Глава 16. Эмоции

Только когда Тристан вошел в кухню, до меня дошло, что звать его к себе за стол было плохой идеей. Рабы никогда и ни за что не разделяют трапезу с хозяевами, это одно из первейших правил в списке подобных взаимоотношений. И, главное, у меня не было для него отмазки, чтобы объяснить столь щедрую уступку и, при этом, не показать себя слабохарактерной и мягкой.

Нельзя было позволять ему то же, что и Вендиру, но уже было поздно.

Говорить дважды не пришлось. Маг принялся прожигать переполненный стол голодным диким взглядом, едва вошел в помещение, потому, как только услышал великодушную команду приступить к ужину, мгновенно вскочил на стул.

Не удержавшись, я хмыкнула и скользнула по хмурому волку довольным взглядом. Вот его мне пришлось долго упрашивать снизойти до смертных и сесть со мной за стол.

Оборотень снова тихо рыкнул и уткнулся носом в свою тарелку, сжимая ложку до побеления пальцев. Бедный металл изогнулся от давления, но ругать его за это я не собиралась. Столовых приборов хватает, а злость пусть лучше вымещает на неодушевленных предметах.

Тристан на гневные гляделки своего сожителя внимания не обращал. Мужчина активно наворачивал ужин, очень стараясь вести себя культурно, что получалось так себе. От нетерпения его красивые бледные руки подрагивали, и в моей груди невольно защемило от жалости. Я-то никогда не знала, что такое голод.

Дабы не смущать ни себя, ни его, решила всё же докопаться до волка. Заслужил.

— Вендир?

Мужчина замер, напряженно покосившись на меня исподлобья.

— Кажется, у тебя снова начались проблемы с самоконтролем, — невозмутимо пережевывая салат, намекнула я. Хотя, когда они заканчивались? — Когда я уходила на работу, ты выпускал зверя?

Оборотень сощурил глаза, какое-то мгновение внимательно изучая моё выражение. Инстинкты его не обманывали — он чувствовал скрытый упрек и пытался предугадать, как поступить, чтобы снова всё обернуть в свою пользу.

— Выпускал, — хрипло проговорил, коротко кивая.

— Хмм, странно, — нарочито задумчиво протянула и приподняла брови. — Возможно мне стоит поставить это за правило, чтобы ты чаще освобождал себя от напряжения… А то твои капризы пагубно на нас всех влияют, — неопределенно проговорила, продолжая невозмутимо пережевывать свой ужин.

Мужчина напрягся ещё сильнее и недовольно поджал губы. Наблюдающего за нами украдкой Тристана он упорно игнорировал. Очевидно то, что его со скрытой издевкой ставили на место при сопернике, серьёзно било по чрезмерной гордости оборотня. Казалось, прямо сейчас ему хотелось хорошенько с кем-нибудь подраться.

Мои потрепанные нервы танцевали ламбаду, удовлетворенные маленьким отмщением. Он конкретно вынес мне мозг за всё это время и однозначно заслуживал ответной нервотрепки.

— Я не капризный, — буркнул волк как ребенок, ковыряя ложкой дно тарелки.

— Госпожа, — тихо напомнил ему маг, точно так же, как и сделал это в машине оборотень.

— Госпожа, — рыкнул боец, выгибая ложку уже в другую сторону.

Тристан окинул его насмешливым взглядом, но, заметив моё внимание на себе, мгновенно посерьезнел и снова уткнулся носом в ужин.

— Ты не просто капризный, Вендир. Ты не выносимый, — вздохнула, сдерживая улыбку на проказу второго раба. — И твоя задача на ближайшие несколько дней — помочь Тристану ознакомиться с новым жилищем. Мне пока телохранитель не нужен.

— Но, Альма… — возразил мужчина, насупившись.

— Это приказ, Вендир! Не беси меня, пожалуйста, — припечатала его тяжелым взглядом и сурово покосилась на чересчур повеселевшего мага. — Вы здесь не гости, а рабы — маленькое напоминание. Хватит с меня своеволия. С посудой разберетесь сами. Хоть какой-то толк от лишних ртов в доме…

Резко вставая, отчего стул с неприятным скрипом отъехал назад, вышла из кухни и, тяжело топая, направилась в свою комнату.

Немыслимо! Рядом с этим мужчиной моя нервная система походила на качели. Разгон от игривости до пламенной ярости занимал несчастных три секунды. Так с ума сойти можно…

Громко хлопая дверью, раздраженно скинула с себя корсет и штаны, оставаясь в одной лишь расстегнутой рубашке и белье. Раздраженно шлепая босыми ногами по холодному полу, заметалась из угла в угол, как загнанный дикий зверь.

Нужно успокоиться. Я поступила правильно. Он ведет себя вполне сносно, как для свободного, но он не свободный. Можно было бы позволить ему продолжать это безобразие, не приноси оно мне столько хлопот, ведь сама виновата, что позволила. Но я просто не могу уже это выносить…

У меня на работе проблем выше крыши, ещё и дома стресса я не выдержу. Он задевает слишком тонкие струны, говорит слишком весомые вещи, прикасается слишком чувственно… Сейчас в моей жизни нет места привязанности. Нельзя.

Только захлопнутая дверь внезапно снова распахнулась, впуская внутрь волчий ураган.

Вздрогнув от неожиданности, я ошалело уставилась на вошедшего Вендира, нервно сглатывая, когда он вдруг принялся медленно на меня надвигаться.

— Какого черта ты здесь делаешь? — хмурясь, процедила сквозь зубы.

Прямо сейчас у меня не было настроения что-то выяснять. Он доведет меня, и я на самом деле впервые в жизни накажу живое существо. Не посажу за решетку, как начальница следственного центра, а физически наврежу.

Ему нужно либо преподать основательный урок, либо позволить всё окончательно.

— Я не буду ему нянькой, — рыкнул волк, тяжело дыша от напряжения.

Его синие глаза потемнели едва не до черноты, пугая меня дикой пульсацией опасно расширенных зрачков. Крупное, подрагивающее от сдерживаемых эмоций тело резко приблизилось, нависая надо мной мрачной тучей.

— Зачем он тебе? Скажи мне, Альма, — требовательно выдохнул оборотень мне в губы.

Отходя от шока от его неожиданного вторжения, я сузила глаза.

— Я же сказала — тебя это не касается. Не один ты на грани, Вендир. Я слишком близка к тому, чтобы совершить что-то непоправимое. Уходи, — глухо проговорила и поджала губы.

Он вдруг качнул головой, синие глаза посветлели от странной вспышки незнакомой мне эмоции.

— Не совершишь.

— Почему ты так думаешь? — с вызовом вскинула подбородок.

Если он думает, что я слишком мягкая для наказания, то пускай подумает ещё раз.

— Потому что я доверяю тебе.

От этого тихого хриплого признания у меня сперло дыхание. Округляя глаза, невольно отшатнулась.

Слова мужчины снова зацепили опасную тонкую струну глубоко внутри. От наплыва нежности и отчаяния заметалось сердце. Пульс бешено стучал в висках, отдаваясь в ушных перепонках, отчего меня на мгновение словно отрезало от всего мира, оглушив потоком собственной взбесившейся крови.

— Я твоя хозяйка, — поспешно пролепетала, дыша ещё тяжелее с каждым его шагом.

Волк снова приближался, доводя меня до исступления своей близостью и своими убийственно меткими фразами.

— И в этом мне несказанно повезло, — серьёзно кивнул, удерживая мой взгляд своим: требовательным и просящим одновременно.

Моя поясница уперлась в громоздкий комод у стены и, ахнув, я ухватилась за его край руками. Сжатые до побеления пальцы мелко потряхивало от бури внутри.

Вендир плотно прижался ко мне всем телом, аккуратно обхватывая крупной грубой ладонью подбородок.

— Советник мертв, под угрозой император. Ты можешь быть в опасности, Альма. Я не буду сидеть дома и нянчить душевно искалеченного тёмного, пока ты неизвестно где, — рыкнул оборотень, выдыхая мне в лицо.

Встречая его потемневший взгляд, я поджала губы.

— Тебе придется. Тристан слишком нужен мне, чтобы рисковать. Он сильный маг, я даже представить себе не могу, что ему может взбрести в голову, пока никого не будет. Я не могу его упустить.

От моих слов мужчину затрясло ещё сильнее. Мышцы сильного тела забугрились от едва сдерживаемой ярости. Вспышка дикости в этих тёмных глазах ни на шутку меня перепугала, хоть я и знала, что он не сможет навредить мне. Рабская метка не позволит.

— Зачем он тебе? Я тебе не подошел? Ты хочешь чего-то более экзотичного в постели? Может быть, ты хочешь нас обоих одновременно? Ты хочешь два члена, Альма? Скажи мне!

От злых требовательных слов у меня заискрилось в груди. Жажда, отчаяние и ярость смешались в один безумный коктейль, пуская по венам настоящую лаву. Не сдержавшись, я со всей своей силы замахнулась.

Звон увесистой пощечины разнесся по помещению подобно раскату грома. Голова волка резко вильнула в сторону, и от того, что мы оба задержали дыхание, комната погрузилась в тяжелую давящую тишину.

Чёрт, я раздразнила зверя… И чем мне это обойдется — неизвестно.

Вендир отпустил мой подбородок, медленно разворачиваясь обратно. И это аккуратное, тщательно контролируемое движение насторожило меня ещё сильнее.

Мы снова скрестили взгляды, и в этот раз по его тёмным глубоким глазам было абсолютно невозможно что-то прочесть. Он просто вдруг замер, удивительно размеренно дыша и, не моргая, заглядывая в мои нервно бегающие глаза.

Одно маленькое неуловимое движение… Внезапно раздалось два коротких треска ткани, и я в шоке уставилась на нижнее белье на полу и своё обнаженное тело под распахнутой белой рубашкой.

Не отрывая от меня взгляда, оборотень нарочито медленно стянул с себя футболку, позволяя мне наблюдать за тем, как стремительно снова наливаются дикой похотью и неукротимым пламенем эти глаза. Следом за футболкой полетели и чёрные штаны.

А когда налитый жесткий член, пружиня, хлопнул по красивым раскосым мышцам его живота, меня вдруг резко перевернули и «уронили» на пол, грубо ставя на четвереньки.

К белью присоединилась и рубашка, предоставляя крупным шероховатым ладоням доступ к нежной коже спины.

Ахнув, я расширенными глазами неверяще пялилась в пол, чувствуя, как от сумасшедшего желания потряхивает всё тело. Лоно давно увлажнилось, наливаясь так, что соки бесстыдно стекали вниз по бедрам. Покачивающиеся груди сдавило сладким томлением. Сильная рука требовательно прижала меня к полу и, когда встопорщенные соски соприкоснулись с холодным паркетом, меня прошиб такой яркий импульс, что закоротило в мозгу.

Сумасшествие… Он снова меня обошел. И я снова этим наслаждаюсь…

Без предупреждения горячая твердая плоть вошла в меня до предела, вызывая сдавленный стон и жалостливый всхлип.

Он так мучительно сладко пульсировал внутри, растягивая меня, заполняя… Я так сильно этого хотела… От долгожданного единения и бури смешанных эмоций на глаза навернулись слёзы.

Рельефная жесткая грудь прижалась к моей спине, и я удовлетворенно вздохнула. Грубые пальцы запутались в волосах, потянув мою голову назад.

— Пообещай мне, что не отдашь меня, Альма, — хриплый отчаянный шепот у уха.

И я понимаю, что погрязла в этом безумии не одна.

Толчок… От силы давления колени болезненно скользнули по полу. Ахнув, выгнулась сильнее и вцепилась ногтями в бедра мужчины.

— Пообещай…

Толчок… Ещё сильнее и жестче.

— Обещаю, — со стоном выдохнула, едва не завывая.

Вбиваясь в меня беспощадно и грубо, он с рыком впился зубами в плечо и, выпуская волосы, навалился всем телом. От острой смеси холода паркета и горячей кожи волка меня пронзил ещё один сметающий весь рассудок импульс.

Со стоном вскидывая голову, я с прикрытыми от похоти глазами покосилась на незакрытую дверь и рвано выдохнула, когда встретилась взглядом с Тристаном.

В ушах зазвенели злые грязные слова Вендира и я, не в силах оторваться от беспросветной тьмы в глазах тёмного, рассыпалась на мелкие кусочки, невольно представляя его здесь… с нами.