Глава 10

С Тенишевым вышло не сказать, чтобы идеально, но явно лучше, чем могло бы быть. Когда он пришёл в себя, то сообщил, что откатил собственную связь с Тьмой примерно к двухгодичной давности. Пусть это и не несколько рангов, как ему бы хотелось, но и полученный результат с учётом перенесённых неудобств явно стоил того. При этом сам Тенишев даже стал выглядеть чуть получше, а не тенью самого себя. Кроме того, сам он попросил провести ещё несколько этапов лечения, только где-то через месяц. В итоге мы с ним заключили договор об оказании консультационных услуг, по условиям которого раз в месяц он будет приходить ко мне на подобную экзекуцию. А я же за это буду получать весьма и весьма солидные суммы. Причём под солидными суммами предполагались суммы с пятью нулями в качестве прибыли. Очень даже неплохой бонус.

Кроме того, Тенишев всё-таки напомнил мне о моём же собственном предложении привлечь Алису к организации приёма.

— Латиф Сафарович, ну вы же понимаете, какие могут поползти слухи.

Обсуждали все вопросы мы запросто, сидя здесь же в комнате на полу. Сил не было на соблюдение минимальных приличий, да и не нужно это было никому в такой момент. Договор подписали уже позже, когда слегка пришли в себя и поставили соответствующую задачу законнику.

— Прекрасно понимаю, Юрий Викторович. Потому предлагаю отправить Алису на обследование в вашу больницу, где бы она смогла официально познакомиться с вашей сестрой, княжной Угаровой. Там у них завяжутся некие дружеские отношения, и таким образом к организации приёма Алису привлечёте не вы, а княжна. И это уже будет иметь гораздо более благовидный предлог. Особенно с учётом того, что Эльза у вас барышня юная, и компаньонка для выхода в свет ей бы не помешала, тем более что княгиня не всегда сможет составлять ей компанию.

Предложение было в принципе рациональное, и отказываться я не стал, а посему мы сошлись на этом.

Но были не только хорошие новости, но и не очень. К вечеру, когда я пришёл в себя, Алексей доложил о том, что соседи Беловых таинственным образом испарились. В доме их и вовсе случился пожар. Из чего можно было сделать вывод, что они прекрасно замели за собой следы, почувствовав, что запахло жареным. Понятно, что Алексей дальше землю рыл носом, но пока безрезультатно.

Итого из зацепок для выхода на Орден у нас оставалась лишь фрау Листен. Кто-то же пригласил её для помощи девочке.

В целом у меня не очень складывалась картина именно по этому вопросу. Да, орденцы пытались каким-то образом подобраться ко мне через артефактора; да, воздействовали на девочку; да, пытались привязать Беловых к Ордену чувством долга за жизнь дочери. Но так или иначе, девочку-то ведь они спасли, что удивительно, и уж явно не могли предположить, что у неё начнётся магическая инициация, ведь они подселяли астральных сущностей исключительно неодарённым.

Орден и милосердие никак не вязались у меня в одну картину, но пока со стороны одной из участниц данного дела это выглядело совершенно так. Не зря же они пригласили фрау Листен, и та выложилась на полную, спасая девочку.

Сама же фрау упрямо стояла на своём, утверждая, что меня вопросы астральных сущностей и Ордена абсолютно не касаются, это лишь их дело, и я могу идти хоть к императрице, хоть к принцу, но ничего предметного она мне не станет разглашать.

С гувернанткой принцессы мы беседовали в тот же вечер, когда она пришла проведать и подпитать Настю Белёву.

Я в какой-то момент даже вспылил, беседуя с ней:

— Вы понимаете, что они абсолютно беззащитному ребёнку руки сожгли для того, чтобы подцепить на крючок её отца и подобраться ко мне поближе⁈ Вы думаете, я должен спокойно это проглотить? Мне нужно знать, кто организатор всего этого. И вздёрнуть этого кого-то на суку, уничтожив физически!

— Вы воюете с ветряными мельницами, князь, — обернулась ко мне фрау Листен, при этом поправляя чёлку на лице у Насти, мирно спящей в больнице. — В одиночку целую структуру вам не победить. Гораздо проще установить некие правила сотрудничества или взаимодействия. Вашу бабку сломить они не сумели, хотя и сильно пытались. С вами, возможно, будет примерно такая же ситуация. Мой вам хороший совет, попробуйте договориться.

— И это говорите мне вы? Они вас чуть не угробили!

— Девочке я помогала по своему желанию. Это был не их приказ, а мой выбор, — хмыкнула она. — Все мы свободны в рамках некоторого круга обязательств и свободы воли, но все мы живём в таком мире, в котором в одиночку систему не изменить, приходится подстраиваться. Поэтому уж извините, но никаких подробностей по поводу астральных сущностей от меня вы не узнаете.

На этом наш разговор с фрау Листен завершился, но следовать её совету и заводить знакомства, и уж тем более товарищеские отношения с Орденом я не стал.

Выходя из палаты Насти, я шёл по коридору и вдруг, обдумывая ситуацию с астральными сущностями, в голову пришла мысль: а что, если не только Войд был ограничен некой клятвой? Возможно, что и фрау Листен давала такую же клятву, из-за чего не могла поведать мне ничего существенного.

Задумавшись, я проходил мимо кабинета сестры, откуда услышал тихий не то писк, не то всхлип. Звук был настолько несвойственный для Эльзы, что я тут же остановился и распахнул дверь в её кабинет. Передо мной предстала неприглядная картина.

Эльза сидела у себя за столом, откинувшись в кресле как можно дальше к стене, а над ней нависал огромный детина с седой короткой стрижкой и с нехилым таким разворотом плеч, где одна рука была практически размером с пол-лица Эльзы. Княжна сейчас выглядела как испуганная маленькая девочка. В глазах её плескался ужас вперемешку с отвращением и обречённостью. Меня она не заметила и пыталась прикрыть лицо руками, в то время как неизвестный бугай шипел ей в лицо и держал ладонь в замахе, угрожая сестре:

— Ах ты, сучка! Думаешь, поднялась высоко и можешь сбежать от родного отца⁈ Не позволю. Ты всё равно будешь делать то, что я тебе сказал.

— Уйди, уйди! Всеми богами молю, старыми и новыми, иначе я тебя убью! — всхлипывала Эльза, пытаясь отстраниться, но стена не позволяла этого сделать.

— Не убьёшь, тварь и дрянь мелкая, не посмеешь. Ибо у вас, лекарей, стоит убить кого-то по крови близкого со злым намерением — сила пропадёт. Ничего ты мне не сделаешь, тварь!

Мне хватило тридцати секунд из этого диалога, чтобы сразу расставить все точечки над «ё». Оказывается, к Эльзе пожаловал её биологический папаша. Насколько я помню, кто-то, являвшийся не то послушником, не то братом Ордена Святой Длани. И теперь эта тварь пыталась шантажировать мою сестру.

Херасе, кто-то почувствовал себя бессмертным! В груди клокотал холодный гнев, но при этом рассудок никоим образом не затрагивая. Первое, что я сделал, — это создал иллюзию корней деревьев и лиан, которые тут же потянулись из стен кабинета и обвили неизвестного, оттащив его волоком от Эльзы.

У Эльзы взгляд из испуганного стал приобретать осмысленность, причём густо замешанную на удивлении. Она явно не понимала, откуда могли появиться лианы у неё в кабинете, и лишь после этого за трепыхающимся отцом она рассмотрела меня.

Бугай рвал и метал, пытаясь выбраться из цепких объятий моих иллюзорных пут, но я стремительно подошёл и встал лицом к лицу с ним, закрывая собой княжну.

— Значит, так. Я не знаю, как вас зовут, но догадываюсь, кем вы приходитесь моей сестре. Если я ещё раз вас увижу, то поверьте, в отличие от неё, у меня запретов на уничтожение мразей нет.

Так мне захотелось стереть самодовольную ухмылку с лица этого засранца, что я невольно создал овеществлённую иллюзию молнии, которая ударила в зад нерадивого папаши. Лицо моего пленника налилось кровью, но он не проронил ни звука.

«Ах ты ж, тварь, силён!» — мысленно отметил я.

— Ты ничего мне не сделаешь! — выплюнул он в ответ, совладав с болью от удара молнии. — Ты сопляк малолетний, а не князь! У тебя кишка тонка развязывать войну с Орденом!

— Я думаю, если вы вдруг случайно пропадёте, никакой войны не будет. А уж это я могу себе позволить, — я вежливо улыбался, обрисовывая перспективы этому уроду и мысленно костерил себя за то, что не разобрался с ним раньше.

Я пустил ещё одну молнию, но в этот раз мощностью побольше, от чего запахло обугленной кожей.

— А чтобы вы не думали, что вам просто так сойдёт с рук всё, что вы раньше делали… То, поверьте, карма — вещь непредсказуемая. Когда-то вы не пожалели маленькую девочку. А спустя года долг за неё вернёт вам один малолетний сопляк.

Я посмотрел на щёку Эльзы, примеряясь, с какой стороны оставить соответствующий знак её папаше. Трансформация руки в лапу горга произошла настолько естественно на фоне ярости, что я даже не заметил. Пришлось даже сдерживать себя, чтобы не снести ему голову к чёртовой матери, поэтому лишь лёгким росчерком я оставил уроду на той же щеке, что и у Эльзы такую же пятерню, но от лапы горга.

— А это вам моё благословение. Пусть длань и не светлая, но зато вы надолго запомните, что угрожать мне и моим родным не стоит. Можете бежать куда угодно и жаловаться кому угодно, но ещё раз я увижу вас в пределах километра от моей сестры — и можете прощаться с жизнью.

— Тебе конец, сопляк! — шипел папаша Эльзы, а я невольно перешёл на магическое зрение. Ба, да у него же тоже внутри сидела астральная сущность, но габаритами она явно не соответствовала своему носителю. Там была не то пиявка, не то червяк, выглядела она отвратно и явно трусила передо мной, пытаясь зарыться как можно глубже.

«Войд, ну-ка шугани этого подселенца недоразвитого, чтобы он вправил мозги своему носителю и держал его подальше от Эльзы!»

«С удовольствием!» — отреагировал тот и вышел проекцией из тела на погулять. Рык горга при этом даже меня пробрал до печёнок, что уж говорить про незатейливого папашу.

Тем временем лианы завернули его в плотный кокон и отправились вслед за мной на выход из больницы. Пришлось, конечно, постараться, но три этажа зелёных плетей хватило для того, чтобы его спустить, а после едва ли не пинком вышвырнуть из больницы.

Когда я вернулся в кабинет к сестре, та молча плакала. Слёзы катились у неё из глаз, но не было всхлипываний и рыданий, свойственных женской истерике. При этом нынешнее состояние мне казалось даже более страшным. Когда женщины рыдали в голос, заламывали руки, с психологической точки зрения это давало гораздо большее очищение их нервному состоянию. Такая же тихая истерика накладывала гораздо более сильный отпечаток и оставляла глубокие травмы.

Пришлось присесть на стол напротив сестры и обнять её, прижимая к себе и поглаживая по голове. Сперва она даже не поняла, что происходит, а после наконец-то разрыдалась, и сквозь слёзы я услышал бессвязные обрывки:

— Он пришёл, и его пустили… А я действительно не могу ничего ему сделать, иначе дар пропадёт…

О таких ограничениях, признаться, я не знал, но теперь хотя бы было понятно, почему она не могла угробить этого козла, после того как он оставил ей такой отпечаток на всю жизнь.

— Ты не можешь, я могу, о чём я его и предупредил. Не стоит он твоих слёз. Скажи мне только одно: ты до сих пор питаешь к нему какие-либо дочерние чувства?

Эльза вскинулась на меня с выражением искреннего ужаса в глазах.

— С ума сошёл? После смерти матери⁈

— То есть я могу его уничтожить, и ты о нём не всплакнёшь? Могилы у него не будет.

— Да пусть хоть в болоте упокоится, тварь! — прошипела Эльза, всё больше напоминая себя прежнюю.

Я не стал углубляться в эту тему для себя, приняв единственное верное решение.

— Давай, дорогая, приходи в себя и помни, всё у тебя будет хорошо. Больше никто не причинит тебе вреда. А если найдутся подобные суицидники, то они дорого за это заплатят.

Не теряя времени даром, я отправил по следу отца Эльзы парочку химерических паучков, чтобы они смогли проследить и передать мне информацию, где жил этот засранец нынче и в каких местах чаще всего бывал. Всё это мне необходимо было для того, чтобы бесследно уничтожить одного зарвавшегося домашнего тирана.

* * *

Встречу Железин назначил мне в клубе «Береста». О нём я попытался навести справки у собственного камердинера, Константина Платоновича. Услышав название данного клуба, он мечтательно поднял глаза в потолок:

— О-о, ваше сиятельство, хорошее место, мне единожды удалось там побывать. Мужское царство, где решаются едва ли не больше вопросов, чем в Кремле, а всё потому, что в Кремле последнее время регентами были императрицы, в то время как генералитет, промышленники, высшая аристократия мужского пола решала вопросы исключительно там. Правда, есть некоторая загвоздка в том, что допускаются туда обычно либо главы аристократических родов, либо известные люди в своём круге, возрастом явно перешагнувшие планку в тридцать лет. Остальные считаются ещё слишком жёлторотыми, да и тридцатилетних кандидатур в члены клуба рассматривают в узких кругах, прежде чем предложить того или иного аристократа. Вам же всего восемнадцать. Да, вы, конечно, стали князем, но отношение к вам может быть несколько… — он задумался, подбирая выражение, — не скажу, что пренебрежительным, но снисходительным в силу возраста.

— А каким же образом сам Железин смог мне назначить встречу в «Бересте», если он сам чуть старше меня по возрасту, но явно тридцатилетний рубеж не перешагнул, да и по факту сейчас не является главой рода, а всего лишь наследник? — полюбопытствовал я.

— Возможно, сделали исключение ввиду того, что его отец — крупный промышленник, магнат железнорудный, а потому он и смог выбить вам для проведения встречи отдельный кабинет.

Что ж, пояснение было вполне приемлемым. Деньги и статус решали если не всё, то очень многое в наших кругах. А потому на встречу я собирался, дабы соответствовать по всем статьям. В некоторых местах принимали по одёжке и лишь провожали по уму.

* * *

Загородный клуб «Береста» располагался на берегу реки Великой и представлял собой по форме подкову, обе части которой спускались практически к воде и завершались пристанями, куда могли на катерах, лодках, яхтах прибывать его влиятельные члены.

Что же касается меня, то в «Бересту» я прибыл на химере. Для желающих добраться по земле или по воздуху на ездовых питомцах имелась площадка для посадки внутри подковы и вольеры для содержания «средств перемещения». Снаружи, как я рассмотрел с высоты, имелась небольшая парковка, куда добирались на новомодных автомобилях. И уж там промышленники, военные, аристократы тоже не преминули соревноваться друг с другом помпезностью, шикарностью и размерами автомобилей, не говоря уже про мощность под капотом.

Таких, как я, пребывающих на питомцах, было меньшинство. Отчего-то подумалось, что эпоха исключительно ездовых питомцев постепенно уходит в прошлое. Однако же, приземляясь на Горе, я прекрасно осознавал, что окончательно в прошлое она ещё не ушла. Было здесь и несколько орлов, похожих на тех, на которых к нам прибыли Волошины, были и создания, отчасти похожие на крылатых грифонов. Отдельно стояли парочка виверн, а чуть в стороне ото всех стояла даже костяная виверна, чтобы не пугать живых существ эманациями смерти. Вот уж точно удивительное создание. Я даже остановился, разглядывая её вблизи. Ведь такие же помогали бабушке отбивать атаку Светловых на нас. И, судя по этой красотке в отдельном загоне, сейчас в клубе присутствовал кто-то из рода Керимовых.

Ко мне подбежал один из служащих конюшни, предлагая проследить за моей химерой. Но я лишь улыбнулся и сказал, что Гор не нуждается в уходе, после чего осторожно убрал его в пространство своего собственного Ничто. Бедный парень похлопал глазами, оглянувшись вокруг, но затем склонил голову и смиренно ушёл в тень.

Я же неспеша отправился ко входу в клуб по дорожке с хрустящим под ногами гравием. От летней жары завсегдатаев клуба защищали тенистые аллеи раскидистых платанов, а вокруг были разбиты клумбы с цветами и каскадные фонтаны.

Главный вход в клуб располагался посередине «подковы», и там меня встречал высокий и сухонький старик в парадной ливрее с гордым выражением лица и чувством собственного достоинства. Его взгляд цепко оценил мой внешний вид, не преминув отметить перстень главы рода у меня на пальце, а также общий, пусть и не особо претенциозный, но состоятельный внешний вид с учётом качества ткани костюма, начищенности ботинок, наличие драгоценных запонок, шейного платка и даже трости. Всё это он считал буквально за несколько секунд, а после открыл дверь передо мной и сообщил:

— Князь Угаров, Железин Никита Сергеевич ожидает вас в театральном зале. Наша нимфа вас сопроводит.

Я кивнул и стал дожидаться обещанную нимфу. Нимфой в данном случае оказалась служащая клуба, девушка со скрытым вуалью лицом, большими зелёными глазами, которая с интересом разглядывала новенького члена. Она будто оценивала сразу, что можно с меня поиметь и стоит ли вообще тратить на меня своё обаяние. Судя по всему, нимфы здесь имели и дополнительный заработок в виде содержания от особо влиятельных и состоятельных членов.

Девушка сверкнула глазами и попросила следовать за ней. При этом одета нимфа была в полупрозрачные многослойные одежды, чем-то напоминающие восточные женские наряды, не скрывающие силуэт и особенности фигуры. А при ходьбе прозрачные тряпочки имели свойство разъезжаться в разные стороны, демонстрируя то изгиб молодого девичьего бедра, то ямочки на спине почти у основания ягодиц, то гибкость шеи, то мраморную белоснежность плеч.

Стоит ли говорить, что я не очень хорошо запомнил путь в театральный зал? Ну да ладно, дело молодое. И, видимо, пора найти кого-то, с кем можно было бы сбросить напряжение без обязательств. Как бы я ни разглядывал с удовольствием нимфу, но всё же успел отметить, что внутри обстановка клуба была не менее претенциозной, чем снаружи: дубовые панели, каменные колонны, ковка, отделка под старину, чёрно-белые мраморные плиты пола, в шахматном порядке. Всё это с мужской строгой лаконичностью не кричало, не бросалось в глаза, но имело стильный вид. Пару раз на глаза попались портреты основателей клуба, где значилось несколько магнатов-промышленников, аристократов, архимагов и военных генералов. Хорошая компания.

Когда же мы остановились у входа в некий зал, нимфа поклонилась мне, слегка присев, тем самым демонстрируя линию декольте, и произнесла:

— Князь, прошу в театральный зал. Если вам что-либо понадобится, достаточно пару раз хлопнуть в ладоши, появится нимфа и исполнит любые ваши желания.

Я не стал уточнять степень разнузданности желаний местных постояльцев, лишь кивнул.

Девушка открыла дверь, за которой царил приятный полумрак. Подсветка обозначала ступени, идущие вверх. Подумав, что темнота никоим образом мне не помешает с учётом зрения горга, я отправился навстречу. Посмотрим, что же это за элитарное заведение такое и чем оно сможет меня удивить.