Глава 18. Далекие близкие

Это был вечер мистера Никто, и мне не терпелось поговорить с ним, выразить признательность. На водах распирающей меня благодарности покачивалась лодка не до конца оформившегося чувства. Еще не осознавая его полностью, четко понимала одно – я определенно привязалась к мужу.

Но из-за визита домой и разговора с Антонией я бессовестно опаздывала. В Пристанище вошла с последними лучами солнца. Еще немного, и конец нашему договору. Это странно, но переживала я не из-за того, что вернусь в этом случае в тюрьму. Куда сильнее опасалась потерять доверие мужа и возможность общаться с ним.

Взбежав на второй этаж, у себя в комнате первым делом кинулась в ванную. От одежды и волос воняло жженой резиной. Я хотела смыть запах забастовки и привести себя в порядок.

Купание затянулось. Люблю понежиться в ванне. Когда я в сорочке и накинутом поверх халате вернулась в спальню, чтобы переодеться к вечеру, ставни уже пришли в движение. Приводить себя в порядок в полной темноте – не вариант, и я поторопилась к креслу, пока свет не померк окончательно.

Мой внешний вид – домашняя одежда и распущенные, влажные после ванны волосы – немного смущал. Но я все-таки встречаюсь с мужем, а не с посторонним мужчиной.

– Добрый вечер. – Шаги и приветствие отозвались дрожью в теле. Никак не привыкну к полной темноте. Каждый раз волнуюсь, как дебютантка перед первым балом.

– Добрый, – откликнулась, прислушиваясь. Судя по звукам и долетевшему до меня аромату одеколона, мужчина устроился в кресле напротив. Еще немного, и буду различать движение в темноте подобно летучей мыши.

– Приятно видеть тебя домашней, – сказал он. – Прошлые наши встречи были чересчур официальными.

Мужской взгляд на коже ощущался ярче прикосновений. Аж дыхание перехватывало. И чего я разволновалась? Надо срочно взять себя в руки. Лучше всего сменить тему разговора на нейтральную.

– Я знаю, что ты перечислил деньги на зарплату рабочим. – Мысли о заводе всегда помогали мне сосредоточиться. – Спасибо. Это много для меня значит. Я обязательно все верну, как только магполиция разблокирует мои счета.

– Я не просил возвращать деньги.

– Но и я не просила помощи. Насколько помню, ты говорил, что я тебе не нравлюсь и ты хочешь меня проучить. Ты изменил мнение?

Мне отчаянно хотелось услышать, что теперь он относится ко мне иначе. Да, его поступок и так говорил об этом, но нам, женщинам, важны слова.

– Считай это свадебным подарком, – произнес он.

– Тогда я должна подарить что-нибудь в ответ, – сказала и тут же сообразила, как это звучит. Словно я предлагаю ему что-то, например себя.

– Ты уже подарила, – в голосе сквозила улыбка. – Общение. Не так часто мне выпадает шанс поговорить с кем-то от своего имени. Без притворства и игр. Это дорогого стоит. Хотя, – добавил он задумчиво, – ты можешь еще кое-что для меня сделать.

– Что же?

– Потанцуй со мной.

Щелчок пальцев, и заиграла музыка. Медленными, ленивыми волнами она накатывала на меня, проникая в тело и пленяя. А мой муж знает, как произвести на девушку впечатление – выбрал лучшую композицию сезона. Не сосчитать, сколько девичьих сердец она размягчила. Неужели и мое дрогнет?

Движение воздуха, и мужчина стоит передо мной.

– Позволишь? – Пальцы осторожно коснулись моего запястья, чтобы не напугать.

Я приняла предложенную ладонь и встала.

– Я не одета для танцев, – заметила смущенно.

– Здесь темно, – усмехнулся он. – Кто тебя увидит?

И правда, чего я стесняюсь? От танца еще никто не умирал. Я опустила руки на плечи мужчины – широкие, сильные, – ощущая, как мышцы перекатываются под ладонями. Он был в одной рубашке, без пиджака. Не одна я сегодня пренебрегла условностями.

Я вздрогнула от прикосновения мужской ладони к пояснице. Дрожь рябью пробежала по телу, как ток по проводам. Привычные па танца вдруг забылись.

После того как я пару раз наступила партнеру на ногу, он понял, что танцевать в темноте мне не дано, и перешел на упрощенные движения. По сути, мы просто мерно покачивались под музыку, едва переставляя ноги.

Муж притянул меня ближе. Это перемещение отозвалось эхом внизу живота, странным и приятным одновременно. Колени подогнулись, и я вцепилась в плечи мужчины, опасаясь упасть без его поддержки. Руки мужа служили мне опорой. Они дарили уверенность и вместе с тем лишали силы воли. Как одно и то же прикосновение может нести такие разные эмоции?

Мужчина позволил себе лишнее – его ладони гуляли по моему телу как хозяева. Я открыла рот, чтобы отчитать его или попросить закончить танец, но возражения на пару со здравым смыслом захлебнулись поцелуем. Я глотала резкие вздохи мужчины, чувствуя, как они прокатываются по мне волной. Его губы и язык дарили наслаждение. Пальцы, сжимающие мое тело, сводили с ума. Я всхлипывала, муж вторил мне стоном.

Он целовал мои спутанные волосы – не успела расчесать после мытья, мою шею, еще влажную после ванны, губы, припухшие от его ласк, грудь, ставшую невероятно чувствительной. Он покрывал меня поцелуями так, словно обезумел. Неистово. Без надежды на отклик.

Я едва помню, как он подвел меня к кровати и уложил на нее. А после навис надо мной, опять захватив мои губы в плен. Он не давал мне опомниться, осознать происходящее. Я тонула в его ласках, изредка всплывая на поверхность, чтобы глотнуть воздуха, а потом снова уходила с головой в близость. До чего же сладко! Аж невыносимо.

Развязав пояс халата, он распахнул его и сжал мою грудь сквозь тонкую ткань сорочки. Я испуганно завозилась и скрестила руки, прикрываясь. Сердце билось в ритме канкана – бешеный галоп.

– Почему ты не раздеваешься? – Я лежала перед ним практически голая, а он даже рубашку не расстегнул. Не могу сказать, что я хотела, чтобы он разделся, – нет, нет и еще раз нет! – но так же нечестно.

– Позже… – услышала в ответ. – Не бойся, я не перейду границ. Верь мне.

– Я еще никогда… – прошептала, надеясь, что он догадается, что имею в виду, а главное, поймет – я хочу оставить это неизменным.

Он догадался и понял.

– Я этого не изменю. Клянусь, – пообещал он.

Говоря, он захватил мои запястья и завел руки мне за голову. Его колено раздвинуло мои ноги, заставляя раскрыться ему навстречу. Он словно распял меня на кровати, но мне не было страшно. Впервые я настолько открылась мужчине. Вот так легко поверила на слово тому, чье имя мне неизвестно и чье лицо незнакомо. Тому, кого я считаю врагом. Я ведь до сих пор не могу назвать его другом, зато, похоже, вскоре назову любовником.

Перехватив мои запястья одной рукой, второй он добрался до кружева нижнего белья и скользнул под него. Я выгнулась, вскрикнув. Невероятно, что одно-единственное прикосновение способно сделать с телом и разумом! Голова закружилась, не осталось мыслей, только желания.

– Позволь мне стать ближе, – шептал он. – Не отталкивай меня.

Он уже не держал меня, нужда в этом отпала, теперь я сама тянулась ему навстречу.

Мужчина проложил дорожку поцелуев по шее вниз, к ключицам. Рванув сорочку, обнажил мою грудь и втянул в рот напряженный сосок. Я забыла, как дышать.

– Совершенная… – прошептал он, на мгновение оторвавшись от меня.

От груди он пошел дальше, прямиком к низу живота и еще ниже. Пальцы сменил язык, и я вспыхнула с новой силой. Едва ли даже магам, сожженным на костре, было так жарко, как мне в тот момент.

Муж подсунул ладони под мои ягодицы, бедра разошлись, обнажая меня перед ним. Движения его языка околдовывали, я полностью попала под их чары. Ногтями я впивалась в плечи мужчины, не думая, что причиняю боль. Я вообще в тот момент ни о чем не думала. Разве что: еще, глубже, теснее, продолжай. Вот так! Если остановишься, умру.

* * *

Он довел ее до пика и следил за тем, как она кусает губы от удовольствия. Ее стоны звучали для него музыкой. Когда спазмы, прокатившись по телу девушки, чуть стихли, он запахнул халат, прикрывая ее наготу.

Девушка лежала с закрытыми глазами. Тихая, умиротворенная, довольная. Любуясь ее прекрасным лицом, он вдруг отчетливо понял, что она обретет над ним безграничную власть.