Глава 19

При этом он нигде больше особо не задерживался, хотя очень внимательно изучал мебель и ремонт в целом, так что лично мне сразу стало ясно, что он был в курсе предыдущего осмотра помещений. И знал, что три месяца назад тут ничего не было.

Но долго ли умеючи? Учитывая то, что мы вроде как теперь получаем весьма приличный доход от этих земель!

В итоге мы обошли весь третий этаж, причем в покоях, где жила Лилиана, он не задержался, потом прошлись по второму этажу, по первому… Лично я уже давно была голодна, но приходилось сопровождать проверяющего, а он выглядел слишком бодро и вдохновленно, каждые пять минут интересуясь «а что у вас там?», так что приходилось мириться с задержкой и рассказывать.

Наконец, мы добрались до каминного зала, где снова чаевничали мой муж и магистр Грейгор, причем я бросила такой выразительный взгляд на печенье, что Дэймос моментально его перехватил и первым делом обратился к графу:

— Вы закончили?

— О, да. В доме — да. Но хотелось бы осмотреть и участок, и остальные помещения.

— Позже, — категорично отрезал мой супруг. — И я покажу вам всё сам. Дорогая, ты выглядишь устало. Иди к себе, отдохни.

Даже и не думая возражать тирану, который проявил свой деспотичный нрав ну очень в тему, я лишь нежно молвила:

— Как пожелаете, мой лорд.

Но потом всё-таки сочла нужным произнести:

— Его сиятельство обнаружил в вашей спальне, мой лорд, на подушке мой волос и забрал его себе. Скажите, он имеет право так делать? Не хотелось бы подозревать его в неприличных наклонностях… — я выразительно посмотрела на архимага, — но я читала, что волосы чаще всего используются в запрещенных ритуалах.

— Граф? — Архимаг выразительно нахмурился. — Объяснитесь!

На это граф сначала цокнул, потом посмотрел на меня с укором, мол, как я могла его так бессовестно оболгать, и только после этого нагло заявил:

— От подушки пахло концентрированным светом, магистр Грейгор. И это светлый длинный волос. То есть волос, предположительно Лилианы Дювай.

— Чушь! — резко произнёс Дэймос.

— Так-так? — заинтересовался словами графа архимаг и аж подался вперед. — Могу я глянуть на этот волос?

— Извольте, — самодовольно усмехнулся Тембро и выудил из внутреннего кармана тот самый замшевый мешочек, а из мешочка — волос. И уже его протянул архимагу. Причем с таким видом, словно раскрыл преступление века.

Ой, дура-а-ак…

Архимаг, в свою очередь, сначала придирчиво изучил волос визуально, затем создал между пальцами плетение и отправил его в волосок, но когда это плетение, покружив над «уликой», тут же метнулось ко мне, то разом поскучнел и скривил губы.

— Это волос леди Эржены.

— Но как же… — растерялся граф. — А подушка?

— А подушку я зачаровываю персонально для моей супруги, — процедил Дэймос, — потому что из-за блокировки сил она часто страдает бессонницей и мигренями.

— Вы начали осваивать светлые практики? — удивился архимаг и послушно протянул Дэймосу мой волосок, когда он требовательно подставил ладонь.

— Продолжаю свои исследования, — проворчал мой муж, в два счета испепеляя волос. Посмотрел на меня и с нажимом повторил: — Милая, иди к себе.

Кивнула, догадавшись, что мне и впрямь лучше уйти, потому что лгать так виртуозно, как он, я всё-таки не умею, после чего, ни с кем не прощаясь, удалилась прочь, по дороге подзывая Берту и прося накрыть мне обед в трапезной третьего этажа.

Горничная выполнила мою просьбу в два счета, словно только её и ждала, так что я, наконец, смогла поесть, а потом потянулись томительные часы ожидания.

Первый, второй, третий…

Но лишь ближе к ужину Дэймос вошел в гостиную, где я сидела с книгой, сумев прочитать от силы десяток страниц, и с досадой произнес:

— Гости зацепились вниманием за обелиск. Архимаг планирует задержаться минимум на неделю и жить напросился в гостевых покоях. Графа тоже выставить не удалось.

Вот… черт!

— Они могут нам что-то предъявить? — спросила обеспокоенно.

— Нет, — последовал категоричный ответ с кривоватой усмешкой. — Это сто процентов светлый артефакт. Просто большой и необычный. Ни одним законом не запрещено. И я, — он посмотрел на меня выразительно, — сделал его сам.

— Естественно, — кивнула с умным видом. — Ты у меня вообще гений.

— Поменьше ехидства, — проворчал супруг, приближаясь вплотную.

— Прости, — улыбнулась и сама взяла его за руку. — Ты правда гений. И мне совсем не сложно приписать тебе ещё пару пунктов. Какая разница, тысяча их там или тысяча один?

Посмотрев на меня с задумчивым прищуром, Дэймос мимолетно улыбнулся и кивнул, но потом снова посерьезнел.

— Из-за того, что на втором этаже нет свободных гостевых покоев, обставленных должным образом, придется селить их обоих на третьем. Я уже предупредил Берту и Курта, они будут приглядывать за тобой круглосуточно. Не нравится мне этот граф… Это же надо было додуматься — нюхать подушку!

Вот тут я слегка кашлянула, вспомнив, что его интересовала не только подушка… И поймала вопросительный взгляд супруга.

Упс.

— Эржена? — Дэймос приподнял бровь. — Что ты хочешь мне сказать?

— Ну-у… — я кашлянула снова и решила всё-таки признаться, чтобы Тембро не умудрился вывернуть это в свою пользу. — Он задавал провокационные вопросы: в одной ли постели мы спим. И рылся в моих вещах. В украшениях… в чулках. Словно искал там компромат. Это нормально?

— В чулках, значит… — мрачно повторил за мной супруг и его глаза полыхнули пугающим пламенем. — И что ты ему ответила?

— Что это личное и его не касается.

Размеренно кивнув, Дэймос на миг прикрыл глаза ресницами, словно прятал от меня их выражение, но когда открыл, его лицо было бесстрастным. Как и взгляд.

Но почему-то это напугало меня намного больше, чем янтарные всполохи немногим ранее.

А потом он заявил:

— Дорогая, переоденься к ужину, как полагается. Распоряжусь, чтобы слуги накрыли внизу. Спускайся минут через тридцать.

И ушел, успев сделать это раньше, чем я задала вопрос.

Что он задумал? Он определенно что-то задумал!

Вот черт!

Граф, конечно, тот еще… тип. Но меньше всего мне хочется, чтобы он умер. От несчастного случая, ага. Он ведь просто проверяющий и действует по приказу императора. В его глазах мы преступники и в целом понять его можно.

Да и действовал он в целом не особо нагло…

Ладно. Надеюсь, Дэймос не прибьет его просто так. И непросто тоже. И вообще!

Вздохнув и поморщившись, я отложила книгу и перебралась в гардеробную, где, вспомнив этикет, выбрала для ужина умеренно нарядное платье из тафты горчичного цвета с длинными рукавами и кружевными манжетами. Кружевом был украшен и скромный вырез, и подол, делая платье именно вечерним и подходящим для ужина в кругу гостей. Из украшений к платью отлично подошел янтарь в золоте, ну а с прической мне помогла подошедшая через десять минут Берта.

В итоге ровно через полчаса (ну или около того) я чинно спускалась вниз, не забывая придерживать широкие юбки вечернего платья, и сразу же направилась в парадную трапезную, откуда слышались голоса. Мужчины были уже там.

При этом никто ещё не садился, а два наших новых лакея бодро бегали туда-сюда, заканчивая накрывать неприлично длинный стол. Что примечательно… в разных его концах.

С интересом отметив, что ближайший край накрыт на двоих, как и дальний — тоже на двоих, дополнительно отметила, что тут тарелки стоят во главе стола и справа, а там — друг напротив друга.

Ага… дайте угадаю, мы сидим тут, а гости там?

Ох, как неприлично!

Хотя… С другой стороны, не сильно. Можно было бы, конечно, и поближе их посадить, но гости у нас не особо желанные, скорее даже наоборот, нагло навязавшиеся на наши головы, так что… пусть радуются, что вообще кормим!

Мимолетно улыбнувшись своим бессовестным мыслям, я подошла ближе к супругу, который стоял ко мне боком, но при этом граф стоял лицом и первым восхищенно произнес:

— Леди Эржена, прелестно выглядите.

Если бы не смотрела в лицо Дэймосу, то не заметила бы, как он прищурился буквально на миллиметр и как появились и пропали желваки на скулах, но это продлилось едва ли долю секунды, после чего мой муж тоже взглянул на меня и чуть заметно кивнул.

— Великолепный выбор, милая. Этот цвет тебе особенно к лицу. Как и… — он мазнул взглядом по украшениям и взгляд немного потеплел, ведь цвет янтаря идеально совпадал с цветом его глаз, — остальное.

— Благодарю, мой лорд, — улыбнулась персонально ему, проигнорировав графа.

При этом архимаг тоже стоял ко мне боком и лишь скользнул внимательным взглядом по моей фигуре в целом, задержав внимание на волосах, и лишь через минуту задал неожиданный вопрос:

— Леди Эржена, доступен ли вам родовой дар?

— Простите? — я посмотрела на него с удивлением.

— Дар, — повторил он. — Родовой. Обычно он доступен даже при блокировке. Не в полном объеме, конечно… Но всё же доступен. А вам?

— Наверное, — я обманчиво беспечно пожала плечами. — Мне нет необходимости его использовать. Мой супруг взял на себя заботу по моей защите и обеспечению всего необходимого. Я не практикую магию, в этом нет нужды. Тем более магию молний. Что мне ими делать?

— То есть вы, — архимаг загадочно прищурился, — с момента блокировки в принципе не пользовались магией?

— Я не понимаю ваш вопрос, — нахмурилась, не торопясь отвечать, потому что чуяла подвох.

— Ваши волосы, — пояснил он. — Эта седина… Она намекает на выгорание. И вместе с тем я вижу едва заметный окрас прядей, связанный именно с родовым даром. Но он стал бледнее и как будто… во что-то трансформировался? И мне интересно. Во что? Или я ошибаюсь?

Вот тут мне стало отчетливо не по себе и я беспомощно посмотрела на супруга, не зная, как ответить. Ну не признаваться же, что я теперь светлая, да?

— Магистр Грейгор, вы чудовищно бестактны, — грубо заявил Дэймос, делая шаг ко мне и приобнимая за талию, словно хотел прикрыть своим телом от чужого внимания. — Моя жена уже больше трех месяцев страдает не только от блокировки сил, но и от последствий, связанных с нападением тварей, и своими вопросами вы только усугубляете её душевное состояние. Я начинаю сомневаться в том, что мне стоит предоставить вам кров…

— О, прошу прощения! — торопливо выпалил магистр, при этом виновато улыбнувшись мне. — Да, вы правы, я… забылся. Слишком зациклился на уникальном феномене и не учел моральный аспект происходящего. Леди Эржена, прошу простить. И всё же я… понимаю, мой вопрос невероятно бестактен, но не могли бы вы продемонстрировать нам хоть что-то? Что вам сейчас в принципе доступно?

Вот же… пристал!

— Здесь? — снова зло поинтересовался Дэймос. — Магистр, при всем моем уважении к вашему возрасту и статусу, но ваши требования… Неуместны!

— Да, вы правы, — снова неохотно согласился маг. — Но, может, после ужина на улице? Это не займет много времени. Мне для отчета императору, сами понимаете. И если вдруг окажется так, что магия леди Эржены выжгла саму себя, оставив лишь крупицы, поддерживающие жизнь, то я лично буду ходатайствовать о том, чтобы избавить её от этого жестокого дополнения к наказанию ссылкой.

Архимаг одним взглядом указал на мой браслет, блокирующий магию.

Нда… И вот как-то даже и не знаю! Радоваться тому, какой он жалостливый, или напрягаться в ожидании подвоха?

Дэймос не торопился отвечать, щурясь и раздумывая, но потом медленно кивнул.

— Хорошо. После ужина. А сейчас прошу к столу.

Как я и думала, мы расселись по разным концам длинного стола: мы с Дэймосом на одном краю, магистр и граф — на другом. Между нами было метров десять, не меньше, так что беседовать с гостями в принципе было проблематично, как впрочем и перешептываться о своём. Не знаю, насколько у гостей хороший слух, но и я, ни супруг не рисковали обсуждать вопрос предстоящей демонстрации моих способностей.

И лично я очень переживала о том, как она пройдет!

Дэймос тоже сидел хмурый, думая о чем-то своём, но за мной поухаживал, не забывая об элементарном этикете и манерах в принципе. В целом ужин прошел хоть и напряженно, но относительно спокойно, причем сама еда не вызывала ни малейших нареканий, и пускай была не особо изысканна: никаких фаршированных перепелов и осетрины, но лично меня более чем устроили и тушеная крольчатина, и запеченная форель, и многое другое, над чем расстарались Гленна и её помощники.

На десерт нам подали сладкий пирог с яблочным джемом и брусникой, причем я заметила, что граф посмотрел на это явно слишком простое, по его мнению, блюдо со снисходительностью, а вот архимаг не побрезговал стряпней наших женщин и по нему было видно, что ему всё понравилось.

Ох, как бы не решил задержаться надолго! Вот совсем нам таких гостей не надо!

Но вот мы все поели и стало предельно ясно, что пора идти и надеяться на милость богов. Или не надеяться. Поднявшись из-за стола следом за супругом, который протянул мне руку, причем взяв за левую, что меня немного удивило, я сумела удержать эту эмоцию в себе, решив довериться, потому что в отличие от меня, Дэймос выглядел предельно сосредоточенным.

Мы направились на выход первыми и в какой-то момент, выходя из дверей трапезной, супруг полностью закрыл меня своим телом, скользнув пальцами именно по запястью в районе блокирующего браслета, чуть сжал… И я ощутила странное неприятное покалывание, а потом и весьма ощутимый упадок сил.

Озадаченно вскинула голову к мужу, одними глазами выразительно требуя объяснений, но Дэймос лишь прикрыл свои глаза веками и чуть заметно кивнул, тем самым вроде как говоря, что всё идёт, как должно.

Ну, допустим…

Наконец, мы дружно вышли на крыльцо и спустились во двор, отойдя от дома метров на десять, встав так, чтобы рядом не было ни одного здания или человека помимо нас четверых, и архимаг подчеркнуто тактично обратился ко мне:

— Леди Эржена, пожалуйста, попробуйте создать свою родовую молнию. Направьте её вниз по косой, чтобы она ушла в брусчатку. Лорд Рауф, будьте любезны отойти для чистоты эксперимента, мне нужно оценить остаточную мощь сил, которые сейчас доступны вашей супруге.

Не сказав ни слова, муж отошел на несколько шагов, встав ближе к проверяющим, но вместе с тем чуть в стороне, ну а я, сосредоточившись на том, чтобы выдать архимагу именно молнию, а не чистый свет, для верности чуть выставила перед собой руки ладонями вперед и… Только из правой ладони вырвалась едва различимая очень светло-голубая искорка, из левой вообще ничего, а в следующий миг я ощутила такую дичайшую слабость, что не смогла устоять на ногах и с приглушенным стоном начала оседать.

Перед глазами потемнело, стало тяжело дышать, накатила паника, когда показалось, что я задыхаюсь и умираю, но уже в следующую секунду меня подхватили сильные руки супруга и он, зло рыкнув:

— Насмотрелись? С дороги!

Стремительно унёс меня наверх.

Пока нёс, я умудрилась отключиться, потому что в себя пришла, когда он уже обтирал влажным полотенцем мой подозрительно горячий лоб, предельно аккуратно вдыхая мне в губы крупицы своей магии, что вроде бы и приносило облегчение, но в то же время вызывало странную тошноту.

— Что за…

— Молчи, — шикнул. — Перетерпи. Скоро будет легче.

И тут же горячо зашептал:

— Прости, родная… прости. Не хотел рисковать. Пришлось… Всё будет хорошо, обещаю. Спи. Утром будет легче.

Послушно расслабившись, я позволила себе уплыть в вязкую дрёму, а потом и уснуть полноценно, но лишь под утро, когда ощутила, что меня крепко обнимают сильные руки супруга, прижимая к своему полностью обнаженному телу, мне стало действительно немного легче — ушли пугающая ватная вялость и неестественная слабость.

— Доброе утро, — прошептали мне в район виска, когда я пошевелилась, но пока не торопясь открывать глаза.

— Надеюсь, — пробормотала. — Что ты со мной сделал?

— Теневая энергетическая пиявка, — с отчетливой неохотой произнёс супруг. — Дополнительно лишает сил и препятствует использованию светлого дара. Поэтому у тебя получилась чистая молния без вкрапления света и такая слабая, словно ты действительно практически не маг. Прости. Это было единственным возможным решением в такой короткий срок. Я уже ликвидировал её, полностью восстановишься дня за два. Если снять браслет — быстрее. Но рисковать не будем.

— Не будем, — вздохнула и через пару минут спросила: — Что гости?

— Убил бы, — с откровенным отвращением произнёс супруг.

— Ты знаешь, это не решит проблему, — возразила, хотя и без особой охоты.

— Только это и останавливает, — буркнул Дэймос. — Сегодня в любом случае отдыхаешь в своих покоях, хватит уже этих гнусных провокаций. Тебя они увидели. В том, что браслет блокирует магию, убедились. Хватит. В следующий раз увидят тебя через три месяца.

— Да я и бы и на раз в год охотно согласилась, — вздохнула снова. — А то и раз в пять лет. Ну какая вообще разница, чем мы тут занимаемся, а? Или они так жаждут услышать, что нам всё хуже и хуже, буквально до смерти? Садизм какой-то…

— Политика, — презрительно хмыкнул супруг, после чего мягко поцеловал меня в скулу и произнёс: — Лежи, отдыхай. Сейчас принесу тебе завтрак.

По тому, как вел себя Дэймос, я догадывалась, что он ощущает себя виноватым в том, как мне сейчас плохо, но совершенно не винила его за это. Лучше так, чем окружающие узнают, что я стала светлой. Что тогда придет императору в голову? Даже знать не хочу!

Да, у нас тут далеко не столица и лишний раз на улицу не выйти и просто не погулять в своё удовольствие, но в остальном я свободна настолько, насколько вообще может быть свободна женщина в условиях местного магического средневековья. И муж у меня золото!

И совершенно меня не интересует ни император, ни его политика, ни тем более интриги высшего света, куда входят мои родители. С них реально станется убить Дэймоса и подложить меня под императора в качестве той же личной целительницы-омолодительницы! А оно мне надо?

Неа!

Лучше тут. В глуши. В тайге.

Но она наша!