Глава 21: Время колокольчиков

Багровая десятка за пару минут доехала от развлекательного центра до центральной библиотеки и притормозила у заднего входа. Анна вышла, обернулась и сказала на прощание:

— Я подниму связи, чтобы обеспечить ролик, посты и статьи первым шквалом реакций, — помолчала пару секунд и добавила громче: — Ни пуха вам!

— К чёрту! — Черных ухмыльнулась, закрыла дверь и показала рукой в сторону дороги.

Игорь повернул ключ зажигания, дёрнул переключатель скоростей, машина плавно тронулась. Журналистка достала телефон и быстро набрала сообщение брату и маме.

— Лид, ну не дуйся, — сказал фотограф, выезжая на центральную улицу. — Мне было восемнадцать, тебе шестнадцать. Сто лет прошло, и даже тогда ты была прекрасна!

— Но не настолько, чтобы звонить и приезжать из Свердловска в Загорск? — Лида не подняла глаз от экрана. — Игорь, ты балбес.

— Сознаю свою вину, меру, степень, глубину, — громко продекламировал парень хорошо поставленным голосом. — И прошу меня отправить на текущую войну... с коррупцией в водоканале.

— Решил вспомнить нашу школьную постановку? Хитрый стрелец молодец. — Лида убрала телефон и прищурилась. — Рули давай. Я подумаю, стоит ли тебя прощать.

Машина свернула на проспект Ватутина. Мелкий дождь забарабанил по стеклу, недавно выпавший снег на улицах снова таял, превращаясь в лужи и грязь.

Журналистка не отрывалась от телефона, отправила сообщение Спартаку, депутатке Ольге Крыловой и админам знакомых пабликов ВКонтакте.

За пять минут автомобиль доехал до старого двухэтажного дома. Лида кинула телефоны в сумочку и зацепилась взглядом за железную трость, лежавшую на заднем сиденье. Потянулась и забрала оружие с собой.

Машину оставили напротив подъезда.

Лида выскользнула первой и подошла к домофонной двери. Пикнула ключом, рывком открыла дверь на себя и отскочила. Заглянула в тёмный пустой подъезд с крашеными деревянными полами и перилами.

Игорь зашёл, огляделся, пожал плечами. Черных вздохнула, прошла следом и открыла дверь квартиры.

Эльвира Марковна стояла в коридоре в домашнем халате, с метёлкой в руке. Увидела Игоря, поджала нижнюю губу и нахмурилась.

— Игорёша. Сколько ты у нас не был, лет десять? Повзрослел и одумался?

— Здравствуйте, Эльвира Марковна. — Игорь чуть наклонил голову и улыбнулся. — Я тоже рад вас видеть. Извините за всё, дурака грешного.

— Это же из «Ширли-Мырли»? — Черных усмехнулась и подмигнула. — Мам, давай потом ему разнос устроим за исчезновение. Сейчас город надо спасать.

Стоявший в коридоре Артём включил на телефоне песню из «Чипа и Дейла». Молча пожал руку вошедшему фотографу и кивком пригласил в свою комнату.

— Сначала руки помойте из бутылки, — сказала Эльвира, уходя на кухню. — Только экономно. У нас шесть литров осталось. В кране с утра пусто.

— Давай я схожу в магазин? — предложил брат, потянувшись за курткой.

Лида остановила его ладонью, медленно качнула головой из стороны в сторону. Артём нахмурился, но кивнул и промолчал.

Журналистка скинула мужскую куртку, кепку, очки. Оставила трость у входа, а сумку взяла с собой. Помыла руки в ванной из бутылки и прошла на кухню. Сдвинула разделочную доску с морковью к стене.

— Мам, садись. Тёма, Игорь, идите сюда, — громко сказала журналистка.

Эльвира Марковна обернулась от плиты, где закипала картошка. Артём прислонился к дверному косяку, скрестив руки. Игорь остался в коридоре у двери в ванную.

— В семь вечера ИнтерВести и Загорский Вестник выпустят завиральные сюжеты про аварию, — сказала громко Лида, переводя взгляд с мамы на брата. — Нам нужно подготовить упреждающие ролики, статьи и посты.

— У меня картошка на плите и пол грязный, — сказала Эльвира Марковна, перехватывая полотенце.

— Мам, ты займёшься расшифровкой видео, набором и редактурой. Печатаешь ты быстрее нас и русский знаешь безупречно. — Лида выключила газ и накрыла кастрюлю с недоваренной картошкой крышкой.

— Доченька, чего ты вспомнила? Триста пятьдесят знаков в минуту не такая уж и большая скорость, но если надо... — мама повесила полотенце на крючок, достала влажную салфетку и вытерла руки.

— Игорь, на тебе стабилизация, монтаж и нарезка видео. Обработка фотографий. Займёшь компьютер Артёма. Подготовь материалы для нас, короткие видео для рекламы и сырые материалы для Молота Правды. — бросила журналистка.

— Для тебя что угодно, но почему ты дома раскомандовалась? Тебя что, Машка покусала? — усмехнулся Игорь в ответ.

— Жизнь побила, — Лида перевела взгляд на брата. — На тебе поиск информации в открытых источниках, связи с рекламщиками, выкладка материалов. Нам нужно сделать несколько роликов, статей и постов под разные площадки и целевую аудиторию.

— У меня калькулятор расчёта ремонта, ещё вчера сдать надо было, — тихо возразил брат, опустив взор.

— Думайте сами, помогать или нет, но у нас пять часов, и без вас я не справлюсь, — Лида громко вздохнула.

— Решение общих проблем важнее, работа подождёт, — Артём почесал небритый подбородок.

Игорь отошёл от стены, заняв почти весь проход в коридоре, и громко сказал:

— Решено, рубим правду-матку, углы не сглаживаем, тыкаем носом в проблемы капиталистической экономики. — фотограф широко улыбнулся. — Помните, что коррупция и аварии неизбежны, когда всё заточено на прибыль.

— Нет, — возразил Артём, — просто у нас в городе вороватые чиновники и нечестные бизнесмены на подрядах у мэрии.

— Давайте не делать поспешных выводов? — предложила Эльвира Марковна. — Мэр Кривошеин и губернатор не знают о проблемах, поэтому мы с соседками собираем петицию.

— Только политических споров нам не хватало! — голос Лиды стал ниже и громче, глаза потемнели. — Я же сказала, для каждой целевой аудитории свой материал. Для Молота честный и злой. На наших каналах злободневный и взвешенный. В городские паблики пойдёт сатирическая и сжатая версия.

— И кто будет утверждать? — прищурившись, спросил Игорь.

Черных хлопнула в ладоши и громко ответила:

— Сегодня я ваш редактор. Отступать некуда, за нами Загорск. Другие об этом не напишут, споры потом!

Лида и Эльвира пошли работать за компьютер в комнате дочери. Артём и Игорь отправились монтировать видео.

Мама надела старые наушники, поморщилась от холодного пластика и подвинула клавиатуру ближе. Лида включила отправленные в мессенджер на компьютере записи разговоров и плотно закрыла шторы. Потом дёрнула оконную ручку и только после этого села на расправленный диван.

— Доченька, у тебя мешки под глазами и прядь эта странная на чёлке, может, покрасим волосы? — мама поставила аудиофайл на паузу и развернулась.

— Давай не отвлекаться? Уже 13:10, не успеем до пяти, и завтра нескольких невиновных людей изобьют. — Лида достала смартфон из сумки и начала быстро надиктовывать черновик статьи.

Эльвира вздохнула, включила запись, клавиши быстро застучали. Мать слушала фразы, печатала, изредка перематывала. Через две минуты она сдвинула один наушник и ткнула пальцем в экран.

— Трубы изношены на 70%? Почему Игорь так безответственно говорит? — Мамины руки замерли над клавиатурой. — Надо быть осторожней, вдруг...

— Нас точно попытаются заткнуть, посадить, убить. Эзопов язык не спасёт, бьём правдой! — Лида встала с дивана, отошла к шкафу и начала диктовать вторую версию поста.

Эльвира Марковна коротко кивнула и продолжила печатать.

Лида надиктовала первую заметку. Поднесла телефон к уху, переслушала в ускоренной перемотке, отправила файл в Телеграмм на компьютер.

— Эти файлы тоже транскрибировать и переделывать? — уточнила мама, заметив загоревшееся на компьютере уведомление.

— Да, если бы был ещё один ноутбук, я бы печатала, но работаем с тем, что есть!

Лида вздохнула и пошла в соседнюю комнату. На большом мониторе Игорь раскладывал видео по дорожкам. На ноутбуке брат искал ссылки, скриншоты, старые новости.

— Директора водоканала и журналистов Загорского вестника надо крупным планом дать, — сказала Лида, останавливаясь за плечом фотографа.

Игорь не обернулся.

— Зачем? Кто-то сомневается, что Наимов виноват? — парень усмехнулся.

— Да, аудитория телевизора. Для Молота акцент на рабочих, а нам нужны официальные лица!

Игорь шумно выдохнул, перемотал видео назад, вырезал кусок и начал работать с ним.

Лида подсела к брату, заглянула в ноутбук.

— Ищу официальные данные по ремонтам водовода, — ответил брат, открывая старые новости.

— Хорошо, но про соцсети не забывай. Нам нужно больше живых и недовольных комментариев. — журналистка потянулась к клавиатуре ноутбука.

— Одна баба сказала, у нас теперь такие аргументы? — Артём закрыл ноутбук.

— Нет! Посмотри сообщения по неработающим сегодня школам и садикам из-за отключения воды. — Лида потёрла виски и добавила: — Это факты. Нам нужно дополнить их реакциями людей.

— Чтобы аудитория увидела, что это значит? Умно. — брат открыл ноутбук и начал шерстить социальные сети.

Через минуту Лида вернулась к матери. Эльвира Марковна уже набрала страницу и теперь перечитывала шёпотом. Черных наклонилась, вчиталась в мелкий текст на экране и ткнула пальцем.

— Здесь не «по словам сотрудника». А «рабочие, исправляющие аварию, подтвердили, что».

— А вот это зачем? — мать открыла второй файл. — «Системный кризис городской инфраструктуры».

— Тяжеловато, убери. Напиши: город сидит без воды, потому что Наумов украл 80 миллионов.

— Доченька, ну так нельзя, — Эльвира Марковна нахмурилась. — Ты ведь не знаешь наверняка.

— Знаю, только доказать не могу. Вставим, город должен знать своих «героев»!

Пожилая женщина вздохнула и молча исправила строчку.

Около трёх часов Черных увидела короткую новость об отключении и развозе воды на сайте администрации. Списалась с Олегом и узнала краткое содержание будущих роликов.

Лида созвала всех в комнату брата, заняла место у шведской стенки и сказала:

— Загорский Вестник будет пихать в головы граждан три послания: авария случайна, власть решает проблему, сегодня починят.

— А твои бывшие коллеги? — с ухмылкой спросил Игорь, поглядывая на прогресс запущенного процесса обработки видео.

— ИнтерВести будут использовать другой нарратив: водовод сломали сектанты из Лиги Магов, власть героически остановила выродков, завтра дадут воду, — кулаки Лиды сжались, глаза почернели, зрачки поменяли цвет на ледяной.

Брат и мама ахнули, Игорь скривился, но сказал:

— Кажется, тебе нужно умыться...

— Ничего не забудем и не простим, след кровавый ложится на белый снег, завершается подлых царей завет, — Черных зажмурилась, качнулась и схватилась руками за ступеньки шведской лестницы.

— Сестрёнка, что с тобой? — Артём первый побежал к Лиде.

— Ничего, возвращаемся к работе, учитывайте, что нам нужно действовать на опережение. — Журналистка шумно вдохнула и выдохнула несколько раз.

— Уважаемый редактор, может, лучше вы нам скажете, что нам транслировать? — Игорь тоже подошёл к спортивному уголку.

— Покажем, что проблемы вызваны коррупцией и системой. Следующая катастрофа неизбежна, если мы не найдём настоящих виновных! — Лида выпрямилась, глаза стали обычными.

За окном послышалось карканье ворон. Лида подошла, приоткрыла задёрнутые шторы, аккуратно выглянула и увидела десяток обычных воронов, сидящих на ветвях деревьев. Тихо выругалась и пошла работать.

Черных металась между дверями, приглядывала за братом, возвращала матери исправленный абзац, отвечала Ольге и админам пабликов, потом снова шла к Игорю и требовала внести правки.

Параллельно журналистка переписывалась в ВКонтакте, сидя на кухне. Одному админу после споров отправила сокращённый и упрощённый пост. Для второго Артём сгенерировал картинку с Наимовым, убегающим с раскрытым чемоданом денег по ржавым трубам. Для третьего паблика нашли мем с мэром Кривошеиным, ржавой водой и написали заголовок «Жаловались? Теперь воды не будет!».

Когда Лида снова вернулась в комнату, Эльвира Марковна лежала на диване с бледным лицом и прерывисто дышала.

Лида рванула в комнату родителей, схватила таблетки, добежала до кухни, налила стакан воды и прибежала к матери. Дала выпить и укрыла одеялом.

— Лидочка, я сейчас отлежусь и продолжу, — ослабевшим голосом вымолвила пожилая женщина.

— Нет уж, лежи, почти все статьи ты написала и вычитала. С постами и заметками я сама справлюсь. Не вздумай вставать! — Черных села за компьютер.

В комнату вошли Игорь и Артём, привлечённые беготнёй.

— Эльвире Марковне плохо? Скорую вызвать? — спросил фотограф.

— Не надо, Игореша, просто давление и голова разболелась, Лидочка уже дала таблетки. Хорошо, что ты снова к нам зашёл, а то умру, и никто из учеников обо мне и не вспомнит, — пожилая женщина развернулась и посмотрела на закрытые шторы.

— Ну что вы такое говорите? Вы сорок лет в школе преподавали, скольких выучили! — Игорь присел на диван.

— Да, а некоторые талантливые воспитанники по десять лет не заходят в гости. И Лиду бросил, где тебя носило? — Эльвира нахмурилась и приподнялась.

— Учился в институте в Свердловске на энергетика, попутно работал. Потом завод, профсоюзная деятельность. Два года назад СИЗО, суд за организацию митинга, уже после вернулся в Загорск. — Игорь развёл руками.

— Как же так? — Эльвира Марковна взялась руками за виски.

— Ты знал? — коротко спросила Лида, глядя на брата, тот молча кивнул и опустил глаза.

— Да не переживайте вы. — Игорь усмехнулся. — Сами же говорили, что испытания закаляют людей.

— Ага, спасибо Спартаку и Ольге, что помогли избежать такой закалки мне! — откликнулась Лида.

Игорь не ответил, подошёл к окну, посмотрел через приоткрытые плотные шторы во двор.

— Вы с Лидой какие-то нервные, что там? — хмуро спросил Артём, оставаясь в проёме двери.

— Следят за вашим домом, — ответил Игорь и кивнул в сторону Лиды. — Слишком много воронов и оперативник в штатском. Женщина с коляской. Я видел её, когда подъезжали, потом из окна комнаты Артёма, теперь здесь. Настоящие мамаши редко гуляют три часа вокруг одного дома.

— Шерлок Холмс, ты материалы Молоту Правды отправил? — спросила Лида.

— Мы же ждём твоего утверждения, — тихо ответил Артём вместо друга.

Лида выругалась, побежала в комнату брата, включила видео с ускорением. Часы на компьютере показывали 16:00.

— Всё не так, — сказала журналистка, не повышая голоса. — Надо вставить подробности улик. Сумка, кетчуп, свечи. Потом слова охранника про круг и меловую пентаграмму. Потом трубы и рабочих.

Игорь и Артём сидели рядом и переглядывались.

— Лида, ряд уже сведён, мы не успеем переделать. Тем более это же сырые материалы... — сказал фотограф.

— За каждым нужно следить, я же просила по-другому сделать. — Журналистка нахмурилась.

— Я оператор и монтажёр Молота Правды, поверь, я знаю, что им нужно, — ответил Игорь.

— Поэтому у них монтаж такой дрянной? — девушка бросила взгляд на часы и сказала сквозь зубы: — Отправляй товарищам что хочешь. Ролики для наших каналов переделай.

Черных ушла за свой компьютер. Отправила тексты для публикаций брату и принялась за озвучку роликов. Достала телефон, подключила микрофон и начитала две версии аудиодорожек. Переслушивать было некогда, сразу отправила.

Следующие полчаса монтировали финальные ролики, сводили, подрезали, выравнивали звук и спорили.

В 17:10 вышел ролик Молота Правды. Через двадцать минут Артём опубликовал ролики на каналах Черных.

Лида взяла смартфон, разослала ссылки на ролики админам пабликов, открыла банковское приложение и оплатила рекламу. На счету осталось двадцать шесть тысяч рублей.

Следом журналистка набрала сообщение для Ольги Крыловой. Сухая справка содержала только проверенные факты: состав подброшенной сумки, слова рабочих, ссылки на свои статьи и ролики.

Брат оторвался от клавиатуры и взял телефон.

— Директ и таргет запустили, — громко сказал Артём. — Сегодня заработает.

— Отлично, — коротко отозвалась Лида из коридора.

Она подошла к окну и сдвинула плотную штору. Женщина с детской коляской исчезла из двора. Вместо неё возле окон гулял мужчина с собакой, а на деревьях и соседних домах по-прежнему сидели десятки воронов.

Черных достала смартфон и быстро набрала сообщение Анне: «Мы выпустили материалы». Ответ куратора появился мгновенно: «Видела, уже разослала ссылки, сейчас будут комментарии».

В тишине комнаты громко заиграла песня «Дорога бойца». На столе вибрировал телефон Артёма. На ярком дисплее высветилось слово «Заказчик». Парень медленно взял аппарат и отошёл к окну.

— Слушаю, — сказал он ровным, тихим голосом.

Из динамика донёсся громкий мужской бас. Человек кричал о сорванных сроках и потерянных клиентах. Артём молча смотрел на серые тучи за окном.

— Понял. Аванс я верну. Всего хорошего.

Лида подошла сзади и обняла Артёма за плечи, погладила по коротким волосам и сказала: «Прости, это я виновата. Давай я переведу, сколько ты потерял?»

Артём отказался и позвал всех на кухню пить чай.

За столом уже сидела Эльвира Марковна. Лицо матери оставалось бледным, но дыхание выровнялось.

Лида подошла к раковине и повернула рычаг смесителя до упора. В трубе громко и сухо что-то зашипело, но вода не пошла. Журналистка вылила остатки воды из бутылки, наполнила электрический чайник и поставила кипятиться.

Лида нарезала остатки батона тонкими кусками. Колбаса и сыр заканчивались. Сделала четыре бутерброда и поставила на стол.

Игорь вошёл на кухню и сел на табурет у холодильника. Артём занял своё обычное место у стены.

Чайник щёлкнул. Лида разлила кипяток, бросила в каждую кружку по пакетику. Пустая пятилитровка осталась лежать у батареи.

Смартфон в кармане мелко и часто вибрировал. Лида взяла его, пролистала уведомления. Под роликом на ютубе счётчик перевалил за четыреста просмотров. В ВК уже набралось три десятка комментариев. Ролики Молота Правды и статья Голоса Справедливости набрали тысячи просмотров и сотни лайков.

Журналистка положила телефон экраном вниз и отпила чай. Обожгла язык, поморщилась, но не отставила кружку.

— Мам, как ты? — спросила Лида.

— Лучше, давненько я не работала за компьютером, отвыкла, — Эльвира Марковна откусила бутерброд.

— Когда придёт папа, нужно будет упросить его взять отпуск за свой счёт. Вам нужно уехать к тёте Вале в деревню на две недели, всем скажете, что поехали на дачу, — журналистка говорила быстро, без запинки.

— Ну зачем, воду через пару дней дадут... — глаза мамы расширились.

— До коррупционеров очень быстро дойдёт, кто стоит за публикациями. Завтра меня попытаются нейтрализовать, создав проблемы вам, — Черных посмотрела на фотографа.

— Ваша дочь права. Нужно уезжать сегодня, завтра нападут активисты Белой Общины или кто-то похуже. Артём и Лида пока поживут у меня, я снимаю квартиру, адрес не найдут.

— Я комп и ноут соберу, — бросил брат и ушёл.

— Похоже, вы всё решили, а с нами не посоветовались. Ладно, Марка я как-нибудь уговорю...

Тяжёлый удар в стекло заставил всех вздрогнуть. Черных рывком приоткрыла штору.

На жестяном отливе за окном сидели две огромные дымчатые птицы. Полуоткрытые клювы заканчивались мелкими чёрными зубами. Кровавые глаза смотрели на Лиду.