Глава 23

Я метнулся в закуток к входной двери и обнаружил там пятерых бойцов, мага огня и мертвецов, пытающихся залезть в разбитое окно. Люди не пускали их внутрь, стреляя практически в упор и разнося головы противников. Во все стороны летели ошмётки плоти, комочки мозгов и осколки костей. Но упырей было до хрена. Они сменялись, как на конвейере. Стоило грохнуть одного, как на его месте появлялся другой.

Да ещё нежить не забывала о двери. Её створки сотрясались под градом ударов, а доски душераздирающе трещали, грозя вот-вот сломаться.

Казалось, что я попал в фильм ужасов. Запах пороха и мёртвой плоти проникал в мои лёгкие, а руки лихорадочно шарили в сумке. Где же это чёртово заклятие?! Наконец мне удалось отыскать Контроль Морисса. Я поспешно развернул его и перехватил заинтересованный взгляд мага огня.

Он ободряюще подмигнул мне, активировал своё заклятие и направил его в оскаленные синие рожи мертвяков. Пергамент в его руках вспыхнул, не причинив магу никакого вреда, — и следом из него вырвался огненный шар. Он с гудением пронёсся пару метров, вылетел в окно и расплескался по физиономиям зомбарей. Тотчас весело затрещали занявшиеся пламенем волосы мертвяков, и вспыхнула их одежда. И благодаря тому, что они стояли очень кучно, огонь стал перекидываться на других упырей.

Всего за десяток секунд перед церковью толкалось уже не меньше двух десятков живых факелов. Их пламя освещало ещё сотни мертвецов, которые под чутким руководством личей неистово бросались на наше бревенчатое укрытие.

Миролюб же довольно усмехнулся и оценил свои действия:

— Весьма… весьма…

Я хмыкнул и молча окропил кровью руну-активатор. В тот же миг заклятие вырвалось из пергаментовой плоти и устремилось в окно. Оно выглядело как рой туманных мушек. Они миновали испуганно отшатнувшихся бойцов и вырвались наружу. А там принялись активно проникать в тела ближайших мертвяков. И те прекратили любую деятельность и тупо застыли на месте. При этом их пустые взгляды были устремлены точно в мою сторону, словно они ждали приказов.

И таких упырей оказалось около трёх десятков, что, меня, изрядно порадовало. Правда, я использовал своё самое сильное заклятие. И теперь меня слегка пошатывало от слабости. Но всё же я добился своего.

Дальше я указал пальцем на крыльцо и хрипло выкрикнул:

— Слуги, в атаку! Вот ваш противник!

Мертвяки послушались меня. Благодаря заклятию, они имели со мной некую магическую связь. Я будто каждому из них на время отдал частичку себя. И теперь упыри улавливали мои даже слегка путанные приказы. А более сильные некроманты могли управлять мертвецами даже мысленно. Я же пока не был способен на такой финт ушами. И мне приходилось озвучивать приказы вслух.

Тем временем зомби стали нападать на своих коллег. А те даже не пытались отбиваться. Они продолжали выламывать двери церкви. Но вскоре личи перенаправили их ярость — и на крыльце завязалась битва нежити.

Конечно, три десятка моих упырей довольно быстро превратились в фарш или их растащили на «запчасти». Но я подчинил себе ещё двадцать мертвецов и отправил их в неравный бой.

Миролюб же в это время пулял в окно огненные заклятия, косился на меня и восторженно приговаривал:

— Есть ещё настоящие маги в русских селения! Пётр, поклон вам до земли. В таком возрасте, такие возможности! Вы должны ехать в столицу! Я вам помогу там обустроиться!

— Спасибо, сударь, но мне сейчас не до этого… — прохрипел я, смахнув со лба капли мутного пота. — Выжить бы.

В этот миг из основного помещения церкви появился князь. Он тяжело дышал, был бледен и не твёрдо стоял на ногах. Но его глаза горели азартом битвы. А голос прозвучал уверенно и решительно:

— Пётр, пора?! Идём на прорыв?!

— Ага, — проронил я, посмотрев в окно через плечо бойца, отстреливающего из винтовки мертвяков.

Мои некросолдаты отвоевали крыльцо и сейчас кое-как сдерживали натиск превосходящих сил противника. Так что у нас был плацдарм для контрнаступления.

— Сынки! — в тот же миг заорал Фёдор Николаевич. — Все ко мне! Идём в атаку! Ура!

Ему ответил нестройный хор охрипших мужских глоток. И уже через пару секунд двери церкви распахнулись. И из них выскочило три десятка разгорячённых людей, готовых драться до последней капли крови.

Бойцы сразу же стали стрелять поверх голов моих зомби, которые взяли нас в «коробочку». А я подчинил себе ещё шестнадцать мертвецов и ими усилили первую линию нашей обороны.

Вот в этом и заключался мой довольно простенький план — пойти в прорыв под круговой защитой зомбарей.

И мы принялись шаг за шагом двигаться к воротам, разрезая колышущееся море мертвяков.

Я видел оскаленные пасти нежити, слышал грохочущие рядом выстрелы, яростные вопли людей, вдыхал щекочущий ноздри аромат пороха и безостановочно применял Контроль Морриса. Как оказалось, это заклятие имело один существенный минус. Тень смерти не работала, когда я управлял мертвецами через Контроль Морисса. Вражеские упыри чувствовали меня. Их мёртвые, пустые глаза находили мою аппетитную тушку, скрывающуюся за спинами подчинённых мне зомби и бойцов дружины.

Тогда я отказался от Тени ради экономии резерва, который утекал как вода сквозь пальцы. Но всё же мы продвигались дальше, преподнося врагу сюрпризы. Первым таким сюрпризом стал пулемёт на колёсиках…

— Пётр, — обратился ко мне взмыленный князь. — Прикажи своим мертвякам расступиться. Сейчас мы этой нежити покажем, кто на русской земле хозяин.

Я поправил ужасно мешающую повязку, кивнул и заставил упырей немного расступиться. В эту щель сразу же попробовали вклиниться мертвяки, но боец за пулемётом стал крутить ручку — и тот радостно застрекотал. Пули принялись рвать зомбарей на клочки, даря нам надежду на спасение.

Но вскоре патроны закончились. И его светлость махнул рукой и приказал бросить пулемёт, который сослужил отряду хорошую службу. Он позволил нам отвоевать несколько метров и приблизиться к городской стене. До той уже было недалеко, но между нашим потрёпанным отрядом и воротами скалили зубы толпы мертвецов.

И тут Фёдор Николаевич решил использовать ещё один сюрприз. Он приказал достать гранаты. Наверное, это были одни из самых первых гранат, изобретённых в этом мире. Цилиндрический корпус имел около четырнадцати сантиметров в длину, а ручка — была чуть больше двадцати. И эти хреновины довольно здорово взрывались в гуще зомби. Во все стороны полетели мертвячьи руки, ноги и писюны.

А возле моих ног приземлилась женская голова в чепчике. Я нервно отпрыгнул от неё и врезался спиной в Илью. Тот пошатнулся, но устоял на ногах. И следом тихонько добавил, подобрав упавшую со своей головы фуражку, покрытую лоскутами тухлой кожи:

— Молодец, Иван, молодец. Не ведаю, где ты вырос и кто твои единокровные родители, но они тебя воспитали со стальным стержнем.

— Стараюсь, — устало прохрипел я, почесал глаз под повязкой и смахнул пот со лба. И снова принялся юзать заклятия.

К этому моменту в моём подчинении находилось уже больше сотни мертвецов. Они отделяли нас от врагов тремя жидкими кольцами, сквозь которые порой прорывались зомби. Но внутри защитного периметра из моих упырей, прорвавшуюся вражескую нежить уже встречали бойцы дружины. Они быстро убивали зомби, лишая их голов.

Вот только количество моей нежити таяло под атаками противников, словно снег на жарком солнце. И совсем скоро нас уже ничто не будет защищать от ярости мертвецов. Я почти растратил весь свой резерв и постепенно скатывался в состояние грогги. У меня в ушах запищали комары, а перед глазами всё стало расплываться.

Благо, Илья заметил моё состояние и схватил меня за плечо, не давая упасть. А его светлость громыхнул своим командным голосом, перекрывая шум битвы:

— Защищайте некроманта! Он — наша надежда!

Возле меня тотчас появился запыхавшийся бородач с лицом покрытым чёрными капельками густой мертвецкой крови и бледный-бледный Миролюб.

Маг похлопал меня по плечу и прохрипел пересохшим горлом:

— Держись, Пётр. Ежели спасёмся — неделю буду тебя водить по лучшим трактирам столицы. Слово дворяни…

Он не успел договорить. На него бросился прорвавшийся через моих мертвяков зомби. Благо, что его успел застрелить бородач. А потом он зло просипел, глянув на поверженного им упыря:

— Вот паршивец… Кхам… ещё и патроны кончились.

— И у меня… и у меня… — послышалось от других бойцов.

После таких неутешительных заявлений количество выстрелов стало сокращаться, а напор на защищающих нас зомби — пропорционально увеличиваться.

— Твою мать, — злобно прошипел я и посмотрел поверх голов моих некросолдат.

Расстояние до ворот заметно сократилось, но почти у всех людей патроны подошли к концу. При этом личи и те самые здоровенные костяные зверюги, которых местные называли адскими псами, не вступали в бой. Они маячили за спинами рядовых мертвецов и словно выжидали.

— Почему они не нападают? — нервно прошептал я себе под нос, активировал предпоследний Контроль Морриса и сдавленно охнул. Мои ноги подкосились, но Илья опять не дал мне упасть.

Маг огня бросил на меня тревожный взгляд и уверенно крикнул князю:

— Ваша светлость, не дойдём до городской стены! Ещё немного — и некромант сгорит!

— Что ж, значит, придётся поработать клинками, — выдал тот звенящим голосом. В нём совершенно не чувствовалось страха. Сейчас Фёдор Николаевич лишь отдалённо напоминал того раненого князя, который лежал возле алтаря. Теперь он распространял вокруг себя волны уверенности. И люди тянулись к нему и смотрели с надеждой.

Но вдруг мы все разом вздрогнули и поёжились, точно на нас налетел порыв пронизывающего до костей холодного ветра. И даже вся вражеская нежить остановилась, прекратив нас атаковать. Они лишь преграждали нам путь, но не сражались.

Впрочем, мои зомби не опустили мёртвые руки и продолжали рвать своих коллег, так что мы медленно, но верно двигались к воротам.

Люди же лихорадочно крутили головами, выискивая источник волн страха, накатывающих на нас. И вскоре кто-то перепугано крикнул:

— Вон там, у телеги! В двадцати саженях позади нас.

Я, как и все, торопливо метнул туда взгляд и в ярком свете луны увидел обнажённую высокую мужскую фигуру. Она оказалась до того худой, что можно было пересчитать все рёбра под серой кожей. Живот мертвеца почти присох к позвоночному столбу, а на левой стороне груди красовалась длинная рана, сшитая нитками. Глаза же нежити глубоко ввались в лысый череп. И они ярко сияли зелёным огнём, точно две не реальные звезды, поселившиеся на вытянутом лице, лишённом губ, ушей и носа.

— Повелитель мёртвых, — вдруг прошептал маг огня дрогнувшим голосом. — Нам конец. Прощевайте, братья. Авось свидимся на том свете.

— Почему именно Повелитель мёртвых? — прохрипел я. — Вдруг просто мертвец? Ты его в лицо, что ли, знаешь?

— Руны. Он единственный, кто может так работать ими. Я это по преданиям знаю. Мы все это знаем… — произнёс Миролюб, обречённо опустив плечи.

И словно в подтверждении его слова, фигура медленно подняла иссохшую руку и прямо в воздухе вычертила несколько рун насыщенного чёрного цвета. Они зависли в пространстве, наплевав на законы магии.

— Охренеть! — выдохнул я, отправив брови в космос. — Да он же чёртов читер! Ему не нужен пергамент и кровь!

В этот миг Повелитель указал на нас костлявым пальцем. И тут же вся орда мертвецов, включая личей и костяных псов, бросилась на нас. Они в мгновение ока разметали моих зомби. А я еле успел накинуть на себя Тень смерти. Теперь она должна была работать, так как я лишился всех зомби.

Тем временем вокруг меня завязалась яростная рубка живых против неживых. Благо, что у многих людей оказалось рунное оружие. Я увидел целый калейдоскоп зачарованных сабель. Некоторые поджигали упырей, другие — замораживали их, а третьи — поражали молниями. Но по бледному цвету магии я с отчаянием понимал, что заклятия на клинках уже порядком ослабли. И скоро они совсем пропадут.

Это было конец! Надо спасаться! Но куда бежать? Как уцелеть?! Я оказался в эпицентре форменного ада. Костяные зверюги вырывали целые куски плоти из орущих людей. Личи протыкали тела бойцов дружины руками-шипами. А рядовые зомби группами нападали на объятых паникой воинов, валили их на обагрённую кровью землю и разрывали на куски.

Нежить порой задевала меня плечами, конечностями, но не атаковала. Повсюду слышались наполненные ужасом крики, а в лицо мне летела горячая человеческая кровь. Скоро она станет привлекать ко мне внимание нежити. Надо действовать! Немедленно! Но где же Илья? Вон он! Брат ещё был жив. И он спина к спине сражался с князем, которого окутала ярко-голубая магическая защита. Похоже, его светлость использовал какую-то рунную вещь, припасённую на крайний случай.

Я метнулся к ним. Но по пути моя нога наступила на чьи-то вывалившиеся сизые кишки. И мне не повезло. Я грохнулся набок прямо в лужу крови. Тут перед моим ошарашенным взором предстал ещё живой бородач с развороченной спиной. В его глазах царил животный ужас, а окровавленные пальцы с сорванными ногтями впивались в землю, заставляя тело ползти вперёд. Он успел преодолеть всего полметра, а затем на него набросились зомби. Они принялись жадно рвать его плоть и отвратительно чавкать ею.

Меня едва не охватила паника. Я с громадным трудом преодолел её, перекатился в сторону, встал на ноги и, лавирую среди нежити, помчался к брату с князем. Страх и отчаяние добавили мне сил. А мозг врубился на полную катушку и выдал сумасшедшую идею. Но ничего лучше у меня не было, поэтому я решил рискнуть.

Достал из сумки последний Контроль Морриса, активировал его и направил на трёх адских псов. Туманные мушки впились в их тела. И мир будто застыл для меня. Я ощутил невероятную слабость. Сердце сбилось с ритма и остановилось. Из носа же брызнула кровь. Она заструилась по моему лицу и стала капать на землю. Но я не умер. Заклятие не спалило меня. Время снова продолжило свой бег. И я умудрился упасть на костяную спину подбежавший ко мне зверюги.

А затем ещё и хрипло крикнул Фёдору Николаевичу и Илье:

— Садитесь! Садитесь!

Благо, они смекнули, что происходит и оседлали подскочивших к ним адских псов. И эти три мёртвые твари, повинуясь моим словам, со всех ног бросились к воротам. Они по пути сбивали своими тушами упырей, крошили их черепа хвостами с костяными шипами. И сумели-таки прорваться к городской стене.

К этому времени я уже находился в полубессознательном состоянии. Мне каким-то чудом удавалось держаться на спине своего необычного скакуна. И уже возле ворот мне почудился холодный, шелестящий голос. Он прозвучал будто бы у меня в голове:

— … Беги… сегодня я лишь… проверял тебя.

В следующий миг адские псы выскочили из города и понеслись по залитой лунным светом дороге в сторону холма. А стоящие по обочинам мертвецы даже не шелохнулись. Благодаря этому костяные звери домчали нас до самого кладбища. И тут они остановились.

Князь тотчас сверзился на рыхлую могильную землю и затих. Да и я почти сразу же соскользнул со спины зверюги, а затем настойчиво прошептал слабым голосом:

— Илья… Илья…

— Я здесь, — выдохнул брат, склонившись надо мной и закрыв собой ночное небо.

— Псы… убей их… они скоро выйдут из-под конт… — мне не удалось договорить. Язык вдруг перестал меня слушаться.

Но Корбутов и так всё понял. Он кивнул, вытер кровь, идущую из рваной раны на лбу. Достал уже не горящую огнём саблю и принялся рубить ею шеи смирно стоящих адских псов. А те даже не пытались как-то защититься. И брат сумел обезглавить их, а потом он проверил состояние хрипящего на земле князя.

— Живой, но без сознания, — облегчённо просипел Илья и подковылял ко мне, приволакивая правую ногу. — Иван, что дальше? Где лошади? Где Алёшка и Александр? Я тревожусь. Нежить будет преследовать нас.

— Не будет… — сумел прохрипеть я, собрав по сусекам последние силы. — Ты же видел, что нас отпустили. А лошади… лошадей нет… Я соврал. Но есть портал. Найди братьев… Они на опушке леса. Лёха и Шурик всё тебе расскажут. А если очнётся князь, то ему ничего не говори. Ты меня понял?

Но я не успел услышать его ответ. Благословенная тьма поглотила меня, прогнав чудовищную усталость, боль и раздирающую солнечное сплетение пустоту. Казалось, что я отдал заклятием всё, что имел, и даже чуть-чуть больше.