Глава 20

В это чудесное утро я мог не просыпаться слишком рано, так как у моих одногруппников сегодня был этикет и танцы. А я, как вы помните, ходил только на те занятия, которые касались магии.

А вот Шурик спозаранку отправился на учёбу. И я смог в тишине, без его раскатистого храпа, продрыхнуть аж часов до десяти. Потом я сгонял на стадион, помучил там мышцы, заглянул в местную студенческую столовую. И к назначенному времени уже был возле зала, предназначенного для оттачивания заклятий.

Мария слегка опоздала и выглядела озабоченной.

— Что-то случилось? — сразу же спросил я у неё, ощутив тревогу.

— Нет, всё хорошо, — твёрдо ответила девушка, открыв ключом зал. — Но мне страшно. Я думала всю ночь и поняла, что поступила весьма опрометчиво, пообещав тебе передать эти заклятия.

— Почему же? — недоумевающе выдохнул я, входя внутрь помещения следом за баронессой.

— Если кто-нибудь узнает, что ты владеешь такой магией, то мигом задастся вопросом: а откуда у тебя подобные знания?

— Я тебя не выдам. Клянусь честью, — отчеканил я, состряпав максимально уверенное выражение лица.

— Я не сомневаюсь в тебе. Но не надо быть семи пядей во лбу, чтобы понять, кто мог дать тебе заклятия, — с беспокойством проговорила Мария и смиренно положила на стол пять пергаментов. — Вот всё, что мне удалось взять. Переписывай их скорее. Я должна вернуть заклятия через час, иначе их могут хватиться.

— Я обещаю, что воспользуюсь этой магией, только если моей жизни будет угрожать смертельная опасность, — прочувственно пообещал я, плюхнулся на стул и стал торопливо переписывать содержимое пергаментов в подаренную магичкой книгу.

А та между тем негромко заговорила, дыша чуть чаще обычного:

— Универсальная защита Рябова — она способна нейтрализовать атакующую магию вплоть до уровня престола третьего ранга и отбить пули, но только не пущенные в упор. Тут данная защита может дать сбой, если влить в неё мало энергии.

— Ясно, — кивнул я и от усердия даже закусил кончик языка.

— Тень смерти — это защитное заклятие. Оно делает некроманта невидимым для большинства видов нежити.

— Угу, — промычал я, скрипя карандашом по бумаге.

— Власть смерти — заклятие способное поднять мертвеца. Для активации потребуется уровень адепта второго ранга. И чем больше ты зальёшь мощи в заклятие, тем сильнее будет мертвец.

— Отлично, — довольно улыбнулся я. Вот и подоспела настоящая, классическая некромантия.

— Контроль Морисса. Эта магия даёт возможность некроманту взять под свой контроль даже «диких» мертвецов. В данном случае сила заклятия отвечает за количество мертвецов, которых сможет подчинить себе маг смерти, — торопливо проговорила баронесса, пару раз глубоко вздохнула, переводя дух, а затем продолжила: — И последнее заклятие — Поцелуй вампира. Оно превращает живое существо в высушенный труп. Очень скверное и болезненное заклятие. Надо сто раз подумать, прежде чем использовать его. Ни один маг жизни не сможет помочь жертве Поцелуя вампира. Я хотела взять что-то менее губительное, но не нашла.

— Я весьма сознательный человек, — с мягкой улыбкой заверил я разнервничавшуюся девушку, покрывшуюся лихорадочными пятнами.

Она реально переживала из-за того, что вручила такую силу почти что мальчишке. Наверное, по плану учёбы подобные заклятия мне бы достались хорошо если на втором году обучения, а то и на третьем.

— Я надеюсь. Я очень надеюсь, — горячо выдохнула баронесса, вытащила из сумочки веер и стала обмахивать им своё раскрасневшееся лицо.

— Мария не переживай, — попытался я успокоить её.

— Постараюсь. Ведь назад уже не повернуть, — философски проронила магичка и обречённо закатила нервно блестящие глазки,

Я же ободряюще подмигнул ей и обвёл кружочками по несколько рун в каждом заклятии. Они отвечали за мощь оного. А у Шурика как раз имелся учебник с рунами. Вооружившись им, я смогу самостоятельно менять мощь заклятий.

Пока же я, чтобы ещё больше не нервировать Марию, встал со стула и решительно заявил:

— На сегодня довольно. Пойдём отсюда.

Баронесса поспешно кивнула, засунула в сумку пергаменты с заклятиями и торопливо вышла из зала. Я последовал за ней. Но уже в холле мы разделились, дабы лишний раз не давать поводов для слухов и кривотолков.

Я в одиночестве вышел из здания и через парк направился к общаге.

Под сенью деревьев на лавочках опять обнаружилось множество студентов. И среди них я с неприятным изумлением заметил барона Шмида. Он с упоением слушал ладно скроенную блондинку лет восемнадцати.

А та с придыханием в голосе рассказывала окружившим её людям:

— … Сам Император изволит почтить своим визитом новогодний бал! Он прибудет прямо сюда, в академию! И с ним приедет весь цвет столичной аристократии.

— А кто из студентов будет приглашён на бал? — с жадностью спросила у неё конопатая девчушка с косой.

— Те, кто отличатся в учёбе, — ответила блондинка и с улыбкой превосходства добавила: — И, конечно же, на бал позовут тех студентов, чьи семьи наиболее родовитые и богатые.

Конопатая мгновенно погрустнела. А вот барон Шмид наоборот — выпятил плоскую грудь и стал напоминать хилого петуха.

А когда он заметил меня, то и вовсе позволил себе презрительно бросить, посмотрев в мою сторону яростным взором:

— Да, беднякам и провинциалам остаётся только мечтать о том, чтобы побывать на таком бале.

Некоторые студенты понимающе заулыбались, а другие — опустили гривы.

Я же окинул всех надменным взглядом и прошествовал мимо, высоко задрав голову. Да и хрен я клал на ваш бал. Вы не видели, как я отрывался на школьном выпускном. Меня потом нашли в Саратове в автобусе. Благодаря этому я понял, чем отличается столичный общественный транспорт от провинциального. В Москве автобусы раздают вай-фай, а в том же Саратове — чуму.

И вот с этой весёлой, жизнеутверждающей мыслью я пришёл в общагу, достал учебники, обезболивающую мазь и проколол палец. На сей раз мне потребовалось гораздо меньше капель крови на сто миллилитров смеси Азова. Ведь, как оказалось, чем больше у мага резерв, тем сильнее его кровь. Замечательно.

После этого я как заведённый стал создавать заклятия. Чистые пергаменты у меня имелись. Так что работа шла быстро. Я планировал на выходных выехать куда-нибудь за город и там использовать заклятия, чтобы прокачать магический резерв. Но мои планы нарушил Шурик…

Спустя пару часов он бесшумно открыл дверь своим ключом и без стука влетел в комнату, чем изрядно напугал меня.

Я подпрыгнул на стуле и перепугано заорал, брызжа слюной:

— Какого хрена ты так вламываешься?! Хочешь, чтобы твой брат в столь юном возрасте щеголял сединой?!

— Илья… Илья… — полузадушено пролепетал взмыленный Санек, нашёл взглядом графин с водой и жадно присосался к нему.

— Сгинул? — ошарашенно проронил я, схватившись за голову. — Шурик, хрюкни что-нибудь! Не молчи!

Тот вытер ладонью влажно блестящие губы, плюхнулся толстой жопой на кровать и убито прошептал:

— Птица умерла.

— Ты чего? Бредишь? Какая на хрен птица? Или ты стал крутым орнитологом и по поведению пернатых понимаешь, как у Ильи идут дела?! — выпалил я, совершенно сбитый с толку поведением брата.

— В дружине князя Савёлова был ментальный маг, — принялся рассказывать Санек, который наконец-то взял себя в руки. — Он оставил в Царьграде птицу, связанную с ним ментальной связью. Он мог управлять ею на расстоянии. И таким образом дружина князя поддерживала связь с местными вояками.

— Шикарно, — восхищённо пробормотал я себе под нос.

— Так вот по академии прошёл слух, что птица померла не дальше часа назад. А это значит, что и маг умер, — убито закончил брат и повесил на грудь вихрастую голову.

— Погоди ты горевать. Ещё ничего не понятно. Маг мог и с лошади упасть, да шею сломать, — наигранно бодро выдал я, хотя на самом деле почувствовал привкус тлена во рту. С дружиной явно что-то стряслось.

— Ты сам-то веришь своим словам? — промычал Шурик, посмотрев на меня влажными глазами.

— Нет, — честно ответил я, хмуря брови. — Но и плакать пока действительно рано. Надо думать, чем мы можем помочь Илье, если он ещё жив.

— Я не знаю, что делать… Он там, а мы — здесь, — простонал брат, закрыв лицо руками.

— А как же портал?! — вскричал я, озарённый гениальной мыслью. — Возле Перекамска точно есть погосты! Мы туда перенесёмся, найдём Илью, если он жив, снова создадим портал и вернёмся в Царьград. Проще пареной репы!

— А ведь точно! — горячо выдохнул Шурик и тотчас принялся азартно рыться в ящике стола. — Расчёты! Мне нужно высчитать количество энергии!

— И к тому же завтра суббота, занятий нет до самого понедельника. Так что ты даже ничего не прогуляешь, если мы задержимся в своей спасательной экспедиции, — подытожил я, принявшись возбуждённо ходить по комнате. — А ещё мне сегодня Лёха должен телефонировать. Он-то нам и организует новых горгулий, а потом перенесётся вместе с нами в Перекамск. Алёшка хороший стрелок, поэтому его помощь нам не помешает. И это ещё не всё! Я сегодня добыл несколько убойных заклятий. Видишь, как всё замечательно складывается? Точно кто-то подстроил… — глухо закончил я и задумчиво наморщил лоб.

А ведь правда, будто кто-то подстроил… Но такого же не может быть? Для этого надо обладать уровнем бога. Дать мне дар, портал, часть резерва Николая, крутые заклятия… Да ну, бред.

Я отмахнулся от этой фантастической мысли и с новыми силами продолжил клепать заклятия. В нынешних условиях они мне понадобятся не на выходных где-то в поле за городом, а в Перекамске.

Санек же стал усердно вычислять число жертв, требуемое для портала. И вскоре он поставил точку в своих расчётах и перешёл к заклятиям. Оказывается, Шурик знал одно простенькое заклятие и теперь решил продублировать его на трёх пергаментах. Оно позволит ему управлять небольшой горстью камней.

И как только братец перестал выводить руны, в дверь кто-то настойчиво постучал. Теперь уже мы оба подпрыгнули на стульях. И я хрипло выпалил, хлопая покрасневшими глазами:

— Кто там?!

— Иван Корбутов? — раздался из коридора строгий женский голос. Я узнал его. Он принадлежал тётеньке, которая была в общаге кем-то вроде коменданта. — Спустись в переговорную. Тебе брат телефонирует.

— Как вовремя, — облегчённо выдохнул я, взял расчёты и шаркающим шагом покинул комнату.

Я порядком обессилел, но не из-за кровопускания. Оно на мне практически никак не сказалось. Дело было в банальной усталости. Она изрядно подкосила меня, ведь мне давно не приходилось так упорно трудиться в течение нескольких часов.

Между тем моё состояние заметила комендантша. Она удивлённо хмыкнула и прямо сказала:

— Плохо выглядишь, Иван. Бледный весь. Недоедаешь?

— Хорошо кушаю. Спасибо за беспокойство. Просто истинные некроманты так и выглядят, — иронично прошелестел я и потопал по коридору, оставив женщину позади себя.

— Не скажи! Вон младший Белозеров — розовощекий, широкоплечий, подтянутый. Одним словом — кровь с молоком.

— Это двумя словами, — не преминул подметить я и стал спускаться по лестнице, чувствуя, что мои ноги очень охотно подгибаются.

Всё же у меня хватило сил добраться до переговорной комнаты, взять телефонную трубку и выдохнуть:

— Иван на проводе и пока даже не болтается.

— Чего ты еле шепчешь? — приподнято произнёс Лёшка. В его голосе сквозил азарт и предвкушение настоящего предпринимателя. — Я нашёл станок. И ещё отыскал умельца, который сможет фотографии перенести на газетную бумагу. Там какая-то запутанная технология. Без него — никак.

— С газетой придётся повременить. У нас возникла серьёзная проблема… — я тихим голосом рассказал брату о том, что Илья, скорее всего, попал в беду и выдал ему план по спасению родственника.

Он тут же с рьяной готовностью протараторил:

— Да, да, я всё сделаю! Только енто… давайте не будем больше соваться в тот подвал. У меня есть предложение поинтереснее… Сегодня как раз на кладбище дежурит мой знакомый сторож. Я нейтрализую его и всё подготовлю. А вы к одиннадцати часам подплывайте к острову. Только из города выходите не позже десяти, а то потом вас на ночь глядя никто не выпустит.

— Договорились, — просипел я и прикинул, что даже успею поспать. Мне ведь нужно набраться сил, а то портал потребует от меня изрядного количества энергии. Да и в Перекамске, возможно, придётся сражаться. А мне не хотелось бы опять в обморок хлопнуться.

— До встречи, — взволнованно бросил брат и повесил трубку.

Я поднялся со стула и поплёлся в комнату. И когда мне удалось добраться до неё, я предусмотрительно мягко постучал в дверь и прохрипел:

— Свои.

Шурик отворил дверь и сразу же взволнованно выдохнул:

— Ну?!

— Всё тип-топ. К десяти покидаем город, а к одиннадцати — нам надо попасть на остров, где погост. Там будет Алёшка. И он обещал всё подготовить, — с трудом проговорил я, протиснулся между братом и дверным косяком. Словно сомнамбул дошёл до кровати и без сил повалился на неё.

— Правильно, правильно, отдохни, — протараторил Шурик и заботливо накрыл меня одеялом.

Я что-то благодарно промычал и почти мгновенно отрубился. И уже буквально через секунду Шурик начал будить меня. Мне показалось, что я только закрыл глаза, а он уже настойчиво приговаривал, тряся меня за плечо:

— Вань, просыпайся. Вань, уже четверть десятого. Если опоздаем, то нас из города не выпустят.

— А-м-м, — простонал я и разлепил пудовые веки. За окном царила тьма и сквозь пушистые тучи порой проглядывалась жёлтая луна. А надо мной нависала круглая физиономия Санька.

— Поднимаешься? — с надеждой бросил он, лупая глазами.

— Ага. Ты всё приготовил? Свитки, еду, оружие… И что там ещё с собой берут в такие походы? — проговорил я хриплым со сна голосом и принял сидячее положение.

— Да, уже давно всё готово, — отчитался он и ткнул пальцем в сторону двух пухлых сумок.

— Молодец, — похвалил я брата, встал с кровати, забросил за спину одну сумку и вышел из комнаты.

Шурик торопливо посеменил за мной, сгибаясь под весом своей ноши. Бедолага не привык что-то таскать на себе. Поэтому он искренне обрадовался, когда мы перед воротами академии остановили извозчика. Тот хмуро посмотрел на двух вьючных юнцов и повёз нас к городским воротам.

А вот там нас ждали первые проблемы. Офицер, отвечающий за охрану ворот, наотрез отказался выпускать нас из города. Дескать, куда вы, студенты? Там монстры, чудовища. Сожрут вас и не подавятся. Особенно тебя, пухлый. Ну, последнее это я уже от себя добавил. Но в целом — не соврал. Офицер действительно не хотел нас выпускать из Царьграда.

Тогда мне пришлось подпустить в голос слезу и рассказать печальную историю о том, что у нас матушка при смерти. И ежели мы не успеем повидаться с ней, то вовек себя не простим. Да и сильно за нас переживать не стоит. Недалеко от города наш дуэт подберёт машина и отвезёт к матушке.

Офицер проникся моим рассказом. Снял форменную фуражку, перекрестил нас и приказал отворить калитку, ведущую прочь из города.

Мы выскользнули из Царьграда и не спеша пошли к реке. Возле городской стены было более-менее безопасно. Монстры опасалась подходить к ней, ведь со стены в них обязательно полетят пули. Поэтому я уверенно печатал шаг. А вот Шурик вздрагивал от любого звука. Мне кажется, его до смерти могла напугать какая-нибудь мышь-полевка, внезапно выскочившая из-под ног. Но парень всё равно был достоин уважения. Ради брата он преодолевал свой страх, хотя у нас были призрачные шансы на то, чтобы его спасти.