Глава 7

Спустя некоторое время я буквально влетел в квартиру Ильи. А через секунду за моей спиной противно скрипнула входная дверь. И следом раздался не менее противный голос Шурика:

— Иван, ты чего всё молчишь? Кто та симпатичная девушка, с которой ты вышел из академии? И почему баронесса махала тебе рукой, а ты сделал вид, что не заметил её? Ей-богу, мне за тебя стыдно! Да и что вообще произошло в академии? Почему некоторые абитуриенты так странно глядели на тебя? Ты буквально сбежал оттуда! Схватил меня за локоть, запихал в первый же свободный наёмный экипаж и привёз сюда!

Я недовольно посмотрел на раскрасневшегося от возмущения парня и устало рухнул в кресло. Оно истошно затрещало, но выдержало мой невеликий вес.

— Присаживайся, братец. Есть разговор, — хмуро выдал я и помассировал лоб.

Санек быстро оглядел убогую комнату, плюхнулся на тщательно заправленную кровать и взволнованно посмотрел на меня. Он явно не ожидал хороших вестей. И я подтвердил его опасения:

— Влипли мы, Шурик.

— Всё так плохо? — заволновался он, шумно сглотнул и принялся теребить пуговичку рубашки. — Тебя сильно накажут? А я ведь говорил, что сопровождающим нельзя входить в академию! Зачем ты затеял эту канитель с даром? Почему не послушал меня?

— Да, ты прав. Дело в даре, — продолжил нагнетать я, с мрачным весельем наблюдая за душевными метаниями парня.

— Ну вот, что я тебе говорил?! — запричитал Шурик, патетически схватившись за голову. Ещё чуть-чуть и он начнёт вырывать свои кудряшки. — Надеюсь, меня-то не выгонят из-за тебя?! Я же сегодня прошёл испытание. У меня дар уровня аколита третьего ранга.

— А я — адепт второго уровня. Некромант, — притворно печально выдохнул я и развёл руками.

— Чего-о? — вытаращил глаза парень, а затем нахмурился и пробурчал: — Сейчас не до твоих шуточек!

— Да я и не шучу, — серьёзно сказал я и пафосно откинулся на спинку кресла. От него острее запахло пылью, застарелым потом и чем-то ещё… мышами, что ли?

— Быть того не может, — не поверил Корбутов-младший и громко фыркнул.

— Вот те крест. Сам в шоке, — перекрестился я и широко улыбнулся.

— Так это же… это же… большая удача! — порывисто вскочил с кровати Санек, всё же поверив мне. Ведь для него слова «вот те крест» были сильнее всякой клятвы.

Его лицо засветилось от искренней радости, словно он выиграл джек-пот. И Шурик даже сделал несколько неуклюжих танцевальных па. Правда, потом его разобрала одышка и он повалился на кровать. И уже с неё раздался его охрипший голос, вдруг ставший задумчивым:

— Постой, Иван… А не таился ли ты всё это время? Наш сегодняшний спор, те расспросы о магии смерти. Ты знал, что у тебя есть дар!

— Скорее догадывался. Что-то такое мне вспомнилось. Но до конца я не был уверен, — без угрызений совести соврал я и даже бровью не повёл.

— Ладно, — легко поверил братец. Принял сидячее положение, вопросительно заломил бровь и удивлённо протараторил: — Да чего ты такой печальный? Это же невероятный шанс для нашей семьи! Вот папка-то обрадуется! Ты же вполне можешь поступить в академию на бюджет! У тебя, наверное, один из самых сильных даров среди всех поступающих.

— Угу. Но ты представь, какая борьба развернётся за то, чтобы прикрутить меня к какому-нибудь высокородному роду? Я же, по факту, офигенное оружие. Правда, пока тупое. Но всё равно в ход пойдут любые методы: посулы, шантаж, угрозы.

— А ведь ты прав… — выдохнул парень, звонко шлёпнув ладошкой по коленке.

— Угу. Надеюсь, хоть не сразу меня будут окучивать. Наверняка главы родов сперва будут присматриваться ко мне. Прощупывать почву, — многомудро выдал я, потирая подбородок двумя пальцами. — И мне ещё надо сдать экзамен. Как он хоть будет проходить? По каким предметам вопросы?

Сашка пожевал влажные губы и медленно произнёс, словно не хотел покидать мир своих мыслей и возвращаться в реальность:

— На экзамене нам всем раздадут одинаковый тест, в котором будут сто вопросов. Они поделены на пять тем: география, физика, математика, родной язык и история.

— Гх… мне бы получше узнать географию и историю, — быстро решил я, понадеявшись на то, что справлюсь с остальными предметами. Тот же местный алфавит ничем не отличался от современного русского. В нем не было букв ять, ижицы и прочих архаизмов.

— Но экзамен уже завтра! — обречённо выпалил Шурик и застонал, будто его пронзила желудочная колика. — Ты не успеешь подготовиться!

— Успеем. Давай учи меня быстрее, — с энтузиазмом бросил я и следом добавил: — И у меня сразу вопрос не по теме. Когда нам можно будет пользоваться магией вне стен академии?

— Для этого нужно получить специальный разрешающий документ. Обычно его дают на третьем, последнем, курсе академии.

— Охренеть, — неприятно изумился я и ещё кое-что уточнил: — Слушай, мне сегодня довелось увидеть несколько вещей, покрытых рунами. Для чего они служат?

— О-о-о, — выдохнул парень, колыхнув подбородками. — Всего и не перечислить. Например, у Ильи сабля вспыхивает огнём. На неё наложил специальное заклятие маг огня.

— Заклятие перманентное? Чего ты так вытаращился? А, опять не понял. В смысле, заклятие постоянно действует?

— Нет. Руны надо часто обновлять. Они теряют силу. Поэтому такие вещи дороги в эксплуатации.

— А что нужно для создания подобных цацек? — заинтересовался я, почуяв наживу.

— Закончить академию, получить от Министерства магии разрешение на сотворение волшебных вещей и хорошо изучить основы приготовления жидкостей, коими наносят такие руны, — принялся загибать пальцы Шурик. — Я точно знаю, что в подобные смеси входит кровь мага, золотая пыль и ещё какие-то ингредиенты. Увы, они мне не ведомы. Так что подобные вещички обходятся не дешёво. Илюшка-то свою саблю получил в награду от князя. Он его на охоте спас. Бросился под когти виверны, закрывая собой князя.

— Герой, — оценил я и испустил негромкий разочарованный вздох.

Моя идея по изготовлению на продажу магических цацек пошла псу под хвост.

— Ладно, давай просвещай меня. Что тут у вас с географией и историей?

Шурик кивнул, важно надулся и стал вещать сухим менторским тоном. Кажись, он вообразил себя уважаемым преподавателем с огромным опытом. А я собрал в кулак всё своё внимание и принялся слушать его.

Между делом мы обсуждали и другие темы. Я рассказал ему о том, что баронесса весьма хитровыдуманная особа, которая не просто так дала мне вытереть губу своим платочком. И снова предупредил Санька, чтобы он держал язык за зубами. Тот торжественно поклялся, что слова лишнего не скажет.

Постепенно солнце клонилось к закату и в комнате становилось темно. Тогда Шурик с кряхтеньем запалил побитую жизнью керосиновую лампу. И в её тусклом свете я периферическим зрением увидел красные точки глаз, блеснувшие в углу комнаты.

Я тотчас повернул туда голову и увидел смутный силуэт небольшого существа. Оно сидело на заднице и не двигалось.

— О, а я и не знал, что у Ильи есть кошка, — удивлённо исторг я, кивнув на животное.

— Это крыса! — по-бабьи взвизгнул Санек и храбро швырнул в неё коробок спичек. Тот позорно не долетел до животины.

Крыса же в ответ на необоснованную агрессию что-то возмущённо пискнула и юркнула под кровать, сверкнув лысым хвостом.

— Охренеть, да это же целый шерстяной тираннозавр! А говорят в городах экология плохая, — ошеломлённо выдал я и на всякий случай вместе с ногами забрался на кресло. — Шурик, загляни под кровать. Там она?

— А если она мне в лицо вцепится? — взволнованно облизал тот губы и выставил перед собой лампу.

— Станешь только красивей. Шрамы украшают мужчину. А если она тебя загрызёт, то не бойся — я академию закончу и подниму тебя из могилы. Хорошо когда в семье есть некромант, да? — на одном дыхании выпалил я и задорно подмигнул ему.

— Не надо меня поднимать! — переменился в лице парень и истово перекрестился.

— Уговорил. Но ты всё равно не стой столбом. Проверяй. Тебе же надо яйца отращивать, — напомнил я и недвусмысленно покосился на кровать.

Корбутов-младший недовольно глянул на меня, посопел немного и всё-таки решился. Он с осторожностью встал на четвереньки, почти коснулся пузом пола и тревожно посмотрел под кровать.

— Фух, нет её. Убегла, — облегчённо выдохнул парень, смахнув холодный пот со лба. — Там дыра в стене как два мои кулака. Кабы она не вернулась, когда мы спать будем.

— Очень верно подметил. Ведь если крысе наплевать на диеты, и она вздумает перекусить ночью, то в первую очередь заинтересуется именно тобой. У меня-то одна кожа да кости. А вот ты — аппетитный малый. И от тебя пахнет молочком, — ехидно проговорил я.

В глазах Шурика появилась лёгкая паника. А на виске забилась синяя жилка. Парень не на шутку перетрухал. Он уже представлял, как проснётся без ушей, пальцев или чего-то более важного. Я решил подбодрить его. Не такой уж я и дьявол.

— Да не переживай ты так. Нам надо-то три-четыре дня перетерпеть, а потом в общагу заселимся. Ну, если всё пойдёт по плану. Ты мне лучше вот что скажи… О семье Румянцевых что-нибудь слышал?

Я вкратце рассказал ему о Елизавете и её предложении познакомиться с братом-некромантом.

Шурик выслушал меня, присел на стул, задумчиво нахмурился и проговорил, постукивая согнутым пальцем по подбородку:

— Румянцевы… Румянцевы… А не те ли это Румянцевы о которых в газете писали?

— Что писали? — навострил я уши и затаил дыхание.

— Писали, что их родители погибли во время бунта в городе Николаеве. Простолюдины буквально растерзали их. Так брат и сестра Румянцевы лишились родителей. Бунт потом подавили. Зачинщиков — на каторгу или к стене. Но погибших уже не вернуть.

— Мда… русский бунт бессмысленный и беспощадный, — пробормотал я, почесав щеку.

— Золотые слова, — проронил братец, цокнув языком.

В этот момент широко распахнулась входная дверь, и в квартиру ввалился ещё один Корбутов. Алёшка пьяно улыбнулся и оживлённо промычал:

— Сашка-а-а… я так давно тебя не видел. И тебя… Как там тебя?

— Иван, — напомнил я, неодобрительно глядя на среднего брата. Обычно в сказках младший — дурак. А у Корбутовых — средний. Где-то старик Макар напортачил. Сделал его тяп-ляп.

Алёшка между тем прогрохотал грязными ботинками по полу, спиной упал на кровать и выдохнул:

— Я что-то так устал сегодня… Был неподалёку и вот решил заглянуть. Хотите загадку? Мне сегодня трактирщик Ильин рассказал. Стало быть, слушайте. Белый человек с крыльями, он кто? Ангел. А мавр с крыльями?

— Демон, — логично предположил Шурик.

— Нет. Летучая мышь! — выпалил братец и заржал, аки конь. Мда… а у нас, оказывается, ещё и расист есть в семье.

Лёха быстро отсмеялся, закинул руки за голову и спросил:

— А вы чего целый день делали? Лоботрясничали?

— Мы оба прошли первый этап поступления в академию, — известил его Санек, с неодобрением в глазах наблюдая за братом.

— А вот я всегда знал, что вы молодцы… Братским сердцем чувствовал. Другие — не верили, а я — верил! — благодушно прогудел Лёха, принял сидячее положение и снял ботинки. Они грохнулись возле кровати, после чего в комнате появилась стойкая вонь грязных ног.

Алёшка же лихо подмигнул нам и тут до его затуманенного алкоголем мозга дошёл смысл слов Шурика. Он удивлённо выгнул брови и выдохнул:

— Т-а-ак… я что-то не понял… А как это оба? У тебя, Иван, тоже есть дар?

Его осоловелые глаза уставились на меня.

— Он некромант. Адепт второго уровня! — радостно отбарабанил Санек, не дав мне и рта раскрыть.

— Что-о? — охренел средний брат. Помотал головой, ударил себя по щекам и проронил: — Ну-ка повтори… Я, кажется, плохо слышать начал после этой сивухи.

— Иван — адепт второго уровня. Некромант, — по слогам медленно произнёс Шурик, словно разговаривал с маленьким ребёнком.

Алёшка икнул, облизал губы и восторженно протараторил:

— Ванька! А ты мне сразу понравился! Мы теперь столько с тобой дел наворотим! Ух-х-х! Ты, кстати, как насчёт дел?

— Если они сулят деньги, то очень положительно к ним отношусь, — честно ответил я, поглядывая на помятого, лохматого брата.

Тот вдруг начал усиленно морщить лоб, плямкать губами и чесать в затылке. В общем, всем своим видом демонстрировал глубочайший мыслительный процесс. И, возможно, будь он трезв, то промолчал бы или по-другому преподнёс свою идею. Но так как алкоголь во все времена прекрасно развязывал язык, Алёшка рубанул сплеча, понизив голос до таинственного шёпота:

— Ванюшка, ты же с этими… упырями… справиться сможешь?

— Да он ещё… — начал было Шурик, но я грозно на него глянул. И он подавился воздухом. Начал кашлять и сопли пускать.

— Если будет откуда списать заклятие, то смогу справиться, — размеренно проговорил я, заинтересовавшись словами Лёхи. Может, он что-нибудь стоящее предложит?

— Замечательно, — азартно потёр руки Алёшка и желтозубо улыбнулся. — Слушай сюда, братец. Есть одни мужички, которые хотят до Чёрного погоста сходить. Там, по слухам, банда Вольки Кривого обитала. Они туда и награбленное стаскивали. С ними пойдёт маг земли. Самоучка, из простых. Он мало что умеет, но золото в земле чует, ежели, оно неглубоко зарыто.

— Алексей! — строго выдал Санек, возмущённо сверкнув взором. — Ты на что хочешь брата нашего толкнуть? Нельзя применять магию без бумаги из академии! Если полицейские или другие служивые люди поймают Ивана за незаконным использованием магии, то на него наложат крупный штраф и отправят в тюрьму на целый год. Тогда об академии можно будет забыть!

— Уймись, — отмахнулся от него Лёшка и с лихорадочным блеском в глазах посмотрел на меня. — Дело пахнет хорошим барышом. Тебе надо будет только прогнать упырей. Хоть погост и старый, но их не должно быть много. Да и я с мужичками тебе подмогну. Но ежели дело выгорит, то мы несколько месяцев будем жить безбедно.

— Это же очень опасно! — снова прорезался голос Шурика, который аж вскочил со стула. — Зачем Ивану так рисковать? Он без пяти минут студент Императорской академии!

— А ты думаешь, что в твоей академии денег не надо? — фыркнул средний брат, презрительно усмехнувшись. — Одёжка новая, еда, с дамами в кабак пройтись. А обучение? Там же за обучение платить надо! Да и ты бы задумался над тем, как деньгу заработать. Отцу надо помогать. Он целыми днями пашет, чтобы ты у нас хорошо ел и учился.

Санек открыло было рот, а потом со стуком захлопнул его и задумался. Между бровей парня пролегли две глубокие складки, и он опустил свой зад обратно на стул.

Я же молча размышлял над предложением Лёшки. Он, конечно, в магии вообще не шарит, да и что происходит в академии — знает весьма приблизительно. Но в одном он прав — деньги мне совсем не помешают. У меня в кармане лежит лишь мятый червонец. Но с другой стороны — от его предложения дурно попахивает, но если он сам идёт, то, наверное, не так уж и дурно.

Я посовещался со своей совестью, храбростью и взвешенно сказал:

— Ладно, я согласен, но только если у меня будет образец заклятия, способного убить упыря, иначе хренушки мне удастся разобраться с ними.

— Вот это мужское решение! — обрадовался Лёшка и хотел похлопать меня по плечу, но не дотянулся и упал с кровати. — Эх… зараза… Что-то я переоценил себя.

— Хорошо что отец тебя не видит, — пробормотал Шурик, горько глядя на брата.

Тот не обратил никакого внимания на слова Санька. Встал на четвереньки, помотал головой и заговорщицки проговорил:

— Только — цыц. Никому ни слово о нашем разговоре. Особенно Илье. Дело не совсем законное, а он против таких. Боится, что честь свою замарает и по службе не продвинется. Хотя он и так не продвинется. Род у нас провинциальный, зачуханный. Кому мы такие нужны? Вот я иногда и сворачиваю с прямой дорожки, чтобы свою копейку заработать. А ты, Иван, молодец, понимаешь что к чему в этом мире…

Я из вежливости кивнул.

Алёшка же с кряхтеньем и натужным сипеньем забрался обратно на кровать, лёг набок и вроде бы на мгновение прикрыл глаза. Но уже через миг раздался его богатырский храп, от которого начали позвякивать мутные стёкла в рассохшихся оконных рамах.

Шурик сокрушённо покачал головой, посмотрел на облезлые часы с кукушкой и пробормотал:

— И нам бы надо ложиться спать.

— Илью ждать не будем?

— Да он может и не прийти сегодня, — ответил брат и следом с тревогой спросил: — Ты, правда, пойдёшь с Лёшкой на погост?

— Посмотрим, что он по трезвому скажет: какие заклятия сможет достать, сколько можно заработать… А там уж точно решу, стоит ли игра свеч.