Глава 17. Откровения

В этот раз сбегать я не спешила.

В этот раз взгляд на массивную обнаженную спину слева не вызвал внутри меня страх за будущее и горькое отчаяние.

Вчера вечером что-то ощутимо изменилось между нами. Связь, что раньше была столь хрупкая и неосязаемая, сейчас окрепла и отсеяла пустые навязчивые сомнения.

Я поняла — Вендир по уши в том же дерьме, что и я. Он так же погряз в этом сумасшедшем диком влечении, которое не мог объяснить даже сам себе. И пускай происходящее сложно было назвать правильным, отказаться от сладких совместных мгновений мы не могли.

Я знаю, что будет больно. Придет время, и нам обоим придется столкнуться с суровой реальностью. Там, дальше, нас ждёт перепутье. Мы оба встанем перед серьёзным выбором.

И если пелена наваждения, рассеявшись, не оставит во мне пустоту… если он, почувствовав привкус долгожданной свободы, всё же заколеблется и оглянется… Возможно, тогда всё закончится лучшим для нас образом.

А пока я не хочу больше ни о чём думать. Пока у нас есть мы и эта дикая примитивная жажда, которой нет сил сопротивляться.

Пускай… Я больше не хочу сопротивляться.

Большое тело рядом медленно завозилось, широкий жесткий бицепс, вылезая из-под подушки, легонько задел мгновенно отреагировавшую на прикосновение грудь. Мужчина был похож на сильного опасного зверя, что, проснувшийся от звонкой трели лесных птиц, плавно выползал из берлоги, лениво потягиваясь и разминая силу под сталью мышц.

Повернувшись на другой бок, он сонно двинул подбородком, колыхнув густую тёмную бороду, и впился в меня тяжелым проницательным взглядом.

Вендир изучал меня. Внимательно и долго. Синие глубокие глаза вспыхнули опасением, удивлением и удовольствием, после чего сощурились и закрыли от меня все эмоции.

Думаю, он не ожидал увидеть меня рядом утром. Впрочем, я и сама не ожидала…

— Ты здесь, — хрипло выдохнул он.

И тон такой неопределенный: то ли спрашивал, то ли утверждал.

Несмотря на маску непоколебимой невозмутимости, я заметила, что он, так же как и я, на какое-то мгновение выпал из реальности, раздумывая над произошедшим и происходящим. Волк тоже не был уверен, что делать и как ко всему относиться. Он мог положиться лишь на инстинкты, что, по неизвестной нам обоим причине, указывали на меня, как компас на Север. А я могла положиться лишь на случай. Так и живем.

— Я ведь обещала, — просто пожала свободным плечом.

— Ты обещала не отдавать меня, — напомнил оборотень, удовлетворенно наблюдая за тем, как соскальзывает с пышной груди простынь, когда я приподнялась на левом локте.

— Ну, если я тебя себе оставляю, значит моей постели больше нет надобности пустовать, — хмыкнула, игриво щурясь.

Синие глаза вспыхнули опасной дикой искрой, и от этого взгляда мне одновременно хотелось убежать куда глаза глядят и растечься под ним лужицей.

Сильные грубоватые ладони внезапно легли на мои обнаженные бедра и выдернули из-под одеяла. Ахнув, я вытянула руки и уперлась ими в жесткую стальную грудь, когда меня буквально подкинуло на его тело. Усадив меня на себя, мужчина довольно хмыкнул.

Шероховатые подушечки пальцев скользнули вверх по животу, очертили полушарие левой груди, царапнули ключицу и нежно намотали светлую вьющуюся прядь, заправляя её за ухо.

Налитая напряженная плоть оборотня пульсировала прямо меж моих раскрытых бедер, раскосые мышцы живота подрагивали от желания, массивная широкая грудь тяжело вздымалась, но в этот раз он не торопился, лаская меня так, словно я фарфоровая кукла. Вендир прикасался ко мне, как к мечте, и я едва не задохнулась от щемящей вспышки глубоко внутри. Сейчас, помимо страсти, между нами искрила такая нежность, что слезились глаза.

Как же сильно нас меняют чувства… Ещё никогда ничто и никто не был способен так затмить мой разум. В моей голове калейдоскопом мелькали картинки, и на каждой из них, словно проклятье, мелькал волк.

Я даже не знаю, бояться ли мне, если это не пройдет.

Мягко исследуя меня двумя руками, мужчина вдруг помрачнел. Синие глаза напряженно взглянули на меня снизу вверх.

— Ты так и не сказала… Зачем тебе Тристан?

Тяжело вздыхая, я постаралась отгородиться от сладкого ощущения его обнаженного тела под собой и посерьезнела. Нужно обсудить это с ним. Всё равно ведь не отстанет. Ещё и надумает чего…

— Ты когда ревнуешь, слепнешь, Вендир, — хмыкнула, забавляясь тем, как недовольно поджались его губы. — Нет, мне не нужна экзотика и никакие эксперименты, — заверила, вспоминая его вчерашние злые слова. — Он тёмный. Советника отравил тёмный. Возможно, Тристан сможет распознать яд на стакане, и тогда мы, наконец, приблизимся к разоблачению убийцы.

Волк ощутимо расслабился, сжавшиеся на моих бедрах пальцы снова ласково заскользили по нежной коже. Буря в синих глазах притихла, но он всё равно продолжал хмуриться, напряженно следя за мурашками на моем животе.

О чём бы мы не говорили, я не могла отгородить себя от ощущений, что вызывали его прикосновения.

— Вот почему ты тогда отправила в СЦР меня… не хотела светиться с ним… — понимающе проговорил мужчина. — Но с чего ты взяла, что он поможет? Он… сложный, Альма. Я уже встречал таких рабов, и знаю их. У него всё намного хуже, чем у меня. Он искалечен.

— А почему он не поможет? — удивленно вскинула брови, не понимая. — Не думаю, что он может быть связан с ротенийскими тёмными. Он чужой как здесь, так и за пределами империи. Тристан не донесет.

— Я не об этом, — мотнул головой мужчина. — Ты вряд ли поймешь… — замялся оборотень, отводя взгляд. — Он терпит, улыбается, даже дерзит, но у него нет главного — желания жить.

От такой новости я откровенно опешила.

— Как ты это понял? С чего взял? Я не заметила ничего такого… — хмурясь, растерянно протянула.

Вендир потянулся пальцами к моему лицу и разгладил складки меж бровями, едва не вызывая у меня остановку сердца от очередной щемящей вспышки чувств в груди.

— Ты свободная, Альма, — одновременно с горечью и долей восхищения протянул оборотень. — Вы редко замечаете такие вещи. — Он вздохнул, скрывая эмоции. — Тебе будет тяжело с ним, он так просто на контакт не пойдет.

— Поэтому мне нужно, чтобы ты помог мне, Вендир, — попросила я, очерчивая пальцами линии мышц на сильном животе. — Не противься ему и не соперничай. Мне всего лишь нужна его связь со своим народом.

— Но он привлекает тебя, — внезапно заявил волк, твердо встречая мой взгляд.

Я растерялась, не ожидая такого вывода. Да, он в моём вкусе, но… Я не чувствую того же притяжения, что искрится между мной и оборотнем. Тёмный мне просто любопытен. Он… как диковинка. Пускай и очень привлекательная.

Только как Вендир смог заметить всё это всего за один вечер?..

— Я не…

— Он видел нас вчера, — перебил меня мужчина.

А я вдруг залилась густой краской, вспоминая вчерашний зрительный контакт. И едва не сгорела, вспоминая свои мысли… После злых грязных предположений Вендира по поводу моих желаний в постели, я невольно представила себя с ними обоими, как он и сказал. Неловкая случайность, в которой я стыдилась признаться даже себе со мной.

В нашем обществе полигамные отношения встречаются чаще моногамных, но я никогда и подумать не могла, что это может меня заинтриговать…

Нет, это всего лишь разыгравшаяся фантазия. Мы не будем экспериментировать. Я и так встряла, впустив в постель первого раба. После второго у меня и вовсе крыша поедет.

— Зачем ты мне говоришь это? — тихо спросила, едва справившись со своими эмоциями.

— Он не заинтересован в жизни, но, кажется, заинтересовался тобой, Альма. Я знаю, как для тебя важно дело с советником, потому говорю… Это можно использовать как рычаг.

Я недоуменно наблюдала за его сдержанным закрытым выражением, не в силах поверить, что пылкий ревнивец Вендир сейчас намекает мне заманить тёмного в дело собой.

— Но я опасаюсь, что всё может выйти из-под контроля. Ты нужна мне, Альма. Больше, чем думаешь. Я надеюсь, что ты не увлечешься им слишком сильно.

Мужчина нежно заправил мне за ухо вторую прядь, а я пораженно выдохнула, шокированная тем, как легко он меня читает. Волк всегда говорил такие вещи, что попадали в самую точку, выбивая меня из колеи ещё сильнее. Он замечал всё ещё раньше, чем я даже успевала об этом подумать.

Его слепила лишь ревность, из-за которой он не всегда понимал некоторые мои поступки, и ужасно злился.

— Почему ты думаешь, что я могу увлечься? — медленно пробормотала, невольно перематывая в голове свои реакции на Тристана.

Он привлекательный, но я и не мыслила о том, чтобы подпустить его ближе к себе. Возможно, был некий азарт… Хозяйка я впервые. Эта власть… порой так пьянит.

Возможно ли..? Вендир заставил меня всерьёз задуматься. И заволноваться уже совершенно о другой проблеме.

Что, если он прав, и я случайно застряну меж двух мужчин?

Чёрт, нет… Это убьет весь мой здравый смысл окончательно.

Проклятый волк меня испортил. Я теперь не могу думать о Тристане спокойно.

— Потому что я, как никто другой, знаю всю силу искушения, — хрипло выдохнул оборотень, вдруг скользнув налитой плотью о мои влажные складки.

Ахнув, впилась ногтями в сжимающие мои бедра руки и прикрыла глаза.

— Что, если я всё же увлекусь? — плавно впуская внутрь пульсирующий кончик, с придыханием пролепетала я.

Вендир рыкнул и схватил меня за волосы, одновременно приближая моё лицо к своему и грубо меня насаживая на всю длину.

— Тогда тебе лучше приготовиться делиться. Я справлюсь с собой, Альма. Ты можешь хотеть кого-угодно. Но я останусь на своём месте любой ценой. Оно здесь, — процедил мне в губы мужчина и резко толкнулся, подбрасывая на себе сильными бедрами. — Ты пообещала мне.

Испуская сладкий стон, я встретилась с его дикими потемневшими глазами.

— Я не нарушаю свои обещания.