Глава 22

Я тихонечко обошёл церковь, обновил заклятие Тень смерти и с надеждой заглянул в окно. Сквозь мутное стекло с разводами грязи мне удалось разглядеть довольно большое помещение, освещённое десятком тусклых свечей. Там среди истёртых скамеек лежали и сидели хмурые мужчины в оборванных мундирах. Их лица были угрюмыми, обречёнными, а глаза — тусклыми. Но оружие все держали под рукой. Я заметил сабли с рунами, винтовки и один пулемёт на колёсиках.

А ещё я заметил Илью! Мое сердце тут же радостно заколотилось. Не зря мы всё-таки сюда заявились! Ох, не зря! Но пока ещё рано было ликовать. Надо как-то спасти брата. А тот сидел на скамеечке ко мне передом, а к стене — задом. И я принялся усиленно сверлить его взглядом. Ну же посмотри сюда! Посмотри! Люди ведь чувствуют, когда на них смотрят, да ещё так пристально! И случилось чудо — Илья вдруг вскинул голову и посмотрел в окно, за которым красовалась моя физиономия.

Я тут же помахал брату рукой и кивнул в сторону входной двери. Дескать, выходи, базар есть. Но тот сперва вытаращил глаза, точно увидел призрака, потом несколько раз протёр их и лишь затем метнулся к двери. Отлично!

Мне не составило труда быстренько обогнуть церковь и взлететь по ступеням на крыльцо. И я даже успел услышать обрывок диалога.

— … Матвей, идите отдохните. У вас уже глаза слипаются. Дрыхнете стоя, — возбуждённо протараторил Корбутов.

— Не сплю, не сплю, — ответил кто-то сонным голосом. — Но передохнуть мне надобно. Чай столько времени на ногах.

После этой реплики незнакомого бойца я начал подозревать, что он хоть и дворянин, но примерно такого же пошиба, как и все Корбутовы. Глубокий провинциал. Похоже, князь Савёлов берёт в дружину именно таких ребят — не особо родовитых.

Между тем за дверью послышались шаркающие шаги. И когда они стихли, внутри церкви что-то загрохотало, а затем резко распахнулась одна из створок.

Перед моими глазами предстал ошарашенный Илья. Он усиленно пучил покрасневшие от усталости зенки, которые сверкали на осунувшемся лице.

А я скользнул хмурым взглядом по его заляпанному кровью, подранному мундиру и твёрдо выдал:

— Да я это. Иван Корбутов. Приёмыш. Ничего тебе не мерещится. Бес не попутал.

— Ты тут как оказался?! — наконец-то ожил брат.

— Мы прибыли сюда на конях, на очень быстрых конях, — соврал я, пока не став ему говорить о портале. Уж слишком он правильный.

— Мы?! — в очередной раз удивился Илья, выгнув брови дугой.

— Шурик и Лёшка за городом, в лесу. Ждут нас

— Ого! — выдохнул Корбутов, схватил меня за плечо и втянул в небольшой тёмный закуток, в котором обнаружилась резная дверь, ведущей в основное помещение церкви.

И пока брат возвращал засов на место, я взъерошил волосы и перепачкал лицо грязью, которую соскрёб с пола. Видимо, её сюда на своих сапогах притащили члены дружины.

Но этого «грима» мне показалось мало. Я оторвал рукав рубашки и повязал его наискосок вокруг головы, чтобы скрыть левый глаз. Вот теперь супер.

Илья удивлённо спросил, облизав губы:

— Ты чего это?

— Мне не хочется светить свою физиономию. Мало ли как обернётся моя спасательная экспедиция? Может, кто-нибудь потом обвинит меня в использовании магии без надлежащей бумажки. Поэтому я и воспользовался подручными средствами, дабы изменить внешность, — торопливо объяснил я, понимая, что помимо брата мне нужно вытащить из города и других людей. Не бросать же их на съедение нежити. Придётся рискнуть.

— О как, — глуповато выдохнул он и добавил: — А как ты прошёл мимо мертвецов?

— Заклятие на себя наложил. Я же некромант, — не стал я юлить. — Блин, жаль, что не существует массовых защитных заклятий, а то бы мы все тишком ушли отсюда.

— Где ты добыл его?! Я знаю, что в академии на первом курсе не дают таких заклятий! — прогрохотал брат и сурово посмотрел на меня.

— Это сейчас не столь важно. Важно другое, — торопливо переменил я тему. — Как нам выбраться из Перекамска? Есть идеи? Может, какие-то окольные пути существуют?

— Мертвецы стоят на каждой улице, — мрачно проронил Илья, подумал немного и решительно добавил: — Возвращайся-ка ты вместе с братьями в столицу и сообщи Его Императорскому Величеству, что Перекамск захватила нежить, а во главе её — сам Повелитель мёртвых. Хотя, боюсь, Император тебе не поверит на слово. Тут бумага нужна с подписью князя и его личным перстнем. Что ж, придётся мне поговорить с ним…

— …Повелитель мёртвых? — изумлённо выдал я, выкатив глаза. — Это ещё что за хрен? Расскажи-ка мне о нем. Ты же помнишь, что у меня с головой проблемы? Я почти всё запамятовал.

Корбутов скользнул по мне печальным взглядом, посмотрел в окно на луну и приглушённо заговорил:

— Повелитель мёртвых — древняя нежить. Говорят, что когда-то он был человеком, да не просто человеком, а самых благородных кровей. Полтора века назад он поднял восстание, и тогда его убили в первый раз. Да только через семьдесят годков он вернулся из мира мёртвых и начал творить непотребства. Под его началом были полчища нежити. Благо, что тогдашний император со своим войском сумел пленить его. Потом государь сжёг Повелителя на костре и развеял прах над морем. Но вот теперь он опять воскрес. Уже во второй раз, как и было предсказано.

— А что тут вообще произошло? Как ты с дружиной оказался в церкви?

— Когда мы вошли в город, то увидели лишь пустые улицы и кое-где догорающие дома. Никто не встретил нас и не напал. Тогда князь решил разделить дружину. Часть осталась за городской стеной, а другая половина, в количестве ста пятидесяти человек, пошла в глубь города. И уже там на нас напали. Мертвецы повыскакивали изо всех щелей: личи, упыри, адские псы. Мы приняли бой и потеряли почти весь отряд и всех лошадей. Немногим удалось схорониться в этой церкви. Князь надеялся, что другая часть дружины сумела избежать смерти, а ментальный маг успел послать сигнал в столицу. И мы ждали, что они приведут сюда подмогу. Но, видимо, нам не суждено никого дождаться?

Илья горько посмотрел на меня. А я кивнул, припомнив, что среди тех мертвецов, которые встречали меня на дороге, вроде бы были свежие зомби в форме. Мда… от адских псов наверняка даже лошади не удерут. А уж если спрятать костяных собачек вокруг города, то из такого кольца точно никто не выберется. Идеальная ловушка.

Прокрутив в голове эти мысли, я непонимающе спросил:

— А почему мертвецы не добили вас? Они же могут по брёвнышку разнести эту церковь.

— Не знаю, — пожал мускулистыми плечами брат. — Можа, измором берут?

— Да, возможно, — задумчиво выдал я. — Но, скорее всего, хотят взять живьём. Ведь чтобы поднять такую ораву зомби нужна прорва силы, а вы — прекрасные жертвы. Пара дней без воды и еды — и вас можно брать тёпленькими.

— Мрачное будущее ты нам предрёк, — проронил Илья. И его грудь покинул тяжёлый вздох. — Но, видимо, такого наша судьба. Скажи отцу…

— … Да стой ты! Чего сразу в могилу ложишься? Подумать надо. Может быть, что-нибудь да придёт в голову! — яростно отбарабанил я, раздувая крылья носа.

— А чего тут думать? — всхрапнул Илья, свысока посмотрев на меня. — Уходить тебе надобно, покуда Повелитель мёртвых не бросил все свои силы на церковь. Опосля уже поздно будет. Слушай, что тебе старший брат говорит.

— Я без тебя в столицу не вернусь. Уж больно велика вероятность того, что к приходу сюда подмоги тебя уже не будет в живых, — заявил я и твёрдо посмотрел на Илью.

А тот грозно глянул на меня. И в закутке будто раздался звон двух встретившихся стальных клинков. Никто не хотел уступать. Но в нашу борьбу взглядов вмешались упыри. Я краем глаза через окно заметил, что они пришли в движение.

И тогда я приглушённо проговорил, криво усмехнувшись:

— Мертвецы зашевелились.

Корбутов сразу же приник к стеклу и увидел, что сотни зомбарей со всех улиц стали стягиваться к церкви. И вели их личи с костяными псами. Кажется, настал момент решительного штурма. Брат понял это и испустил горестный вздох.

А я торопливо выпалил, стремясь выиграть время:

— Так, у меня есть шикарный план! Где твой князь? Я могу с ним поговорить?

— Да, — кивнул Илья, который смирился с тем, что я никуда не уйду. — Но не наделай глупостей. Пошли.

Он толкнул дверь. И мы вошли в основное помещение церкви, пропахшее ладаном и крепким мужским потом.

Три десятка бойцов поредевшей дружины тотчас принялись рассматривать меня, но без особого интереса. Так — бросали короткие взгляды и снова занимались своими делами. Они явно посчитали, что я местный выживший, чьё появление не поможет им избежать смерти. Настроение же здесь царило откровенно похоронное.

В этот миг Илья громогласно заявил:

— Вставайте, братья! Нежить окружает церковь.

Тут же люди вскочили на ноги и стали поспешно занимать позиции. Кто-то встал к окну, другие — выскочили из помещения, чтобы вести оборону из соседних комнат. И лишь один из мужчин остался лежать. Это был высокий, статный дядька с пышными бакенбардами и седеющими волосами. Он тяжело хрипел возле алтаря, а под ним был заботливо разложен плащ.

Илья торопливо подвёл меня к нему. И я увидел бесцветные губы, закрытые глаза с подрагивающими веками, золотой крест в сложенных на груди руках со вздувшимися синими венами и приличных размеров пятно крови. Оно расположилось левее солнечного сплетения мужчины и насквозь пропитало дорогое сукно расшитого серебряными нитями мундира с золотыми пуговицами.

— Ваша светлость, — тихонько проговорил брат и коснулся плеча князя.

Тот медленно распахнул веки, уставился на меня мутным взглядом и слабо прошептал:

— Кого ты привёл ко мне, Илья?

Корбутов хотел было ответить, но я опередил его:

— Ваша светлость, моё имя Пётр. Я местный дворянин. И кое-что смыслю в некромантии. Мне повезло выжить в этой чудовищной мясорубке.

— Фёдор Николаевич Савёлов, — по всем правилам представился мужчина, несмотря на своё плачевное состояние. — Пока ещё милостью божьей князь. Но, увы, мне недолго осталось. Чем вы можете помочь остаткам моей дружины? У меня сейчас двадцать восемь славных воинов, среди коих один маг огня. Был ещё маг жизни и менталист, но они погибли. Эх, кабы я знал, что тут засада…

— Не корите себя, Фёдор Николаевич, — тут же проронил Илья, встал на одно колено возле князя и с искренним состраданием посмотрел на него.

А вот я, каюсь, видел перед собой не раненого, страдающего человека, а свой билет в светлое будущее. У меня в голове, точно пазл, сложился многоходовый дивный план. Конечно, он мог легко провалиться на любом этапе. Но ежели всё произойдёт именно так, как я мыслю, то у меня будет шанс раскачать этот мир.

— Я могу излечить вашу рану, князь, — приступил я к осуществлению своей затеи. — Не полностью, конечно, но и умереть вам не дам.

— Вылечи! Вылечи его светлость! — жарко выпалил Илья и вскочил на ноги. — Вовек не забуду!

Я мысленно выругался, скользнув недовольным взглядом по брату. Ну, вот куда он лезет, альтруист хренов? Лёшка бы сразу смекнул, что с князя можно стрясти что-то ценное. А этот… эх…

Благо, сам Фёдор Николаевич горячо просипел, вперившись в меня засиявшими надеждой глазами:

— Ежели вы можете хотя бы отчасти исцелить меня, то я бы вам был премного благодарен. И моя благодарность — это не пустые слова. Я исполню любую вашу просьбу, ежели на то хватит моих сил.

Мне еле-еле удалось скрыть довольную улыбку. Но просить придётся не для себя. Я же — местный дворянин Пётр, а не Иван Корбутов. Так что надо поступить хитрее.

— Право слово, милейший князь, как я могу что-то выпрашивать у раненого человека? Это мой долг помочь вам, — даже несколько возмущённо выдал я под одобрительным взглядом Ильи. — И вы ведь явно хороший лидер, раз за вас так усердно просит вот этот богатырь, — я кивнул на Корбутова. — Вот кого надо награждать. Я бы на вашем месте ему пообещал, как минимум одну услугу.

— Мне… — открыл было рот дебил, в смысле Илья. Но я наступил ему на ногу и тот поперхнулся словами.

А вот князь послушно вымолвил, облизав сухие губы:

— Вы правы, Пётр. Я именно так и поступлю. Илья давно заслужил награды. И ежели я сумею вернуться в Царьград, то выполню его просьбу.

— Слова истинного аристократа! — похвалил я мужчину. Вернёшься… ещё как вернёшься. Тебе ещё предстоит сыграть важную роль в моём плане.

Пока же я вытащил малое исцеление Фёдорова и с позволения князя распахнул на его груди промокший от крови мундир. Под ним у Фёдора Николаевича обнаружилась серая от пота разорванная рубашка и отвратительного вида рана. Она была совсем рядом с сердцем и её покрывала запёкшаяся кровь. Я приложил к ней пергамент и активировал его. В тот же миг меня пронзил укол неприятной слабости, а князь застонал и на его щеках появился румянец. И он даже смог приподняться и сесть. Правда, не без помощи Ильи.

Внезапно позади меня раздался вкрадчивый обволакивающий голос:

— Я в восхищении, молодой человек. Вы не пожалели ради нашего князя толику своих жизненных сил. Мне мало доводилось встречать в своей жизни некромантов, которые были способны на такие поступки. Позвольте узнать ваше имя?

— Пётр, — хмуро ответил я, повернувшись к невысокому мужчине лет тридцати. Его хитрая лисья физиономия мне сразу не понравилась.

Я скосил взгляд и заметил на поясе незнакомца сумку для пергаментов с заклятиями. Видимо, это и есть маг огня. Вот от кого мне надо держаться подальше, чтобы он меня не запомнил. Ведь с ним, в теории, у меня наивысшие шансы пересечься в столице.

— Миролюб Гауф, — представился тот, мягко пожал мою руку и с любопытством спросил: — А что же вы, любезный Пётр, не исцелили сами себя? Ходите, небось, мучаетесь глазом.

— Я предпочитаю не тратить часы своей жизни на такую ерунду, — мужественно отмахнулся я, поправив повязку на лице.

— Ясно, ясно, — покивал тот, окинул меня внимательным взглядом и, понизив голос, доверчиво сообщил: — Вы юны, Пётр. И у вас вряд ли есть грамота, разрешающая пользоваться магией. Но вам не стоит беспокоиться по этому поводу. На такие случае есть императорский указ за номером триста двенадцать. Возможно, вам приходилось о нём слышать?

— Нет, — честно ответил я, покосившись на князя. Тот уже принял вертикальное положение.

— Печально. Но я вам коротко поведаю его содержание. Сей указ снимает с мага, не обладающего разрешением на применение магии, всякую вину, ежели тот использовал заклятие, защищая свою родину, граждан и что-то там ещё… Я уже точно не помню. И как вы сами теперь понимаете, никто не вправе наказать вас за магию. Ваши действия подпадают под этот указ, — с мягкой улыбкой закончил Миролюб и ободряюще мне кивнул.

Хм… а он, оказывается, вполне нормальный мужик. Про указ мне рассказал. А то я всё трясся. Но своё инкогнито я, конечно, раскрывать не буду.

Тем временем князь стал командовать наливающимся силой голосом. И бойцы воспрянули духом, увидев своего командира на ногах, да ещё раздающего приказы. Он явно вселил в их сердца надежду.

К тому же Фёдор Николаевич закончил свою речь весьма пламенными словами:

— …Впереди нас ждёт битва не на жизнь, а на смерть! Но мы не должны бояться! Мы должны быть храбрыми! Ведь, что такое храбрость? Это не отсутствие страха, а его преодоление! Так давайте же, сынки, прогоним страх и дадим бой нежити! Покажем ей силу русского оружия!

Люди поддержали его воодушевлёнными воплями, сотрясшими церковь до основания.

А я привстал на цыпочки возле Фёдора Николаевича, воздевшего над головой саблю, и проговорил:

— Ваша светлость у меня есть идея. Я могу задействовать свои силы некроманта…

— Слушаю вас, юноша, — милостиво кивнул князь и опёрся на плечо Ильи.

Я торопливо обрисовал ему свою затею. И тот согласился, искренне похвалив меня:

— Вы исключительно одарённый молодой человек. Ежели у вас когда-нибудь появится желание, то вы всегда найдёте место в моей дружине.

Я кивнул, подумав, что его светлость и сам приободрился. Ишь чего… уже о будущем думает, некроманта себе в подчинённые хочет. Тут бы настоящее пережить.

А нежить между тем уже забарабанила в двери и стала бить окна. По всей церкви разнёсся звон стекла, грохот винтовок и крики людей, подбадривающих друг друга.