, закатив глаза и выразительно вздохнув. — Я забыла! Просто забыла! Ты меня сбил с мысли этим своим предложением. И вообще, сегодня тепло. И камины натоплены. И я никуда дальше этих трёх комнат не выбиралась. Не ворчи. Ну?

Я посмотрела на него взглядом пай-девочки, которая всё осознала и больше не будет.

Четко до следующего раза.

А потом я чихнула.

Совершенно внезапно и без предупреждения!

— Та-а-ак… — протянул Рауф тоном моего лично палача. — Это что сейчас такое было?

— Аллергия на твоё ворчание? — улыбнулась мило. И шмыгнула носом.

— Выпорю. Точно выпорю, — зловеще шикнул маг, после чего сдернул меня со стола и потащил на выход. — А ну, живо надевать чулки и минимум три нижних юбки!

Молча проглотив обиду, потому что глобально он был прав, а я — чучундра, забыла, что хотела помедитировать, купировав простуду в зародыше, меньше всего я ожидала, что он как и в прошлый раз доведет меня до кровати, сам найдет в гардеробной всё, что покажется ему нужным, вернётся, бросит вещи мне на колени и встанет надо мной суровым исполином, сложив руки на груди.

— Одевайся.

— Слушай, ну это уже перебор, — нахмурилась. — Мы ещё не женаты, а ты уже арбузишь. Выйди. Я тебе не подчинённая и не рабыня, чтобы ты ко мне так относился. Да, сглупила. Признаю. И сейчас всё исправлю. Козлить не надо, а?

Посмотрев на меня долгим, темным и пугающе нечитаемым взглядом, Дэймос чуть дернул подбородком, а потом стремительно вышел, на мой взгляд, довольно громко хлопнув дверью.

Да уж…

А так ли мне надо замуж?