Глава 21

Чувствуя, что аппетита нет и вряд ли смогу съесть хоть кусочек от беспокойства за Дэймоса, я опустилась в кресло гостиной, крепко сжала подлокотники, закрыла глаза и постаралась облечь в искреннюю внятную просьбу всё, что сейчас ощущала.

Умоляю! Пусть всё будет хорошо! Пусть они справятся без потерь! Никто из тех, кто защищает эти земли, не должен умирать от лап тварей! Я готова… Готова сделать что угодно, лишь бы им помочь! Дайте знак! Что мне сделать? Какое заклинание создать, какое кружево сплести и как полыхнуть своим светом, чтобы помочь нашим бойцам!

«Как мило…» — хмыкнул кто-то на грани слышимости низким и… как мне показалось, циничным басом.

«Следуй за белым кроликом, дитя…» — гораздо мягче шепнул кто-то мелодичным женским голосом.

А я, в шоке распахнув глаза, увидела, как прямо передо мной мерцает воздух, искажая пространство, причем с той стороны видна не стена, а… сумрачный лес.

В котором прямо по курсу мелькнул белый кролик.

Изумленно моргнув, потому что в один миг осознала, что боги не просто ответили на мой мысленный вопль, а предложили активно поучаствовать в происходящем, сначала я вцепилась в подлокотники пальцами так, что они аж заныли, но потом, понимая, что промедление может стоить мне всего и может даже жизни самого дорогого мужчины, я подскочила и метнулась прямо в мерцание, на миг ощутив неприятную дезориентацию и даже тошноту, но уже в следующий оказавшись в самом настоящем таёжном лесу с его соснами, елями и буреломами.

В домашнем легком платье и тканевых туфельках.

Гениально!

Уже понимая, какую феерическую глупость совершила, я обернулась, но ожидаемо не обнаружила за спиной своей гостиной. Меня окружал лес и где-то впереди неприлично быстро от меня удирал белый кролик.

Стоять, падла!

Задрав юбки и стараясь не думать, во что превратятся мои ноги и я сама, если придется столкнуться с реальной опасностью, я рванула вперед, старательно выбирая такие места для бега, где не было веток и корней, и в целом держала довольно приличный темп, не раз и не два поблагодарив Берту за то, что всё это время мы почти не делали перерывов в тренировках. И хоть немного, но выносливость у меня была не совсем позорной.

Я пробежала не меньше километра, прежде чем услышала звуки боя впереди и, моментально потеряв кролика из вида, побежала на треск деревьев, взрывы, вой и всё то, что говорило прямо: идти туда не нужно.

Но я всё равно шла!

При этом лес даже и не думал редеть, скорее даже наоборот, сплошняком пошел густой и колючий кустарник: то ли шиповник, то ли барбарис, то ли ещё какой терновник, так что приходилось тщательно выбирать дорогу, но всё равно я чувствовала, что умудрилась расцарапать руки в кровь, и платье однозначно на выброс.

Да и плевать!

А потом я вывалилась на поляну.

То, что она не природного происхождения, стало ясно сразу — тут и там сплошь валялись вырванные с корнем деревья со сломанными ветвями, торчащими в разные стороны угрожающими кольями, густо пахло кровью и чем-то омерзительным, слева я заметила останки какой-то крупной твари (предположительно, гуля), справа на ветке покачивались чьи-то кишки, а чуть дальше шел ожесточенный бой бойцов гарнизона с гулями…

И не только.

Стоило мне увидеть, что дальше в просеке, которую сделал кто-то явно совсем недавно, мелькает что-то огромное, размером как минимум с трехэтажный дом, как сразу ослабли колени и захотелось попятиться обратно.

Вот только в затылок мне уже дышала тварь…

Не думая и не медля, я резко обернулась и отправила в неё чистейший столп света, который испепелил монстра уже в прыжке и до меня не добрались даже брызги её вонючей крови — тварь исчезла, словно и не было ничего.

Фух!

Первая победа приободрила, но я понимала, что скоро наступит откат и как минимум истерика, потому что мне уже было не по себе, но пока спасал адреналин.

А потом меня почуяли остальные твари…

Это было видно по тому, как замерли ближайшие, перестав атаковать бойцов, а потом они в едином порыве задрали свои бошки к небу и издали такой протяжный и пронзительный вой, что лично у меня кровь застыла в жилах, в один миг превратившись в лед.

А потом разверзся ад!

Они все… все несколько десятков рванули ко мне с такой бешеной скоростью, что стало отчетливо ясно — от смерти меня отделяет мгновение. Непропорциональные, серокожие, лысые, с длинными руками, которые заканчивались кинжально острыми когтями, с обезображенными злобой и яростью мордами, с ощеренными пастями, в которых клыков было больше, чем у акулы — они желали только одного.

Уничтожить.

Уничтожить меня и мой свет.

Хрен вам!

Зажмурившись, потому что было страшно до одури, я сделала единственное, что могла — исторгла из себя свет испепеляющими молниями, в один миг превратившись в сверхновую в микромасштабе одного-единственного человека.

Миг, вспышка…

И тишина.

Чувствуя резкий упадок сил и такую оглушающую тишину, которая в принципе невозможна в лесу, я аккуратно приоткрыла сначала левый глаз, потом правый, а потом широко распахнула оба, потому что… Ну, как бы… Кхм.

Упс!

Я стояла в центре идеально пустого пространства, где не было ничего.

Ни деревьев. Ни травы. Ни обломанных веток. Ни подозрительных кишок. Ни гулей…

Лишь чистейший чернозем, припорошенный серебристым пеплом.

И на границе круга — пара десятков мужиков, глядящих на меня, как на божественное откровенное.

— Добрый вечер, — неловко пробормотала я, опуская руки и старательно пытаясь изобразить приличную леди. — Раненые есть? Могу подлечить. Я… кхм, целитель.

Не знаю, как долго бы продлилась эта тишина, но тут со стороны мегатвари раздался особенно зловещий трубный рев, давший нам всем понять, что ещё далеко не конец, и мужики отмерли, а ко мне первым подбежал знакомый Аксель — один из тех, кто служил под началом Дэймоса и остался с нами в имении, не уехав на побывку в город.

— Леди Эржена! — рявкнул он. — Вы что тут делаете?

— Богиня указала мне путь, — ответила я немного пафосно и в целом правду.

— Сумасшествие! — выпалил боец и начал лихорадочно озираться, пока остальные окружили нас грамотным защитным кругом, выискивая опасность. — Командир нам головы снимет, если с вами что-то случится!

— Я догадываюсь, — заверила его. — Но всё же? Раненые есть?

Аксель подозрительно замялся и я с нажимом добавила:

— Сейчас сама искать пойду!

На меня посмотрели как на деву ну очень скудного ума, потом смачно ругнулись и наставили палец.

— Стоять!

После чего сам Аксель невероятно грамотно раздал указания другим бойцам и они, засуетившись, разбежались в разные стороны, чтобы уже через несколько минут притащить на наш принудительно очищенный пятак тех, кому не повезло нарваться на когти гулей.

Их было семеро. Ещё не мертвые, но… почти. У кого-то разорвана грудная клетка, у кого-то живот, у кого-то уже почти не хлещет кровь из жуткой раны на бедре, у кого-то почти нет лица…

Сглотнув, потому что зрелище было действительно ужасным, и в целом ясно, что до гарнизона и целителя раненых просто не донесут, что было видно в хмуром взгляде Акселя, который сам был в отряде за лекаря, тем не менее я обманчиво решительно приказала:

— Всем отойти на пять метров. Быстро!

А потом, когда бойцы нехотя, но в целом быстро выполнили мой приказ, снова закрыла глаза, сфокусировалась на задаче, расставила руки в стороны и приказала своему свету лечить.

Просто лечить! Лечить так, чтобы выжечь яд и исцелить раны! Лечить так, чтобы никто не умер!

Я светлая дева, черт возьми!

Дипломированный врач!

Плевать, что психиатр!

Сейчас важно другое. Совсем другое…

И я, чувствуя, что сияю, но уже иначе, усилием воли увеличила интенсивность свечения, чувствуя, что нынешнего недостаточно. У моих ног закричали-захрипели раненые, не в силах вынести жжение яда в крови, я и сама была не прочь завопить, чувствуя, как рвутся невидимые жилы внутри, но не прекращала массовый сеанс исцеления. У меня нет в запасе лишних суток, чтобы обстоятельно по три часа уделить каждому.

Либо так.

Либо никак.

И я… кажется… справилась.

Интуитивно ощутив момент, когда свечение пошло на спад, больше не цепляясь за желание именно исцелять, потому что исцелять было уже некого, я медленно открыла глаза… И поняла, что лучше закрыть их обратно.

Он был ещё далеко, но шел прямиком ко мне.

Суровый.

Мрачный.

Злой.

Явно жаждущий познакомить мою задницу с розгами…

И в итоге, когда он приблизился ко мне на пять метров и продолжал идти вперед в оглушающей тишине, я выпалила:

— Это не я!

— А кто? — зло процедил мой персональный тиран, подойдя вплотную и нависнув надо мной так, что захотелось скукожиться и провалиться сквозь землю.

— Меня боги привели, — пискнула, глядя ему в глаза максимально невинно.

— Боги… — повторил мрачно.

— Боги, — покивала и слабо улыбнулась. — Не сердись, пожалуйста. Я очень-очень за тебя переживала.

— Эржена… — шумно выдохнув, Дэймос рывком привлек меня к себе и сжал так, что я даже пискнуть не смогла. — В могилу меня сведешь со своими богами!

Не рискнув заявлять, что больше не буду, я предпочла тихонечко спросить:

— Вы всё? Закончили? Или ещё кто-то остался?

— Закончили, — проворчал, медленно отстранившись и только после этого бросив взгляды по сторонам.

Посмотрела и я, с мысленным нервным смешком отмечая, что бойцы старательно несут дозор спинами к нам, и лишь Аксель деловито осматривает лежащих на земле пациентов, что-то бормоча себе под нос.

Прислушалась, но различила лишь что-то вроде «свят-свят», а может и «свет-свет», но это не точно. И обратилась к нему сама:

— Аксель, как они?

— Жить будут, — уверенно произнёс мужчина, не подняв ко мне головы. — Надо организовать носилки.

В этот момент к нам подошли ещё двое мужчин лет тридцати пяти, причем по их форме и суровым лицам я могла предположить, что это тоже командиры, но других отрядов, и пока один из них отвлекся на то, чтобы раздать указания по переноске раненых до лазарета, второй уважительно обратился к моему супругу, который не прекращал меня обнимать.

— Лорд Рауф, позвольте узнать: откуда в секторе женщина?

— Это моя супруга, — проворчал Дэймос, а когда мужчина изумленно моргнул, уставившись на меня уже иными глазами, добавил: — Леди Эржена Рауф. И её привели сюда боги, что бы это ни значило.

— Как… удивительно, — с трудом подобрал определение маг и отрывисто кивнул. — Командир четвертой заставы Майло Хэльт. Благодарю за помощь и исцеление моих бойцов, леди Рауф. Скажите, а вы… — он сдавленно кашлянул, отчетливо поколебался, но всё-таки спросил: — Целитель?

Между строк я без труда расслышала «одарены светом?», но предпочла посмотреть на чрезмерно сурового мужа, который ответил за меня.

— Да, Майло. Моя супруга целитель. А сейчас нам пора.

— Да, конечно. Да… — мне кивнули ещё раз, причем с отчетливым уважением. — Спасибо.

Кивнула командиру Хэльту и я, после чего послушно направилась следом за супругом, когда он потянул меня в сторону прогалины. Там мы, аккуратно обогнув обугленную тушу монстра, над полным уничтожением которой трудился ещё один незнакомый маг, прошли ещё немного, потом ещё немного… Потом внезапно вышли на луг и там я увидела, что вдали виднеется частокол относительно небольшого поселка, увидеть который в этой глуши совершенно не ожидала.

— Охотничье поселение, — вполголоса произнёс Дэймос, словно точно знал, о чем я сейчас думаю. — Таких мелких деревень в Пограничье довольно много, несколько десятков. Бойцы гарнизона оставляют там лошадей, когда приходится объединять силы. В этот раз почти одномоментно открылись три разлома. Два с гулями, один с мегатварью. Сама видела. В такие моменты, когда приходит вызов, мобилизуют всех, кто поблизости.

Неожиданно за нашими спинами раздался подозрительный шорох и я тревожно обернулась, но это были лишь бойцы других отрядов, которые сопровождали нас на почтительном расстоянии, так что бояться было нечего.

Ну а потом мы уже в густых сумерках дошли до деревни, где оказалось от силы десяток крепких деревянных домишек, сложенных из толстых бревен, Дэймос отвязал от коновязи своего скакуна, забрался в седло, с обманчивой легкостью поднял в него меня, усадив к себе практически на бедра, и предупредил:

— Придется немного потерпеть, леди Рауф. До дома часа два бодрой рысью.

Кивнула, потому что вариантов всё равно не было, ну а потом, проклиная совершенно неудобную конструкцию седла, отсутствие технологического прогресса и свой тощий зад, я цеплялась за мужа обеими руками, прекрасно понимая, что это неизбежное зло.

Ну и в итоге, когда мы добрались до дома и въехали на территорию имения под изумленными взглядами охраны, я даже и не подумала изображать сильную и независимую, когда меня с рук на руки вручили откровенно растерянному Курту и распорядились:

— Унести наверх в спальню, пусть Берта поможет принять ванну.

— И ужин! — напомнила я о себе и своём желудке, который последние полтора часа выводил страдальческие рулады.

— И ужин, — согласился со мной муж. — На двоих.

Курт, радуя своей силой и немногословностью, в два счета поднял меня наверх, пристроив на кровать, и там эстафету приняла Берта, набрав мне горячую ванну и сердито всплеснув руками, когда начала снимать с меня изодранное платье:

— Вы где так умудрились, госпожа Эржена?

— Да-а-а… есть в этих лесах колючие места, — пробормотала, сама с интересом отмечая, что исцеляющий свет исцелил и меня, и от царапин не осталось ни единого следа. И лишь испорченное платье и порванные до дыр тканевые туфельки говорят о том, что я побывала в густых колючих зарослях.

А потом я с блаженным «ох-х!» опустилась в горячую ванну, в один миг ощутив, как устала и вообще — как минимум отбила зад, и следующие полчаса бессовестно наслаждалась тем, что я леди.

И у меня есть Берта!

Именно она вымыла и меня, и мои волосы, где запутались листочки и даже какая-то паутинка, именно она одела меня в свежую сорочку и халат, и именно она помогла дойти до кровати, потому что сейчас это был мой максимум.

Силы тупо кончились.

При этом ужин мне принес муж, который, судя по влаге в волосах, тоже принимал ванну, но выглядел не в пример бодрее меня, хотя уверена, что выложился намного сильнее. Вот только у него и резерв больше, и опыта… И вообще! Он мужчина!

А я так…

— Привет, — улыбнулась несмело, когда он с подносом сел на мою кровать, но глядя на меня так, словно прикидывал, с чего начать наказание.

— Добрый вечер, леди Рауф, — поддержал он моё начинание, а глаза так и сверлили меня янтарными буравчиками. — Ты понимаешь вообще, что наделала?

Вот тут я вздохнула.

Ну, как бы… да. Вся наша конспирация коту под хвост. И вроде хотела, как лучше…

— Я спасла сегодня семь жизней, — произнесла тихо, не отводя взгляда. — И это было правильно.

Шумно выдохнув ртом, Дэймос прикрыл глаза, какое-то время сидел так, а потом резко кивнул.

— Ладно. Это было ожидаемо. Выкрутимся. Никто не смеет ни к чему тебя принуждать. Пусть только сунутся. А теперь ешь.

— А ты?

— И я, — согласился, но потом всё равно первым делом покормил меня, сам жуя в перерывах и пытаясь аккуратно уточнить, как я вообще оказалась в более чем двадцати километрах от имения. — Одна!

Больше всего переживая, что снова резко забуду и это, я не торопилась отвечать, сначала тщательно обдумав каждое своё слово, и только потом произнесла:

— Когда Курт сказал, что тебя призвали на помощь другим магам, я почему-то очень сильно разволновалась. Да, я понимаю, что это твоя работа… Но мне стало не по себе. И я мысленно обратилась к богам за помощью, прося дать знак. А потом… — облизнув губы и решив, что говорить про кролика не стоит, слишком это странно даже для богов (кажется, у них своеобразное чувство юмора), я сократила свои приключения до минимума: — прямо передо мной появился портал в лес. Я шагнула и очутилась там, где были вы.

— Какая феерическая глупость, Эржена, — на меня посмотрели с откровенным осуждением. — Ты понимаешь это?

— Сейчас понимаю, — кивнула. — Тогда действовала на эмоциях. Прости.

На меня посмотрели с подозрением. Потом прищурились. Под конец хмыкнули.

— Не слышу слов: я так больше не буду.

Я взглянула на него с долей скептицизма.

— Понял, — хмыкнул снова. — Будешь. Ох, мало тебя пороли… Может, пора?

Мой взгляд обрел особую глубину, хотя я всё равно немного напряглась.

Не знаю, что увидел, а может почувствовал супруг, но поморщился и качнул головой.

— Конечно, нет. Сама знаешь. Но очень хочется хоть как-то контролировать эти твои самоубийственные порывы. Скажи мне сама: как?