Глава 24

Это был некий компромисс, к которому она наконец пришла. Она не одобряет, но вредить ему никогда не станет. Все ее жесткие принципы и законопослушность рассыпаются в прах, когда дело касается мужа.

Его бледно-голубые, как небо, глаза сузились.

— Значит, ты все знаешь, — сделал он вывод.

— Я же не полная дура. И не слепая.

Странно, что он считал ее такой. Ольга вполне была способна сложить два и два. Если она могла, то и полиция сможет.

Сейчас обошлось, но что, если такая ситуация повторится в будущем? Сможет ли Мирослав избежать наказания? И самое главное — сможет ли она принять это? Простить? Причем под «этим» она имела в виду не только сам факт смертоубийства.

Для людей она станет женой преступника. Некое клеймо, которое ничем не смыть. Ей придется терпеть слухи. Присутствовать на судах и ждать его, возможно, долгие годы. Мирослав может не увидеть, как растет и взрослеет их общий ребенок.

— Ты разве забыл, где я работаю? — усмехнулась она. — Ладно, я в душ. А ты доедай.

И она вышла с кухни.

* * *

Егор Кузин в понедельник так и не смог доползти до прокуратуры. Сотрясение мозга. Его рвало. Доктор велел пару дней не вставать.

На звонки в контору секретарша всем отвечала, что директор сегодня не принимает.

В итоге во вторник, опасаясь, что бизнесмен может скрыться и расценивая версию с его участием как рабочую, было принято решение о задержании. Пока что на три дня, для проведения обязательных следственных мероприятий.

В дальнейшем, если найдутся веские и неопровержимые доказательства, выпишут ордер на арест.

* * *

Мирослав понимал жену.

Она считала в точности как его батя. Тот до последнего надеялся, что оступившийся и сошедший на кривую дорожку сын одумается. Но тюремный срок и инфаркт матери заставил его отступиться.

Сколько пройдет времени, пока Ольга точно так же не отступится от него? Или будет, как другие бабы, терпеть ради денег и статуса замужней? Как знать.

Не доев, он вывалил остатки в ведро, бросил тарелку в мойку, даже не думая, кому придется мыть, и снова накинул пиджак. Душ он принял еще перед отъездом. Не стоит тратить время зря. Надо незамедлительно отправиться в клуб, переговорить с Попом об их многоходовке.

* * *

Ольга немного успокоилась за те десять-пятнадцать минут, пока мылась в душе. Кое-как вытянув феном непокорные кудри, она вышла из ванной комнаты и обнаружила, что Мирослав уехал.

— М-да…

Избегает. Даже не попрощался. Видимо, она его задела за живое. О чем это говорит? Первое — не желает обсуждать эту тему. И второе. Не хочет срываться на ней. Было заметно, что он на грани.

Вообще-то в нем была сильна эта черта. Зимин держал все в себе, никогда не скандалил и не вымещал свой гнев, скрывая даже от близких свои мысли и намерения. Не предугадать, что будет.

Он все равно делает все по-своему. Как бы она ни пыталась повлиять, он все равно решает сам, как поступить.

Тоже придется принять как данность.

В пустяках он мог уступить, но не в главном.

* * *

Исполнительным директором частного коммерческого банка «Приве» был Филипп Ашкенази, и все были уверены, что этот банк принадлежит еврею. Однако истинным владельцем был Айваз Багратуни. Он поручил Филиппу сопровождать сделку, поставив непременным условием залоговое имущество.

* * *

Зимин встретился в клубе с Поповым. Запершись в кабинете, он вкратце обрисовал ситуацию с питерскими филиалами и плавно перешел к их самому важному в настоящий момент делу.

— Ну, что, поговорил с Быком?

— Поговорил, — ответил зам. — Порешили снять охрану, когда ты будешь на даче. Тогда он к тебе пошлет свою бригаду. Кузе он скажет, якобы для него старается, такой шанс нельзя упускать. А про наш уговор молчок.

— Отлично, — потянулся он в кресле и шевельнул он головой вправо-влево до хруста. — Приступаем в среду.

Мирослав предвкушал развлечение. Адреналин заставлял сердце биться чаще. Подстава будет первостатейная.

Быков наврет начальнику, что запланировал второе покушение, когда Зима будет расслабляться на природе за городом. Якобы он подкупил охрану, и те в нужный момент будут отсутствовать. Под это дело и денег срубит.

А когда люди Быкова заявятся, то встретят неожиданно «теплый» прием.

Зимин думал, везти ли с собой Ольгу на дачу. Все-таки большой риск. Но если не поехать вместе, могут заподозрить неладное. Придется собраться с друзьями на даче, врубить музыку, запалить мангал и устроить гулянку. Все как обычно.

Люди Крагина предупредят, когда кто-то приблизится к дачному поселку. В доме Калаша полно места в подвале, где можно спрятаться, и целый арсенал, чтобы отстреливаться. Но до этого не дойдет.

— Лишь бы снайпера не наняли, — забухтел Поп. — Рискуешь сильно.

— Не найдут никого толкового за такое время, — не согласился он. — Вся братва уже в курсе, что бывшего киллера прикопали в Твери. Я через Базиля пустил «пулю» сразу как узнал.

— А-ха-ха, — сухо засмеялся друг. — Земля слухами полнится. Ну давай, попробуем.

Он встал и вышел, на миг приоткрыв дверь и впустив в кабинет гулкие звуки музыки.

* * *

Зимин сначала думал тупо дождаться на даче Быка с компашкой и всех гостей пострелять. Необходимая самооборона, все дела. Отмажется. С хорошим адвокатом не проблема.

Но, как ни крути, времена не те. Да и дом в дачном поселке был на виду, а не где-то на отшибе, где можно без проблем затеять пальбу. Кого-то это не остановило бы, конечно. Того же Быкова. Припрется убивать.

Однако Зима морщился от одной мысли, что придется потом долго разбираться с ментами, имел ли он право пострелять до смерти пи…ов, явившихся по его душу. Да и невинные люди могут пострадать, те же соседи по участку. Оно ему надо?

Ольга вряд ли будет довольна. Сегодня он это понял. Почему-то ему стало важно ее одобрение. Не в том смысле, что он стелется перед ней, но что будет, когда она узнает? От ментов он, скажем так, отмажется, но она-то будет знать правду. Ей никакие доказательства не нужны.

Беда с этими бабами. Но без них никак. Особенно без одной, которая ждет его на Крылатском.

* * *

Думал, думал — и пришел к компромиссному решению.

— Да, так будет лучше всего.

Мирослав Зимин, выйдя через кухню и черный ход, пересел в другое авто, которое подогнали ребята Крагина. А гелендваген его так и остался на стоянке с другой стороны здания. Если кто и пасет его, хоть менты, хоть конкуренты, так и будут думать, что он остался в клубе.

Зимин направлялся на Арбат. По пути он с «левого» номера позвонил полковнику Бессонову.

— День добрый. Это я. Встретимся на старом месте? Да, через час. Дело есть на миллион.

* * *

Встретились в том же «макдаке». Суровый мужчина в форме прошел мимо Зимы и встал неподалеку от стойки, как будто выбирая еду из светящегося меню. Мирослав подошел сзади и сказал ему:

— День добрый, Александр Николаевич.

— Говорите, что хотели, — недружелюбно отозвался мент, оглянувшись на него. — Мало мне проблем с вашей флешкой было.

— А что такое? — удивился Мирослав. — Не пригодилась?

— Да там… Короче, серьезные люди тебя ведут, — огрызнулся сквозь зубы Бессонов. — Меня пока отстранили.

— Это не проблема.

На самом деле Зимин был даже рад, что полковник перестанет под него рыть. Да и новость пришла крайне своевременно. Человек, которого поставят вместо Бессонова, ревностно кинется исполнять свой служебный долг, чтобы поскорей закрыть дело, раз таково указание сверху. И в результате наделает ошибок.

— Так чего звали?

— В среду мы на даче гудим, — ответил Зима. — Адресок вы знаете. Приедут люди Кузина меня убивать. Подстрахуете? Я не прошу меня прикрыть, но их надо остановить. Понимаете? Я давно не при делах. У меня серьезный бизнес. Пытался договориться — сами видите…

Он деланно вздохнул.

— Вы о покушении? — напрягся полковник.

— О чем же еще? Они не остановятся. Сам решить мог бы, да не стану. Решил сообщить вам.

— Ну, спасибо…

По тону Бессонова было понятно, что он таким новостям о криминальных разборках совсем не рад. Однако и отказывать сразу не стал.

— Так я пошел? — усмехнулся Зимин, читая мысли мента.

— Свободен.

* * *

По пути ему позвонил Крагин. У того был информатор в прокуратуре. Стало известно, что намечается задержание Кузи.

— Очень удачно, — вырвалось у Зимина.

У начбезопасности его банка было много возможностей и старых связей. Конкурент еще не подозревал, что скоро окажется в полиции. Причем не по своей воле.

— Семен Семеныч, — сказал он. — Завтра после обеда отправьте в СМИ ту видеозапись из Твери. Ага… Анонимно, да не мне вас учить. Добро.

Потом он набрал Калаша.

— Я в городе, — сказал Зима. — Да, утром прилетел. Да. На даче завтра, хорошо? Выпьем, закусим, поговорим. Да… Не телефонный разговор.

Он вел неприметную «Ниву» обратно к «Коллосиусу». Выехать без охраны было рискованно, но зато он не привлекал чужого внимания.

* * *

Надюшка позвонила Ольге после обеда.

— Оля! Мужики совсем с ума сошли, — начала она. — Шашлыки затеяли. После всего этого…

— Шашлыки? — удивилась Ольга. — А мне муж сказал сидеть дома до среды.

— Так в среду все и будет. Я ничего не успеваю.

— А… Ты об этом…

А она-то уж подумала, что подруга боится новых покушений. Оказывается, дело было в другом.

— Ладно, — захотела она вырваться из-под домашнего ареста. — Снаряд в одно место дважды не бьет. Поедем.

— Надо закупиться по списку, — уже рулила Дробышева. — Тебе надо взять…

Ольга царапала карандашом в блокнотике под диктовку подруги, размышляя, в какой доставке все это заказать, раз в магазин не получается отлучиться. Потом, когда Надя отключилась, она подумала, что прежней радости уже нет.

Раньше «на шашлыки» звучало по-другому. Тогда трава была зеленее, небо голубе и вода мокрее. И все это сквозь призму влюбленности.

Накатила какая-то странная меланхолия и осенняя хандра.

* * *

Айваз Багратуни заехал к дяде на обед. За столом он рассказал, как движется дело с Летковым.

— Мы ему подсунули договор, где возврат займа можно потребовать в одностороннем порядке и досрочно в случае, если кредитный рейтинг заемщика по тем или иным причинам снижается ниже отметки, когда станет проблематичным возврат суммы основного долга. Даже если он будет в состоянии погашать проценты, я все равно смогу его вынудить вернуть заем. На это ему больше нигде денег не найти. Придется расстаться с залоговым имуществом и активами. Или с акциями, что почти одно и то же.

— Неужели он согласился?

Артур не верил в такой скорый успех. Зверь угодил в силки. Это был кабальный договор, где участь заемщика все время висит на волоске. Все на доверии.

— А куда ему деваться? — самодовольно рассмеялся племянник. — У нас самые выгодные условия, согласование мы уже начали, остальное пустая формальность. Могу одобрить в один день. Не надо ждать, как с государственными банками. Там, кстати, залог тоже стандартное условие, так что подозрений не вызвало.

— Отлично. Мальчик мой, ты молодец! Храни тебя бог.

Артур встал и похлопал племянника по плечу.

— Рассказывай, что ты задумал, — добавил он.

— Я по громкой связи слушал. Его экономист сказал, нужны деньги на развитие компании. Срочно, прямо сейчас. Филипп ему ответил, что Летков не нашел инвесторов, — сказал Айваз. — Инвесторы отказались, потому что он вкладывает средства не в производство или филиалы, а только в выпуск акций. Капитализация без реального производства. В один карман положили, в другом взяли.

— Типа МММ?

— Нет, не пирамида. Тут все без обмана, — ответил Артур. — Но роста в компании не наблюдается, так что выпуск акций нецелесообразен. Так что Филипп тоже надавил, сказал, что это финансовое вливание, чтобы сохранить за собой контроль над компанией. Дожал их, короче.

— Рискованно, — сказал дядя. — Могли отказаться.

— Никуда они не денутся. Анонс уже был. Если все отменить, акции упадут. Это будет крах. Акции и так вяло торгуются на бирже, люди не знают, чего ожидать. Кредитный рейтинг в связи с эмиссией ценных бумаг временно упал, и так будет до тех пор, пока не начнутся выплаты дивидендов. Исходя из их размера станет ясно, можно ли в дальнейшем иметь с холдингом дело. Но я не буду дожидаться этого и рисковать.

— Дальше! — воскликнул Артур.

Его карие глаза горели азартом.

— Мои юристы уже подготовили бумаги. Мы выждем примерно месяц и потребуем досрочного возврата ссуды. Он не успеет собрать деньги. Акции в залоге, как и его недвижимость, продать он их не может, чтобы рассчитаться с долгом. Так что…

— Ты молодец, мальчик мой. Ты молодец!

От избытка чувство старик крепко обнял и расцеловал племянника.

Ануш слушала их и думала о внучке. Будет чудо, если она их когда-нибудь простит. Но это меньшее, что они могли для нее сделать.

* * *

Ольга встретила Зимина приветливее, чем он ожидал.

— Чем занимался? — спросила она. — Ужинал?

Какая же она… Цветет и пахнет. Волосы вьются мелким бесом, глаза сияют, губы блестят сами по себе, без этих дурацких блесков и помад. Вроде бы, обычное трикотажное платье, но оно облегает и обрисовывает все изгибы, а уж ноги… Короче, давно у них секса не было.

— Нет еще, — ответил он и привлек ее к себе. — Не ужинал. А ты чем занималась?

— Слав, ты издеваешься? — поцеловала она его. — Точно издеваешься… — и повторила, уже дольше, ощутив привкус кофе. — Что я дома могу делать?

— Ну, мало ли, — облегченно улыбнулся он.

Натянутость и скованность от встречи исчезла. Все стало вдруг как раньше. Ее чистая радость, когда он рядом. Сладость губ, гибкий стан и мысли о том, что будет дальше, в глубине спальни.

Но, как выяснилось, расслабляться было рано. Сначала Ольге позвонили. Она метнулась к телефону, лежавшему на банкетке, и ответила. Потом повторный звонок с охраны здания. Собакен залаял на эти сигналы. Служит, охраняет, зверюга.

— Шашлык наш привезли, — улыбнулась женщина и развела руками. — Слав, я уже не знаю, чего от тебя ожидать.

— Это хорошо, — усмехнулся он. — Значит, готовитесь.

— Ну а как же? Это вам, мужикам, загорать у мангала, — картинно вздохнула она. — А мы все заранее готовим.

В дверь позвонили. На экранчике домофона возник охранник. Ольга открыла и приняла коробку, расписываясь на ходу в квитанции.

— Все. Мы готовы, можно отдыхать.

«Отдыхать».

Зимин подумал о ней. Потом о швах на ребрах. Потом снова об Ольге.

— Отдыхать — это спать, Слав, — словно читая мысли, ехидно заявила она.

Ведьма.

* * *

Поспать он ей так и не дал. Ворочался, думу думал. От этих движений огромного мужниного тела на матрасе Ольга злилась и тоже не могла уснуть. И думала, думала…

Наконец она не выдержала и села, включив прикроватное бра.

— Ну хватит! Я пошла, — заявила она, схватив подушку, и решила пойти в гостевую спальню.

— Хватит так хватит, — ухватил Зимин ее за руку и потянул на себя.