Глава 11

Мы около четверти часа разговаривали со старухой. Она за это время успела поведать мне детали своего плана и сказала, что под столом стоит ящик, который предназначен для меня. Тут она совсем сомлела, закрыла глаз и безвольно повесила лохматую голову на обвисшую грудь. Настойка из грибов всё-таки вырубила её. Но так и планировалось. Теперь бабку пробудит только приход Повелителя. Её вторая сущность вырвет сознание Марьи Никитичны из плена грибной настойки. А потом в дело должен буду вступить я.

Пока же я покосился на старуху, замершую на лавке неопрятной седовласой куклой, а затем подошёл к столу, присел на корточки и вытащил оббитый железными полосами сундук. Пламя очага осветило его. Я открыл крышку и поморщился от омерзения. Внутри лежали десятки голов, ранее принадлежавшие мелким животным. Я взял одну и ощутил тепло, исходящее от неё. Отлично, теперь у меня есть громадный запас «батареек». Но как скажется их использование на моей правой руке? Она ведь и так превратилась в высасыватель магического резерва. Впрочем, сейчас уже поздно думать об этом. Что будет — то будет.

Помимо голов, в ящике обнаружился небольшой ржавый ключ со свежими царапинами. Видимо, он от кандалов, надетых на старуху. Ясно. Положу ключик в карман. Дальше моей добычей стала склянка с травяным настоем. Она лежала на дне ящика. Ей тоже предстоит сыграть свою роль. Я отправил её в карман и взял из угла ящика несколько свёрнутых в трубочку исписанных листов бумаги. Развернул их и поднёс к глазам. Но недостаток света не дал мне возможности разобрать бабкины каракули. Тогда я переместился ближе к очагу. И уже возле него стал вчитываться в неровные строки, слыша потрескивание полыхающих поленьев.

Хм, любопытно. Марья Никитична вывела на бумаге два заклятия и довольно подробно описала их. Первое было почти полным аналогом Контроля Морриса. Если кто-то не помнит, то это заклятие позволяет взять под контроль энное количество живых мертвецов. Старухин же вариант данного заклятия дозволял работать лишь с той нежитью, которую подняла из мёртвых сама Хозяйка болот. А вот это круто, потому что и нежить откликалась лишь на данное заклятие, а другие — игнорировала.

Выходит, мне не стоит опасаться того, что Повелитель подчинит себе всех некровоинов Хозяйки болот? Да, так и есть. Вряд ли у него есть аналог Контроля… э-э-э… Марьи Никитичны. Забыл какая у неё фамилия. Возможно, стоит дать название этому заклинанию, использовав бабкино имя, которое она получила в этом мире? Агнесса Айрих? Так и сделаю. Следовательно, у меня теперь есть Контроль Айрих.

Второе же заклятие охренеть как помогло бы мне в бою на Безымянном поле. Оно било в одиночную цель лучом практически чистой магической энергии. И этой энергии в заклятие можно было накачать целую прорву. Хоть весь магический резерв. Я прикинул, что подобный луч способен продырявить даже Костяного дракона. М-да, мощная штука. А назывался этот луч просто и банально — «Поток тьмы». Вот нет фантазии у местных изобретателей заклятий. Тьма, смерть — и больше ничего.

Продолжая мысленно бурчать, я отыскал на подоконнике огарок свечи, поджёг его от пламени очага и поставил на стол. Сам сел на стул, достал магическую книгу и вынул из кармана смесь Азова. Вот как знал, что она пригодится. Благодаря своей предусмотрительности, я смогу перенести бабкины заклятия в свою книгу. Этим я в следующие четверть часа и занялся.

А когда закончил — свеча уже совсем прогорела, а на улице потемнело ещё сильнее. Через пару часов уже наступит вечер, а там и ночь не за горами. Надеюсь, Повелитель будет так добр, что нападёт на поселение в выходной день, а то в понедельник у меня дуэли. И если я не приду на них, то мне засчитают поражение. А там и Корсакова мне яйца оторвёт. Хотя, конечно, если смотреть глобально, то шут с ними с этими дуэлями, мне бы Повелителя побороть. А там уж я восстановлю свою репутацию, если её подточит моя неявка на турнир.

Твою мать, я сейчас словно канатоходец, идущий по тонкой верёвочке. Мне даже нельзя портить отношения с Корсаковой, из-за чего я сношу все её выходки! Ладно, буду надеяться на лучшее.

Пока же я отправил магическую книгу в поясную сумку, встал из-за стола и вышел из хором. С крыльца открывался замечательный вид на то, как мужики продолжали укреплять поселение. Ворота уже оказались завалены мешками с камнями, а по периметру частокола, на его вершине, появились факелы. Их трепещущее пламя разгоняло надвигающуюся тьму, что позволяло дозорным следить за территорией, окружающей поселение.

Я решил поближе глянуть на «крепостную стену». Сошёл с крыльца, пересёк двор и стал подниматься по ступеням лесов. Они недовольно поскрипывали, но не ломались. Кажись, леса сделали на совесть. И их даже оборудовали перилами. Весьма крепкими перилами. Я увидел, что один из дозорных, паренёк лет пятнадцати, облокотился на них спиной и внимательно смотрел вдаль, в сторону леса. Он встрепенулся, когда я очутился подле него, и в первую секунду хотел отвесить мне поклон, но потом вспомнил, что тут перед боярами спину не гнут и просто кивнул мне, точно равному.

Меня поступок паренька совсем не обидел. Я посмотрел на его худощавое лицо с блестящими в свете пламени глазами и спросил:

— Не видать супостата?

— Не-а, — буркнул тот, настороженно глядя на меня, словно ожидал подвоха.

— Тебя как зовут-то? — поинтересовался я и посмотрел поверх частокола в сторону леса. Под деревьями залёг мрак. И, казалось, что из него вот-вот выскочат мертвецы. Так, Иван, успокойся, иначе перегоришь. Хрен его знает когда нападёт Повелитель.

— Прошка, — между тем нехотя ответил парень.

— А я Иван. Ты откуда будешь? Из какого города?

— Иван? — искренне удивился он, точно увидел честного политика. — Просто Иван? Не сударь или господин?

— Ага, — кивнул я.

Пацан хмыкнул и почесал вихрастую голову. А я продолжил его расспрашивать и вскоре у нас завязался оживлённый диалог. Прошка перестал с недоверием смотреть на меня и рассказал о том, как год назад его матушка померла от хвори неизвестной, а батька, мелкий мошенник, помер в прошлом месяце.

Под конец своей речи Прошка с гордостью показал мне медный перстень, покоящийся на пальце.

— Вот, гляди. Красивый? Его мне батя перед смертью продал. Я теперь его постоянно ношу. Вот уже месяц. А тут, в этом поселение, я оказался случайно. Яшка-атаман меня сюда привёл. Я его в городе на базаре увидел, да хотел карманы обчистить. А он меня за руку хвать и не отпускает. Я уж думал, что он меня полицаем сдаст. Ан нет. Сюда привёл и сказывал: теперь тут жить будешь, да кузнечному делу учиться.

— А ты это… чего не ушёл? Знаешь же, что Повелитель нападёт. Или Яшка тебе не разрешил покинуть поселение? — поинтересовался я, косясь на лес. Пока вроде бы всё было тихо.

— А чего мне уходить? Теперь мой дом тут. А Яшка… Яшка наоборот — пытался силком прогнать меня, но я не дался! — пылко сказал юнец и гордо выпятил хилую грудь. — Я, как и все, буду сражаться с нежитью. Не отступлю! Пущай я не умею саблей махать, но стреляю вполне сносно. Будет от меня польза, будет.

Глаза парня горели энтузиазмом, а я мысленно прикинул его шансы выжить и поморщился. На Безымянном поле погибали гораздо более подготовленные воины. А тут — вся надежда на хилый частокол. Конечно, его укрепили, но что он сможет сделать против, скажем, Костяного дракона? Ровным счетом ничего.

Моё и так мрачное настроение ухудшилось ещё больше. К тому же пошёл мелкий противный дождь, затянувший всю округу. Его капли барабанили по моему лицу и стекали за шиворот. Полушубок стал пропитываться водой и тяжелеть. Ещё и видимость ухудшилась. Сквозь пелену дождя я теперь с трудом мог видеть очертания леса.

Так, надо валить отсюда, а то ещё простужусь. И я уже решил трусливо скрыться в хоромах бабки, дабы понапрасну не мокнуть, но тут до моих ушей донёсся едва различимый звук. Он заставил меня тревожно замереть и прислушаться. Вроде бы не показалось. Как будто сотни людей идут по раскисшей почве, с трудом выдёргивая из неё ноги.

В этот миг Прошка тоже насторожился, облизал мокрые от дождя губы и взволнованно посмотрел на меня. Я уверенно кивнул ему. И тогда он завопил срывающимся голосом:

— Тревога! Тревога! Тревога!

Его крик поддержали и другие дозорные. А я стиснул зубы, повернул голову к лесу и попытался пробиться взглядом сквозь стену дождя. В груди билась отчаянная надежда на то, что Повелитель не успел собрать многочисленную армию.

И вот вдали показались смутные серые силуэты, бредущие по полю. Десять, двадцать, сотня… тысяча. Твою мать! Их больше пары тысяч! Много, но всё равно меньше, чем рисовало моё разыгравшееся воображение. И среди мертвецов почти все сто процентов составляли рядовые зомби не первой свежести. Личей и адских псов практически не было. А Костяной дракон имелся всего в одном экземпляре. Но в отличие от боя на Безымянном поле тут Повелитель мёртвых не стал скрываться. Он ехал впереди своей армии на полуразложившемся медведе, за которым тащились сизые кишки. Сам Повелитель с прошлой нашей встречи в Перекамске не изменился. Только обзавёлся чёрным плащом с драным подолом. А так — всё тот же обнажённый мертвец, худой настолько, что можно было пересчитать все рёбра под серой кожей. Его ярко-зелёные глаза смотрели точно на ворота поселения, а дождь барабанил по лысому, безносому и безгубому черепу.

Я как только увидел Повелителя, так сразу нырнул за частокол, чтобы он не заметил меня. Кажись, пронесло. Так, теперь надо валить в хоромы. Пригибаясь, я домчался до ступеней и практически скатился по ним с лесов, миновав мужиков, которые торопливо поднимались. Некоторые из них презрительно посмотрели мне вслед. Но мне было плевать. Я помчался к крыльцу, разбрызгивая ногами воду из луж. А перед моим внутренним взором до сих пор стояло видение грудной клетки Повелителя. На ней красовались грубые нитки, скрепляющие края раны, в глубине которой билось его чёрное сердце — ключ к победе. Сегодня я должен поразить его.

Пока же я влетел в хоромы, прогрохотал сапогами по коридору и ворвался в горницу. Старуха до сих пор находилась без сознания, но она вздрагивала и приглушённо порыкивала, точно бдительный сторожевой пёс, издалека услышавший приближающегося чужака. Главное, чтобы она не очнулась раньше времени. Я скользнул по ней тревожным взглядом, рассовал по карманам заряженные магической энергией головы и проскользнул за неприметную дверь с железным кольцом вместо ручки. За ней обнаружились вытертые ступени, скрывающиеся во мраке. Они вели на второй этаж хором и выше, в терем, под самую крышу. И я стал быстро подниматься по ним, слыша душераздирающий древесный скрип под ногами. Лишь бы не провалиться.

Благо, ступени достойно выдержали мой вес. И я добрался до терема, где первым делом столкнулся лицом к лицу с драугром и испуганно выдохнул:

— Твою мать!!!

Нежить стояла прямо в дверях. И помимо неё тут оказалось ещё около двух десятков драугров, вооружённых саблями и защищённых кольчугами. Я знал, что они торчат здесь, но как-то уж слишком неожиданно мне довелось встретиться с ними. Аж сердце на секунду сбилось с ритма. Но потом оно снова бодро застучало.

Я проскользнул в комнату и подскочил к окну. Стекло оказалось таким грязным и мутным, что мне пришлось открыть створки окна, дабы увидеть, что происходит вне хором. А там, внизу, уже шёл полномасштабный штурм, который сопровождался сполохами молний, проливным дождём и раскатами грома. Настоящий Апокалипсис!

С моего наблюдательного пункта, находящегося высоко над землёй, было видно, что мертвецы Повелителя облепили частокол с внешней стороны и лезли друга на друга, пытаясь добраться до отстреливающих их людей.

Кромемертвецов, в дело вступил Костяной дракон. Он с разгона врезался рогами в ворота. И мне показалось, что вздрогнули даже хоромы бабки. Брёвна же, из которых были сколочены ворота, затрещали и поломались, будто спички. Но стена из мешков с камнями выдержала. Но уже всё было ясно. Ещё пара минут и нежить ворвётся в поселение.

Всё же мужики продолжали отчаянно сражаться. Они стреляли из пулемётов, винтовок и револьверов. А кто-то уже саблями и топорам рубил зомбарей, добравшихся до вершины частокола. Повсюду слышались зычные крики, треск выстрелов, а запах пороха смешивался с ароматами человеческого поселения. И ещё большей инфернальности битве добавила легковоспламеняющаяся жидкость, которую применили защитники. Она на всём протяжении лесов стояла в вёдрах, предусмотрительно накрытых крышками. Я хрен его знает где местные бойцы отыскали её, но она оказалась не хуже знаменитого греческого огня. Люди прямо из вёдер поливали ею мертвецов, а потом швыряли в них зажжённые факелы. И жидкость тотчас вспыхивала, превращая зомбарей в языки пламени.

Я с удивлением заметил, что этому огню даже дождь не был помехой. Да, пламя злобно трещало и шипело, словно разозлённая змея, но не уступало воде, не затухало. Огонь пожирал мертвецов, освещая округу.

Воздух стал пропитываться не только запахом пороха, но и вонью горелой человеческой плоти. Этот смрад касался моих ноздрей, но я не обращал на него внимания. Всё моё существо было сосредоточено на воротах. Вот-вот Костяной дракон должен был развалить преграду из камней и ворваться в поселение. И тогда придёт мой черёд действовать. У меня уже зубы чесались от желания вступить в битву. И вот этот момент настал…

Костяной дракон разметал последние мешки и влетел в поселение. Но, прежде чем за ним хлынул поток рядовой нежити, я использовал Контроль Айрих. Из магической книги вырвался рой туманных мушек и все они проникли в тела бабкиных самодельных рыцарей. Правда, я не смог взять под контроль всю толпу мертвецов в доспехах. К сожалению, моего магического резерва хватило лишь на пять десятков рыцарей. Но и их хватило, чтобы начать мутузить Костяного дракона. Они без страха атаковали его. А тот стал отбиваться, орудуя страшными челюстями и рогами.

Жаль, рыцари не слишком ловко размахивали холодным оружием, но зато силе их ударов мог позавидовать практически любой человек. Кости дракона трещали от их атак. Сталь глубоко проникала в твёрдую плоть высокоуровневой нежити. Но и дракон давал моим мертвецам прикурить. Его челюсти сминали рыцарские доспехи, точно жестяные банки. И недостатка в «клиентах» у него не было. Мертвецы не ведали страха и чувства самосохранения. Они лезли на противника очертя голову, подставляясь под его рога и пасть. Поэтому дракон валил рыцарей направо и налево. Всё же мои воины вытеснили его из поселения под радостные крики людей, которые продолжали сражаться на лесах, не давая зомбарям перебраться через частокол.

Фух, кажется, первый раунд за нами. Но эта микропобеда ничего не значила. Повелитель ещё не вступал в бой. Он шастал где-то за частоколом и, вероятно, наблюдал за ходом схватки. Надеюсь, он не заметит меня, иначе план старухи может сработать не так, как она хотела.

Сейчас Повелитель с большой долей вероятности думает, что нежитью управляет Марья Никитична. Но это не значит, что он не подозревает о том, что и я тут. Он вполне может догадываться, что Хозяйка болот позвала меня сюда. Да и его шпионы могли проследить за мой в столице. Конечно, я пытался незаметно выбраться из Царьграда, но его соглядатаи всё равно имели все шансы проследить за мной до самого склепа.

В любом случае, как бы не сложилась эта битва, у меня должен появиться шанс нанести роковой удар.

Пока же мои рыцари добили Костяного дракона, но он забрал с собой почти всех обидчиков. Мне пришлось ввести в бой очередную полусотню рыцарей. И они практически сразу на месте уничтоженных ворот столкнулись с личами, которые пытались вместе с зомбарями ворваться в поселение. Завязался жаркий бой мёртвых воителей. И он словно мясорубка требовал новые и новые жертвы. Спустя пару минут я отправил туда всех некрособак. А затем округу сотряс чудовищный треск и часть частокола рухнула вместе с лесами…